Излом. Книга третья. Эмигранты. Долгая дорога домой

– Аминат, аминат, – снова сказали все.

Все подняли рога и стаканы и выпили. Хадизат тоже выпила…налитого в стакан яблочного сока. Снова принялись за пироги и мясо. Снова потянулись разговоры. Начали вспоминать Предгорное, односельчан.

– Интересно, – сказал Георгий, – а Бежан еще живой?

– Живой, живой! – воскликнул Денис,– Я звонил последний раз домой, спрашивал о нем, ведь он лечил моих однополчан – моего зятя Батрадза и ингуша Башира, мы вместе были в Афганистане, их обоих тяжело ранили. Врачи ничего не могли сделать, а Бежан их вылечил. Батя смеется, что ему, мол, сделается. Пьет свои травы и бегает, как молодой. Юсупа, ингуша из Тимурюрта, отпоил своими травами, тот тоже прямо молодым стал.

– Так ему уже за девяносто! – удивилась Циала.

– Значит, нужен он Богу на земле, а не на небе. Дай Бог ему еще столько же прожить или два раза по столько.

– Молодец. Он говорил как-то мне, – начал рассказывать Георгий, – что на Кавказе есть корень, который ничуть не уступает знаменитому жень шеню и даже превосходит его. А если настойку этого корня сделать в смеси с другими травами и потребить ее, то человек может жить очень долго и ничем не болеть.

– Он большой знаток трав и народных методов лечения. Рак и тот лечит. Дай Бог ему многих лет жизни. Он людям помогает, а таким всегда Бог помогает.

Георгий еще раз наполнил рога и стаканы, для Хадизат налил сам соку. Поднялся.

– Люди рождаются мальчиками и девочками. Потом вырастают в мужчин и женщин. Но, ни мужчины, ни женщины не полные существа друг без друга. Недаром в народе говорят о жене или муже – моя половинка. Только когда мужчина имеет жену, тогда он полное существо вместе со своей половинкой. Мы выросли мужчинами и нам Всевышний дал особую обязанность – жить для наших жен, обеспечивать семью всем необходимым и помогать женам растить детей. Выпьем же за наших прекрасных жен, пусть они всегда будут с нами, в радостные и горькие минуты, пусть они во всем помогают нам. Выпьем за наших детей, пусть они растут настоящими людьми и никогда не огорчают своих родителей,

– Аминат, аминат, аминат, – произнесли все сидящие за столом и выпили.

Застолье продолжалось в разговорах и в удовольствии общения, каким и должно было быть настоящее застолье.

Пришли Николай с Радейгуль, потом Саша с Сергеем, обе семьи с детьми. Всех обзвонила и пригласила Хадизат.

– Знакомьтесь, – представил Денис своих друзей,– это Сергей и Саша, с Сергеем мы вместе работаем. Они с женой из Волгограда. А это мой однополчанин Николай, вместе служили и в плен вместе попали. А Радейгуль из того кишлака, где мы были в плену. Она жена Николая.

Хадизат всех рассадила. Застолье продолжилось. Николай, Саша и Сергей с удивлением и интересом наблюдали это застолье. Оно совсем было не похоже на разухабистое русское застолье, с песнями и танцами. В проходившем застолье все было чинно и спокойно. Наливалась арака, произносились тосты, выпивались рога и стаканы, потом велась спокойная беседа. Радейгуль ничему не удивлялась, она еще не видела осетинского застолья, поэтому воспринимала происходящее как должное, полагая, что это все по-русски. Григорий снова налил в рога и в стаканы араку. Встал, поднял рог.

– Люди идут по жизни, – начал он новый тост, – теряя что-то и находя что-то. Потери бывают горькими, а находки сладки, как горный мед. Но самая сладкая и важная находка в жизни это обретение друзей. Настоящий друг не тот, кто много говорит красивых речей и слов. Настоящий друг это тот, кто всегда придет на помощь в трудную минуту, без всяких лишних слов. Таких друзей нужно ценить и беречь, и нужно самому всегда быть готовым помочь таким друзьям. Я предлагаю выпить за настоящих друзей. Пусть они будут у каждого.

И снова прозвучали слова подтверждения, сказанные сидящими:

– Аминат, аминат, амен.

Николай, Сергей, Радейгуль и Саша тоже произнесли эти слова, научившись у хозяев. Радейгуль тоже не пила, помня наставление Хадизат.

– Были мы в гостях, – начал рассказывать Георгий, – у кого бы вы думали? У местных осетин. Это потомки ушедших в эмиграцию осетин, которые служили в белой армии. Но и хлебнули горя их предки! Скитались по всему миру, потом осели в США. Село, а вернее это небольшой американский городок, называется Батакокау. Но вот осетины эти от настоящих осетин уже резко отличаются. Даже язык у них не такой, как у нас. Я сперва, не подумав, после встречи с ними назвал их не осетинами. Обычаи они все забыли, сохранили только имена и язык. Потом подумал и решил, что я не прав. Нет, это осетины, только это уже осколки осетинского народа. Их мало, и они сохранили то, что могли. Но в поколениях они потеряют и это.

– Где вы их нашли? – спросила Хадизат.

– Случайно я и Владимир встретили их в магазине, потом побывали у них в гостях. Живут они недалеко от Сиэтла.

– Интересно как, – произнес Денис.

В это время из соседней комнаты раздался писк Милы и веселый хохот Алана. Зарема вскочила и пошла туда. Открыла дверь. И все услышали тонкий голос Милы, кричавшей по-русски.

– Дурак, он же с ума сошел совсем.

– Сама дура. А ты не дразнись.

Зарема сразу поняла в чем дело: Мила сидела рисовала за низким столиком у кровати, а Алан взял и завязал ее косички за спинку кровати. Когда Мила попыталась встать, она не смогла это сделать.

– Зачем ты это сделал? – накинулась Зарема на Алана.

– А пусть не дразнится. Она меня котом обзывает, а сама как обезьяна.

– Ну-ка замолчи! И чтобы я никогда больше не слышала таких слов. Быстро развяжи косички.

Алан насупил брови, как он всегда это делал, и начал развязывать косички Милы, развязал. Мила встала. Посмотрела на Алана и показала руками, как будто закручивает усы.

– Котяра усатый! Погоди, ты у меня еще попляшешь.

Зарема только всплеснула руками.

– Мила, нехорошо так. Он же тебе как брат, если нужно, то он и защищать тебя будет.

Помирив детей, Зарема снова пошла за стол.

– Что там? – спросила ее Циала.

Зарема рассказала. Все посмеялись.

– Дети, что ты хочешь, – сказала Радейгуль, она говорила уже по-русски довольно неплохо. Парваз не отходил от нее. Потом ушел тоже к детям.

– Так вот, – продолжал Георгий, – я вам рассказал про потомков осетин в США. Но постоянно думаю и боюсь того, что если мы останемся здесь насовсем, то наши дети и внуки станут такими же, а могут потерять все.

Все задумались. Радейгуль подняла голову.

– Я чувствую, что уже многое теряю даже не в детях и внуках. Мне часто хочется домой, к своему народу, хотя там намного тяжелее жить. И мы уедем отсюда. Сперва в Россию, а потом, может быть, в Таджикистан. Все-таки русские намного ближе к нам, чем канадцы и американцы.

– Я согласен с этим, – сказал Георгий, – осетины жили по всему Советскому Союзу и живут сейчас по всей России. И всегда они чувствовали себя в России дома. Русские добрый народ, хороший, только когда его выводят из себя, он становится злым к врагам. Поэтому ты, Радейгуль, в России не будешь чувствовать себя чужой.

– Мы еще год-два и уедем, – сказал Николай, – мои старики уже в том возрасте, когда им нужна помощь. Мы сейчас помогаем деньгами. Мои братья и сестры все взрослые, разлетелись. А я самый младший. Обязанность младшего заботиться о родителях до самой их смерти. Россия сейчас начинает подниматься с колен. Трудно, тяжело, но поднимается. Думаю, что поднимется.

Владимир и Георгий согласно кивнули головами. Сергей и Саша промолчали, потом Саша заговорила.

– А мы не знаем, что делать. Мы тоже много раз говорили об этом и тоже скучаем по дому. Но и жить так, как мы живем здесь, в России, я боюсь, не получится.

– Почему не получится? – спросила Зарема, – В своем доме и стены помогают. И я понимаю тех, кто вернулся.

– А есть такие? – спросил Сергей.

– Да, есть, – подала голос Радейгуль, – возвращаются не только в Россию. Возвращаются даже в Афганистан. Знаменитая афганская певица Саодат эмигрировала в США, имела там огромный успех, выступала даже перед президентом США, недавно вернулась в Кабул.

– Молодец, в ней я вижу человека, который любит свою Родину, – сказал Николай.

– А как сейчас в Афганистане? – спросил Владимир.

– Афганцы сейчас совсем по-другому смотрят на войну с русскими и очень сожалеют, что эта война была. Многие называют себя дураками. Да, шурави пришли с оружием, но и принесли много хорошего. Построили больницы, школы, дороги, заводы. А мне принесли мое счастье, – и Радейгуль прижалась щекой к плечу Николая, – Конечно, в Афганистане сейчас плохо, хуже, чем когда были шурави. Нет работы, нет еды, люди вынуждены зарабатывать на жизнь выращиванием и продажей наркотиков. Мне из кишлака пишут, что живут только тем, что вырастят на поле и овцами. Больше жить нечем.

Хадизат показала Радейгуль перстень, подаренный Денисом.

– Откуда у тебя это? – удивленно спросила Радайгуль.

– Муж подарил.

– Это очень дорогой подарок. Перстень с таким камнем можно дарить только матери иди жене. Этот перстень очень дорогой. От мужа можно принять этот подарок. А ты где взял его, Денис?

– Бахтияр мне подарил и сказал то же самое, что говоришь ты.

– Тогда понятно. Береги этот перстень, Хадизат, он приносит счастье. У нас говорят, что когда женщина ждет ребенка и носит такой перстень, то родится очень хороший и правильный человек.

– Я и берегу его.

Георгий снова налил в рога и стаканы араки. Снова поднялся и начал тост.

– Мы собрались за этим столом, мы друзья, но мы очень разные люди. Да было бы совсем неинтересно, если бы мы были одинаковыми. Поэтому Всевышний создал нас разными, но он же и объединил нас. Мы разных национальностей, но мы прекрасно понимаем друг друга. Даже Иисус Христос учил, что все люди равны, независимо от их национальности. «Нет римлянина и нет иудея» – говорил он. Я хочу выпить за наше единство в нашей разности. Пусть мы всегда будем одним целым в нашей жизни.

– Амен, аминат, аминь, – произнесли все.

Выпили. Николай и Сергей с удивлением заметили, что сидят уже давно, выпили много, но не пьяны и не видят никого опьяневшим. Хадизат подносила все новые порции еды, пироги все время были на столе, Зарема с Циалой помогали ей.

– Как у вас связь с родными? – спросил Георгий Дениса.

– Наверное, как и у всех. Звоним, писать письма нет смысла, идут долго.

– И что рассказывают о Предгорном?

– Наверное то же, что и вам с Циалой. Совхоз потихоньку встал на ноги, люди получают зарплату. Василий так же руководит совхозом. И у них с Залиной родился третий ребенок.

– Интересная это пара, – смеясь, начала рассказывать Циала, – они подружились еще в детском саду. Взрослые, говорят, смеялись сперва над их дружбой. Потом они выросли и поженились.

– Я с ними ходила в детский сад, – сказала Зарема, – Вася после обеда, в тихий час, ложится спать, а Залина рядом примостится и тоже спит. Воспитатели сперва пытались поломать это, но там было столько реву, что все махнули рукой. Они не могли друг без друга с самого раннего детства.

– Молодцы какие! – засмеялась Саша, – Надо же, уже третий ребенок у них. Вот это любовь и я понимаю, с самого детского сада.

– А как с ингушами сейчас? – спросил Владимир.

Денис нахмурился.

– То, что произошло между нами и ингушами, это позорное и стыдное дело. Да, ингуши начали первые, но все-таки нужно было не давать событиям развиваться, а применить власть. Мы служили вместе с ингушами, а Башир мой друг и друг моего зятя Батрадза. Я не могу плохо думать о нем.

– А что у вас случилось? – спросила Радайгуль.

– Хадизат объяснила ей.

– Это как у на с дуранами. Говорим на одном языке, верим в одного бога и враждуем.

– Нет, у нас с ингушами разные языки и мы христиане, а ингуши мусульмане, – пояснил Георгий.

За столом стало тихо. Сергей, Саша и Николай слышали о происшедшем, но знали об этом мало.

– Это еще что, – сказала Радейгуль, – в Таджикистане была гражданская война. Один народ, убивали друг друга за то, что одни с севера, а другие с юга. Глупее причины и найти нельзя. У наших родственников в Душанбе убили троих сыновей. Остались только две дочери. Это же какое горе родителям!

– Война это совсем ненужное и глупое действие. Человек живет жизнь, наживает, строит дом, заводит семью и все это рушится в одно мгновение, – сказал Георгий.

– Да, ты прав, – согласились все.

Георгий снова налил араки в рога и в стаканы, повернулся к Денису.

– Скажи слово, Денис. Ты хоть и младше нас с Владимиром, но мудрее.

Денис встал, поднял рог.

– Мы сейчас говорили о войне. Мне и моему другу Николаю было послано Всевышним узнать, что такое война не понаслышке, и мы воевали по-настоящему. Ни тогда, когда мы воевали в Афганистане, ни после, я не испытывал ненависти к моим врагам, афганским моджахедами. Видит небо, я не по своей воле пришел в Афганистан с автоматом. Пусть простит нас Радейгуль, немало ее друзей, знакомых и родственников покинули эту жизнь от наших пуль. Но мы были простыми солдатами. Я приглашаю всех наших гостей выпить за то, чтобы больше никогда и нигде не было войны, чтобы мужчины везде мирно работали, женщины не переживали за мужей, а дети спокойно росли. Пусть всем людям пошлет это Всевышний.

Сейчас встали все, и все выпили, за исключением Хадизат и Радейгуль. Закусили пирогами и мясом.

– Можно мне, слабой женщине, сказать короткое слово? – спросила Радейгуль.

– Кончено можно, – разрешил старший, Георгий.

– У нас так говорят, – встала и начала Радейгуль, – во всем плохом есть хорошее. Да, шурави пришли к нам с оружием и многие наши, не разобравшись, начали войну против них. В том числе и мой отец, мои родственники. Потом, к концу войны разобрались. И воевать перестали. А шурави очень умные люди. Денис у нас в кишлаке сделал электричество, настроил телевизор, мы к нему ходили смотреть передачи. Недалеко от нашего кишлака, в другом кишлаке, открыли больницу и школу, сейчас мой брат Наср учится в школе. А самое главное я встретила среди шурави мое второе солнце. Колиа для меня действительно солнце. Я бы не смогла жить без него.

После этих слов Радайгуль все снова выпили, кроме нее и Хадизат. Хадизат не удержалась, обняла Радайгуль и поцеловала ее. Та же снова прижалась щекой к плечу Николая. Муж обнял ее за плечи.

Сидели еще долго. Произносили тосты, выпивали, беседовали. Разошлись уже поздно, довольные друг другом и общим застольем. Хадизат уложила гостей по комнатам, детей уложили всех вместе на полу, сами же с Денисом легли на диване в зале. На другой день посидели еще, повспоминали родное село, Осетию, сказали несколько тостов. А в понедельник Исаевы проводили дорогих гостей.

– Теперь вы к нам, ждем, – сказал Владимир.

Циала, Зарема и Георгий поддержали его.

– Приезжайте. Очень будем рады. А то мы скоро в море, – приглашал Владимир.

Исаевы обещали приехать, как только выберут время. На этом односельчане и расстались.

*

Россия в муках и трудностях пыталась вылезти из ямы, в которую ее загнали обстоятельства и неумные руководители. Ельцин еще правил Россией, но правил нехорошо и подло. Издавались законы, на корню подрывавшие малое и среднее предпринимательство, все внимание было нефтеэкспорту. Назначенные быть миллиардерами люди, которым зачастую были чужды интересы страны, зарабатывали огромные деньги и большую часть их через свои компании, зарегистрированные в оффшорных зонах, уводили в иностранные банки. России же оставались крохи. Те, кто понимал создавшуюся ситуацию, как могли противодействовали таким компаниям, но все эти воры-компании находились под крылом Президента. Если бы заработанные деньги умно вкладывались в экономику России, то уже к началу двухтысячных годов Россия цвела бы. И все-таки страна медленно выбиралась из хаоса и нищеты. Нарушая законы, а без этого не могло выжить ни одно предприятие, будь оно промышленным или сельскохозяйственным, организации и фермерские хозяйства с трудом, но выживали, платили работающим людям зарплату, пусть небольшую, но дававшую возможность жить. Очень выручали население дачи и подсобные хозяйства. Заслуги Президента и правительства в этом медленном и болезненном подъеме не было. Правда, немного приструнили криминал, но если возникала необходимость, то криминальные войны все-таки возникали. Лидеры криминала постепенно превращались в респектабельных бизнесменов, их прошлые друзья стали им мешать, и они принялись уничтожать их. В криминальном мире, особенно в России, всегда действовали волчьи законы. Не прекращали своей деятельности крупные заводы, особенно алюминиевые, но они, как правило, были в руках чужаков, уехавших в Израиль и другие страны. И деньги, заработанные заводами, так же оставались за границей, не принося пользы стране. Почти совсем была разрушена космическая и военная промышленность. Армия была развалена. Не имея конкуренции, по всем показателям США выходили на первое место в мире, подмяв Евросоюз и пытаясь диктовать всем свои условия. Только Китай с его набирающей силу экономикой, был мощным конкурентом США. Россия же все время правления Ельцина во всех своих действиях оглядывалась на США и выполняла все их рекомендации, своего рода указания. Было немало умных людей, понимавших, чем это грозит России. Были такие люди и среди военных. По глухим слухам, доходившим до людей, военные как-то даже готовили переворот. Но все, кто причастен к этому, неожиданно умирали или погибали. А слухи оставались слухами. А страна выбиралась из ямы только потому, что люди не хотели умирать, они хотели жить. И люди жили. Но очень многие от безнадеги покинули страну.

*

Хадизат редактировала написанную книгу. Кое-что не нравилось, исправляла, выбрасывала, заменяла. Текстовый редактор Word в компьютере был хорошим помощником. Все слова, написанные с ошибками, он выделял красной чертой. Но через некоторое время Хадизат поняла, что и за ним нужно следить. Не все русские слова он правильно выделял. Иногда написанные правильно слова он подчеркивал красным, а иногда пропускал неправильно написанные слова. И все-таки помогал он хорошо, экономя время. Хадизат за две недели прошлась один раз по книге, затем еще раз и сейчас она в третий раз редактировала книгу. Книга получилась хорошей. Такие книги читателем читаются взахлеб. Это был роман о людях, попавших в тяжелую жизненную ситуации, и покинувших Родину. Эта книга была о них с Денисом и о их круге друзей. Хотя нигде не назывались ни имена Хадизат и Дениса, ни имена их окружения, книга во многом отражала их жизнь. Время шло. Беременность Хадизат уже приближалась к шести месяцам, она с радостью чувствовала, как в ней растет новая жизнь. Ребенок временами толкался и это было и интересно, и забавно. «Мальчик и должен быть активным» – думала Хадизат. А то, что будет мальчик, она была уверенна. Саша советовала провериться у врачей, они точно скажут, кто родится. Но Хадизат не делала этого.

– Кого Бог дал, того и примем, – говорила она.

Верочка уже подросла, ходила своими ножками и лопотала на своем, еще не совсем понятном для окружающих, языке.

– Мама, иси, иси, – говорила Верочка.

Это значило, что она хочет есть. Хадизат кормила ее. Грудь она уже убрала от нее, девочка с удовольствием ела все, что ей дадут.

– Мама, ать, – просилась девочка, это значило, что она хочет на улицу, гулять.

Времени у Хадизат было мало, но на первом месте была Верочка, потом беременность и только потом книга. К концу седьмого месяца беременности книгу она отредактировала. Позвонила Мурзабеку Джафаровичу, все рассказала ему, и он сказал ей, чтобы она посылала книгу. Книгу она выслала почтой DHL, через пять дней позвонила редактору снова, и он сказал, что книга пришла.

– Читаю дочка, уже второй день. Замахнулась ты сильно на эту работу. Но книга, как я сужу, произведет фурор в литературном мире. Буду говорить откровенно, ничего подобного я не встречал уже давно. Кое-что было, но намного слабее. Ты то как? Как ваша девочка, растет?

– Растет, уже разговаривает.

– Пора еще ребенка заводить.

Хадизат засмеялась.

– Мурзабек Джафарович, говорят что нельзя говорить о неродившемся. Но вам скажу. Мы ждем сына. Я уже на восьмом месяце.

– Ай да молодец! Это же великое женское счастье, милая!

– Согласна. Вот рожу, немного подрастет, и мы приедем в гости все в месте.

– Помните, что я вас буду ждать. Обязательно загляните к старику. Обязательно. А книгу твою я издам. Пиши третью книгу.

– Пишу, когда есть время. За год, может быть, управлюсь.

– Дай Бог, тебе дочка, да и всей твоей семье счастья и успеха.

– Спасибо.

На этом разговор закончился, Хадизат осталась довольна им.

В семейной жизни Хадизат все было по-прежнему. Денис относился к ней с уважением и любовью, а ее беременность и ожидание сына еще больше поднимало Хадизат в глазах Дениса. Были у них мелкие недоразумения и споры, но эти явления неизбежны в семейной жизни. Но до конфликтов никогда не доходило. Денис всегда вспоминал слова отца, что с женщиной нужно вести себя так же, как и с ребенком. А природное воспитание осетинки Хадизат всегда помогало ей вовремя уступить мужу, потом осознав, что он был прав. Если же ее не покидало чувство в неправости Дениса, она молча делала по-своему, и, как правило, Денис никогда не возражал. Денис много работал, из рейсов не вылезал и, взяв небольшой кредит, купил второй трак. Сейчас он иногда мог остаться дома, отправив в рейс наемных водителей, Сергей продолжал работать с ним. Постепенно накапливал капитал, отдал кредит и сейчас все получаемые деньги от рейсов, за вычетом зарплаты водителям, на мелкий ремонт и обслуживание, которые всегда возникают в процессе работы машин, оставались ему. Дела его шли хорошо, он был удачлив в бизнесе. Даже менеджер компании частенько хлопал его по плечу, говоря, что Денис молодец. Этот ненавязчивый человек почему-то отмечал Дениса среди других владельцев траков и всегда старался ему помочь.

Осень на тихоокеанском побережье Северной Америке, в канадской провинции Британская Колумбия и в штатах Вашингтон и Орегон США, всегда обильна дождями и ветрами. Погода бывает всегда промозглой и не дает тепла. В один из таких дней глубокой осени Денис поехал в рейс с Сергеем. Хадизат была на сносях, она должна была родить вот-вот. Денис не хотел ехать, но один из водителей приболел, а заменить было не кем. Договорились с Сашей, что если вдруг у Хадизат наступят роды, то она присмотрит за Верочкой. Проехав штат Орегон, вошли в теплые края. Солнце светило на синем, без облачка, небе. Это был сильный контраст с Ванкувером и Сиэтлом. Приехали в Сан Диего, где должны были разгрузить контейнер и взять груз на Мехико, в Мексику. Здесь вообще было настоящее лето. Через два дня были в Мехико, здесь стояла жара. В Мехико сдали контейнер, погрузили другой, до самого Ванкувера, и пошли назад, решив отдохнуть и переночевать на территории США. Ночевали в небольшом отеле при заправочной станции. Помылись, поужинали.

– Пиво будешь? – спросил Сергей, – Я сейчас принесу.

– Нет, не хочу, – отказался Денис, он не любил этот напиток.

– Тогда возьму водки.

– Тоже не очень хочется. Возьми лучше бутылочку маленькую коньяка. Выпью сто граммов.

– Хорошо, – сказал Сергей и ушел.

У Дениса на душе было неспокойно. Он не мог понять, в чем дело и отнес это на счет усталости. Пришел Сергей, принес коньяк и баранину по-мексикански. Сели, приготовились поесть. У Сергея зазвонил мобильный телефон.

– Да! Саша, ты? Спасибо, что позвонила. Мы уже на обратном пути и решили заночевать в США, в отеле. Завтра утром выйдем и дня через два будем дома.

Саша что-то говорила, Сергей заулыбался, поглядывая на Дениса. Потом воскликнул.

– Вот это да!

И расхохотался так, что даже на кровать прилег и задрыгал ногами.

– Сейчас, сейчас! На трубку, – протянул он телефон Денису.

Денис взял телефон.

– Да, слушаю, Саша!

– Привет, многодетный папа. Сейчас кое-что скажу тебе. Держись и не падай!

– Говори! Не томи! – Денис догадался, что Хадизат родила.

– Значит так, я не раз слышала, что на Кавказе за хорошую весть дарят подарки. Это так?

– Да, так, есть такой обычай.

– Тогда с тебя подарок! Держись крепче. С двойней тебя, Денис!

– Что? С какой двойней!

– С такой. Хадизат сегодня утром родила тебе двойню, мальчика и девочку.

Денис ошалело оглядывался, стараясь осмыслить сказанное Сашей.

– Так что ты многодетный папа теперь. У вас теперь трое детишек.

– А как Верочка?

– Нормально, вон Дениска наш ее пирожным кормит. Оба измазались, как поросята.

– Ничего себе, вот это Хадизат порадовала, так порадовала! А подарок с меня, даже не сомневайся.

– Я про подарок так, в шутку, не беспокойся.

– Нет, нет, я обычай должен исполнить. Хадизат ведь осетинка!

– Ну все, радуйся, и, пожалуйста, отдай телефон Сереже.