Онанизм у мужчины и женщины

10.3. Значение конституции вообще и половой конституции в частности

К особым условиям, при которых умеренный онанизм может причинить вред, следует, прежде всего, отнести конституцию субъекта вообще и половую его конституцию в частности. По удачному определению Виродта, конституция – это «общий характер (готового) индивидуального сложения, определяемый свойствами организма, его реактивной и функциональной способностью». В применении к половой жизни реактивная способность организма должна быть понимаема не только в обычном смысле реакции на вредные влияния, но и в смысле реакции на источники полового возбуждения.

Признавая мнение Фрейда в большей степени преувеличенным, я нахожу, однако, что и игнорировать реакцию организма на источники полового возбуждения не следует. Я определяю, поэтому половую конституцию, как присущую индивидууму половую дееспособность и сопротивляемость вредным для половой деятельности влияниям, причём возможно преобладание определённого источника полового возбуждения. Подробнее о половой конституции см. в моей книге "Половое бессилие".

Фрейд считает, что при рассмотрении вопроса о том, для каких субъектов онанизм оказывается вредным, следовало бы отводить видное место так называемому конституционному предрасположению субъекта. Надо, впрочем, признать, говорит он, что этим понятием неудобно оперировать, так как мы вообще выводим индивидуальное предрасположение апостериори: когда человек уже заболел, то мы задним числом приписываем ему то или иное предрасположение.

На значение конституции в разбираемом вопросе указывает целый ряд авторов. Так, Тарновский строго разграничивает влияние онанизма на здоровый организм от влияния его на людей, наследственно предрасположенный к страданиям нервной системы. На это указывает и Беард. По его наблюдениям, у крепких и полнокровных ирландских работниц онанизм, даже если они предаются ему в течение ряда лет, не оказывает существенно вредного влияния на здоровье.

И по Левенфельду, врождённое невропатическое предрасположение представляет собою очень благоприятную почву для развития нервных расстройств в связи с онанизмом. При отсутствии такой конституции онанизм, по-видимому, лишь редко и только при исключительном злоупотреблении им ведёт к выраженным нервным расстройствам.

По Штейнеру, онанизм, бесспорно, вреден для полового неврастеника. Он мотивирует это тем, что половой неврастеник, это – человек с преждевременной половой зрелостью, у которого внутренняя секреция половых желез начинается значительно раньше и в большей степени, чем у человека здорового. Вследствие преждевременной функции или относительной гиперфункции внутрисекреторной деятельности зародышевых желез, которую мы имеем основание предположить при преждевременной половой зрелости, нормальный химизм претерпевает изменение. Это изменение, наверное, является важнейшим поводом для появления того состояния, которое мы обыкновенно называем половой неврастенией. Преждевременно усиленная внутренняя секреция даёт импульсы в смысле возбуждения внешней секреции зародышевых желез в такое время, когда они ещё не развиты и отнюдь не доросли до таких требований. Это несоответствие уже само по себе может служить достаточным объяснением для часто встречающегося типа ребёнка – полового неврастеника, который столь существенно отличается от здорового ребёнка. Далее, само собой понятно, что зародышевые железы неврастеника, истощённые преждевременными внутренними и внешними раздражениями, в периоде половой зрелости будут представлять состояние, отличающееся от нормального. Когда нормальный организм вступает в период половой зрелости, то происходит почти внезапная гипертрофия до тех пор почти рудиментарного органа. У неврастеника развитие происходит более замедленным темпом, между тем как нормальный человек почти "через ночь" превращается в юношу или барышню, неврастеник никогда не был ребёнком и никогда не сделается мужчиною. Половая зрелость у него до известной степени затягивается (замедленные рост волос на бороде и половой области, замедленная перемена голоса и т.д.). Неврастеник долго бывает неловким и раздражительным. Он – ребёнок с манерами, желаниями и наклонностями мужчины. Половые железы неврастеника, находящиеся в состоянии хронической гиперемии, в периоде половой зрелости отстают, поэтому как в отношении функции, так и отношении образования гормонов. Расстроенный нормальный антагонизм гормонов замечается особенно в области симпатической нервной системы.

Из всего сказанного ясно, что онанизм является чрезвычайно вредным фактором для половых неврастеников. Однако, они так же плохо переносят и нормальное совокупление. Последнее вызывает у них расстройство, которое длится от нескольких часов до нескольких дней. Каждый половой акт вызывает у неврастеника революционирование всего организма отчасти путём непосредственного вреда, наносимого половым органам, находящимся в состоянии хронической гиперемии, отчасти путём вышеуказанных аномалий в области симпатической нервной системы, вызванных расстройством внутрисекреторных процессов (Штейнер).

Что касается влияния половой конституции, то нет ничего более изменчивого, чем доза излишеств, которые может вынести тот или иной организм. Онанистические действия, которые нисколько не вредят здоровью одного индивидуума, могут вызвать у другого те или иные расстройства.

Только индивидуальными различиями психополовой конституции объясняется, почему онанизм у большинства людей не даёт никаких психопатологических последствий, между тем как незначительное меньшинство реагирует на него тяжёлыми расстройствами в душевной сфере.

Ранк энергично подчёркивает значение половой конституции: "Однородная на первый взгляд картина онанизма при более тщательном исследовании оказывается мозаикой из самых различных половых побуждений, действий, комплексов, представлений и чувств. Если прибавить к этому ещё различия отдельных половых конституций, то станет понятным, почему онанизм у одного субъекта может быть ответственным за некоторые расстройства его половой или душевной жизни, для другого делается даже роковым, тогда как в немалом числе случаев он переносится без особого вреда, а при известных предпосылках можно говорить даже о некоторой пользе в позднейшей жизни от этого преждевременного полового механизма для получения наслаждения".

Как видно из предыдущего изложения, существует противоречие между фактом всеобщего распространения онанизма и тем обстоятельством, что вредные последствия онанизма обнаруживаются лишь в единичных случаях, и что эти вредные последствия очень различны и потому не могут быть сведены к одной причине. Для того чтобы несколько облегчить выяснение этого противоречия, Захс предлагает гипотезу, по которой онанизму приписываются два способа действия, а именно:

1. Общий, который должен проявляться везде и всегда, независимо от особых свойств данного случая. Это, так сказать, необходимое или имманентное действие онанизма. Так как это действие не должно всегда усиливаться до такой степени, чтобы обнаружилась болезнь или проявилась какая-либо ненормальность, то приходится предположить, что оно в существенных чертах латентно, предрасполагает к заболеванию (в самом широком смысле). Наряду с этим происходят и более тонкие душевные изменения, которые относятся уже не к области психопатологии, а к области психологии характера.

2. Особый способ действия онанизма, создающий из предрасположения явную болезнь или аномалию. Появление этого особого, специального действия и формы, в которой оно проявляется, зависят от особенностей случая, которые могут расцениваться с разных точек зрения.

10.4. Влияние онанизма в детском возрасте

Для влияния онанизма на организм далеко не безразлично, производится ли он взрослым человеком или же онанирует ребёнок или подросток. Я не могу, однако, согласиться с утверждение Христиана, что онанизм тем вреднее, чем ребёнок моложе. Автор ничем не подтверждает своего взгляда. Диаметрально противоположную позицию занимает Федерн, для которого является вопросом, нужно ли вообще бороться с онанизмом в детском возрасте. По его мнению, для многих индивидуумов онанизм в детском возрасте является необходимостью, «так как многие дети лишь с вредом для себя переносят всю интенсивность своей сексуальности, между тем как превосходно переносят пониженную сексуальность». В таком случае, Федерн прав, когда говорит, что для того, чтобы судить о прогностическом значении онанизма первых лет жизни, надо дождаться позднейшего развития тех детей, относительно половых проявлений у которых были в своё время сделаны наблюдения. Тогда обнаружится, что представляет собой нормальный онанизм в детском возрасте, как часто и в каких случаях он лишь количественно усиливается и существуют ли качественные типические различия.

Такие данные мы находим у Молля. К нему неоднократно обращались за советом по поводу онанизма у детей. Многие из этих случаев имели месть 10, 15, а некоторые и 20 лет тому назад. Когда он стал интересоваться тем, что стало с его прежними пациентами, то оказалось, что дети, годами онанировавшие в возрасте восьми, девяти и 10 лет, поразительно хорошо развивались, как юноши и мужчины. Молль имел возможность видеть своих 5-6-летних пациенток-онанисток спустя 15-20 лет и подробно расспрашивал их самих или их близких об их здоровье и самочувствии. Многие из них были уже замужем, причём невольно бросалось в глаза, как мало неблагоприятных последствий оставила у них давнишняя детская привычка. Наименьшие вредные последствия наблюдали в тех случаях, где дети не доводили себя до оргазма, а онанировали, лишь производя местное лёгкое раздражение, чтобы доставить себе некоторое сладострастное ощущение.

Молль не считает доказанным, что детский онанизм – с излиянием семени или без него – при всяких условиях вреден. Вред увеличивается при продолжительных и частых повторениях онанистического акта, при искусственном затягивании сладострастных ощущений, а также при нервном наследственном отягощении.

Мне представляется правильной средняя точка зрения между приведенными выше крайними взглядами, а именно, что онанизм может быть более вредным в периоде роста, чем в то время, когда организм достиг полного развития и силы. Я полагаю, что следует различать влияние онанизма в раннем и в позднем детстве. Я склонен придавать большое значение онанизму в позднем детском возрасте, когда, в отличие от онанизма в раннем детстве, уже приводится в действие ещё незрелый половой аппарат. На это указывают некоторые факты из учения о внутренней секреции.

Так, по наблюдениям Хенерсона, зобная железа исчезала у молодых бычков и коров тем скорее, чем раньше они были допущены к случке. По-видимому, это указывает на важную связь между генеративной и секреторной функций половых желез. По Бидлю, зобная железа оказывает, по-видимому, задерживающее влияние на развитие зародышевых желез, а созревание зародышевых желез вызывает инволюцию зобной железы.

Далее, в последнее время стало известно, что мозговой придаток увеличивается в связи с процессами роста и с половыми процессами. Хотя мы пока ещё мало знаем о нормальной функции этих желез, но уже то обстоятельство, что изменение их деятельности ведёт к расстройствам, ясно указывает на их важное значение для экономии организма.

Приведенные два примера показывают, насколько сложны взаимоотношения желез с внутренней секрецией, именно, во время периода полового созревания. Отсюда понятно, что практикуемый в это время онанизм может вызвать различные расстройства в организме.

По мнению Рейтлера, природа создала даже особые предохранительные приспособления, чтобы препятствовать преждевременной половой деятельности полового аппарата, причём Рейтлер особенно подчёркивает то обстоятельство, что такие предохранительные приспособления свойственны исключительно человеку. Они заключаются, по мнению этого автора, в девственной плеве, которая не встречается даже у человекообразных обезьян, а также в отсутствии у человека кости в половом члене, тогда как она имеется не только у грызунов и плотоядных, но и у вышестоящих человекообразных обезьян. Рейтлер полагает, что девственная плева предназначена для того, чтобы служить защитою незрелым детским половым органам от коитуса.

Я не считаю возможным вдаваться здесь в разбор вопроса о назначении девственной плевы. Мечникову представляется наиболее правдоподобным следующее объяснение существования её: "В первые времена своего существования люди должны были вступать в половые сношения очень рано, в таком периоде, когда мужской половой орган не был ещё окончательно развит. При таких условиях гимен не является препятствием для наслаждения половым чувством. Постепенно растягиваемый, но не разорванный, он, в конце концов, не представлял уже препятствия и для зрелого полового органа. Мы предполагаем, следовательно, что в отдалённые времена гимен не грубо разрывался, а постепенно растягивался, и что его разрыв имеет позднейшее и вторичное происхождение… Как известно, и в наши дни девственная плева не всегда оказывается разрушенною после полового акта. По Гудину, приблизительно в 17% случаев оболочка эта не нарушена у перворожениц… Легко представить себе эпоху, когда эта оболочка у женщин не разрывалась. Разрыв этот был бесполезен, и он служит примером наиболее поздней дисгармонии женского полового аппарата" (Мечников).

Во всяком случае, повседневный опыт показывает, что наличность девственной плевы нисколько не препятствует онанизму.

Усматривать в отсутствии кости члена у человека стремление природы оберечь человека от преждевременной половой деятельности – тоже, мне думается, нецелесообразно. Притом, как известно, природа оберегает не только царя природы – человека, но и животных, и потому должна была бы, с вышеуказанной точки зрения, лишить кости член всех животных.

10.5. Влияние онанизма в старческом возрасте

Последствия онанизма в старческом возрасте могут быть более значительными, чем в среднем возрасте, ввиду пониженной сопротивляемости старческого организма всем вредным влияниям. Это относится в особенности к излишествам в онанизме, так как в старости плохо переносятся все излишества, особенно связанные с быстрыми изменениями кровяного давления.

10.6. Излишества в онанизме

Понятие об излишестве или эксцессе чрезвычайно индивидуально. То, что для одного человека является нормою, является для другого излишеством. Это относится как к половым сношениям, так и к онанистическим актам. Одного субъекта чрезвычайно утомляют два половых сношения (или два онанистических акта) в неделю, другой хорошо себя чувствует после того, как имел по одному сношению ежедневно в течение многих дней подряд.

Мы уже указали в своём месте, что одною из отрицательных сторон онанизма является доступность излишеств в нём. В самом деле, возможность повторения этого акта удерживает нормального субъекта, с одной стороны, чувство удовлетворения и утомления, с другой стороны – чувство виновности. Но иногда это чувство виновности, угрызения совести, как и всё, что делает человека недовольным и несчастным, побуждает его искать какого-нибудь утешения, и он его находит… опять-таки в онанизме.

Впрочем, по Штекелю, сознание вины, появляющееся при онанизме, в то же время предохраняет от излишества: "Здесь наблюдается биполярность всех душевных явлений. Задержка делается раздражением, а раздражение задержкой. Здесь поставлен предел обесценению вследствие слишком частого повторения. Таким образом, сознание вины функционирует автоматически: оно повышает наслаждение и предохраняет от излишества".

Как я уже сказал раньше, наследственно неврастенические дети онанируют чаще и интенсивнее, чем здоровые дети. Вообще онанистические эксцессы, как и эксцессы в половых сношениях, наблюдаются, по Крепелину, чаще всего и приносят действительно значительный вред лишь там, где они "выросли на уже предрасположенной почве". Чрезмерный онанизм встречается особенно часто у лиц, нервно и психически неуравновешенных и отягощённых. Бинзвангер также считает, что очень часто чрезмерный онанизм является лишь последствием нервных расстройств. Преждевременное половое развитие и чрезмерное возбуждение суть лишь начало невропатических и психопатических состояний. Однако онанистические эксцессы встречаются иногда и у первоначально совершенно здоровых молодых людей, происходящих от здоровых родителей.

По Циэну, у неврастеников бывают гораздо чаще излишества в онанизме, чем эксцессы в половых сношениях.

По Форелю, люди, предающиеся онанизму часто по несколько раз в день, принадлежат к категории лиц с половой гиперестезией.

Левенфельд считает, что чрезмерный онанизм встречается в опасной степени только у предрасположенных субъектов. Это мнение уже давно высказал Труссо.

Одна из причин эксцессов в онанизме заключается в том, что мастурбаторный акт, вследствие тенденции к нормальному коитусу, перестаёт удовлетворять субъекта, который в то же время не может отстать от онанизма, хотя бы в силу внешней невозможности перехода к нормальной половой жизни. Не получая полного удовлетворения от единичного онанистического акта, такой субъект чувствует себя иногда вынужденным для достижения более полного удовлетворения повторять и учащать онанистические акты.

10.7. Значение вида онанизма

Онанизм может вести к расстройствам в организме в зависимости не только от частоты его, но и от того обстоятельства, в каком виде он практикуется. Бесспорно, наиболее вреден психический онанизм, так как, за отсутствием механических раздражений, здесь для появления эякуляции с оргазмом приходится привести центральную нервную систему в состояние сильнейшего возбуждения, вследствие чего происходит более значительное утомление её, чем при периферически-механическом онанизме.

По наблюдениям Роледера, психические онанисты представляют обыкновенно явления резко выраженной неврастении. В большинстве случаев они раньше предавались другим видам онанизма. По Роледеру, необычайно редко, вернее – почти никогда не встречаются неврастеники, которые с самого начала предавались только психическому онанизму. В большинстве случаев, психические онанисты – это люди, перешагнувшие возраст половой зрелости и предававшиеся в юности физическому онанизму в одиночку или вдвоём. Вначале раздражение рукою наружных половых органов вызывало у них желательный эффект. Вследствие привычного онанизма в течение продолжительного времени у них постепенно развилось притупление чувствительности головки члена (у лиц женского пола – входа во влагалище), поэтому они постепенно стали переходить к психическому онанизму.

Порош сообщает о случае, где пациент в течение долгого времени удовлетворял своё повышенное влечение исключительно посредством психического онанизма. К взаимному онанизму и коитусу он не прибегал из страха заражения. В результате развилась половая неврастения со сперматореей и бессилием. Психическое и местное лечение привело к полному выздоровлению.

Далее, организм сильно утомляется при затягиваемом онанистическом акте, а также при прерываемом онанизме.

При обычном физическом онанизме организм больше страдает в тех случаях, где периферическое раздражение производятся на частях, мало или вовсе не участвующих в нормальном совокуплении, например, у мужчин при раздражении простатической части в углу, образуемом пенисом и мошонкою, а у женщин при сосании грудных сосков.

Слабее всего, по-видимому, действует на организм взаимный онанизм. Штейнер объясняет это реальностью полового объекта, а Гарнье – тем, что при взаимном онанизме оргазм наступает быстрее.

10.8. «Неудавшийся» онанизм

Нередко встречаются случаи, где онанизм оказывается, по выражению Федерна, неудавшимся, т.е. не производит действия клапана, а, напротив, тотчас же оказывает неблагоприятное действие. Это проявляется различным образом. Обычные признаки – бессонница, возбуждённое состояние и отсутствие успокоения после онанизма. Далее, встречается ряд случаев, в которых онанизм, вообще не даёт успокоения, а вызывает дурное настроение духа. Так как это обстоятельство находят обыкновенно в анамнезе с самого раннего детства у таких людей, у которых позже появляются депрессивные состояния, то это указывает на ненормальную, повышенную чувствительность субъекта, причём вовсе не обязательно, чтобы такие дети впоследствии страдали депрессией, но это показывает, что такие субъекты плохо переносят половую неудовлетворённость. Их следовало бы поэтому ограждать от неё и облегчать им вытекающие отсюда психические конфликты.

К случаям неблагоприятного действия онанизма Федерн относит и те случаи, в которых онанизм независимо от того, получается ли от него удовлетворение или нет, не вызывает паузы покоя, а появляется учащённо, в излишестве. Вследствие частоты онанизма у таких детей часто развивается неврастения. Сюда относятся случаи, где происходит моральная реакция, но безуспешно, а также такие случаи, где субъект, вообще, не реагирует чувством виновности или стыдом. Такие случаи нередко граничат с нравственным помешательством или, наряду с другими явлениями, начинаются тяжёлые душевные расстройства.

10.9. Какому полу онанизм больше вредит?

Взгляды авторов резко разделяются по вопросу о том, какому полу онанизм больше вредит. По мнению целого ряда авторов: Крепелина, Фореля, Фурнье, Робинзона, Гэммонда, Илловлиса, Гутцейта, М.М. Тарновского, онанизм оказывает на физическое и психическое состояние девочек и женщин менее истощающее и вредное влияние, чем на мальчиков и мужчин. Эленбург склонен объяснять меньший вред онанизма для девочек, чем для мальчиков, при одинаковом распространении его у обоих полов, в большей степени тем, что об онанизме у девочек меньше говорят. Далее, тем, что к девочкам в руки реже попадают книги о вреде онанизма, написанные притом исключительно для мужчин, поэтому у девушек обыкновенно не бывает проистекающих отсюда душевных потрясений. Бывают, впрочем, и исключения: Эленбургу случалось наблюдать у девушек в периоде полового созревания различные, довольно значительные последствия онанизма для их душевной жизни.

В противоположность перечисленным выше авторам, Христиан считает, что онанизм может причинить больший вред женщинам, чем мужчинам. Тиссо также считает, что онанизм оказывает на женщин более вредное влияние, чем на мужчин. Со свойственной этому автору стремлением к преувеличениям он утверждает, что "кроме всех тех последствий, которые бывают у мужчин, у женщин бывают ещё: боли в матке, неизлечимая желтуха, жестокая судорога в желудке и спине, значительные боли в носу, жгучие бели, выпадения матки и язвы её, удлинение клитора и бешенство матки, которые лишают женщин стыда и разума и принижают их до уровня самых похотливых и неразумных животных".

Что касается картин болезни, вызываемых онанизмом у женщин, то они, по Крафт-Эбингу и Левенфельду, в сущности, не отличаются от наблюдаемых у мужчин. Я лично всецело разделяю эту точку зрения.

Последствия онанизма для женщин серьёзнее последствий от излишеств в коитусе, так как женщина может участвовать в совокуплении совершенно пассивно, не возбуждаясь и не теряя сил. Пассивное же отношение её к онанистическому акту невозможно по существу дела.

10.10. Обязательно ли вредное влияние на здоровье привычного онанизма или излишеств в нём?

Взгляды учёных по этому предмету довольно значительно расходятся. Так, венеролог Тарновский заявляет, что привычный онанизм всегда оставляет глубокий след в отправлениях нервной системы и никогда не проходит совершенно безнаказанно даже для самых крепких организмов. В некоторых случаях, говорит он, привычный онанист, по-видимому, безнаказанно предававшийся пороку, всю жизнь остаётся крайне нервным, болезненно-впечатлительным, истеричным, капризным и легко получает стойкое расстройство нервной системы от причин, не оказывающих подобного влияния на людей, вполне здоровых и не предрасположенных предшествующими половыми излишествами к подобным заболеваниям.

Этому категорическому заявлению не психиатра мы можем противопоставить слова психиатра Фере, отнюдь не склонного уменьшать вред онанизма: "Отчаянные онанисты, на которых не влияют никакие препятствия и которым не помогает никакое лечение, в один прекрасный день излечиваются сами собою и нормально развиваются после многолетней якобы опасной привычки".

Довольно сдержанно высказывается по этому вопросу Мориак. Не отрицая значения онанизма, как предвестника или проявления болезненного состояния, которое ему предшествовало или которое серьёзнее, чем онанизм, он советует не упускать из виду, что этот симптом, появившись и развиваясь, усиливает и, в свою очередь, делается причиною заболевания.

Переходя к изучению возможных последствий онанизма для отдельных систем органов, считаю необходимым отметить значительную трудность такого изучения в условиях нашей культуры. В частности, это относится к возможному влиянию онанизма, особенно чрезмерного, на психику и на нервную систему. Для изучения его в изолированном виде следовало бы отыскать совершенно некультурную среду, в которой онанизм чрезмерно практикуется и где можно быть уверенным, что никакие психогенные расстройства, вызванные законами морали, не осложняют чисто токсических последствий онанизма. В этом отношении имеется кое-какой материал из негритянских стран, на основании которого можно, по Тауску, якобы считать, что онанизм, практикуемый в излишестве в течение многих лет, ведёт к полному отупению (?).