Беги, если сможешь!

Пролог

Заснеженный сад в свете вечерних фонарей оживленно блистал и переливался. Мерцающие, нарядные искры пушистого покрова рассыпались по земле и деревьям, притягивая восхищённые взоры городских жителей.

Зима выдалась богатой на белое одеяние и люди ей радовались, предвкушая новогодние праздники в окружении снежного торжества. Невзирая на холод, прогуливающихся в этот час было много.

Детвора допоздна каталась с горки, обустроенной в саду работниками, по дорожкам туда-сюда прохаживались парочки. Вокруг пруда, на котором организовали каток, украшенный новогодними гирляндами, проложили и лыжню. Даже в вечернее время можно было встретить любителей лыжной прогулки.

И только на садовых тропинках никого: свет фонарей туда почти не доставал и люди побаивались отклоняться от хорошо освещённых дорожек.

Однако на одну из тропинок, ведущую в глубину сада свернул человек. Неспешно двигаясь в сопровождении лохматого пса, даже со спины он излучал силу и уверенность.

Могучее телосложение не помешало ему выглядеть элегантно: добротное пальто с меховым воротником было явно пошито на заказ и безукоризненно облегало фигуру.

Руки он прятал в меховых накладных карманах и, шагая по тропинке, всё больше углублялся в необитаемую зимой и самую темную часть сада.

Его фигура почти растворилась в темноте, когда человек замер и изогнулся так, будто его настиг невидимый удар. Падая на тропинку, он захрипел, а тело его забилось в судорогах. Извиваясь от боли человек катался по земле, едва сдерживая стоны, рвущиеся наружу.

Лохматый пёс невозмутимо сидел рядом, ожидая финала этого внезапного припадка. Он не скулил, не суетился, будто и не беспокоился вовсе.

Человек затих. Какое-то время он лежал на снегу без движения, потом сел и со стоном обхватил голову.

– Неожиданно!– пробормотал он, с трудом поднимаясь, – весьма неожиданно,– пёс внимательно смотрел на своего человека, – поспешим, Велес!– продолжил тот, – нас ждёт Приморск!

Глава первая

Непогода, привычная для жителей Приморска, отплясывала с раннего утра свой ветреный и снежный танец. Мокрые хлопья налипали на лица горожан, пробирались за поднятые воротники, заставляя неприятно передергиваться каждого, кому не повезло выйти из дома и куда-то спешить.

Тарасу тоже не повезло. Его знобило, и ещё дома он никак не мог согреться, а с налипшей на лицо снежной жижей и подавно не удалось. Да и осадок от ночного кошмара до конца не развеялся: засел внутри неприятным колючим клубком.

Тарас шел медленно. Едва переставлял ноги и вяло уворачивался от ветра. Сюрпризов он сегодня не ждал. Ещё один мучительный и болезненный день, похожий на все предыдущие, который просто надо пережить.

Какой-то прохожий, бегущий к подошедшему автобусу, врезался в него и сбил с ног. Тарас шлепнулся прямо на асфальт и снежная кашица холодной влагой тут же проникла сквозь одежду.

Он почувствовал себя совершенно несчастным. Как, впрочем, и все последние месяцы.

Ровно с тех пор, как отец принял решение отправить отпрыска и будущего наследника фермы на обучение в частную гимназию.

Тарас ненавидел гимназию, отца и фермерское хозяйство, наследовать которое он совершенно не хотел, но его не спрашивали. Его никогда не спрашивали. Что есть, что пить, что надеть, с кем дружить… всё решал отец.

На мать надежды не было: она смирилась с отцовским диктатом и предпочла материнским заботам банковскую карту отца.

Тарас поднялся и поморщился, отряхиваясь. Видел бы его сейчас отец: бомжеватый вид промокшего подростка не имел ничего общего с его представлениями о наследнике.

С ранних лет Тарас чувствовал себя проектом, в который вкладывают деньги, чтобы однажды сорвать дивиденды. Ничего личного, просто бизнес.

Отец непрестанно им хвалился перед друзьями, соседями и поначалу эти хвалебные речи выглядели отцовской гордостью за сына. Маленький Тарас слушал, краснел от удовольствия и безгранично любил отца. Но с таким же азартом отец хвалился и новым стадом и новым оборудованием.

Выращивая себе достойную смену он не интересовался потребностями сына кроме тех, которые сам одобрил .

Повсюду таская за собой мальчика, Петр Семёнович категорически не признавал никакого его другого интереса, кроме интереса будущим владением, а ещё спортом и науками и жестоко пресекал любые отклонения от установленной им нормы .

Тарас это понял, когда принес отцу талантливый рисунок полей, которые днём посещали с отцом. Он несколько часов с любовью выписывал разнотравный покров и бежал к отцу в кабинет, предвкушая похвалу, а получил пощечину и сломанные карандаши. Тогда-то мальчик и прозрел, слушая, как отец отчитывает мать за неподобающее воспитание.

Тарас перешёл зебру: ненавистные ворота гимназии, украшенные к новому году сияющей гирляндой выглядели насмешкой этому утру и настроению Тараса. Хотелось сорвать её, разбить, затоптать ногами и кричать: ложь! Это всё ложь!

Не смог. Как тогда, когда в его комнате была проведена ревизия и все предметы, отвлекающие Тараса от Великой цели изъяты и безжалостно уничтожены. Он вцеплялся в альбомные листы и краски, но слезы непонимающего ребенка вызвали новый приступ гнева у отца, а следствием стала вторая пощёчина. Мужики не плачут!

Тарас бросился к матери , ища защиты. Ведь в его мире было двое взрослых. Но мама молчала, отвернувшись от сына.

– Слушай отца!– всё, что она смогла сказать сыну тогда, и повторяла все последующие годы.

Не возненавидел он её только по одной причине: она знала, что он продолжает рисовать тайком от отца и не выдала его.

В остальном мамы будто не было. Она блистала на деловых встречах отца, как украшение его зажиточной жизни, сопровождала в поездках и в посещении школьных мероприятий, одобренных отцом. На этом её участие в жизни сына заканчивалось.

Тарас тоже подчинился отцовской воле и послушно постигал школьные науки. Точные ему не давались, но учителя выводили четверку сыну щедрого спонсора. Зато спорт стал некоторой отдушиной в этом царстве родительского диктата.

В единоборствах он не блистал, чем сильно разочаровал отца, зато, как оказалось, быстро бегал и лёгкая атлетика прочно вошла в его жизнь.

Это была единственная уступка отца: он не считал бег мужским занятием, но первая медаль сына изменила его отношение до терпимого.

Хоть чем-то можно хвалиться перед партнёрами. В своих мечтах он видел сына с ног до головы увешанным медалями и кубками, но увы.

Школьных олимпиад его сын не выигрывал, учебу тянул, но без звёзд с неба. В единоборствах ни разу не победил, но разряды потихоньку получал. Хотя бы за бег медальки таскал, и то слава богу.

Отец уверился, что местная школа не в состоянии дать сыну должного образования, и определил того в частную гимназию Приморска. Уж там-то сделают из него отличника.

Одно радовало Тараса: на пару лет он будет избавлен от ежедневных посещений отцовской фермы, где каждый работник смотрел на парня с неизменным сочувствием.

Ему старались давать работу полегче, но Петр Семёнович требовал, чтобы сын работал наравне со всеми и Тарас с малых лет вместо игр во дворе и приключений со сверстниками стал разнорабочим.

Эту часть своей жизни Тарас ненавидел. Но сделать ничего не мог. Малейшее неповиновение оборачивалось в лучшем случае лишением ужина, в худшем лишением спорта.

Он до сих пор помнил, как отец сжигал во дворе его шиповки за отказ посещать скотобойню, на которой Тараса вырвало, и с которой он с позором сбежал.

Тарас переступил ворота и остановился. Вот и она, чертова гимназия.

Перевод сюда поначалу казался благом, ответом небес на его тайные молитвы, но и тут Тарас не ко двору пришёлся: гимназию посещали дети политиков и прочих значимых деятелей. И лишь он один – сын фермера, что незамедлительно вызвало недовольство и насмешки учащихся.

Его имя склоняли на все лады, вещи портили, демонстративно игнорировали, а комнату в общежитии превращали в инсталляцию буйно помешанного художника.

Через месяц директор гимназии настоял, чтобы Тарасу сняли отдельное жильё, потому как гимназия несла материальные потери, восстанавливая его комнату раз за разом. И это было единственным плюсом. У Тараса наконец появилось место для передышки.

Но каждый его приход в класс по прежнему провозглашался Никитосом, сыночком местного мэра: – Навозом повеяло!

Далее следовал дружный хохот, тычки, на его тетради “случайно” проливались напитки. Фантазии одноклассников не было предела.

Ежедневные издевательства измотали Тараса, но отец слышать ничего не желал. Он орал в трубку, требовал результатов по учёбе и способности за себя постоять. Не зря же он платил за занятия единоборствами.

При этом строго настрого запретил расправу над сыном мэра. Подружись!– советовал папенька.

Сам Тарас желал бы от души навалять Никитосу, но как обычно подчинился требованию отца, и поскольку дружба была невозможна – Тарас просто молча терпел свалившееся на него несчастье. Сейчас он затруднился бы сказать, что хуже: ежедневная работа на ферме или ежедневное посещение гимназии. Каждый день, проведенный в ней был болезненным и мучительным ударом по гордости и чувству собственного достоинства.

От полного разрушения его спасало только посещение тренировок в спортивной школе, которые наконец-то возобновились. Прежний тренер настоял: Тарас на пороге получения КМС и отказываться от спортивного звания нецелесообразно. Отец нехотя согласился и Тарасу подобрали в Приморске спортивную школу и привезли форму.

К его огромной радости никого из гимназии среди спортсменов он не встретил. Даже общение здесь проходило в дружеской и комфортной обстановке. Глоток свежего воздуха посреди токсичного угара.

Радовала и возможность, наконец-то, не таясь рисовать. В своих талантливых рисунках Тарас выражал все , что его терзало и беспокоило. И даже контроль отца в этот раз не смог помешать рвущемуся творчеству.

Карманных денег у Тараса никогда не было, а приходящая домработница, нанятая отцом, полностью обеспечивала его быт питанием и предметами личной гигиены, но несмотря на это выход нашелся.

Подвернулась подработка рядом со спортивной школой – раздача листовок, и Тарас за нее ухватился. Он юлил, хитрил и всячески скрывал от отца заработок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.