Хроники Мантерры Королевские войны
- -
- 100%
- +
– Северинн! Это не близко и обойдется вам недешево. На дороге могут встретиться разбойники, мне с ними разбираться, – он привычно тронул рукоять меча. Райна поправила капюшон и сказала с нетерпением:
– Вы знаете, что делать, Квинт. Я лишь скажу, что по прибытии в Северинн вам заплатят столько, сколько вам и не снилось!
– Тогда в путь! – Он направился к двери. – Я возьму лошадь.
Ревекка Кьюрик осталась в одиночестве до тех пор, пока не вернулся трактирщик с провизией. Он водрузил тюки на лошадь Квинта, взял от Ревекки деньги, пошел обратно в трактир и с глухим стуком закрыл за собой дверь.
Ревекка двигалась в направлении севера, где ее ждал любимый Вилли, с которым они не виделись дольше, чем обычно. Ей было все равно, что будет чувствовать Дэйрон, которому она клялась в верности и, нарушая клятвы, данные перед Сущим, изменяла мужу уже долгое время. Ей было наплевать на все и всех. Она была влюблена, ее счастье затмило все. Она осознавала, что позор покроет весь дом Греев, если она сбежит к любовнику, который приходится родным братом короля Эдвина, и осознанно шла на этот шаг. Ее единственный сын был уже достаточно взрослым, чтобы понимать, что она не любит его отца. Ей казалось, что он поймет ее. Она уходила все дальше и дальше, оставляя за спиной любящего мужа и сына, не думая об их дальнейшей судьбе. Она не любила Дэйрона никогда, несмотря на все его достоинства. И этого не изменить. По договоренности между королем Эдгардом Нордом и отцом Ревекки, она должна была выйти замуж за сына короля, Вильяма. Амберд, как один из крупнейших замков под началом рода Кьюриков, был тогда союзником короля Эдгарда и самой дальней точкой его владений. Ревекка с Вильямом уже встречались и общались довольно долгое время, когда в один прекрасный день соглашение было расторгнуто. На растерянное негодование Ревекки, ее отец ответил коротко и ясно: «Лучше синица в руках, чем журавль в небе». После расторжения договоренностей ее отец присягнул на верность Милдрейнам. Королева Лорна посодействовала их знакомству с Рэймондом Греем и его сыном Дэйроном, который уже тогда был одним из лучших мечников Мантерры. Он влюбился в нее, а она все еще поддерживала связь с Вильямом Нордом, хоть и только в письмах.
Спустя некоторое время, их отцы решили укрепить свой союз с помощью брачных уз их детей. Любовь Дэйрона к Ревекке, о которой знал его отец, сыграла решающую роль. Свадьба состоялась, их дома сроднились. Но только дома. Несмотря на всю любовь, которую питал к ней Дэйрон, она любила другого. На протяжении долгих лет Ревекка жила двойной жизнью. Теперь же ей это надоело. Она хотела быть собой и жить жизнью, в которой ее бы любили и она любила бы сама. Именно эта жизнь ожидала ее в стенах Северинна, который приближался с каждым шагом.
* * *Провожатый молчал почти все время, а Ревекку не покидало ощущение, что кто-то следит за ними. Она то и дело оглядывалась, но никого не видела, было слишком темно. За ночь они проделали огромный путь. Они почти дошли до Журавлиной башни, которую она видела всего раз, в тринадцать лет. Через Северную они перешли спокойно, но Квинт решил обойти башню стороной. Вдоль реки они подошли к мосту с восточной стороны и прошли через него, ни с кем не встретившись. Мост был далеко позади, когда им на встречу вышла троица, одетая настолько странно, что это даже развеселило Квинта.
– Смотри-ка, кто тут у нас, ребята, – они были пешими. – Эта красавица хоть и немного старше, чем я заказывал, но хороша, как та, что была у меня в последний раз.
Двое захохотали так громко, что лошади забеспокоились. Троица приблизилась к ним вплотную, и Ревекка ощутила запах дрянного эля. Они были пьяны и уродливы. Ей стало страшно. Она вскрикнула и ударила ногой главного, который принялся распускать руки.
– Квинт, разберись с ними!
– Нам надо проехать, и я не привык, чтобы мне мешали, – сказал Квинт.
Те вновь засмеялись: – Он умеет говорить, ребята!
– Слушай, Квинт, – главарь услышал его имя, – упади сам с лошади, пока мы тебя не сбросили. Нам нужны деньги и лошади. Остальное можешь взять с собой, ну кроме вот этой прелестной задницы.
Один из троих схватил ее за руку. Квинт бездействовал, и она с ужасом подумала, что он просто отдаст ее им. Он спустился с лошади, отдав удила главарю, и медленно пошел в сторону под улюлюканье и возгласы: «Хороший мальчик!», «Сваливай уже, давай быстрее!». Никто даже не успел понять, что произошло потом, даже Ревекка. Меч Квинта вышел из ножен так быстро, что троица успела только ахнуть. Первым взмахом Квинт рассек горло одному, второй, что побежал к нему с топором, умер от прямого удара в брюхо. Главарь, оставшись один, взобрался на лошадь в надежде унести ноги. Но Квинт метнул в его спину топор. Главарь застыл на секунду и рухнул на землю. От всего увиденного Ревекку вывернуло наизнанку. Квинт тем временем порылся у убитых в карманах, забрав несколько серебряников и медяков, и, взобравшись на свою лошадь, двинулся вперед. Сказал: «Вам надо отдохнуть, Райна. Отойдем в сторону от тракта, там мы будем незаметны». Она не отозвалась. Они двинулись в лес, сойдя с большой дороги.
– Я благодарна вам, Квинт.
– Ну, вы же меня наняли! А кто буду я, если не выполню обещанное? – Он говорил ровно, будто бы не он только что убил тех троих на дороге.
– А вы давно стали наемником? – она поправляла одежду, не глядя на Квинта, но услышала, что тот на мгновение задумался.
– Сколько себя помню. А что такое? Это хороший способ заработать деньжат. Ладно. Остановимся здесь ненадолго. Ложитесь и поспите, пока есть возможность. Его голос был одновременно и суров, и мягок, в нем смешивались нотки хитрости и благородства. Наверное, только у людей этой профессии такие голоса, – подумала Ревекка, безуспешно пытаясь устроиться на листьях и ветках. Леди не созданы для того, чтобы спать на голой земле!
* * *Ей показалось, что она и вовсе не сомкнула глаз, когда провожатый разбудил ее. После легкого перекуса они продолжили путь. Все тело ныло от долгой езды. Квинт двигался, не сбавляя скорость, несмотря на жалкий вид попутчицы. Главной его целью было доставить ее на место и получить деньги за работу. Ревекка из последних сил прибавляла ход, не желая отставать от наемника.
Дорога изнуряла, а время тянулось и тянулось, словно этот переход был вечным. Они сделали еще одну остановку, поскольку лошади уже задыхались, а Ревекка была уже не в состоянии сидеть в седле. Все ее тело ныло, к тому же она засыпала прямо на ходу, рискуя вывалиться из седла вниз головой. Из-за этой последней остановки они прибыли в Северинн только на третий день пути, затемно. И только когда она оказалась за стенами замка, ее ощущение слежки пропало, и она смогла расслабиться. Вилли встретил ее сам, и был сдержан при слугах, но она видела ликование в его глазах.
– Сколько золота ты ему обещала? – шепотом спросил он, но не получив определенного ответа, бросил наемнику небольшой мешочек, до краев заполненный монетами.
– Этого достаточно?
– Вполне, милорд! Вполне! – Квинт заглянул в мешок.
– У меня будет еще одна просьба, милорд. Можно ли мне переночевать в замке? Дорога была длинной, знаете ли.
– Я премного благодарен вам и ценю вашу помощь, но в замке оставаться невозможно. Тут не место наемникам. Но ночлег есть в Корке, деревушке неподалеку. Там есть все, что вам понадобится.
Квинт дважды просить не стал, повернулся и направился в деревню.
* * *Владыка Северинна не соврал ему – деревушка и впрямь была совсем близко. Квинт вошел в трактир, где, судя по всему, сидели завсегдатаи, и заказал эля. Эль оказался крепче и вкуснее, чем в Сонном. Пены было совсем мало, не то что у Фредди, который, вероятно, разбавлял эль водой, или еще какой-то гадостью. Он решил про себя, что непременно скажет об этом дрянному трактирщику по возвращении. Он начал думать о том, что не покидало его мысли всю дорогу сюда: «Как проникнуть в замок незамеченным?». Ничего путного в голову не приходило, и он заказал еще выпивки. Квинт не обратил внимания на человека в темном капюшоне, сидевшего в углу. Фигура подозвала трактирщика, который послал вместо себя своего помощника. Эти двое вышли из трактира. Именно этот человек в капюшоне оказался тем звеном, которое Квинт не учел в своем плане. Но, по чистой случайности, это сыграло ему на руку.
Глава 6. Ночной охотник
Была глубокая ночь. Крытая повозка взобралась на каменный мост и подъехала впритык к массивным воротам замка. На стенах горели факелы, освещая узкое пространство перед ними ровно настолько, сколько было нужно стражникам на стене.
– Стой! Кто идет?
– А кто спрашивает? – старик с вожжами в руках посмотрел наверх. – Это опять ты, Руфф?
– Как ты опять догадался, Сыч? – сверху послышались негромкие ругательства, стражник перегнулся через парапет, осматривая повозку.
– У тебя такой визгливый голос, что его ни с чем не спутаешь. Давай уже тупица, открой эти штуки и впусти меня. Мне еще надо успеть обратно в Корк. Старик по прозвищу Сыч был так нетерпелив, что даже начал барабанить по воротам палкой, что была у него всегда под рукой.
– Ты один?
– Нет, олух, с твоей бабушкой! Открывай давай!
– Почему ты всегда приходишь под покровом ночи? Неужели для тебя нет белого дня? – не унимался стражник, и нехотя сказал: – Открывайте, парни. Это Сыч с провизией.
– Похоже, сегодня будет выпивка. Да, старина Сыч? – Снизу послышалась возня, и вскоре ворота открылись, впустив повозку с провизией в замок. Стражники сразу окружили ее со всех сторон.
– Ну? Где выпивка, старый? – один из стражников протянул было руки к рогоже, укрывавшей провизию, и тут же получив палкой по руке, взвыл от боли.
– Сколько я вам, олухам, говорил, чтоб не совали свой нос, а? – он зло посмотрел на стражника, который все еще держался за руку, мыча от боли, и добавил: – Для вас сегодня ничего нет!
– Как это нет? – это был уже Руфф, спустившийся проследить за закрытием ворот.
– Вот так вот и нет, тупица! – Старик посмотрел на него так, что тот растерялся, – Сборище полудурков! Я что, обязан вас кормить и поить вечно?
– Да ну тебя, старик… – один из стражников обиженно отошел и полез обратно на стену, а трое остались стоять на месте.
– Отойдите от повозки! Ваша последняя выходка чуть не лишила меня заработка! – старик дал ходу кобыле, что тащила повозку, наблюдая, как стражники топтались позади, и ухмыльнулся. Всякий раз, въезжая, он давал им зачерпнуть из бочки с элем, но в последний раз они так напились, что даже ворота не закрыли после его выезда. Начальник стражи был в ярости, и Сыч опасался, что его и вовсе перестанут впускать.
Он направил повозку мимо башен и гостевого домика к складу с провизией в дальнем конце замкового двора. Забарабанил палкой в деревянную дверь, за которой, он знал, спал панталер Арни, тощий ключник. Послышалась ругань и шаркающие шаги. Арни распахнул дверь: – Опять ты ночью, Сыч! Ты мешаешь мне спать! – Арни хмуро зевнул во весь рот, так что Сыч успел пересчитать его немногочисленные желтые зубы.
– Не твоя забота, когда я привожу товар, Арни. Ты должен принять мой груз, вот и принимай. Только давай быстрее!
Пока они препирались, рогожа зашевелилась, и с повозки соскользнула темная фигура. На миг застыв за колесом телеги, она незаметно проскользнула в темноту и растворилась в направлении главной башни. Оказавшись внутри замка, человек проник в приемный зал. Прижимаясь к стене, мимо болтающих стражников он направился вглубь, к лестнице, ведущей наверх. Его дыхание было прерывистым, а шаги быстрыми и в то же время бесшумными, как у пантеры. Он двигался так быстро, как мог, понимая, что разгружать повозку старик будет недолго, а покинуть замок надо тем же путем, каким он сюда попал. Других путей отхода он не знал, да и цель, с которой он сюда проник, была важнее всего остального. О том, что будет после, он не думал. Снизу послышались шаги. Стражники, тяжело гремя, шли по лестнице вверх, делая очередной обход. Человек замер у стены в самом конце длинного коридора.
– Ты видел, сколько он заплатил провожатому за эту девицу?! – грубый голос говорившего выражал досаду.
– Видел…
– Мне жалованье мизерное задерживают, а лорд Вильям заплатил этому проходимцу целое состояние!
– Перестань считать чужие деньги. Ты уже достал меня своим нытьем. – Второй стражник был чуть выше и выглядел внушительнее первого. – Ты говоришь так, будто ему заплатили твоими деньгами!
– Да пошел ты, дубина! – Он ткнул напарника локтем. – Я думаю, что нам могли бы и поднять жалованье, раз лорд Вильям разбрасывается таким деньжищами ради обычных девиц.
– С чего ты вдруг решил, что она – обычная?
– Необычные девицы не разгуливают ночью с наемниками, вот почему! Да и ты как будто не знаешь, как наш лорд любит брать все, что в юбке и шевелится! Они уже повернули в коридор и двигались в его направлении, как вдруг с верхних этажей раздался женский стон, который заставил их остановиться и навострить уши.
– Что я тебе говорил, олух!
– Ладно-ладно, ты прав. Давай спустимся вниз, тут все равно никого нет, – тот, что был покрупнее, потянул языкастого за рукав.
Они развернулись и двинулись в обратном направлении, а человек, выждав пару мгновений, устремился на звуки. Он отчаянно надеялся ошибиться в своей догадке. Стражи здесь не было. Быстрыми шагами он двинулся к полуоткрытой двери, которую искал. Изнутри доносились женские стоны и мужское отрывистое дыхание, и эти звуки резали ему уши. Очень медленно он толкнул дверь, которая предательски скрипнула, предупреждая лорда Вильяма о чьем-то приближении. Он снова застыл, но необходимость подтолкнула его дальше. Картина, которая предстала перед его глазами, на мгновенье помутила его рассудок. Это была она, скачущая на чужом мужчине как последняя шлюха, которой заплатили гору золота. Он узнал ее, хоть и не видел лица. В одну секунду она убила в нем все чувства, что он к ней испытывал все это время.
Он тупо смотрел, как ее нагое тело движется на мужчине, как ее стоны становятся все громче и громче, пока гнев не заполнил его целиком, накрыв с головой. Он, не сознавая, что делает, схватился за кинжал. Уже не заботясь о том, чтобы быть незамеченным, он подошел к ней сзади, заткнул ей рот, чтобы не слышать больше этих стонов, одним ударом пригвоздил Вильяма Норда к кровати, и полоснул кинжалом по ее горлу. В тумане смотрел, как она пытается остановить кровь, хватаясь за рану руками. Немного отступив, он опустил невидящие глаза на собственные руки, в одной из которых был окровавленный кинжал. Сознание медленно возвращалось к нему леденящим ужасом содеянного.
То, что творилось с ним дальше, трудно описать. Он считал совершенное им убийство и местью, и наказанием, и в то же время понимал, что он лишь маленький человечишка в руках Сущего, и не ему было вершить суд над этими двумя. Его гнев сопровождало странное облегчение, и эти двоякие чувства возобладали над всеми его инстинктами самосохранения. Он двигался по лестнице медленно, без опасения быть пойманным. Ему было все равно, вздернут его или лишат головы. То, что он не попался, было чистой случайностью. Стража совершала обход в дальних залах замка, когда он вышел из приемного зала и направился к повозке старого Сыча.
Убийца тихо взобрался в повозку, скользнув за брезентовые занавеси, что скрывали его, и уселся поверх пустых мешков. Он даже не стал прикрываться ими на тот случай, если кто-то решит проверить повозку. Он просто сел и отсутствующим взглядом уставился в небо через небольшое рваное отверстие.
Вскоре повозка дернулась и поехала, и они вновь оказались у ворот, где стояли все те же недовольные стражи. Сыч подозвал одного из них, и что-то ему отдал со словами: – Если будете и дальше меня безобразить, никакой выпивки от меня вам больше не будет.
– Не волнуйся, Сыч. Я за этим прослежу.
– Поверю тебе на слово. А теперь скажи этим оболтусам, чтоб выпустили меня, я хочу добраться до дома. Стража не стала проверять, что в фургоне. Ворота открылись, и через некоторое время они оказались на том же каменном мосту. Пройдя по нему, старик направил старую клячу в сторону деревни, на ходу подсчитывая прибыль за весь день.
Боль не отпускала преступника, грызла изнутри, не давая покоя. Слезы хлынули помимо воли, стремительно, будто хотели скатиться как можно быстрее, в надежде очиститься, отделившись от него, а твердый подбородок дрожал. Ноги и руки стали ватными, он перестал их ощущать. Чувства накрыли его, как цунами, и у него не было больше сил им сопротивляться. Он ощутил, что задыхается. Находиться в этом замкнутом пространстве он больше не мог.
Надо было выбраться отсюда, немедленно. Сыч на мгновенье ощутил, как повозка качнулась, но, повернувшись вполоборота, ничего не заметил и продолжил путь, сославшись на неровную дорогу…
Глава 7. Деметра из Миллорна
Отряд Деметры двигался довольно быстро. Она знала, что дорога от Белого замка до Северинна немного короче той, которую придется преодолеть им. Королевская свита будет двигаться медленнее, так что у нее будет время разузнать обо всем произошедшем. Она пришпорила коня, а за ней и ее отряд, который считался лучшим в Миллорне. Они уже перебрались через Ардо и Арнфортский брод и двигались на север, немного западнее Серого холма, по большой наезженной путешественниками и торговцами дороге.
Деметра рассчитывала дойти до Северинна за семь суток. Скорость зависела от отсутствия препятствий на землях северян, что начинаются после Серого холма.
Они были в пути уже три дня, останавливались лишь для недолгого сна. Впереди у них будет единственный трактир на всем пути, который называли Сонным. Им надо было добраться до трактира до наступления темноты. Там можно будет отдохнуть и всадникам, и лошадям.
– Айла! – Голос Деметры приглушил ветер. Светловолосая девушка лет двадцати поравнялась с ней. «Красива и смертоносна», говорила о ней Деметра, и это было правдой.
– Скачи вперед. Ты будешь нашими глазами. Если что-то не так, ты знаешь, что делать.
Айла кивнула и пришпорила коня. Деметра же в свою очередь немного сбавила ход, а за ней и оставшиеся восемь человек. Шел третий месяц весны, и было не так тепло, как хотелось бы. Зато все вокруг утопало в зелени. Деметра вдруг поняла, что почти всю дорогу не обращала внимания на окружающую ее природу.
«А я зачерствела…» – подумала она.
А в отряде шел спор:
– Говорят, у северян большие мечи! – это был голос Арноры.
– Наверное, у них маленькие члены, поэтому они выставляют напоказ свои большие мечи! Ха-ха! – голос подал Фрик, один из двух мужчин в отряде. Его полное имя было Фрикхолд, но все звали его Фрик.
– А может, они просто любят таскать тяжести? – Эрл начал ему поддакивать.
– Да нет! Я говорю вам! Все дело в маленьких членах!
– И это говорит человек, у которого член размером чуть больше моего мизинца! – все загоготали как один, от чего Фрик пришел в бешенство.
– Может, посмотришь и оценишь, Гвэн? – Фрик запустил руку между ног.
– А может, ты снимешь штаны, и мы все посмотрим? – Гвэн не оставалась в долгу.
– Жаль, мы не можем делать остановок. Да, Фрик? – Деметра обожала его, несмотря на его заносчивость.
– Я бы их всех удивил, – сказал Фрик нарочито громко, и добавил уже серьезнее: – Говорят, среди северян много свирепых бойцов.
– Воины из Берфорта особо опасны, – Арнора говорила нечасто, но к месту. – Говорят, они умеют дрессировать медведей!
– Ага! А еще говорят, что они сами умеют превращаться в медведей! – Эрл ухмыльнулся, от чего получил свирепый взгляд Деметры и осекся.
– Не знаю, кто говорит, но то, что среди них есть достойные воины, я знаю не по наслышке, – сказала Деметра и выхватила воткнутую в землю стрелу. Их оставляла Айла. Значит, впереди все спокойно и можно двигаться свободно.
Путь оказался длиннее, чем рассчитывала Деметра. До Сонного трактира они добрались уже затемно. Народу там оказалось больше, чем они ожидали. Изнутри доносились пьяные голоса. Они заплатили конюху, отдали лошадей и вошли внутрь.
Трактир был небольшой, всего в шесть столов, четыре из которых были заняты. В правом углу сидел какой-то человек в капюшоне с кружкой эля, за двумя другими столами слева сидели две компании по три и четыре человека. Половина из них находилась в пьяном беспамятстве. Еще двое в накидках сидели за столом прямо рядом с входной дверью. Все обернулись на вошедших.
Трактирщика звали Фрэдди. Это был человек средних лет. Он подошел к ним:
– Добро пожаловать в мой трактир. Ваша подруга уже позаботилась о ваших покоях. Вам остается лишь заказать еду, питье, ну и конечно оплатить – он с улыбкой поклонился, сдвинул два оставшихся стола, расставил стулья.
Для десяти человек стол оказался тесноват, но никто не жаловался. Сын трактирщика, мальчишка лет двенадцати, принес им пива, жареное мясо с картошкой под морковным соусом, сыр, овощи и хлеб. Еда оказалась довольно сносной. Вся трапеза прошла в молчании, пока Фрик не откинулся на свой стул после огромного глотка пива, и не рыгнул на весь трактир. Обернулись даже пьяные соседи.
– Мы же за столом, громила! – Айла запустила в него куском хлеба, который тот ухватил и положил в рот.
– Я в курсе дорогуша. К твоему сведению, пиво отменное! – он глотнул еще.
– Комнаты наверху. Нам всем надо отдохнуть – сказала Айла.
– Она права. Выходить будем рано утром. Так что всем отдыхать. – Деметра встала из-за стола и направилась к лестнице. За ней встала Мойра, самая молодая девушка из всего отряда, младшая сестра Айлы. За всю дорогу она не проронила ни слова.
Оставшиеся выпили еще по кружке пива, и из-за соседнего стола услышали песню, которую затянули подвыпившие гости:
Одна красавицаНебесная дочьКупалась в озереВ лунную ночь.Ах ты моя Лори,Лори, Лори, Лори.И под звездамиНагое тело ееСверкало-сияло,Словно серебро.Ах, ты моя Лори,Лори, Лори, ЛориЛунная она,Звездная онаЖаль, что не моя,Не моя она.Ах, Лори, Лори,Лори, Лори, ЛориНе моя и мояЛори, Лори, Лори.Песня была столь же красива, сколь и стара. Она была посвящена королем Ретгором королеве Лорна, в начале времен образования королевств.
* * *Айла, Фрик и остальные направились наверх. Айла сняла всего три маленьких комнатушки, с двумя кроватями в каждой.
– Ты считать умеешь, дорогуша? – Фрик недовольно посмотрел на нее.
– Комнат больше не было! – она рявкнула на него так, будто это он был виноват в том, что не было свободных комнат.
– А может, ты решила немного сэкономить?
– А может, ты заткнешься, тупица? – она вошла в комнату, где уже лежали Мойра с Деметрой, и закрыла дверь.
– Хорошо, что хоть нам место оставила, – Фрик пинком открыл дверь, вошел и рухнул на кровать справа. Эрл, в свою очередь, постелил одеяло на полу и лег там, уступив кровать женщинам. Арнора расположилась на кровати в комнате с Фриком и Эрлом, а остальные четверо вошли в третью спальню.
Все были сытые и уставшие, и сон накрыл их очень быстро.
* * *Трактирщик разбудил их на рассвете. Они пополнили запасы провизии, подготовили лошадей. Оставался последний марш-бросок до Северинна.
Столы были пусты, за исключением того, за которым спали двое вчерашних пьянчуг, упавшие лицами в тарелки. Третий лежал под столом и храпел.
«Не умеешь пить, так не берись», – подметила Гвэн с ухмылкой.
Деметра отдавала приказы.
– Айла, на тебе провизия, – та молча кивнула.
– Эрл, ты – к лошадям. Проверь, все ли там как надо. Остальные за стол. Если, конечно, уже проверили экипировку.
– Эрл, глупый Эрл. Ну скажи мне, зачем ты вызывался конюхом! – сострила Арнора.
– Для того, чтобы после долгих скачек твоя прекрасная задница оставалась пригодной для кое-чего еще! – он наглядно показал, для чего, и со смехом вышел.
– Очень смешно, тупица! – бросила та ему вслед.
Айла удалилась с Фрэдди, а все остальные привели себя в порядок и сели за стол. Чуть позже Айла с Эрлом присоединились к ним. Все вместе перекусили, расплатились с трактирщиком и продолжили свой переход.
Айла все так же ехала впереди, а отряд шел следом. Очень скоро она исчезла из вида, и лишь оставленные ею стрелы говорили о том, что путь свободен. В целом, они ехали довольно быстро, Деметра была довольна. Впереди Журавлиная башня.
Во времена первых королей Журавлиная башня была всего лишь дозорной башней северных людей. Спустя века, башню и близлежащие земли передали во владение Койну Ламберту, коему был присвоен титул лорда за верную службу. С тех пор эти земли стали семейным владением.
Башню, хоть она и была крупнее многих, все же трудно было назвать замком.
Журавлиная башня находилась на небольшом возвышении, в дельте Северной. И чтобы попасть в Северинн, нужно было пройти через мост, который, как и предполагала Деметра, находился под контролем людей Ламбертов. Этот мост должен был стать последней преградой на пути к месту назначения, он уже виднелся на горизонте. С каждым шагом черная точка здания начинала принимать все более отчетливые очертания, пока не превратилась в огромную каменную башню. Айла дождалась отряд с полдюжины всадников, подходивших со стороны башни. В пластинчатых доспехах они выглядели довольно внушительно. У одного из них в руках было знамя красного цвета с изображенной на нем черной каменной башней, над которой раскинул крылья золотой журавль.