Невеста (не) для сына

Глава 8.

Я была в шоке. В полной растерянности и диком ужасе. Просто стояла и смотрела вслед удаляющейся машине.

Бежать. Она мне сказала бежать? Мне же не почудилось?

С трудом получалось переварить услышанное, а ещё труднее было сделать это.

Как? Разве это реально?

Их четверо, а я одна… Да они глаз с меня не спустят. Настоящие церберы. Крепкие, сильные, опасные. Во всём чёрном, только цепей и белых клыков не хватало.

– Идём, – один мужчина обхватил пальцами моё предплечье и потащил к дому.

– Пустите, – осипшим голосом проговорила, вырывая свою руку. – Я сама…

Ноги были, словно ватные, и совсем не слушались. Чтобы идти, мне пришлось приложить не дюжее усилие.

– Без глупостей.

Мужчина убрал руку и позволил идти самой.

– Даже если бы захотела, не смогла сбежать, – проговорила вполголоса.

Сказала достаточно тихо, но была уверена, меня слышали все.

Войдя в дом, я направилась в комнату отца. Ноги сами повели меня туда. Словно чувствуя, что там найду для себя утешение, и мне станет легче.

– Оставьте меня, – хрипло выкрикнула я, когда они все решили пойти за мной. – Я хочу побыть одна.

И я не лукавила. Мне это действительно было нужно. Хоть на несколько минут.

– Лука присмотри за ней, – сказал главный, смотря мне в глаза. – Глаз не спускай.

Мужчина помоложе шагнул ко мне, но я снова прокричала, вскинув руку вперед:

– Нет. Не входите.

Ноздри старшего заходили ходуном, и он собирался ответить, но я добавила:

– Всего несколько минут.

После непродолжительной паузы главный кивнул, позволяя мне закрыть перед ними дверь. Едва это произошло, как я рухнула на колени и разрыдалась в голос. Выла белугой, прижимая ладонь к груди, пытаясь унять боль. Изливала свою горечь, опустошала от скорби душу, которую скручивало от дикого страха.

За дверью было тихо, но я знала, что они там. Слушают, не оставляют одну, следят.

Как? Как мне бежать? Сделать это было просто невозможно.

Разжав ладонь, посмотрела на ключ. Зачем она мне его дала? Что мне с ним делать? Эти цепные псы не позволят сделать шаг, пока не приедет Вагнер. А потом… сложно представить, что меня будет ждать потом.

Через какое-то время я немного успокоилась и поднялась на ноги. Прошла по комнате, смотря на пустую постель отца через пелену слёз.

Мозг едва соображал. Не могла поверить во всё произошедшее. Всё случилось так быстро, что становилось дурно.

Что же делать? Как быть дальше? Сидеть и ждать Вагнера или всё же попытаться выбраться из дома?

Первое, что приходило на ум это поговорить с мистером Робертом, объяснить ему, что я непричём, не виновата в смерти Гая, но слова мачехи заставили меня отмести этот вариант. Уверенность в том, что всё обойдётся, пошатнулась, в том момент, когда мне не позволили поехать в больницу вместе с отцом. Поняла, что это страшные люди и им плевать на горе и проблемы обычных смертных. На первом месте приказы Вагнера. Остального не существовало.

Значит, Альбертина была абсолютно права, говоря мне бежать. Она знала больше моего. Слышала вещи, которые побудили её дать мне подобный совет. Мачеха была знакома с Вагнером много лет, понимала, с кем мы имели дело, а что я? В глаза не видела этого монстра. Не представляла, что это за человек, на что способен. Мне оставалось лишь положиться на то, что советовала мачеха. Иного выхода для себя не видела.

Постояв ещё немного у постели отца, я пошла к выходу. Мне необходимо было попасть в комнату к Альбертине, но перед этим нужно было заглянуть в свою. Забрать свои документы и ценности. План уже медленно, но чётко вырисовывался в моей голове, побуждая к немедленным действиям.

Сделав глубокий вдох, я открыла дверь. Всё, как я и предполагала. За ней я обнаружила того, которого звали Лука. Он стоял совсем рядом, подпирая затылком стену. При моём появлении тут же обратил на меня свой взор, от которого я содрогнулась.

– Мне нужно в свою комнату, – сухо кинула ему и быстро, пока не последовала реакция, прошла мимо.

Я слышала, что он шёл следом, но на мою удачу не возражал. Только бы он не делал это, когда я попаду к себе, и также как в прошлый раз оставлю его за дверью.

К моему счастью, он остался снаружи, а я, закрыв дверь, кинулась к столу, желая побыстрее найти свой паспорт. Мои документы были на своём месте. Там же, где я оставила их, когда вернулась из поездки.

Проклятая поездка. Лучше бы её никогда не было…

Положив паспорт себе за пазуху, стала рыться в шкатулке, где находились мои украшения. Драгоценностей было не много. В основном матери и очень старые, но если их продать, то могла бы протянуть какое-то время.

Вздохнув, я завернула их в платок и отправила следом за документами.

Что дальше?

Тяжело втянув в себя воздух, прикрыла веки. Сердце из-за страха едва не выпрыгивало из груди. И ведь я ещё ничего не сделала, а уже лишалась рассудка.

Времени у меня было очень мало. Из слов моих надзирателей я знала, что на все про все у меня было менее двух часов, но первый час был уже на исходе, а значит мешкать было нельзя.

Сглотнув страх, я вышла из комнаты и тут же, не обращая внимания на мужчину, направилась к двери в комнату Альбертины.

Мой нежелательный спутник не отставал ни на шаг, но и вопросов никаких не задавал. А это могло создать трудности. И я решила всё же объясниться, чтобы пресечь полёт его фантазии.

– Мне нужно собрать вещи мачехи, – без эмоций в голосе кинула ему через плечо. – Они могут ей пригодиться в больнице. Пожалуйста, не идите за мной. Я не долго.

Обернувшись, я обнаружила, что мужчина нахмурился. Мне уж было показалось, что он нем, но спустя пару секунд он всё же сказал:

– Не больше десяти минут, и я захожу.

Кивнув, я открыла ключом дверь и скрылась за дверью. Прислонившись к ней спиной, стала хватать ртом воздух.

Десять минут. Как мне успеть за это время сделать невозможное?

Найти выход, бесшумно выбраться.

Я понимала, что единственным вариантом было окно, но комната находилась на втором этаже…

Боже, помоги.

Досчитав до трёх, взяла себя в руки и стала искать сбережения Альбертины. Мне нужна была наличность. Иначе как мне покинуть город? Без неё мне просто не выкрутиться.

То, что у мачехи были деньги, я знала наверняка и предполагала, что именно по этой причине она дала мне ключ от своей комнаты.

Не теряя времени даром, я стала прочёсывать все шкафы, полки. Деньги оказались в тумбочке, сложенные аккуратно в небольшую шкатулку. Быстро схватив их, я бросилась к окну.

Высота была приличная и просто спрыгнуть вниз – чревато переломанными костями, но если осторожно спуститься по карнизу и пройти вправо, то там была небольшая лестница, которая могла мне сослужить добрую службу.

Только я взялась за ручку оконной рамы и собралась распахнуть створку, как замерла на месте.

– Нет… не может быть, – прошептала в панике, смотря вниз.

К дому на внушительной скорости подъехали два автомобиля, и из них показались люди.

Глава 9.

Их было много. Очень много. Я насчитала по меньшей мере шестерых, но только один из них привлёк к себе особое внимание. И это был совсем не господин Вагнер. Тот должен был выглядеть как старик, а этот на вид был немного старше Гая. Привлекателен, статен, подтянут. Из тех, кто привлекал к себе взгляды противоположного пола.

Роланд. Я видела его на праздничном вечере в честь совершеннолетия Гая. Он стоял среди гостей. Под руку с какой-то женщиной. А потом столкнулась с ним лицом к лицу…

От воспоминаний невольно содрогнулась.

Это был точно он. Я запомнила его, потому что на общем фоне этот мужчина выделялся. А ещё безумно хотелось смотреть на него, не отрываясь, но в тот момент я должна была пойти к Гаю.

Мужчины проследовали к входной двери и нырнули внутрь, а я замерла, пытаясь понять, почему приехал не сам Роберт Вагнер. Почему поручил поехать в наш дом своему племяннику? Было ли это для меня хорошо или плохо, я не знала, поэтому решила не отбиваться от ранее намеченного плана и поспешить. Думать было некогда.

Распахнув створку окна, подставив стул, забралась на подоконник. Держа равновесие, маленькими шажками стала пробираться вдоль стены, пока не зацепилась рукой за лестницу. Не знала, как я это проделала. Будто в состоянии аффекта. Страх раненой птицей клокотал в горле, но я душила его всеми силами, убеждая себя, что спасаю себе жизнь.

Наступив на ржавый металл, стала быстро спускаться вниз, пока перекладины не закончились. Посмотрев вниз, сглотнула. До земли оставалось ещё около двух метров. Страх снова сковал моё сердце своими липкими щупальцами. Не то чтобы я до безумия боялась высоты, но прыгать с такой высоты ещё не приходилось. Опасалась переломать себе ноги.

Из оконного проёма послышался стук. Подняла вверх голову и поняла, что через секунду буду обнаружена.

– Боже…спаси и сохрани, – прошептала онемевшими от страха губами.

Крепко сжав веки, разжав пальцы, отпустила перила и полетела вниз.

Полёт был короткий, а приземление жёстким.

– Ммм, – простонала, почувствовав небольшую боль в лодыжке.

Потерев её непослушными пальцами, попыталась встать.

Боль была не сильной. Походило на небольшое растяжение, но я была безумно рада.

Я жива! Ничего такого, чего я боялась, не случилось, и теперь у меня был шанс на свободу.

Встав в полный рост, посмотрела вокруг себя и, насколько только могла, быстро побежала к зарослям кустарников, за которыми находился небольшой лес.

Нырнув за живую изгородь, я понеслась со всех ног. Я продолжала бежать ровно до тех пор, пока силы меня не оставили.

Упав на траву, пыталась какое-то время отдышаться. Позади меня была пара километров. Я достаточно отдалилась от дома, чтобы немного выдохнуть.

Самое время было подумать, что делать дальше.

До вечера было не так много времени, поэтому мне было необходимо отыскать место для ночлега.

Гостиница? Отель? Тратить те крохи, что при себе имела, не хотелось. Да и при заселении с меня потребуют документы, а это было опасно.

Оставалось искать более скромное место. С трудом представляла, что бы это могло быть.

Передохнув какое-то время, я приняла решение идти к дороге. Поймать машину и двигаться к городу, где можно будет затеряться среди множества людей.

Чем больше шла, тем меньше во мне оставалось сил. Усталость с ног валила. Поваленные деревья и кусты отнимали уйму времени. Приходилось без конца их обходить, перелезать. Я не боялась леса и отлично его знала. Без проблем ориентировалась на месте. Бывала в этом месте не раз. Мы с отцом гуляли по нему не единожды. Господин Моро мне рассказывал множество историй, давал уроки выживания. Не думала, что они мне когда-то пригодятся, но сейчас благодарила его за то, что в то время он проявил своё упорство. Неизвестно что бы было со мной, съешь я висевшие на кустах неизвестные ягоды. От долгого движения жажда была просто невыносимой. Многое бы отдала за одну лишь каплю чистой воды. По пути попадались небольшие канавы, но я терпела. Очень долго. Пока не вышла к ручью. Только там я позволила себе утолить потребность, едва не сводящую меня с ума.

Напившись вдоволь, посмотрела на небо. Начинало смеркаться. До дороги оставалось ещё несколько километров. Содрогнулась от холода, потерла себя по предплечьям. Сглупила, что не взяла с собой хоть что-то из тёплых вещей. Сейчас бы они мне были очень кстати. Но ничего не поделаешь. Мне оставалось только держаться и двигаться как можно быстрее. Ночевать в лесу было опасно. Хотя по пути мне из животных никто не встретился, это не означало, что ночью будет тоже самое. Да и без тепла я до костей продрогну и подхвачу смертельную простуду.

Ускорив шаг, я стала двигаться ещё быстрее. Словно открылось второе дыхание.

Благодаря своей силе воле через пару часов я уже вышла к дороге. Лес был пройден, и впереди меня ждало ещё одно испытание. Не менее опасное. Добраться до города и остаться при этом живой.

В тёмное время суток приличные девушки по дорогам не ходят, а это означало, что я могла стать лёгкой добычей для мужчин, которые и слышать не слышали, что такое рамки приличия.

Дорога была пустой. Не видать было света фар, не было слышно звука двигателей, приближающихся машин.

Как только солнце окончательно спряталось за горизонтом, стало безумно холодно. Влажный воздух словно проникал под кожу. Колол своими острыми иглами, желая лишить меня жизни. Но я не собиралась сдаваться. Стала ходить взад-вперёд, пытаясь согреться. Растирала ладонями руки, лицо. От усталости хотелось волком выть. Ужасно желала оказаться в своей тёплой постели, под крышей своего дома, но я понимала, что там было не безопасно. Возможно, не сбеги я днём, сейчас была бы мертва. Вагнер виделся мне настоящим монстром, который пожирает своих жертв. А что он сделает с той, которая могла являться причиной смерти его наследника? Не трудно было догадаться. Даже находясь в таких ужасных условиях как сейчас, я ни капли не жалела, что решилась на подобный шаг.

Я продолжала отчаянно двигаться. Насколько позволяла усталость. Боролась за свою жизнь. Но даже у самых сильных людей был свой предел. Я выдохлась. Как подкошенная рухнула на землю, сбивая колени в кровь. Не было сил стонать. Не было сил плакать. Уронив голову, я просто сидела на холодной земле и тихо поскуливала, как побитая бездомная собака.

Не могла точно сказать, сколько прошло времени. Не знала, сколько просидела в таком положении. Ног совсем не чувствовала. Они были будто ванные, не слушались. Но, когда меня ослепил свет фар, я все же сделала попытку подняться.

Машина ревела и приближалась с большой скоростью прямо на меня.

Хотела сойти с дороги, но свет бил настолько сильно, что я ничего не видела. Заслонив глаза рукой, я пошатнулась. Сделала маленький шаг в сторону и под тяжестью собственного тела стала снова оседать. Я точно знала, что меня сейчас не станет. Машина врежется в меня. Разнесёт на молекулы, но теперь я уже ничего не могла сделать. Двигаться не получалось. Оставалось только молиться…

И даже этого я не успела. Машина стремительно приблизилась ко мне, как-то уж очень громко раздался пронзительный визг колёс.

Глава 10.

– Господь Всемогущий, – прозвучал хриплый старческий голос будто издалека. – Девочка, тебе жить надоело?

Открыв глаза, пошевелилась и посмотрела туда, откуда исходил звук.

Передо мной стоял мужчина в возрасте. Сгорбленный, с седой бородой, клетчатой рубашке и тёмных штанах.

Оторвав от него взгляд, посмотрела на свои трясущиеся от дикого испуга руки. Меня колотило настолько сильно, что, если бы даже захотела, я бы ни за что не смогла слова сказать.

– Встать можешь? – снова обратился он ко мне опять. – Да ты продрогла до костей…

Старик принялся меня поднимать с земли. Выходило скверно, я не могла держаться на ногах. Только удавалось подняться, как я тут же оседала обратно.

– Что же с тобой приключилось, милая? – спросил меня. – Нужно вызвать полицию. Услышав его слова, я тут же запаниковала и стала трясти головой из стороны в сторону.

– Нет, – выдавила из себя, стуча зубами. – Пожалуйста, не нужно полиции. Всё хорошо.

– Напрасно ты так…– тяжело вздохнул он, потирая бороду. – Напрасно…

Я опять качнула головой и попыталась встать.

– Держу, – кряхтел старик, поддерживая меня. – Вот так.

Общими усилиями я оказалась на ногах, но они были словно чужие и подрагивали от усталости.

– Идём-ка в машину, – повёл он меня к своему автомобилю. – Сейчас отогреешься и расскажешь, что с тобой случилось.

Медленно мы побрели к красному старенькому пикапу. Незнакомец открыл передо мной пассажирскую дверь и помог забраться на сиденье. Как только я оказалась в машине, незнакомец захлопнул за мной дверь и стал обходить машину, чтобы занять водительское место.

– Сейчас отогреешься…– приговаривал он, щёлкая на кнопки, пытаясь запустить обогрев. – Сейчас. Вот так…

Зашумел вентилятор, окутывая меня теплым воздухом. Через минуту кожу стало покалывать настолько сильно, что хотелось реветь.

Возможно, именно это бы и произошло, если бы не услышала шум приближающихся к нам машин. Они неслись с бешеным рёвом. На сумасшедшей скорости. А поравнявшись с нами, издали оглушительный сигнал.

– Что за чертовщина? – проворчал старик, смотря в зеркало заднего вида, а я, будто чувствуя, что это по мою душу, сползла на пол, прячась за высокую панель автомобиля.

– Вот те раз, – прошептал в бороду незнакомец, наблюдая за мной.

Машины пронеслись, воя как дикие звери, мимо нас и поехали дальше.

– Поднимайся, – проскрипел старик, не сводя с меня глаз. – Опасности уже нет.

Прислушавшись к звуку и убедившись, что так и есть, стала снова забираться на сиденье.

– Даже не говори ничего, девочка, я сообщу обо всём в полицию. Раз мне не хочешь говорить, то пусть они во всём разберутся.

Только не это. Ведь если я попаду в участок, меня тут же схватят люди Вагнера.

– Нет, – снова произнесла я, сглатывая нарастающую боль в горле. – Не нужно. Очень вас прошу, не делайте этого.

Голова вдруг резко закружилась, и как бы я не цеплялась за реальность, стала проваливаться в вязкую темноту.

Пробуждение происходило тяжело. Я будто чувствовала себя не в своём теле. Плохо получалось пошевелить руками и ногами, словно меня чем-то придавило очень тяжёлым.

Открыв глаза, тут же поморщилась от яркого света, бьющего из окна, и тихо застонала.

– Лежи-лежи, девочка, – откуда-то со стороны ко мне подскочила незнакомая женщина. – Вставать тебе ещё рано.

Она была преклонного возраста. С проседью в волосах, а лицо её было изрезано глубокими морщинами.

– Вы кто? – сипло спросила её.

Женщина улыбнулась, смотря мне в глаза.

– Бриджит, – ответила она, подставляя свой стул к постели, на которой я лежала. – Сэмуэль привез тебя. Ты отключилась прямо у него в машине, а потом начался жар, и он привёз тебя к нам в дом.

– Простите, – пискнула я сдавленно. – Не хотела создавать вам хлопоты.

Мне стало совестно. Посторонние люди заботились обо мне. Протянули руку помощи незнакомой девушке. И даже не предполагали, что практически избавили меня от гибели.

– Ну что ты, девочка. Это пустяки. Отдыхай. Давай немного промочим горло, – у моих губ появился стакан с водой, и я принялась с жадностью глотать целительную влагу. – Хорошо, а теперь тебе следует ещё немного поспать. Температура спала, но всё же отдых тебе необходим.

Повернув голову, насколько позволяло положение, попыталась рассмотреть помещение.

Комната была не большой, минимум мебели. Тёмный платяной шкаф, столик, кровать и прикроватная тумбочка.

Всё выглядело очень просто, без каких-либо излишеств. Было видно, что обитающие здесь люди не богаты, но… зато с золотым сердцем.

– Меня зовут Аими, – произнесла я. – Спасибо, что спасли меня. Не представляете, насколько я вам благодарна, но вот только отплатить мне вам нечем.

Услышав это, женщина нахмурилась, а потом произнесла.

– Ну, что ты, девочка. Разве помогают ради чего-то? Даже не забивай себе голову подобной ерундой, – пожурила она меня, улыбаясь. – Отдыхай пока. А после мы подумаем, как тебе можно помочь.

Она не задавала никаких вопросов. Не лезла в душу. Более того, собиралась помочь и в дальнейшем.

Не верилось, что мне так повезло. Словно добрый ангел приложил свою руку к моему спасению.

Убедившись, что нахожусь в безопасности, я расслабилась. Последовав совету Бриджит, я прикрыла глаза и тут же снова уснула.

Сколько ещё проспала, я не могла сказать, но, когда очутилась в реальности, почувствовала себя значительно лучше.

Бриджид была по-прежнему рядом. Стала хлопотать возле меня. А позже к ней присоединился тот самый старик, который подобрал меня на дороге.

Как оказалось, его звали Сэмуэль, но Бриджит его звала просто Сэм. Добрый старик с открытой душой и золотым сердцем. Эта семейная пара так походила на моих скончавшихся бабушку и дедушку по материнской линии, что я тут же прониклась к ним симпатией.

В первые дни они ужасно за меня волновались и не позволяли подниматься с постели. Немного позже, когда опасность миновала, я стала передвигаться по дому. Помогать им по хозяйству, оказывать уже свою помощь. О том, что со мной приключилось, старикам рассказала ещё в первый день. Конечно, они были взволнованы от услышанного, но не осуждали и больше не настаивали на полиции. Все прекрасно понимали, что может случиться страшное. Приняли решение умалчивать о моём присутствии в их доме, а после, когда я была способна выполнять физическую работу, мне предложили одно местечко, где я бы смогла трудиться и за это получать деньги.

Этим место оказался приют для детей-сирот, где работала сама Бриджит. Присматривала за детишками, давала им уроки письменности. Мне были предложены те же обязанности, на которые я тут же согласилась. А самым главным было то, что я могла жить в приюте, и меня никто и никогда не сможет там обнаружить. Я была безумно рада такой возможности и уже спустя месяц после того ужасного дня перебралась в новое жилище.

Дни стали мелькать один за другим с невероятной скоростью. Они были полностью посвящены хлопотами и заботой о детях. Тех, кому пришлось нелегко в этой жизни. В них я нашла родственную душу. Наши судьбы были очень похожи, и мне очень хотелось хоть как-то облегчить их участь. Только по ночам я вспоминала то, что со мной приключилось. Что пришлось пережить, какой страх испытать. А самой главной болью были воспоминания о моём отце. Как сумели выяснить господа Сэмуэль и Бриджит Вилар, после того последнего приступа отец прожил недолго и скончался в больнице, не приходя в сознание. После того, как это узнала, я прорыдала целую ночь. И впоследствии могла скатиться в глубокую депрессию, если бы ни дети, требующие к себе постоянного внимания.

Мне было невыносимо больно. Хуже я себя ещё не чувствовала. Я переживала всё внутри себя, не показывая окружающим. И потихоньку, через какое-то время мне стало легче… Боль притупилась, позволяя продолжать жить дальше.

Однажды, спустя несколько недель я даже решила вернуться в свой дом к мачехе, но Бриджит сообщила, что опасность всё ещё сохранялась. Люди Вагнера продолжали меня искать. Рыли землю, в попытке найти зацепку о моем местоположении.

И мне ничего не оставалось, как продолжать жить в приюте. Других вариантов для себя не находила. Даже Альбертине не стала сообщать о себе, посчитав это небезопасным.

Дни стали проноситься один за одним по-прежнему сценарию. Жила ради тех, кому я была нужна, кому требовалась моя помощь.