Степень свободы

Я сбавил скорость, чтобы оттянуть момент неминуемой встречи с патрулем, а потом на ходу изложил свое понимание проблемы цвергу.

– Все это понятно, – спокойно ответил маг. – Но оцепление выставлено не столько для того, чтобы не дать нам вырваться…

– А для чего? – прервал я его.

– Чтобы не дать возможности добропорядочным гражданам попасть в зону погони. Не только ради их безопасности, но и, в основном, чтобы не мешались под ногами. Следовательно, патрули расставлены именно на дорожных коммуникациях.

– Ну так и мы по ним движемся… – Я не мог сообразить, куда он клонит.

– Это пока. Но при первой возможности мы сменим путь на более удобный для нас.

– Это на какой? – У меня начало возникать дурное предчувствие.

– Конечно, ты не понимаешь! – довольно расхохотался Гафи. – Ведь граждане любого города очень редко думают о канализации.

Я чуть из седла не вывалился от подобного заявления.

– Мы попремся по подземелью? – мне трудно было сдержать эмоции.

– Не попремся, а полетим. Канализационные тоннели Истадала достаточно широки и высоки, чтобы скутер без помех мог пролететь в любом месте.

– Безумие… Там и Шинтай заблудился бы. А на скутере… Разобьемся в сопли, как специалист тебе говорю.

– Специалист не разобьется. Я же сразу сказал, что ты мне нужен в качестве хорошего пилота.

– Хорошего… – пробурчал я. – Это называется не просто хороший пилот. Это называется пилот экстра-класса.

– Значит, совершенствуйся, пока я ищу вход в подземелье, через который можно проехать на скутере.

Я предпочел заткнуться и обойтись без колкостей. Похоже, для нас такой вход был единственным выходом из создавшейся ситуации. Уж не знаю, как там Гафи его искал, но обычно вход в канализационную систему выглядел в виде люка на мостовой, через который пролезают ремонтные команды и отряды по уничтожению расплодившихся монстров. Скутер в такую дыру не протолкнуть, это точно. За чертой города тоннели сужались, переходили в трубы и сводились в систему магической очистки стоков. Вся грязь там спецальными магофильтрами вытравливалась и формировалась в твердые, совершенно инертные блоки без вкуса и запаха. А кристально чистая вода возвращалась в водопроводную систему. Аррауны, прослышавшие о нашей системе очистки, а у самих на понимание магии ума не хватало, заявляли, что мы живем в домах из собственного дерьма и пьем собственную мочу. Темные они, чего уж тут говорить. Хотя эти твердые блоки действительно использовались в качестве строительного материала.

Я хотел было сбросить скорость и перестать петлять, чтобы сэкономить энергию кристалл-кассеты, но Гафи велел мне без остановки двигаться по пустынным улицам и как можно чаще поворачивать.

– Зрячие кристаллы я обезвредил, – пояснил он, но люди остались в зданиях и видят нас через окна. Многие из них сейчас связываются с полицейскими участками и передают, где мы находимся. Но если двигаться быстро и запутанно, полиции это ничего не даст, поскольку, пока добропорядочный гражданин свяжется с копами, мы будем уже за много кварталов от этого места.

Резон в этом был, поэтому я снова прибавил скорость.

– Так, а ну-ка забирай правее, – приказал мне маг.

Я, не мешкая, вывернул руль.

– Отлично… – довольно выдохнул он. – В десяти кварталах отсюда есть фабрика одежды. Она уже закрыта, людей там – только охрана. Зато имеются очень широкие порты в канализационную систему, через которые сбрасываются тонны отработанного красителя. Там не то что на скутере, там на пассажирском круизере можно проехать. Давай на параллельную улицу.

– Откуда ты это знаешь?

– Считал с Пространства, – лаконично пояснил Гафи.

Я подумал, что, может быть, зря проигнорировал возможность поступления в Университет Магии. Хотя сейчас думать об этом было не время. Сейчас от меня требовались другие способности, причем в полной мере. А магией пусть Алл заведует, у него это пока что неплохо получается.

Я чуточку расслабился. Патрульные турбо-драйвы отстали, наша цель, то есть выход в систему канализации, совсем рядом, так что я решил не тратить силы и внимание попусту, а оставить все это на сверхсложный маршрут под землей. Тут-то и произошло то, от чего у меня душа натуральным образом ушла в пятки. Я сделал очередной поворот и неожиданно вышел в лоб оранжево-серой полицейской машине. Только это был не обычный драйв, а гроза дорог – глайд-перехватчик «Антилон» во всей своей жуткой красе. Широкий, плоский, как морда ящера, с выступающими по бокам автоматическими спелганами, дымчатым бронированным стеклом рубки и двумя посадочными опорами под брюхом. Сильный, стремительный, оснащенный компенсатором инерции и заноса. Маневренность этой машины была далеко за пределами любых законов Мироздания, поскольку обеспечивалась несколькими маготехническими устройствами, которым на физику реального мира плевать с крепостной башни.

Когда я остановился перед глайд-перехватчиком, у меня возникло ощущение, будто я оказался голый и безоружный перед тем страшным хищником, в честь которого названа эта машина.

– Вот Шинтай! – выдохнул за спиной Гафи. – Приехали.

Сопротивление действительно было совершенно бессмысленным. Странно вообще, что такую машину пригнали на перехват двух правонарушителей. «Антилонов» на всю городскую полицию штуки три, не больше, потому что стоимость ее постройки просто астрономическая.

И все же я решил не сдаваться, а перекинул акселератор на реверс и саданул по нему ногой, дав задний ход на полном форсаже. Меня чуть не перекинуло через руль, но я удержался за боковой обтекатель и снова угнездился в седле. Ездить на такой скорости задом – довольно оригинальный способ самоубийства. Меня успокаивало лишь то, что мы с Гафи окажемся в Призрачном Мире одновременно, а поскольку он старше, и вес его личности больше, то и пробудет он там дольше меня. В этом случае за тайник можно не беспокоиться, а значит, стоило рискнуть шкурой и попробовать избежать задержания.

Едва я начал маневр, полицейский «Антилон» устремился вперед с таким ускорением, что, не будь он снабжен компенсаторами перегрузок, экипаж размазало бы по стенкам кабины. Естественно, он меня обогнал, после чего остановился как вкопанный, подставив мне борт. Но я резко вытянул на себя ручку высотного контроллера и, с учетом скорости, перепрыгнул через перехватчик, как болотник перепрыгивает через стволы поваленных ветром деревьев. Тут же выкрутив руль и едва не вылетев из седла от рванувшей меня центробежной силы, я перекинул акселератор с реверса на передний ход и скрылся за углом здания. Глайд-перехватчику, при всей его маневренности, тоже пришлось огибать угол, потому что, на мое счастье, сквозь стены он проходить не мог. Этих двух-трех секунд мне хватило на то, чтобы проскочить квартал и снова нырнуть за угол. Но в следующий миг «Антилон» снова показался в кристаллах заднего обзора. Он бы мог догнать меня меньше чем через секунду, но я снова свернул на боковую улицу, потом нырнул между домами. Но как я ни крутился, сверкающая туша глайд-перехватчика играючи догоняла меня после каждого поворота. Я ощущал себя мелкой рыбешкой, за которой, неотвратимая и грозная, гонится крупная хищная рыбина.

– На фабрику! – выкрикнул позади меня цверг. – Гони на фабрику! Там тебе легче будет маневрировать среди множества зданий! Налево!

Я вывернул руль.

– Направо!

Снова резкий поворот, грозящий вышвырнуть нас из седел, словно камни из древней катапульты. Глайд-перехватчик не отставал. И тут мы оказались в длинном, с километр, квартале без единого пересечения с другими улицами. В конце этого сплошного каньона из зданий маячила стена и ворота фабрики по производству одежды.

– Не уйдем! – в панике заорал я, привстав на рычаге акселератора, чтобы вдавить его до отказа. – Тут поворачивать некуда, а на прямой он нас настигнет в два счета!

Что и случилось – глайд-перехватчик, размазавшись в глазах от скорости и толкая перед собой упругий буфер воздушной волны, поравнялся с нами, притормозил и открыл боковой люк, чтобы дать возможность офицеру применить сковывающую магию задержания.

В этот миг бы свернуть на боковую улицу, но ее не было. Однако я все же свернул. Улучив момент, резко вывернул руль и влетел в одно из окон здания, выбив капотом всю фрамугу окна. «Антилон» остановился, покачнувшись, у оконного проема, но залететь внутрь за мной ему мешали значительные, в сравнении со скутером, габариты. Мы с Гафи оказались в каком-то складе, но стеллажи стояли достаточно широко, чтобы мы могли проскочить между ними. Пронзив пространство помещения, я вывел скутер через дверь, мимо лифта по коридору, надеясь выскочить с другой стороны здания. Вдали от окна стало темно, пришлось активировать магический кристалл фары и продираться по коридорам на малой скорости в тоннеле из голубого света. Наконец показалась дверь, через нее мы снова вылетели в подобное первому складское помещение, где за стеллажами маячило окно. Однако стоило мне выбить стекло и оказаться снаружи, как рядом с нами, словно материализовавшись из воздуха, появился полицейский глайд-перехватчик. А что удивительного? Ему это длинное здание обогнуть – как мне икнуть с пережору.

Грязно ругнувшись, я перекинул рычаг на реверс и задним ходом снова влетел в окно, по ходу развернувшись и смахнув большой фрагмент стеллажа.

– Осторожнее! Ноги переломаем! – взмолился Гафи.

– Помолчи, – пробурчал я в ответ. – Мне же не приходит в голову давать тебе советы по магии!

Стало понятно, что по улице нам до фабрики не добраться. Глайд-перехватчик в любом случае на открытом пространстве нас настигнет и проведет процедуру задержания по всем правилам полицейского искусства. В здание же ему не проникнуть – слишком велик. Значит, по внутренним коммуникациям в принципе есть шанс преодолеть оставшиеся метров триста до фабрики, а там уже вломиться в сеть помещений и попробовать уйти в один из канализационных тоннелей.

Вылетев в коридор, я на этот раз не стал пытаться пронзить здание поперек, а направил машину по тому ответвлению, которое вело в сторону фабрики. К сожалению, этот коридор быстро закончился тупиком.

Дальше-то и началась свистопляска. Не каждому водителю не в каждом кошмарном сне привидится, как мы на приличной скорости при свете фары носились по коридорам, вышибали капотом двери, ныряли в лифтовые шахты, вертикально по ним поднимались, выскакивали, снова метались по коридорам, складам, офисам, переворачивая и ломая все на своем пути, потом снова ныряли в шахты. До головокружения, до изнеможения. А спешить надо было хотя бы потому, что в любой момент по наводке команды глайд-перехватчика в здание может быть высажен штурмовой десант, который быстренько нас остановит.

– Я больше не могу! – взмолился цверг.

– Сдаваться собрался? – сквозь зубы процедил я. – Нет уж. Лично я предпочту путешествие в Призрачный Мир.

Наконец мы оказались в офисном коридоре третьего этажа. Он кончался окном, а за ним виднелись кубические корпуса и складские ангары фабрики.

– Йох-у! – выкрикнул я и вновь наступил на акселератор.

Скутер промчался по коридору, высадил окно и нырнул за высокую, в два этажа, стену фабрики. Глайд-перехватчика у торца здания не оказалось, по всей видимости, он барражировал или вдоль фасада, или с обратной стороны, ожидая, когда мы вылетим из какого-нибудь окна. Скорее всего наша цель – система канализационных тоннелей – была полицейским неведома.

Оказавшись на территории фабрики, я опустил скутер почти до земли, чтобы стена скрыла нас от нежелательных взглядов экипажа «Антилона» или другого полицейского патруля. Скорость я тоже сбавил, на малом ходу скутер скользил над грунтом почти бесшумно. Так что мы очень быстро затерялись среди многочисленных корпусов.

– Стой! – приказал Гафи. – За этими воротами красильня. Именно здесь находится широкий вход в систему канализации.

Ворота выглядели крепкими, скутером не прошибешь. Но я этого делать не собирался, и так порядком помял обтекатели, пока маневрировал внутри здания. А скутер должен оставаться в исправном состоянии, поскольку, если он подведет в подземелье, нам с Гафи точно крышка. Даже с учетом наших суммарных возможностей. Поэтому я выбрался из седла, потирая уставшую задницу, глянул в щель между створками и прикинул, на какой высоте расположен запирающий блок. Затем достал из-за пояса кастер, отошел на пару шагов и пальнул в замок короткой порцией энергии. В месте попадания образовалась дыра, а створки чуть разошлись. Я открыл одну, запрыгнул в седло и на самом малом ходу загнал скутер в помещение.

– Шевелись, – посоветовал мне цверг. – Глупо тратить драгоценное время на перестрелку с охраной.

Это было резонно. Мы проехали между двумя объемистыми бассейнами, в которых происходила окраска, и за ними обнаружили трубопровод, уходящий в канализацию. Он был такого диаметра, что по нему без труда проехал бы вагон монорельса, не то что скутер.

– Загоняй тачку прямо в бассейн, – сказал маг. – Там сливные отверстия подходящего диаметра.

Я приподнял машину метров на шесть, перевалил через кромку емкости и опустился на дно бассейна, где действительно зияло сливное отверстие, забранное подъемным люком. Люк находился в поднятом состоянии после слива грязной воды, так что путь нам ничего не преграждало.

– Поехали? – покосился я на пассажира.

– Пожалуй, – не очень уверенно ответил он.

Я тронул машину, сжал руки на руле и нырнул в зияющее отверстие, наполненное кромешной тьмой. Правда, фара с мощным маголюминисцентым кристаллом оказалась сильнее тьмы, но не было уверенности, что мы с Аллом окажемся сильнее тварей, ею порожденных. А канализация ими кишела. Из-за этого городу время от времени приходилось формировать специальные муниципальные отряды зачистки. Сначала они состояли только из людей, но потом какая-то светлая голова додумалась посылать под землю специально обученных и кое-как вооруженных монгов. В результате теперь, кроме местных монстров, в канализации обитали вконец одичавшие и к тому же вооруженные монги, совершенно отбившиеся от рук. Конечно, вся эта дрянь не подбиралась близко ко входам в тоннели и выходам из них, но с самого начала нам расслабляться не стоило.

Я вел скутер низко, чтобы экономить заряд кристалл-кассеты, и не очень быстро, чтобы поменьше шуметь. Однако нога у меня подрагивала, в готовности каждую секунду как следует нажать на акселератор, если возникнет такая необходимость. А в том, что она возникнет, у меня не было ни малейших сомнений. Вопрос заключался только в том, насколько скоро это случится. Луч фары пробивался сквозь тьму, отсвечивая на сводчатых мокрых стенах тоннеля. Под днищем скутера текла гладкая, черная как смола вода. Вдоль потока, у самых стен, тянулись с каждой стороны по каменной дорожке шириной метра в два каждая. Иногда по сторонам проплывали зияющие дыры боковых ответвлений. Они действовали на нервы больше всего, поскольку, находясь в подобном месте, никогда не знаешь, что из этих провалов выскочит.

Скосив взгляд, я заметил, что Гафи потирает одну ладонь о другую – верный признак того, что маг находится в состоянии наивысшей готовности. Я предполагал, что готовность эта была к броску огненного шара или к какому-то другому, может, еще более сильному боевому заклинанию. От меня не требовалось очень резвых маневров, поэтому, держась за руль одной рукой, я вытащил из-за пояса кастер и взвел его. Хотя для массивных тварей разряд кастера что гирафу укол булавкой. Тут встречались слизни метров по семь длиной. Хотя слизни – смех на палке в сравнении с другими, куда более быстрыми и куда более агрессивными тварями. Взять, к примеру, болотника, который, забравшись в систему канализации из-за городской черты, мог запросто тут прижиться. А болотник – это жестко. Настолько жестко, что я предпочел бы никогда с ним не встречаться, какое бы оружие у меня при себе в тот момент ни имелось. Эта тварь до предела сильна, быстра и свирепа. А в темноте, когда обзор, по большому счету, ограничен выхваченным лучом фары пространством, болотник представляет смертельную опасность для любого разумного существа, включая ящеров и арраунов. Хотя уж кто-кто, а представители этих рас – бойцы не последние. Чего нельзя сказать о людях и цвергах, выживших только благодаря интеллекту и способностям к магии. В случае же с болотником магию надо еще умудриться успеть применить, а ум в стычке с ним вообще бесполезен.

Когда мы продвинулись примерно на километр в глубь тоннеля, я перестал беспокоиться о возможной полицейской погоне. Зрячих кристаллов в канализации не было, людей, способных связаться с полицейским участком, тоже, а протяженность сети и ее разветвленность была так велика, что шансов настигнуть нарушителя в этом лабиринте не было никаких. Убегать тут куда проще, чем за кем-то гоняться. Зато был вполне вероятный шанс лишиться в лучшем случае головы, а в худшем – какой-нибудь менее важной для жизни части тела, например обеих ног, как это часто бывало с незадачливыми путешественниками по этим чудовищным катакомбам. Или очнуться с перебитым, а то и с перекушенным хребтом, что тоже случалось.

Мысли невольно крутились вокруг этой темы, хотя я старательно вытеснял ее из головы. Но чем дальше мы углублялись в тоннели, тем ощутимее рубашка прилипала к покрывшейся холодным потом спине.

На втором километре тоннель закончился тупиком, и нам пришлось выбрать одно из двух более узких ответвлений. Единогласно было решено двигаться по правому рукаву, хотя мы с Гафи прекрасно понимали, что с тем же успехом можно было сыграть в чет-нечет.

– Паршиво, что на приборной панели нет указующего кристалла, – вздохнул я.

Эхо моих слов заметалось под сводом тоннеля и умчалось прочь, в непроницаемую темноту за пределом освещенного фарой пространства.

– Ага, – невесело усмехнулся маг. – Еще хуже, что скутер не оборудован скорострельными спелганами. А насчет направления не волнуйся, все тоннели рано или поздно выходят к очистным блокам. Выберемся.

– Меня радует твой оптимизм.

– Спасибо.

Через полчаса пути воздух начал содрогаться от нечленораздельных выкриков, рычания, воя. Я и без того не очень уверенно себя чувствовал, а тут и подавно волосы по всему телу встали дыбом. У цвергов волосы в нашем понимании не росли, но было видно, что Гафи тоже не чувствует незыблемой уверенности в завтрашнем дне. Шутки шутками, но мы, спасаясь от преследования, умудрились оказаться в одном из самых опасных мест в Мире Пророчества.

Вскоре поток воды сузился, обнажив по бокам канала больше каменного пространства, а еще через несколько минут мы попали в огромный сводчатый зал распределительного коллектора, из которого во все стороны разбегались более узкие тоннели. Посреди озера, под сводом коллектора, покоился полузатопленный полицейский турбо-драйв. В свете нашей фары на стенах виднелись многочисленные следы попаданий бортовых спелганов.

– Кажется, тут была неслабая заварушка, – негромко произнес я. – Интересно, что завлекло патруль так далеко в глубь канализационной системы?

– Гнались за кем-то, – с иронией ответил цверг. – Погорячились.

Подъехав ближе, я притормозил над водой возле сбитого аппарата. Лобовое стекло драйва было выбито, внутри белели костями два сильно разрушившихся скелета, а обшивка зияла несколькими опаленными дырами – узкими, а не круглыми, с надорванными краями.

– Это не из спелгана, – приглядевшись, сообщил Гафи. – Похоже на удары энергоклинком.

– Очень мило… – поежился я. – Остановить турбодрайв в рукопашной схватке… Я был бы не прочь побеседовать с погибшими пилотами после их возрождения. Представить не могу, что тут произошло.

– С каких это пор, Бас, тебя потянуло на беседы с полицейскими? Я вот боюсь, что тебе не надо будет ни у кого ничего выяснять. Мы с тобой оба, скорее всего, получим возможность увидеть подобную сцену собственными глазами. Причем с нами самими в главных ролях.

– Ты всегда был склонен к пессимизму? – глянул я на спутника через плечо. – Или это последствия долгого пребывания под землей?

– Глупый вопрос. Но в любом случае шуточкам, тем более таким плоским, как твои, сейчас не место. Надо срочно делать отсюда ноги. Здесь нечто вроде перекрестка, поэтому обитатели подземелий всегда могут рассчитывать тут поживиться. Если в системе канализации и появляется кто-то, то он с очень большой долей вероятности окажется в этом месте.

Меня не надо было упрашивать. Качнув ногой акселератор, я на малом ходу направил машину в один из тоннелей.

– Труба ведет на юг, – прикинул маг. – Хороший выбор. Таким образом мы достигнем окраины города кратчайшим путем.

Путь, может, и был кратчайшим, но примерно через два километра, не встретив ни одного бокового ответвления, мы оказались перед массивной чугунной решеткой, перекрывавшей проезд.

– Тьфу, Шинтай! – Я зло сплюнул в грязную воду.

Если поначалу она пахла только текстильными красками, то по мере углубления в сеть канализационных коммуникаций все больше приобретала резкий аммиачный запах. Меня от него начинало подташнивать.

– Читая Пространство, не всегда имеешь возможность получить информацию о таких мелочах, – развел руками Гафи.

– Это мелочь? – скривился я. – Нам теперь пилить обратно несколько километров. А кристалл-кассета, предупреждаю, на исходе. И полной не была с самого начала. Мне бы из-за подобных мелочей не хотелось бродить тут пешком по пояс в дерьме.

– Твой кастер точно ее не пробьет?

Я прикинул толщину решетки и помотал головой.

– Ладно… – Маг виновато опустил взгляд. – Я буду внимательнее.

Развернув скутер на месте, я направил его в противоположную сторону, однако не проехали мы и километра, как снова уперлись в точно такую же решетку.

Я притормозил перед ней и оставил двигатель работать в режиме самого малого потребления энергии, чтобы он просто держал машину в сантиметре над гладью воды.

– Я не виноват, – на всякий случай заявил Алл, увидев, как побелели мои пальцы на рукоятке кастера.

– Не сомневаюсь, – ответил я. – Кто-то запер нас, как крыс в ловушке.

– Хороший способ, – одобрил цверг задумку наших таинственных недругов. – Не надо даже ввязываться в драку. Если все организовано только ради завладения нашим имуществом, то достаточно дождаться, когда мы умрем с голоду.

– Скорее от жажды. Не знаю, как ты, а я пить эту жижу не буду. Лучше сразу отстрелю себе башку.

– Вообще-то ее можно очистить магическим образом… – прикинул Гафи. – Но я не владею соответствующим заклинанием.

– А решетку нельзя открыть магическим образом?

– Можно. Я специально учился вышибать двери, окна и даже пробивать не очень толстые стены. В том числе защищенные чужой магией.

– Так какого Шинтая ты мне мозги пудришь? Надо было ту, противоположную решетку ломать! Поехали!

– Ничего не выйдет, – устало махнул рукой цверг. – Эти решетки защищены такой магией, которая мне не по зубам.

– Что за чушь? – удивился я. – Ты же у меня на глазах снял со стекла защиту, установленную магом из охранной фирмы! Они денег зря не получают!

– Там другое… – Маг покачал головой. – В охранных предприятиях работают выпускники Университета. Их магия стандартна. А тут… Я не знаю, как организована блокировка, поэтому не могу ее снять.

– Хочешь сказать, что тут задействована Дикая Магия? – осторожно уточнил я.

– Именно так. Я не знаю, что делать.

– Вот Шинтай! – Я в сердцах стукнул кулаком по рулевой стойке.

На всем пространстве Истинной Империи, да и в землях тэнки тоже, Дикая Магия была запрещена давным-давно. Но что значат законы верхнего мира для жителей заполненных тьмой подземелий? Ничего. Понятное дело – монга не приняли бы в Университет, а потому если он пожелает воспользоваться магией, то она будет Дикой. По определению. Возможно даже, что полоумным монгам она вредит меньше, чем людям. Человека Дикая Магия рано или поздно сведет с ума, а как свести с ума монга, который уже рождается сумасшедшим?

– В любом случае, нам лучше дожидаться своей участи у другой решетки, – заключил я, стараясь взять себя в руки. – По крайней мере, выход там.

Цверг ничего не ответил, а я развернул скутер и рванул его в первоначальном направлении. Вскоре снова пришлось притормозить у решетки.

– Говорят, безвыходных положений не бывает. – Прижав скутер бортом к препятствию, я ощупал частые массивные прутья.

– Возможно, – уныло ответил Гафи. – Но всегда хочется, чтобы выход лежал подальше от входа в Призрачный Мир.

Только он это сказал, как сверху, со свода тоннеля, послышался лязг открываемых люков. Как минимум пяти, если меня не обманывал слух. Стремительно подняв лицо вверх, я увидел, как из квадратных проемов в закругленном потолке упали несколько тонких веревок, а по ним с удивительной ловкостью начали спускаться, один за другим, десятки монгов, вооруженных чем попало. В основном их амуниция состояла из разного размера и формы энергоклинков, на руках одного виднелись здоровенные энергокастеты, а трое были вооружены спелганами. Внешность этих полуразумных существ плохо поддается описанию из-за удивительного разнообразия в росте и различных уродств тел, но несколько признаков их все же объединяли: круглая голова, чаще всего без волос, отвратительная морда, словно у истлевшего трупа, клочьями свисающая грязная, насквозь провонявшаяся одежда. И очень большие ступни. Ни у одной из разумных рас, включая арраунов, таких не было.