Пробуждение. Начало пути

Глава 4

– И что это было?

– Почему ты у меня спрашиваешь? Я просто шартак.

– Так ты же местный.

– Я местный, но мне всего три недели от роду. Ты много знал в пять лет?

Да я и сейчас ничего не знаю. Хотел ответить я.

– А почему ты тогда так хорошо общаешься, если такой маленький?

– Он просто посылает тебе образы, а твой мозг сам трансформирует их в привычную для тебя речь. – Подошла Шора и треснула меня по голове.

– Ай, за что? Хотя нет, не отвечай, сам знаю. И пошутить нельзя, – стушевался я, увидев, как наливаются недобрым огнем глаза девушки.

– Это ментисы, так-то они вполне мирные и мы с ними торгуем. Но во время сезонных войн они убивают всех, кто не принадлежит к их клану. К слову больше в ту ночь на нас никто не нападал, и пострадавших онтисов было очень мало, да и раны пустяковые. Если не считать парня, у которого ребра наверно сломаны, так его Вортис приложил, за то, что бедолага копье уронил. И больше парня огорчало не сломанные кости, а то, что копье ему Вортис так и не вернул и скорее всего не вернет. Поверженных ментисов спалили. И Шора даже произнесла речь, что она говорила, я так и не понял, мой переводчик спал без задних ног. Но судя по всему ничего обидного, в сторону жуков не звучало, а наоборот онтисы отдавали им дань уважения. Воины что с них взять.

– Тогда, напрашивается вопрос, почему вы тут бродите во время этих войн?

– Во-первых, это еще одно испытание для молодых воинов, а во-вторых, – усмехнулась она, – никто кроме верховного шамана ментисов не знает, когда эти войны начнутся.

– Ты что же это боишься каких-то богомолов? о тот, кто пришел из долины испытаний. – Подошел как всегда ухмыляющийся Вортис.

Принесла же нелегкая.

– Пухля, а ты не можешь не сообщать о том, о чем говорит этот великий воин?

– Могу.

– Да шучу, шучу я, – увидев, как напрягся здоровяк, и прыснула в кулак Шора, ответил я.

– Извини и спасибо, что спас тогда, а ответ на твой вопрос, этих ментисов я вообще в глаза раньше не видел. На что здоровяк только раздраженно повел плечами и отошел от нас.

– Ты его извини вообще-то он неплохой, но не любит слабость и беспомощность.

– Да я не такой уж и слабый и беспомощный, – стушевался я.

– Ну не мне об этом судить, сейчас будет привал, нужно отдохнуть.

–Вы будете отдыхать днем, что-то новенькое?

– Дальше Великие Болота, нужно отдохнуть. Готовься Марк. – Девушка хлопнула меня по плечу и удалилась. Боже, а я думала те снега и эта проклята трава опасные места. Тут есть нормальные земли? Лес Радости, Поляна Бабочек, Озеро безмятежности?

– Я не знаю, хотя Лес Радости, как по мне звучит неплохо, – ответил Пухля.

– Я еще и вслух размышляю, – схватился за голову я.

– Нет, просто я слышу твои мысли, и да про желтую женщину тоже, но я ее ничего не скажу, – подмигнул Пухля или мне показалось?

– Ой, спасибо, – залился краской я. – А ты мне под,… хотя нет, не обращай внимание.

– Все мне нужен отдых, а то не пойми что мерещится, о вот этот клочок травы как раз подойдет, – рухнул кулем на траву я.

– И это Пухля до побудки не беспокоить, даже если еще кто-нибудь захочет нас убить, все равно толку от меня чуть, вон пусть Вортис нас спасает.

Болота, нет даже не так Великие Болота. Болота, как болота, ну растянулись они от края до края, ну ничего же страшного. Тут хоть горизонт видно не то, что в траве, комары, правда, достали, и упал в жижу пару раз, но онтисы тоже падали, так что не так стыдно. Да и Вортис не зыркает так уже. А так идешь себе с кочки на кочку перескакиваешь и все хорошо. Шора, правда, какая-то перепуганная, я у нее такого выражение лица даже там с богомолами не видел. Прямо лица на ней нет. Даже подходить говорить с ней не хочется.

– Пухля, ты знаешь что-нибудь про эти болота?

– Нее, откуда мне знать?

– Ну, ты же местный, – удивился я.

– И что?

– Ладно, больше вопросов не имею, лучше буду смотреть, куда ступаю, а то опять чуть не упал.

Идти по болоту, было утомительно, но больше ничего ужасного и интересного не происходило, я все же решился и подошел к Шоре поговорить.

– Кхм, я это хотел узнать, почему ты меня спасла еще и шортака ко мне привязала, а я так понял они очень ценные.

Девушка посмотрела на меня, явно взвешивая ответить мне или ударить. Шора все же решила, что лучше ответить к моему облегчению.

– Потому, что ты не первый человек, как ты себя называешь, о котором мы слышали.

– Вы видели других людей? – чуть не свалился я с кочки, на которую перепрыгнул.

– Иногда я думаю, что мой брат прав на счет тебя. Ты оглох? Я сказала, слышали. А на счет шортак вряд ли бы он дотянул назад без инициации.

– Хорошо, допустим, я не первый человек, о котором вы слышали, ну и что с того?

– Дело в том…

Девушка не успела договорить, наступила ночь. И над болотом начали зажигаться разноцветные огоньки. Они были всех цветов радуги.

– Шора ты тоже это видишь? – перебил девушку я.

– Закрой глаза быстро. – Зажмурилась девушка.

– Почему? Ведь так красиво.

– Как больно.

– Давай, приходи в себя.

– Я и так в себе, но если ты продолжишь делать из моего лица отбивную Вортис, то я сомневаюсь, что долго буду в себе, – разлепил глаза я.

– Может, он не так и бесполезен, как я думал, раз Темный Сын говорит с ним. – Помог подняться мне Вортис.

– Какой Сын? – Удивился я.

– Так, заткнись, залазь на спину Вортису и закрой глаза.

– Ладно, ладно молчу, а мы не остановимся на ночевку, – взобрался здоровяку на спину я.

– Ни кто тут не ночует, если не хочет умереть. Тем более, такие как мы с тобой. Моя ошибка нужно было тебя предупредить. Но я что-то совсем потерялась. Мать меня убьет, если узнает об этом.

– О чем узнает?

– Все, надоел, я сказала, молчи.

Темно-то как. Ничего не вижу. Хотя что-то виднеется вдалеке. Я устремился навстречу свету. Прошло совсем немного времени, мне даже не надоела темнота, тем более был свет в конце туннеля. И я подошел к источнику света. Это был круг света размерами с двухэтажный дом. Желания проходить сквозь него особого не было. Но неодолимая сила манила меня туда, да и собственно выбора особого не было, либо в свет, либо оставаться во тьме. Вздохнув и зажмурившись, я перешагнул через круг. Хм такого я не ожидал увидеть. Я оказался на не широком деревянном мосту, который уходил далеко к горизонту. Сверху, да и собственно везде было черное звездное небо. Хотя я не помню такого расположения звезд, а Шора мне показывала много созвездий. Шора? Кто это? Ладно, неважно. Глянув вниз, я увидел такую же картину, что и наверху. Хотя нет, под мостом была вода, в которой отражались небесные светила.

– Логично, что в воде отражаются звезды, но нет, тут они совсем по-другому расположены, чудеса!

– КТО ТЫ?? – прогремел голос, казалось, он раздавался отовсюду.

– Простите что? – Удивился я.

– КТО ТЫ??

Действительно, кто я?

– Я не знаю.

– И, правда, не знаешь, а ты забавный.

– А вы кто? Не вежливо так, вы меня видите, а я вас нет.

– И смелый или глупый, – появился мой собеседник. Это был онтис, но абсолютно белый с черными глазами, даже не так темными глазами и эта тьма готов поклясться шевелилась, на том месте, где только что были глаза этого альбиноса, оставалась тьма. Но это еще не все у него была длинная красная коса, которая обвивала правую руку до самых кончиков пальцев. Оружия, да и одежды кроме набедренной повязки я не увидел.

– Насмотрелся? – подошел ко мне альбинос.

Я только сглотнул и кивнул головой не в силах ответить.

– Смотри, давно смертные не видели меня, с них хватало и голоса.

Вот же самодовольный и пафосный тип, хотя на его мести я бы тоже был таким, – подумал я, но вслух не решился такого сказать.

– А вы значит бессмертный? И чем удостоился чести, вас лицезреть?

– Я и говорю забавный, что такое пафосный? – Проигнорировал онтис мой вопрос.

– Вы и мысли читаете, хорошо, что я ничего плохого не подумал. Ну, пафосный, – замялся я, – это тот, кто высокого о себе мнения и напыщенный.

–ХА, Ха, Ха, да я такой. Хватит обо мне. Кто ты такой вот в чем вопрос. И ты не женщина, а только они могут слышать меня, точнее я выбираю только их, почему я выбрал тебя. – Вплотную приблизился ко мне альбинос. Я почувствовал холодное дыхание альбиноса. Точнее даже не так, я почувствовал просто холод, который исходил от этого существа, а про дыхание так он, кажется и вовсе не дышал.

– Но это больше вопросы к вам, о себе я знаю не много, но точно уверен, что не женщина.

– Много вопросов чужак, – прищурился онтис. И омут его темных глаз завлекал меня, как свет завлекает мотылька, я не смог смотреть больше никуда, его глаз заполнили все пространство перед моим взором и я не видел ничего более. Голову словно пронзили тысячи раскаленных иголок.

– Понял, – еле произнес я. И заметил, что альбинос уже не стоит передо мной. А намного дальше, и глаза его глаза не манили уже, это не могло е радовать.

– Вижу, думаю, ты сможешь мне помочь, этот знак поможет мне связываться с тобой вне мест силы.

– Какой знак, – хотел спросить я, как на правой ладони появилось изображение закручивающейся спирали из четырех витков.

– И что теперь? – рассматривал я ладонь.

– Просыпайся дурак.

– Что?

– Просыпайся дурак.

Я мотнул головой и увидел перед собой перепуганную девушку. И облизывающего меня Пухлю.

– Да я и не спал вроде, хотя то мужик точно как из сна.

– КАКОЙ МУЖИК? – бросила Пухлю девушка. Пухля обиженно завизжал и побежал ко мне. Я долго не мог отвести взгляд от того места где только что был Пухля, пока пощечины девушки не вывела меня из ступора.

– Ну, такой как вы только белый с огромной красной косой. И глаза у него такие… – потер щеку я, все еще смотря в одну точку.

Я оглянулся на громкий звук и увидел, как Вортис упал словно подкошенный.

– Чего это с ним? – спросил я у Шоры. Наконец выйдя из ступора. Да, зрелище падающего Вортиса поразило меня, почти также как и появление того мужика из сна. Только это было наяву, а с мужиком надо еще разобраться.

Но девушка даже не оглянулась на брата.

– Ты видел Темного Сына? – вцепилась в меня Шора.

– Да видел, видел и говорил тоже, но никакой он не темный, если глаз не считать, брр аж жуть берет, как вспомню.

Да и на счет сына я ничего не спрашивал, да и вообще все это сон, бред, если только, – глянул я на ладонь и увидел символ, – а нет, не бред.

Девушка тоже глянула на руку и упала вслед за братом.

– Ну, раз все начальство онтисов в отключке прилягу и я. Пухля присмотри за ними, разбудишь меня, как только они, – обвел я онтисов пальцами, – это придут в себя. Улегся я обратно в траву. О болота, значит, прошли, ну и хорошо подумал, засыпая я. Пухля что-то обиженно ворчал про не благодарную желтую женщину, которой он не намерен больше помогать, но я не вслушивался. А полностью погрузился в объятья пышной мягкой травы, которая укутала меня словно родного сына. И тут сын подумал я и окончательно погрузился в сон.

– Пухля можешь почесать мне нос?

– Ты сам-то понял, что спросил?

– Понимаю, но идти с этой чертовой штукой так неудобно, а нос чешется уже давно. Но просить кого-нибудь из онтисов не буду.

– Ты должен быть горд собой, раз Вортис вручил тебе копье, значит, он принял тебя, – подошла Шора.

– Да я просто переполнен гордостью, если б еще и нос не чесался, а сейчас руки у меня заняты, – потряс я примотанными к копью руками.

– Еще и трава эта жжется.

– Ну, тут брат, конечно, перегнул, можно было обычной веревкой руки привязать, – девушка подошла, и почесал мне нос.

– А ты не можешь этого сделать, ну перевязать обычной веревкой?

– Я-то, конечно, могу, но тебе придется заново весь день ходить с копьем, а ты уже прошел с ним довольно далеко, – развела она руками.

– Не злись на Вортиса, такого еще не было, что бы он принимал чужака.

– Да ладно, забудь, Да чужаки сами на него посмотрят и передумают, куда-либо приниматься. – Немного расслабился я, перестав ощущать этот нестерпимый зуд.

– А далеко нам еще идти-то? И что мне теперь делать с этим вашим Сыном?

– Два дневных перехода, а насчет Сына, он теперь больше твой и спрашивать нужно будет у матери, она больше знает, чем я, – щелкнула меня по носу девушка и убежала.

– Ну, вот и поговорили, еще, и нос опять зачесался, нужно было его трогать.

– Пухля, а ты летать не умеешь? – Переключился я на шортака.

– А ты как думаешь? Ты видел летающих шортаков?

– Да я и не летающих не видел.

Идти с копьем было не так уж и сложно, оно, конечно, было большим и жутко мешало идти, нужно было все время поднимать руки, что бы древко, не цеплялось за камни. Но все это пустяки по сравнение с этими жуткими веревками из травы, которыми были, связаны мои руки с копьем. Если не брать все это в расчет, то все было не плохо. Но нет, этот садист Вортис даже во время приема пищи не разрешил развязывать руки, и приходилось есть как Пухля, что очень его веселило, равно как и всех онтисов, которые начали относиться ко мне более радушно после того что произошло на болоте. Хоть когда хотелось в туалет, Вортис развязывал руки, но в последний раз он так посмотрел на меня, что я решил лучше потерпеть до ночи. Ночью обряд должен завершиться и Вортис развяжет мне руки, а после вручит копье. И это копье станет частью меня, и если я его потеряю, то буду ходить привязанный к другому копью целый месяц, а если потеряю и второе, то меня просто изгонят. Исключение бывают в том случае, если ты сломал копье о врага, но такого еще не было, да и не выглядят эти копья хрупкими. Мое конечно не такое как у Вортиса, но такое нужно заслужить, сразив множество врагов или кого-нибудь очень опасного. Ну, или если ты использовал копье дабы спасти жизнь, и оно сломалось. Все это рассказала мне Шора, добавив, что не ожидала такого от брата. Он и, правда, начал смотреть на меня по-другому. Шуточки отпускал и дальше, но уже больше для виду.

Вечером после того, как все поужинали и разместились на ночлег, подошел Вортис. Развязал веревки, чесалось неимоверно.

– Теперь ты почти нормальный Марк, – вручил здоровяк мне копье. Ты тоже, хотел сказать я, но вовремя прикусил язык.

– А ты не мог сделать это до того как я начал есть, – чесал я с наслаждением руки.

– Отдыхай, завтра у тебя начнется новая жизнь, – развернулся онтис.

По тому, как он ухмыльнулся, я понял, что мог еще, как мог, но не стал специально. Ну и ладно подумал я, и с наслаждением растянулся на траве, подложив руки под голову. Все-таки тут очень красиво.

Глава 5

– Горы? Опять горы?

– А ты думал, мы живем на деревьях? – подошла Шора.

– Опять думаю и говорю, и не замечаю этого, находка для шпиона.

– Для кого? И нет, ты ничего не говорил, Пухля мне это передал.

– Что-то вроде лазутчика, ты бы мог меня предупреждать о том, что общаешься с кем-то еще? – Глянул я на весело бегущего возле ног шортака.

– Хорошо. – Обронил Пухля и умчался, но держался на таком расстоянии, что бы мы с Шорой могли понимать друг друга.

– Нет, почему на деревьях? Вы больше на жителей степей похожи, – почесал я затылок.

– Мы давно живем в горах, может когда-то, и жили где-то еще, но я особо таким не интересовалась, – усмехнулась девушка.

– Тебе там понравится, ну я так думаю.

– С чего ты взяла?

–Ну, во-первых, там безопасно, а во-вторых – это твой новый дом.

– Согласен и не поспоришь, очень убедительно.

– Думаю, скоро и без Пухли смогу общаться, язык трудный, но у меня хороший учитель.

– Ты тоже меня многому научил Марк, – вернула любезность Шора. – Вон смотри, – сказала она и пронзительно засвистела.

Вопрос куда смотреть отпал сам по себе. Когда в небо из травы взметнулось синее облако. Присмотревшись, я заметил, что оно движется хаотично.

– Что это?

– Бабочки.

– Обычные бабочки? Такие большие, интересно.

– Не совсем обычные, если только там, откуда ты родом, не водятся бабочки, которые могут загнать волка. И да не советую тебе к ним подходить, если жить не надоело.

– Нет, не водится вроде, во всяком случае, я про таких бабочек не слышал. Про себя подумав, что я много о чем не помню. Все-таки как-то странно ко мне память возвращается, про бабочек помню, а кто я такой, нет. – А они нас не съедят?

– Нет, они сейчас не голодные, видишь все синего цвета, когда голодные они красные. А когда они сыты, сами не нападают, если не потревожить их. Жалко живут недолго пару месяцев всего, – огорчилась Шора.

– Да уж, жалко-то как, – взял на руки я Пухлю. Еще вздумается, к этим тварям сунутся.

– Не вздумается, я же все слышал.

– Ой, ты хоть Шоре это не передай, ну про тварей, а то они и, правда, ей нравятся.

– Я понял.

– Смышленый шортак, почесал я Пухлю за ухом.

– Что-то верится с трудом, в то, что тебе их жалко, – уловила нотки сарказма в моем голосе девушка. С сарказмом ее я познакомил, и сделал это зря. Потому, как объяснял я все на Вортисе, а здоровяк к этому отнесся крайне отрицательно. Сам виноват, нашел на ком объяснять. А вот Шора в отличие от брата все поняла. И вот теперь смотрит на меня не добро.