Клан дракона. Книга 4. Исполнение

Глава 3

Однако по прибытии они усомнились в том, что попали, куда нужно. Ибо вся площадка для драконьих тренировок была буквально забита гостями.

– А мы точно куда надо прилетели? – усомнился Дитрих, разглядывая остров. – Судя по количеству гостей, тут едва ли не вся драконья знать собралась.

– Да ну глупости, – возразила Меридия, хотя она и сама была удивлена таким количеством присутствующих. – Вон же, Геярр лежит.

В самом деле, темно-рыжий дракон лежал, подобрав под себя лапы, раскинув крылья и, как Дитриху показалось, хитро поглядывая в небо.

– Интересно, наши уже прибыли? – с сомнением спросил Дитрих, высматривая среди драконов королевских.

– Скорее всего, – сказала драконица, – по утрам же обычно прибывают. А через час уже полдень будет.

Все это время драконы медленно парили над островом, предпочитая оставаться в области солнца, чтобы их не сразу заметили. Впрочем, на остров интенсивно прибывали гости. Примерно через каждые пять минут новый десяток драконов приземлялся перед Геярром, отвешивали поклон и, дождавшись одобрительного рыка Золотого Хозяина, принимали вторую ипостась. После чего уже приветствовали супругу Геярра и начальника стражи, которые, по уже установленному ритуалу, встречали гостей вместе с Хозяином.

– Ой, смотри, – неловко сказала Меридия, – вон мои сидят. И папа… он машет мне кулаком. Давай, наверное, спускаться.

Сиреневый дракон кивнул. После чего оба они, убедившись, что на посадочной площадке пусто, спикировали вниз. Приземлившись, они встали перед Геярром, который был, наверное, раз в десять больше них, и отвесили ему поклон. Дракон одобрительно рыкнул. И этот рык, как ни странно, принес успокоение и умиротворение, хотя до этого оба дракона были порядком удивлены таким количеством гостей. Обычно подобные празднования были более… личные. Получив одобрение, Дитрих и Меридия приняли меньшие свои ипостаси. И здесь смотревшие на них драконы четко видели разницу, ибо первый для этого припадал к земле, а вторая – закрывалась собственными крыльями.

– Мои дорогие, ну наконец-то, – ласково пропела Золотая Хозяйка, подходя к драконам и поочередно их обнимая. – Заждались вас уже и мы, и семьи ваши. Хватит вам по островам скитаться, проведите уж недельку в удобстве и довольствии.

– А… по какому поводу столько гостей? – спросил Дитрих.

– Мы решили, что снова наступила пора всем драконам собраться вместе, – ответила Хозяйка, – ибо чувствуют наши сердца, что скоро для драконов наступят важные события. Да, наши кланы разные, и все же что общее есть в каждом из нас. И об этом надо регулярно вспоминать.

– А… поместятся здесь все?

Геярр позади своей супруги зарокотал, и в этом ворчании слышалось явное возмущение. Как это так: чтобы Драконий Хозяин пригласил гостей и не позаботился о том, чтобы каждому было хорошо и удобно?

– Поместятся, Дитрих, – шепнула Меридия, незаметно наступая ему на ногу. – Простите, госпожа Иноке, он здесь в первый раз.

– Все в порядке, – кивнула Хозяйка. – Что ж, поприветствуйте Геярра – и вперед, в замок. По правде говоря, дожидались мы только вас.

Подойдя к Геярру, Меридия обняла его морду и ласково погладила по носу. Огромный рыжий дракон довольно заурчал. Дитрих, сначала немало робевший перед таким гигантом, все же заставил себя подойти и обнять дракона. И тот мгновенно наполнил его таким умиротворением и спокойствием, что юного дракона словно оглушило. При этом ему казалось, что смелости провернуть подобное ему хватит только с Геярром. Обнять Таргана осенью ему смелости не хватило, да Мизраела, по совести, обнимать ему что-то тоже не очень хотелось.

– Я будто папу обнимаю, – подумалось ему. Впрочем, он быстро взял себя в руки и отступил с Меридией.

– А теперь – прошу за мной, – сказала Хозяйка Иноке…

Тем временем на верхней ложе задумчиво переглядывались три драконьих Хозяина.

– Интересно, что он задумал, – проворчал Тарган. – Ладно бы только свою знать пригласил, так нет же – всех знатных драконов со всего Архипелага стащил. Зачем? Лишний раз покрасоваться своим огромным роскошным замком?

– Да ну брось, – отмахнулся Уталак. – Геярр всегда был выше этого, и мы все это отлично понимаем. Тут причина в другом. Мне кажется… он хочет, чтобы…

– Чтобы знатные драконы тоже ощутили свободу от боли Цветов? – проницательно спросил Мизраел. – У меня у самого были такие мысли. В самом деле, знать Цвета жалят хоть и не так смертельно, как нас, но тоже причиняют изрядное количество неудобств. Вот только как мы им это объясним?

– А мы им и не будем ничего объяснять, – спокойно сказал Уталак. – Когда властвуешь – необязательно досконально объяснять подчиненным, как действует твоя власть. Просто скажем: «Понравилось? Значит, молча делайте то, что мы прикажем».

– И если у нас не получится в итоге дать им эту свободу? – скептически спросил Тарган.

– Мне кажется, это уже не будет иметь значения, – покачал головой Уталак. – Судя по тому, сколько раз Цвета спасали принца, он – единственная надежда драконов на разрушение этого страшного порядка. На карту и так поставлено все. Одной вещью больше, одной меньше – значения не имеет. А вот если удастся воодушевить знать – это может принести свои плоды…

Дитрих с огромным интересом созерцал Золотой замок, следуя за толпой драконов, что неспешно куда-то плыла. Стоило отметить, что именно здесь было больше всего различных украшений. Пурпурные ограничивались по большому счету картинами. Сиреневый замок, за исключением нескольких портретов и ваз, был почти лишен каких-либо предметов роскоши. Как говорил его отец, Сирень предпочитает, чтобы ее подопечные находили красоту в сокрытом. А именно: удачное сочетание камня, из которого выстроен замок, с тканями, с витражными стеклами… с тем, как неуловимо увлекают тебя коридоры замка, наконец.

Но здесь же… Все-таки недаром про золотых драконов говорят, что они самые падкие на драгоценные безделицы. Помимо картин замок был наполнен статуями, вазами, чашами, отделанными драгоценностями, старинным коллекционным оружием. Хотя оружие как раз удивляло: по логике драконам такое оружие не требовалось совершенно. У каждого дракона есть огонь, крылья и Цвет. Если этого оказывалось недостаточно – значит, требовалась поддержка всего рода. С таким же оружием скорее могли сражаться против драконов.

– Тоже удивляешься, да? – понимающе шепнула Меридия, останавливаясь рядом с Дитрихом перед двусторонней глефой. – Я сама в первый раз не поняла, для чего здесь все это висит.

– И для чего же? – с интересом спросил Дитрих.

– Каждое это оружие в руках когда-то держали в руках те, кто восстал против драконов, – тихо ответила Меридия, следя, чтобы их не подслушивали, – и каждый из этих людей имел возможность убить дракона. Но пощадил его. И с тех пор это оружие висит здесь. Золотые специально оставили его для себя как напоминание. Напоминание о том, что живут они сейчас потому, что их жизни когда-то пощадили…

– Верно, – важно сказал голос позади них. Испуганно обернувшись, Дитрих и Меридия увидели Геярра. Хозяин Золотого замка созерцал юных драконов взглядом, в котором сквозили снисхождение, понимание, необъятная любовь, но вместе с тем – какая-то затаенная, почти бесконечная усталость.

– И мы совершенно не делаем из этого тайны, – забросив назад копну рыжих волос, продолжил Золотой Хозяин. – Половина моих герцогов в свое время могла погибнуть от тех клинков, что сейчас висят здесь. И – в том числе для этого – я их сюда и приглашаю. Чтобы освежили память.

– Но… зачем? – недоуменно спросил Дитрих прежде, чем Меридия успела наступить ему на ногу.

– Как ни крути, а драконьи острова – это территория, где действуют наши законы. И, – по лицу Геярра скользнуло неудовольствие, – для некоторых наших сородичей это становится, скажем так, поводом прижать к когтю неугодных представителей других рас. Особенно с учетом того, что изгнанникам отсюда зачастую некуда возвращаться. И здесь я, к сожалению, проигрываю и вашим отцам, и Таргану. Они умудряются быстро находить и гасить подобные источники проблем, а вот я… я порой могу что-то и упустить. Поэтому и приходится уповать на подобное освежение памяти. В конце концов, профилактика всегда лучше лечения – знаете такую пословицу? Ну да ладно, ступайте вперед, нас всех ждут в Гостевой зале.

Поблагодарив хозяина за разъяснения, Дитрих и Меридия направились, куда было велено.

– Милый, ну ты и безбашенный, – прошептала Меридия, – кто же о таком Хозяев спрашивает? Повезло, что это был Геярр, Тарган – так тот и из себя мог бы выйти.

– Да уж, – пробормотал Дитрих, – особенно когда он поймал меня у себя в замке, когда я…

– Когда это он тебя ловил? – удивилась Меридия.

– Да так… неважно, – пробормотал Дитрих. К счастью, в этот момент они уже входили в залу, и драконица не могла продолжить его расспрашивать…

Глава 4

Замок действительно было просто огромным. По самым скромным оценкам в три раза больше зала, который использовался для тех же целей в Сиреневом дворце. И этим оплот Золотых выгодно отличался. Потому что прочие драконьи кланы могли пригласить лишь собственную знать. Количество гостей, которые были приглашены сегодня, их гостевые залы не вместили бы при всем желании.

Издали увидев своих отцов, Дитрих и Меридия поспешили к ним. И с уже привычными улыбками встретили их суровые взгляды.

– И когда вы наконец угомонитесь? – устало спросил Уталак. – Мы же за вас так переживаем! Неужели хотя бы на несколько дней нельзя домой прилетать?

Юные драконы смутились. Когда Меридия первый раз предложила Дитриху отправиться на Лазурный остров, то услышала категоричный отказ. И хотя принц даже сам не понимал, что его побудило на такую резкость, ведь в Триниагос он до того летал без особых проблем, сама Меридия это отлично знала. Но помалкивала, сознавая, впрочем, что виться этой веревочке осталось недолго. Сиреневый же остров Дитриху за тридцать лет жизни порядком надоел. И было бы глупо ожидать, что сейчас он, получив в полное распоряжение и крылья, и любимую драконицу, не умчится исследовать все, что только можно. На самом деле Уталак и Мизраел до сих пор поражались, как Дитриху хватало выдержки держать слово и не вылетать за пределы драконьего архипелага.

– Дорогие гости! – Тем временем Геярр поднялся на возвышение перед музыкантами, которые уже всемером сидели перед своими инструментами. – Я бесконечно рад приветствовать всех и каждого из вас…

В слова Геярра даже не надо было вслушиваться – одно только звучание его голоса успокаивало и настраивало на мирный лад. Ощущение было такое, словно ты оказался рядом с кем-то, кто куда старше, сильнее, взрослее и мудрее тебя, кто позаботится и оградит от всех бед и печалей. Запоздало Дитрих удивился: как с такой харизмой у Геярра вообще могли возникать какие бы то ни было проблемы со своей знатью? Да на него сейчас не только Золотые герцоги – вся аристократия драконьих островов смотрела с такой преданностью и обожанием, что, казалось, прикажи им Золотой Хозяин броситься в море – они это сделают с улыбкой на устах и с собачьей преданностью во взглядах.

Удивленно оглядывая всех, Дитрих приметил и отца. Уталак смотрел на хозяина замка хмуро, но одновременно и с уважением.

– Ишь ты, – прошептал он, взлохматив сыну волосы, – в первый же день разум в глазах сохранил. До того никто: ни Мефамио, ни Рэй, ни Лиала… никто не мог удержаться и не попасть с ходу под его обаяние.

– Даже Аяри? – усомнился Дитрих. На его памяти любимая сестрица Аяри всегда обладала самым непрошибаемым характером, который, казалось, практически невозможно было чем-либо пронять. Уталак же смущенно замолчал. Право слово, ему и самому было неловко вспоминать первый прилет Аяри на Золотой остров. Ибо весь день она не могла оторвать глаз от Хозяина Золотого замка, когда увидела, какие противоречивые Цвета тот связал в своей душе… А потом всю ночь проплакала у него на груди, проклиная свои собственные Цвета за то, что они на всю жизнь заставили ее за любовь и нежность платить невыносимой болью.

Наконец Геярр закончил свою речь и пригласил всех пройти к фуршетным столам, которые уже были заставлены сотнями закусок и бокалов с напитками. Дитрих и Меридия, хотя и не голодали во время своего медового путешествия, все же были не прочь вкусить благ цивилизации. Впрочем, не только они одни. Драконы, большинство из которых провело в воздухе половину ночи и все утро, радостно бросились к столам. Три столика опустошили почти сразу, и эльфиечки-горничные тут же укатили их в кухонные помещения, откуда примерно через пятнадцать минут вывезли заставленные новыми угощениями.

– Удобная штука, – одобрительно сказал Мизраел, глядя на передвижные столы. – Опять, небось, к гномам в гости летал да поднахватался технических новинок. Надо бы и нам такие же организовать.

Музыканты пока играли мелодию неспешную и расслабляющую, настраивая гостей гулять по залу, общаться друг с другом и просто приятно проводить время. Очередь танцев должна была наступить вечером…

Замок Золотых драконов был похож на большой улей. Целых десять жилых этажей, и в каждом больше двадцати комнат. Сейчас пара огромных орков, втиснутых в ливреи, сноровисто носилась между гостями и показывала им их комнаты.

– Как они только убирают такое огромное помещение? – удивленно спросил Дитрих, когда их с Меридией проводили в их комнату.

– Большая часть этажей держится закрытыми и запечатывается Цветом. – Едва дверь за слугами захлопнулась, Меридия довольно упала в кресло. – Когда мы прилетали сюда раньше – почти все они были заперты. Оставался только восьмой этаж – их собственный, жилой, и десятый – гостевой, для королевских драконов.

– Но мы сейчас на пятом этаже, – возразил Дитрих, успевший оккупировать небольшой, но очень уютный голубой диванчик, – и нас сюда персонально проводили. Как-то не сходится.

– Ну, мы же теперь муж и жена, – пожала плечами Меридия, – следовательно, привязка к нашим кланам уже не такая строгая. Да и вообще, у них самих сейчас из-за такого количества гостей та еще каша в голове. Хотя я вот упорно не понимаю – зачем Геярру потребовалось тащить сюда драконью знать?

– Ну, Геярр же сам сказал, – ответил Дитрих, сделав замысловатый жест рукой, – чтоб освежить память герцогам. Мол, вы сейчас, конечно, такие большие, сильные и свободные, а только когда-то и ваши жизни были на острие этих клинков. И, по правде говоря, правильно делает.

– Я бы здесь не была столь категоричной, – резонно возразила Меридия. – Да, все, кто приезжают на драконьи острова, изначально находятся в неравном перед драконами положении, однако они должны всегда помнить о том, что присутствуют тут на правах гостей. И подчиняться общим правилам. Тебе еще не доводилось судить и улаживать конфликты между гражданами своего города… такого рода?

– Нет, – покачал головой Дитрих, – да и, по правде говоря, не сказать, чтобы у меня на это было так уж много времени. Я и так рос намного быстрее обычных драконят, а уж последние три года так и вообще… В общем, только в пункте приема беженцев и отработал. Приятного мало, честно говоря.

– Поверь, Дитрих, разбирать такие ситуации – еще меньше приятного, – ответила Меридия, словно нарочно спеша побыстрее проскочить тему быстрого взросления Дитриха, – недаром на весах всегда имеется две чаши. Каждая может начать перетягивать в свою сторону. И нередко бывает, что виновниками конфликтных ситуаций становятся именно недраконы. И, кстати, самыми проблемными всегда оказываются выходцы из третьего поколения. Первое, то есть, непосредственно, сами изгнанники, – едут сюда, ожидая для своей жизни чего угодно. И, получая спокойное и незамысловатое существование – трудись да не ленись, и будешь сыт, одет и обут, – буквально готовы боготворить нас за такую возможность. Потом у них появляются дети, то есть второе поколение. Эти, хотя и воспринимают спокойную, сытую и размеренную жизнь как нечто само собой разумеющееся, все же получают достаточно воспитания от родителей, и потому очень редко нарушают закон. А вот третьи… третьи – это уже тот случай, когда увещевания стариков не действуют, а непосредственно родители не всегда имеют власть – и, что не менее печально, не всегда видят необходимости воспитать должным образом. Тут-то и начинается самый смак.

Меридия замолчала. Но Дитрих с интересом слушал свою супругу – очень нечасто ее пробивало на подобную откровенность.

– Вот тебе пример, который пришлось судить лично мне. На одной улице было два дома. В одном жило семейство орков: бабушка, мама и маленький сын. В другом – уже пожилая драконица среднего класса. То есть драконом она могла оборачиваться каждый день. И вот любимым ее делом было после рабочего дня поваляться в драконьем облике на своем заднем дворе и погреть шкуру в лучах заходящего солнца. Никому она при этом, разумеется, не мешала: не ревела, не шумела, просто лежала себе спокойно, и все. И вот однажды она, как обычно, вышла на задний двор, обернулась драконицей, улеглась на привычное место… и в следующий момент оказалось, что вся земля усыпана крупными канцелярскими кнопками. Благо я тогда была в городе, так что получилось отреагировать на вызов быстро, без применения… рукоприкладства. И вот, изучив кнопки с помощью Цвета, я выяснила, что их подсыпал тот самый орк-мальчишка шести лет.

Меридия поморщилась. Как видно, воспоминание для нее было не самым приятным, но драконице отчего-то казалось очень важным рассказать историю до конца.

– Цвета поведали мне, что шалость он эту затеял потому, что очень весело было ему наблюдать, как несчастная пожилая драконица крутится и подпрыгивает, наступая на все новые и новые кнопки. Я тогда серьезно, как мне казалось, поговорила и с ребенком, и с его матерью и бабкой. При помощи Цвета же выяснила – не пересекались ли они где еще, не было ли в этом чего-то более личного? Оказалось, нет, просто соседи. И догадайся, что произошло ровно через неделю?

– Он снова насыпал ей кнопок? – недоверчиво спросил Дитрих. Слишком уж напрашивался этот ответ.

– Именно, – кивнула Меридия, – и тут уже пришлось принимать другие меры.

– И какие же?

– Двадцать розог, – пожав плечами, ответила драконица, – орал он, конечно, громко. И мать с бабкой за сердце хватались только так. Но – зато больше проблем не было.

– Как-то это уж слишком жестоко, – пробормотал Дитрих.

– Сама не была в восторге, – хмуро кивнула Меридия, – да и вообще, смалодушничала. Ни с матерью, ни с бабкой проблем до того никогда не было. Да и думала, через полгода в школу пойдет, а там уж дисциплину приведут к приемлемому общему знаменателю. Но нет – пришлось так. Что до жестокости – это, наверное, элемент психологии. Кто не понял с первого раза – не поймет ни со второго, ни с третьего, ни с десятого. Так что такие проблемы надо пресекать в корне.

– Это ж какую требовалось решить проблему, если для этого понадобился Убийца драконов, – хмыкнул Дитрих.

– Очень острую, – без тени улыбки кивнула Меридия. – Да, это наша история, которую непростительно не помнить. Да ты и сам наверняка все это хорошо знаешь. Как и то, что драконы со своими слугами порой вытворяли вещи похуже. Но – это все было в прошлом. Ныне же мы – хозяева на этих островах. И те, что приезжают сюда жить, должны, прежде всего, помнить то, что драконы здесь – хозяева, и они устанавливают свои правила. И уже отсюда начинаются размышления по поводу того, что правильно, а что нет, что можно и чего нельзя. Если это кому-то не нравится – Анваскор рядом, где мы принципиально отсутствуем, в том числе и по собственным политическим соображениям. Не нравится Анваскор – пусть плывут туда, куда хотят. Здесь никто никого не держит.

– И что это в таком случае меняет? – спросил Дитрих, внимательно выслушавший весь монолог. – И так, и эдак драконы устанавливают порядок.

– Суть в том, что драконы не должны допускать, чтобы в них вызывали чувство вины из-за того, что совершил Убийца. Драконы заплатили за это свою цену. Хватит. Это должно остаться в прошлом. Взаимодействие между драконами и остальными расами должно строиться на основании того, что происходит здесь и сейчас. А не на воспоминаниях о том, что случилось шестьсот лет назад. Например, наши отцы долгое время враждовали из-за того, что Лазурь и Сирень друг с другом очень плохо сочетаются. Так что нам с тобой из-за этого расстаться надо?

– Милая, ну что ты такое говоришь? – Дитрих поднялся с дивана и скользнул в кресло к Меридии, умудрившись юркнуть под нее и взять свою супругу на руки. Но Лазурная драконица, судя по всему, разошлась не на шутку.

– Ты просто не понимаешь, Дитрих, с чем тебе еще предстоит столкнуться, – азартно продолжала она, впрочем, благосклонно принимая ласки юного мужа. – Все эти бедненькие, несчастненькие… Вот драконы угнетали моих десять раз «пра-пра-» бабушек и дедушек, поэтому вы должны позаботиться обо мне, сиром и убогом. Тьфу! Если уж на то пошло, Дитрих, ссылают сюда далеко не самый благочестивый контингент с материка. Так что держи ухо востро, улыбку – оскалом, а кнут – наготове рядом с пряником. Иначе сам опомниться не успеешь, как такие несчастненькие сядут на тебя верхом и будут погонять. Да еще и поминутно возмущаться, что везешь ты их не так, как надо…

Внезапно по всему замку пролетел колокольный звон…

– Странно, – Меридия взглянула в окно, – как быстро время прошло. Уже вечерние танцы. Пойдем, наверное, не стоит оскорблять хозяев замка повторным опозданием…

Глава 5

Вечерний зал удивительным образом преобразился. Казалось бы, то же самое помещение, однако искусственный магический свет сделал его совершенно другим. По потолку и стенам словно бегали радужные блестки. Волшебные огоньки в светильниках не просто светились – они мерцали, под определенную мелодию то наливаясь светом, то тускнея.

Столы с угощениями также присутствовали, но теперь они были расставлены по краям. Удобно вдвойне: и опустевший стол можно намного быстрее утянуть в кухонные помещения, и места посередине столько, что все гости могли бы танцевать одновременно, совершенно не стесняя друг друга.

– Дитрих! Дитрих, иди сюда! – позвали дракона со стороны. Обернувшись, принц увидел, как машут руками сестры. Подхватив Меридию за руку, он направился к ним.

Вид у всех троих был самый что ни на есть заговорщический. Даже Лиала, обычно витавшая в облаках, светилась предвкушением.

– Здравствуйте, сестрички, – мягко поздоровался Дитрих. Меридия так же сдержанно поприветствовала золовок. И юный дракон в который раз озадачился. Меридия и Олесия общались друг с другом с искренним радушием. И все же в их разговорах постоянно мелькала тень какого-то неудовольствия. Легкая, почти незаметная, видимая лишь тому, кто носит в своем сердце Сирень доминантным Цветом. Но какие между ними могут быть разногласия? Неужели ревность из-за него? Но это нелепо: Олесия – сестра Дитриха. А Меридия – ныне его жена. Какой тут может быть конфликт?

– Вы не поверите, – прошептала тем временем Аяри, – я подсмотрела, какие у музыкантов инструменты. Геярр приготовил тамтамы. Сегодня будут дикие танцы, представляете?

– В этот нет ничего удивительного, сестрица, – улыбнулась Лиала, – Геярр больше всего не любит все эти правила этикета. Ручаюсь, он и драконов всех сюда притащил для того, чтобы они таким образом отдохнули душой.

– Что такое «дикие танцы»? – недоуменно спросил Дитрих.

– Почти что танцы без правил, – улыбнулась Олесия, – все двигаются в едином ритме. Даже если поначалу не попадаешь – потом входишь в общую волну. На самом деле это здорово. Хотя на следующий день немножко стыдно.

– Ой, ты у нас вечный пример непорочного благочестия, – фыркнула Аяри. – Природа нас создала теми, кем мы сейчас являемся. Почему нас это должно смущать?

Олесия ничего не ответила. Только улыбнулась своей обычной искренней светлой улыбкой. Той самой, которая могла погасить любые споры и разногласия, умиротворить любого разъяренного зверя, заставить даже самого черствого душой человека бросить оружие и пасть пред ней на колени… Да и даже погасить океан, если тому вздумается воспламениться.