Филиал туманных дел

Глава 1

— Наш средневековый филиал закрывают, — объявил я, вылезая из каминного портала. Отряхнул льняную рубашку от сажи и обвёл взглядом команду. Никто даже не поднял головы. В моей руке хрустнула копия приказа. — Эй, вы поняли, что я сказал?

Наина, девушка-альбинос, чиркнула портновскими ножницами над чашкой с горячим кофе. Короткие обрезки белых волос упали в напиток. Она размешала их ложкой, сделала глоток и, не глядя на меня, процедила:

— Это должно было когда-то случиться. В этой дыре ничего не происходило с момента, хм, дай подумать, — Наина отложила ножницы и постучала пальцем по подбородку, — с момента нашего открытия.

Я с хрустом сжал в кулаке приказ о закрытии и мысленно вспомнил дела, которыми мы занимались в последний месяц. Пропавший башмак сапожника, который нашёлся под кроватью соседской жены, да мешок зерна, что рассыпался по дороге и был склёван птицами. Тухло. Никак не тянет на подвиги.

— Пару дней назад на рынке болтали о пропавших в соседней деревне людях, — припомнил Стэм, перебирая стеклянные пузырьки в своём медицинском чемоданчике. Острые эльфийские уши торчали из-под тёмно-русых волос. Из-за последствий старой черепно-мозговой травмы, на лице Стэма навсегда застыла улыбка, из-за которой всем казалось, что его ничего не колышет.

— Средневековье же, — пожала плечами Наина. — Здесь пережить день уже праздник.

Я вздохнул, провёл языком по клыкам — дурацкая привычка с детства. Вряд ли всё это заставит моего дядю, главу комитета по Контролю Временных Аномалий, сокращённо КВА, передумать. А допущу закрытие филиала — и вампирский клан окончательно убедится в моей никчёмности. Они и так смеются над моей непереносимостью вида крови. Отвратительная фобия для вампира.

— Нам уже собирать вещи? — спросила Наина, допивая кофе и демонстративно ставя пустую чашку на столик.

Я стиснул зубы. Очевидно, доказать важность нашего пребывания в средневековье будет трудно из-за отсутствия временны́х узлов и нежелания моей команды помогать мне.

— Не надо торопиться. Чую, что именно сегодня нам повезёт! — заявил я, хотя никогда не верил в чудеса.

— Ага, — буркнула Наина, — нам, наконец-то дадут нормальную туалетную бумагу?

Стэм прыснул и тут же нацепил серьёзное выражение лица, насколько это было для него возможным.

— Ясно. Пойду паковать чемодан, — заявила Наина. И это после того, как я попросил не торопиться!

Стэм подошёл ко мне и понимающе похлопал по плечу. Его довольное выражение лица никак не вязалось с сочувствующей поддержкой, но я всё понял и благодарно кивнул.

— Подожди, я с тобой, — Стэм развернулся на пятках и последовал за Наиной на второй этаж. Они даже не обернулись на моё громкое «Предатели!».

Похоже эти двое надеялись как можно скорее вернуться в будущее. Жаль будет их расстраивать, но мы ещё поборемся за филиал. Я перевернул лист с копией приказа и на его чистой стороне пером нацарапал объявление:

«Расследуем необычные дела. Обращаться к Энхару.»

Повесил на входную дверь со стороны улицы и стал ждать.

Вскоре Стэм отправился через каминный портал в главный офис за недостающими лекарствами. К концу третьего часа к нам заскочил чумазый лохматый мальчишка с вопросом, не здесь ли живут демоны. Я еле удержался, чтобы не спросить, из какого адского котла вылез он сам, и вместо этого вежливо указал на дверь. К концу дня я уснул, запрокинув голову на спинку кресла, не веря, что к нам не обратились даже с просьбой достать ведро из колодца. Наина всё это время не выходила из своей комнаты. Наверно собирала вещи.

Меня разбудил грохот. Стэм вернулся и ногой сбил низкую решётку перед камином. Он выглядел весьма измотанным и с трудом тащил свой медицинский чемоданчик, который оттягивал правую руку к полу. На мой недоумённый взгляд Стэм привычно ответил улыбкой и юркнул на второй этаж, к себе в комнату.

Входную дверь я запирал с ощущением опустошённости и безысходности.

Проходя мимо камина, я заметил в саже светлое пятно. Наклонился, чтобы разглядеть получше, и обнаружил небольшую упаковку влажных салфеток. Наверняка Стэм обронил. Надо напомнить ему, чтобы был аккуратнее. Поднял пачку, сунул под жилет и тут же о ней забыл.

Ужин с Наиной и Стэмом я пропустил. Демонстративно вошёл в кухню, взял приготовленную для меня баклагу с кровью, трубочку и ушёл к себе в комнату. В её скромной обстановке, где единственное развлечение — разглядывание закатных бликов на столе, стало ещё тоскливее. Аппетит пропал. Я сел на стул и отставил ужин в сторону. В голову полезли унылые мысли о будущем, в котором меня ждёт работа в архиве, болтовня с пыльными папками и странной архивариусом Рамильдой.

К чёрту меланхолию. В КВА с оформлением документов могли тянуть месяцами, а значит у меня есть время найти и разобраться с делом, которое убедит дядю передумать. С этими мыслями я переместился на кровать и проворочался в ней около часа, прежде чем уснул под стук дождя по крыше. Впрочем, поспать нормально не получилось. Наина грубо разбудила меня посреди ночи, по ходу пытаясь выбить мной пыль из матраса.

— Да. Стой. Же. Я. Проснулся! — комната перед глазами продолжила прыгать, даже когда Наина перестала меня трясти. — У нас пожар?

— Барон прислал людей. Они грозятся исполосовать Стэму лицо! Думают, он над ними смеётся!

Я протёр глаза, пытаясь понять, о чём речь, а когда осознал, вскочил с кровати. Краем сознания отметил, что уснул в одежде — повезло. Бросился к лестнице, на бегу убирая отросшие до плеч волосы в хвост. На первом этаже действительно стояли люди барона. Воины в кольчугах, с мечами на изготовку, окружившие Стэма, одетого в одни штаны. Тот увидел меня и улыбнулся шире, махнув рукой. Дайте этому парню медаль за умение не унывать даже в самых стрессовых ситуациях.

— Доброй ночи, господа, — я зевнул, остановившись на середине лестницы, и мельком глянул в окно, подмечая, что рассвет ещё не наступил. Сколько я спал? Пару часов?

Стражники отступили на шаг, но мечи не опустили. Вперёд вышел плотный бородатый мужик, по всей видимости главный в этой шайке, повернулся ко мне и потряс перед собой промокшим листом бумаги с моим объявлением. Из-за дождя оно превратилось в расплывчатое пятно с едва читаемым «след быч. бр кЭху.».

— Барон Кэху? — уточнил он, с подозрением разглядывая меня.

Если бы не угроза Стэму, уверен, Наина ляпнула бы что-то бойкое в ответ. Но она промолчала, неотрывно глядя на заварушку впереди.

— Смотря для чего вы его разыскиваете? — вопросом на вопрос ответил я.

— Ты слуга, издеваешься надо мной? Позови живо мне барона Кэху! Иначе я лично сотру твоему приятелю улыбку с лица, — рявкнул бородач, продолжая трясти листом.

Любой другой на моём месте мог оскорбиться подобным обращением, но я лишь устало вздохнул и облизнул увеличенные клыки. Моя внешность не отличалась представительностью. Высокий, худощавый, в помятой одежде, с наскоро собранными в хвост чёрными волосами. Мне часто давали не больше восемнадцати лет, а то и меньше, хотя на деле я недавно разменял четвёртый десяток. По вампирским меркам это ничтожно мало, но по средневековым я был достаточно взрослым, если не старым. Объяснять это стражникам всё равно что самому ткнуться грудью в их мечи. Единственное, я не стану так радостно улыбаться, как Стэм.

— Я господин Кэху. Тьфу, Энхар. Если что-то не нравится можете катиться прочь, — конец моего терпения приближался так же стремительно, как берег к мчащемуся в его сторону катеру. Жутко хотелось спать, а не выслушивать унижения.

Мужик с бородой поднял бровь и пихнул локтем стражника рядом, шепча так, что его услышали все:

— Видал какой дерзкий? А у мальца даже усы не выросли.

Раздались смешки. Я сжал челюсти, заставляя себя не обращать внимание на подобные высказывания. Ну да, усы у меня действительно не росли. Но тут не было моей вины. Это генетика.

— Если вы пришли ко мне, значит у вас есть какое-то дело. А судя по гербу на ваших щитах, вас направил барон. Причём ночью. Из этого я делаю вывод, что вопрос, по которому вы ворвались в мой дом и угрожаете моему другу, срочный и, вероятно, секретный. Я прав?

Конечно прав. Ответ отчётливо читался на бородатом лице этого средневекового бездаря. Спесь с главного стражника спала. Он осунулся и неуверенно глянул на свою свиту. Та тоже присмирела. Даже мечи опустила.

— Ну, это. А что он над нами смеётся? — неожиданно по-детски пожаловался бородач, махнув на Стэма рукой. — Мы ему: позови хозяина, а он давай лыбу растягивать.

— Он юродивый, — бросил я, не желая вдаваться в подробные разъяснения.

Этого оказалось достаточно. Стражники заметно напряглись и бочком отошли от Стэма на полшага. Тот воспользовался моментом и поднялся к нам с Наиной на лестницу. Теперь мы походили на забавную фолк-группу, страдающую по средневековью, перед скромной кучкой фанатов.

Озарение пришло мгновенно и окончательно прогнало остатки сонливости. Кто знает, возможно эти ребята пришли с тем самым делом, которое поможет сохранить филиал. Что ж, самое время узнать это.

— Итак, господа, что за срочное дело у барона, раз он решил вытащить меня из постели посреди ночи?

***

Ехать верхом в темноте, когда дождь капает за шиворот, а снизу, из-под копыт, летит мокрая грязь, я ненавидел больше всего на свете. После такой прогулки выглядишь как немытый бродяга: волосы висят тяжёлыми прядями, попавшая в рот земля неприятно хрустит на зубах. Я тайком достал из-за пояса влажную салфетку и вытер лицо. Удачная и своевременная находка, не зря прихватил с собой.

Резкий травянистый запах ударил в нос, подкинув воспоминания о прошедшем зимой новогоднем корпоративе в КВА. Мне тогда всучили бокал с зелёным коктейлем, на вкус как растворитель. Сделав глоток, я тут же выплюнул напиток обратно и пристроил бокал на первый попавшийся поднос. Получилось неловко. Почти сразу его забрал кинесит Шефли и разом выпил содержимое до дна, улыбаясь так, словно только что подписал чей-то смертный приговор.

В тот вечер его поздравляли с повышением. Его назначили правой рукой Катлера. От одной мысли, что теперь брату придётся возиться с этим недоразумением, на душе становилось теплее. К тому же я знал, что Катлер побаивался кинеситов, высасывающих из людей энергию одним прикосновением.

— Сюда, — бородач выдернул меня из воспоминаний, указывая на поворот в очередной коридор.

Мы давно добрались до владений барона и теперь шли по небольшому, но хорошо укреплённому замку. Кругом предрассветная тишина, нарушаемая нашими шагами и лязгом металлических лат. Огни факелов выхватывали из темноты гобелены, доспехи и охотничьи трофеи. Мы остановились у одной из дверей и меня пропустили внутрь.

Гарльфстон в парадной шёлковой одежде восседал на стуле рядом с массивной кроватью с балдахином, часть которого скрывала спящего. На одутловатом лице барона застыла гримаса отвращения. Впрочем, стоило мне появиться, как презрительно сжатые губы расслабились и издали мученический вздох. Гарльфстон медленно поднял на меня глаза, полные печали и молча кивнул, приглашая подойти ближе.

Как только я переступил порог, одна из трёх белоснежных борзых, что сидели в углу комнаты, повернула на меня узкую морду. Принюхалась. Поднялась на лапы и цокая когтистыми лапами по полу, потрусила ко мне. Барон рявкнул на неё, приказывая идти на место, но та и не думала слушаться. Вместо этого собака сунула острый нос под мой жилет. Туда, где была спрятана упаковка салфеток. Происходящее казалось забавным ровно до момента, пока борзая не вцепилась в ткань и не начала с рычанием её оттягивать.

— Да уведите же эту безмозглую тварь! — не выдержал барон Гарльфстон и осёкся. Убедился, что никого не разбудил и только тогда оттянул тугой ворот, сдавливающий шею.

Слуги кинулись оттаскивать собаку за ошейник. Она и сама не сильно сопротивлялась, когда её уводили. Я выдохнул с облегчением, радуясь, что не зашипел на борзую в ответ, оголяя вампирские клыки. Не то, чтобы животное меня напугало, но и радости эта встреча не доставила. Я наскоро заправил за уши выбившиеся пряди волос и поправил жилет, чувствуя, что что-то изменилось. Четырёхлапая чертовка стащила упаковку салфеток и ушла с ней из комнаты.Дело плохо. Не стоило таскать с собой вещи из будущего, а тем более так опрометчиво их терять. Странно, что животное вообще привлёк запах салфеток. Его никак нельзя назвать приятным.

Барон кашлянул, возвращая моё внимание и жестом пригласил подойти.

— Доброй ночи, барон Гарльфстон, — Я подошёл к кровати и учтиво поклонился. Надо было произвести приятное впечатление. Всё-таки мы с бароном встречались впервые.

Я заглянул под балдахин. В кровати лежал мальчик лет десяти. Бледный, с лицом, покрытым крупными бусинами пота, с прилипшими тёмными волосами ко лбу, с тяжело вздымающейся грудью. Руки и ноги привязаны ремнями к постели. Очевидно мальчик болен, но подобные меры казались перебором. Барон поймал мой недоумённый взгляд. Протёр вспотевший лоб.

— Никто не знает, что с мальчиком, — вместо приветствия начал барон, — Его осмотрели лучшие лекари в округе и все пожали плечами. Один из них порекомендовал обратиться к вам, господин Кэху, как к целителю странных недугов. Итак, что скажешь?

— Что лекарь, рекомендовавший меня, умеет читать объявления? — судя по каменному лицу, барон шутку не оценил.

— Я о нём, — Гарльфстон кивнул на мальчика.

Я выпрямился и хлопнул в ладоши. Пора включать режим эксперта. Негромкий звук заставил барона и его слуг нервно вздрогнуть. Что-то явно держало их в страхе. Только что? Свои клыки я вроде не показывал. Зато ремни, стягивающие парнишку, теперь вызывали больше вопросов. Возможно ли, что они — мера предосторожности?

— Можно? — я не дождался кивка и присел на край кровати, наблюдая за тем, как бледнеют и вытягиваются лица присутствующих. Так обычно смотрят на человека, кладущего голову в раскрытую пасть льва. — Так что вы мне расскажете о мальчике?

— Так, погоди, — барон нахмурился и выпрямился. — Кто из нас двоих целитель? Ты и расскажи мне, что с моим сыном!

— Угу, значит мальчуган ваш сын. Замечательно, как же это замечательно, — пробормотал я себе под нос, и отвлёкся от разглядывания больного на барона. — Поймите, чтобы его вылечить, мне нужно знать, что случилось.

Гарльфстон качнулся на стуле. Пожевал губы и не глядя на меня признался:

— Томаса отравили. И я знаю, что это сделал Фэрниссон, чёрт бы его побрал! Да простит меня покойная матушка за подобные речи, — барон виновато глянул на портрет суровой женщины на стене напротив. Могу поклясться, старушка моргнула ему в ответ. Но, похоже, эту странность заметил только я. Гарльфстон, как ни в чём не бывало, вернулся к разговору. — Он давно поглядывает на мои земли, щенок!

Я ещё некоторое время наблюдал за портретом, а когда понял, что движение мне померещилось, повернулся к мальчику. Осторожно коснулся его лба. Ледяной, как у трупа, но дыхание равномерное и тёплое.

— Как давно он болен?

— Что? А, третий день, — рассеянно ответил барон.

— Кроме него есть ещё заболевшие? — я задал вполне безобидный вопрос, но круглое лицо Гарльфстона побагровело. Он подался вперёд, дёргано развязал шнуровку на рубашке. Тёмные глазки забегали по комнате.

— Н-нет, — вышло неубедительно. — Только Томас. Трус Фэрниссон способен напасть лишь на ребёнка.

— Так, так. И какие симптомы отравления у мальчика?

— Симптомы? Что это? — несчастного барона скоро хватит удар от моих вопросов.

— Признаки недуга. Какие? — я нетерпеливо махнул рукой, поняв, что таким образом ничего не добьюсь. — Можно разбудить мальчика?

— Зачем? — в глазах Гарльфстона застыл ужас. Дело становилось всё загадочнее. Желание докопаться до правды стало настолько сильным, что теперь никакой отказ не помешает мне довести дело до конца.

— Поиграть в города. Господин Гарльфстон, вы просили найти причину его болезни, а для этого мне нужно с ним поговорить, — Барон шумно вздохнул, вытер взмокший лоб платком и повернулся сначала к портрету матери, а потом к окну. За стеклом, которое говорило о том, что у барона всё в порядке с финансами, уже разошлись тучи, открывая полную луну. Ей богу, всё как в классических историях про оборотней.

— Разбудите, — наконец приказал слугам барон, а сам поднялся с кресла и отошёл к стене. Подальше от кровати. Будто мы собираемся пробуждать вулкан, а не десятилетнего мальчика.

Я махнул рукой, показывая, что сам прекрасно справлюсь. И слуги заметно расслабились, оставаясь с интересом следить за происходящим издалека.

Моё же любопытство достигло предела, но Томас упорно не хотел просыпаться. Словно змея, впавшая в сомнамбулизм, он медленно зашевелился в постели, продолжая спать. Хлопки по щекам оставили лишь румянец на бледных щеках. Тогда я применил последний инструмент в своём арсенале пробуждения и щёлкнул по курносому носу, в точности как это делал Катлер в детстве. Чёрные глазёнки резко открылись и мальчишка, словно дикий волчонок, оскалился и дёрнулся, клацнув зубами, едва не лишив меня пальцев. Я подпрыгнул от неожиданности и свалился с кровати на пол. Встал, потирая ушибленное место и мысленно — гордость.

Томас окончательно проснулся. Стало понятно почему его привязали. Мальчик рычал, извивался и в целом походил на человека одержимого демоном. Нет целой компанией демонов, потревоженных во время игры в покер. Выглядело это жутко.

— Вот видишь! — барон поморщился, словно хлебнул пересоленную мясную похлёбку. — Это же похоже на отравление? Иначе как объяснить то, что он засыпал нормальным ребёнком, а проснулся диким хорьком?

— Ну, с отравлением вы загнули. Странно, что вы не грешите на происки сатаны, — пробубнил я себе под нос и осторожно склонился над мальчиком, чтобы рассмотреть открытые участки кожи. — А его недавно не кусали животные? Может, какая собака внезапно стала агрессивной и напала на мальчика?

Гарльфстон призадумался. Повернулся на слуг и те отрицательно замотали головами.

— Нет, его никто не кусал.

— Святой водой окропляли? — спросил скорее ради шутки, чтобы стряхнуть внутреннее напряжение, но барон утвердительно кивнул, мол да, окропляли, и тут же покачал головой, говоря, что не помогло.

Я нахмурился. Не надо быть гением, чтобы понять — у Томаса не отправление. Здесь крылось что-то другое. Похожее на первые превращения молодых неопытных оборотней в щенков. Наблюдал как-то раз, впечатлений на всю жизнь. Да и какие оборотни в средневековье? Но чтобы это проверить — надо взять кровь для анализов и отнести в офисную лабораторию.

Меня замутило от одной только мысли об игле в вене, так, что пришлось схватиться за изголовье кровати. Скорее я дам себя покусать той борзой, чем сделаю это. Нужно прислать Стэма. Он мастерски справляется с подобными вещами. Ещё и с улыбкой. Для детской психики самое то.

Смотреть на муки мальчишки стало невыносимо, и я решительно собрался свалить в офис, чтобы передать дело Стэму. Вспомнил слова дяди: «хочешь произвести впечатление профессионала — веди себя уверенно». Я выпрямился с таким видом, будто разгадал секрет мироздания. На самом же деле понятия не имел, в чём проблема. Кажется, совет работал. Барон и слуги не сводили с меня глаз в ожидании вердикта.

— Я пришлю своего человека, чтобы он взял немного крови у Томаса, — в ладоши решил не хлопать, но барон и так испугался.

— Зачем кровь?

— Э, чтобы проверить на содержание ядов, конечно же, — не уверен, что удалось соврать убедительно, но Гарльфстон вроде успокоился.

— А-а-а, — многозначительно кивнул он, будто хоть что-то понял и сглотнул. — Сколько времени займёт лечение?

Я стал прикидывать. Для начала хорошо бы понять, что здесь вообще происходит. Взять пару дней на исследования, заодно договориться с дядей об отсрочке закрытия филиала. Проверить версию с бешенством, а ещё, на всякий случай, поднять данные о существовании оборотней в этой эпохе. Вдруг Томас прародитель блохастых? Тогда вмешиваться и лечить подобное бессмысленно. Природу мальчика всё равно не изменить.

— Сколько времени на его исцеление? — нетерпеливо повторил барон, заметно раздражаясь.

— Кхм, думаю, дней десять, но скорее всего немного дольше, — не хотелось сразу расстраивать заказчика длительными сроками, поэтому я старался не называть чётких дат.

— Три дня, — выдал барон, отлипая от окна и посмотрел на Томаса. — Через три дня у нас турнир. Люди со всех королевств уже приезжают к нам. Мне приходится прятать сына. Среди народа уже гуляют слухи. Одни хуже других. Так что к пятнице он должен быть здоровым. Чтобы все вокруг видели — моя кровь не испорчена! — Барон ударил себя кулаком в грудь и судорожно вздохнул, переводя взгляд с сына на меня. — В ином случае, толпу развлечёт твоя отрубленная голова.

— Хорошо бы понять, с чего начать, — выпалил я, понимая, что барон собирается уходить.

Гарльфстон остановился и мученически уставился на портрет матушки. Я тоже взглянул на него и заметил странность. Её цвет глаз сменился с голубого на зелёный. В животе заурчало, давая понять, что пуст. С голодухи мерещится всякое.

— Отправляйся к Фэрниссону. И как будут новости — сразу ко мне, — вырвал меня из мыслей барон, вскинул подбородок повыше и ушёл из покоев не попрощавшись.

— Мы не обсудили размер моего гонорара, — бросил я в закрытую дверь. Обречённый сел на край кровати и тут же подскочил. Томас снова рвался на свободу.

Что ж, вместо вменяемых улик у меня одни угрозы и домыслы. Ну так и я не целитель. Хотя голова слетает с плеч у всех одинаково.

После разго

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.