Академия зеркал

«Он совсем?..»

Обнаглел?! Да кто знает, что они с ним бы сделали? Избили бы и забыли! Не так бы заговорил. А теперь и сунутся не захотят. Она ведь показала, как надо.

«Ещё бы ты так за себя билась. И силы откуда-то сразу взялись»

«Это были силы?!»

«Дурочку не строй»

«Я думала, это ты что-то сделал»

«Всё что я мог, я сделал – подтолкнул к действию»

Видимо так и было. Кто знает, через сколько она очнулась бы и высунула голову из песка. Если вообще не заткнула уши и сделала вид, что её здесь нет.

– Неужели тебе нравится, как они себя ведут? Как издеваются? Ты же не мазохист какой. Почему не попробуешь противостоять? Я тебе уверено заявляю, так хотя бы…

– Да чего ты пристала?!

Ещё раз окинув его внимательным взглядом, Элина просто махнула рукой. Если ему так нравиться – пожалуйста, пусть терпит, пусть пускает всё на самотёк и даже не принимает помощи. Неловкость возрастала в квадрате, вместе с нежеланной обидой. Она ведь заступилась за него, подставилась сама, разозлила Лилю – пусть это и было неизбежно, но… Хоть немного благодарности? Это же не так сложно?

Они дошли до административного корпуса и поднялись на третий этаж, в западное крыло. Дверь в кабинет оказалась открыта, но когда Аглая Авдеевна постучала, никто не отозвался. Тогда та приказала им оставаться внутри, ничего не трогать и ждать директрису, а сама разозлённая ушла. Какая странная затея оставить их, недавно подравшихся, наедине вновь. Неужели так уверена в своём авторитете? Или их благоразумие?

Изнутри кабинет вовсе не походил на кабинет – это был музей. По углам стояли античные статуи, книжные полки забиты доверху как в библиотеке, граммофон крутил пластинку, с картин пристально следили люди. И конечно, куда без этого, здесь вытянулись в пол стены позолоченные рамы зеркал. Что ужасно, ни что из этого не сочеталось абсолютно, и напоминало скорее Лавку Нагорных.

Стоило двери за Аглаей Авдеевной закрыться, как не прошло и пяти минут, и активизировалась Лилиана.

– Мне-то ничего не будет, – обращалась она как будто к Вадиму и продолжала прерванный разговор, – я у тётушки любимица, она мне всё прощает. Тебя ей будет жаль, иначе придётся слушать нытьё Алины, а это почти смертельно. Поэтому в итоге отыграется она на никому не нужных потерянных. Даже жаль их немножко. Тётушка в гневе хуже ().

Вадим лишь поддакивал. По поведению обоих легко понять, что наказание их особо не пугало и вообще взрослые – просто помеха. Элине бы такое спокойствие. У неё-то никаких связей, знакомых и родственников в этом мире нет. Кому она здесь нужна, кроме себя? Она одна.

«Не одна», – Яромир ненавидел, когда такие мысли возникали в её голове. Он сразу просыпался и пытался убедить в обратном. – «У тебя есть я»

«Я знаю»

«Но забываешь слишком часто»

«С этим делом ты всё равно не поможешь»

Пытаясь отвлечься, Элина стала осматривать все «музейные» экспонаты. Она мало смыслила в искусстве. То есть, конечно, ей нравилось изучать картины, погружаться в музыку, восхищаться театром и актёрами, но чтобы знать от и до разные эпохи, признаваться эстетом и видеть нечто большее позади красок, слов – точно не про неё. Единственная статуя, что была ей известна, всем сюжетом намекала – Нарцисс. Невероятной красы юноша склонился к собственному отражению в озере, готовый сдаться в любой момент.

«Знаешь, в этой комнате что-то не так» – пробормотал вдруг Яромир. – «У тебя нет этого чувства? Будто тянет куда-то»

Элина покачала головой.

«Хм» – прозвучало многозначительно, – «пройдись ещё раз вдоль шкафов»

Она подчинилась, сама вглядываясь в каждую мелочь. Корешки книг, фарфоровые статуэтки, агрессивный цветок – ничего такого, что как-то могло зацепить, зачаровать.

«Не то» – мог бы, покачал головой.

Элина вернулась к статуе Нарцисса.

«Вот оно, снова!»

Теперь и ей послышался какой-то необъяснимый звон, словно несколько колокольчиков на новогодней упряжке. Ошибки быть не могло. Это цветок в руках каменного юноши.

«Что же скрывается за ним?»

«Так, только не говори, что тебе всенепременно надо это выяснить»

Она шутила, но когда ответа не последовало, едва не заскулила.

«Если я ещё раз ввяжусь во что-то, меня точно вытурят из академии! Нарушать устав два раза на дню и тем более лезть в тайны самой директрисы! Не кажется, это слишком?»

«Ты же обещала» – уступчиво и ласково начал он.

«И что? Сколько людей бросается словами и живет радостно, а главное спокойно!»

«Но ты не такая»

«Но я не такая» – быстро сдалась, сдулась, проклиная и себя с моральными глупыми принципами, и манипулятора Яромира.

Наклонившись ближе к статуе, Элина сначала заглянула в белоснежное идеальное лицо, – и всё же до чего красив! – осмотрела, надеясь заметить что-то необычное, и лишь затем потянулась рукой к цветку. Острые лепестки неосторожно оцарапали кожу, даже выступила кровь, но Элина не чувствовала боли и продолжала оглаживать холодный камень. Что же ты скрываешь, что? Расскажи, покажи.

«Осторожней. Механизмы, питающиеся кровью, крайне…»

В этот момент раздался громкий-громкий скрежет. Элина подскочила, отходя от статуи на десяток шагов. Цветок загорелся красным, и юноша резко вскинул руку вверх, указывая на возникшую меж шкафов тёмную дыру.

– Что ты натворила?! – на неё тараном надвигалась Лиля.

Скрежет возник не от каких-то шестерёнок или механизмов, а от сдвинувшихся в стороны книжных полок. Потайной проход ввёл куда-то вниз, света там никакого не было, и это только распаляло любопытство и страх.

– Это не я. Оно само.

– Конечно, конечно, – Вадим махнул рукой в сторону Нарцисса. – Никто же сейчас не тёрся с ним рядом.

Не удосужив его даже взглядом, Элина обратилась к Лилиане:

– Ты знаешь что это?

– Нет. Но тебе совать сюда свой нос точно не стоит, – и сама при этом зашла внутрь.

– А тебе значит можно?

– Ох, как ты мне надоела! От тебя уже голова раскалывается! – всплеснула она рукам. – Отстать!

Вадим подошёл к ней. Из них всех только Кирилл не проявлял к потайному ходу никакого внимания, он вообще не сдвинулся с места и, кажется, влипать во что-то новое, закапываться ещё глубже не собирался. Здравая позиция, здравая. Жаль только для Элины не рабочая.

«Давай узнаем что там. Не просто так же всё это?»

Лили и Вадима уже было не разглядеть, их спины быстро скрылись в темноте – и кто здесь не в своё дело лезет? Но, наверно, не ей их судить, ведь сама собралась следом.

– Остаёшься?

– Хочешь втянуть меня ещё и в это? – хмуро осадил Кирилл и, словно боясь, что она сейчас насильно потащит, отошёл ещё дальше. – И так достаточно.

Закатив глаза, Элина оставила его. Лаз был узким, явно не рассчитанным на толпу, ступеньки под ногами крошились, а в темноте того и гляди соскользнёшь и свалишься до самого низа. Зато там брезжил свет. Спустившись, она оказалась в огромном зале – сером и холодном. Колонны, удерживавшие потолок, расположились по периметру и были увиты вьюнками. По стенам полз плющ, на полу разбросана раскрошившаяся плитка. Место казалось давно заброшенным, нелюдимым. А ещё ужасно пахло плесенью.

– А если оно опасно? – голоса отдавали эхом.

Двое настороженно всматривались в поросшую стену. Настрой их сменился, и ребячество испарилось. Элина невольно поддалась и тоже стала шагать аккуратнее.

– О чём вы?

Но когда поравнялась с ними, увидела сама. По середине слившись с зелёными стеблями пряталось существо. Руки и ноги его вросли в стену. Оно смутно походило на человека, только вместо лица – листья папоротника. С каждого за ними наблюдал десяток пар глаз, вертящихся в разные стороны, щурившихся. Бледное, будто прозрачное, совсем белое, как молоко, бесполое тело скрывалось за искрящейся невесомой тканью.

Но что больше пугало Элину – одного взгляда на существо хватило, чтобы внутри появилось инородное, не её, чужое, чувство доверия и привязанности. Голова шла кругом от такого.

«Надо уходить, срочно. Я ошибся. Нам не помогут здесь»

«Только что ты говорил об обратном!»

«Откуда мне знать, что то был зов Ока?! Так я тебя сюда не пустил бы ни за что!»

– Не подходите к нему!

Но останавливать их было поздно. Лиля держала «пламя на ладони», пока Вадим, присев на корточки подле существа, пытался рассмотреть, что такое пряталось за плющом. Мгновенно он отшатнулся и поднялся, смотря с ужасом.

– Кости!

Теперь все точно убедились, что им здесь не место и нужно срочно уходить. Жаль поздно. Существо зашевелилось, просыпаясь. Его листья зашуршали и расползлись в стороны, открывая один главный глаз: вертикально расположенный, размером с голову. Лиля очнулась первой, не стала ждать и отбежала к выходу, но…

– Проклятье!

Проход закрылся. То есть буквально, вместо арки сплошная стена из камня – они оказались в ловушке, замурованы.

«Что нам делать?!»

«Не знаю» – ни капли не обнадёжил, тоже нервничая. – «Нападать точно нельзя. Да и кто из вас силой умеет пользоваться должно? Разозлите только, а оно и десяток воинов раскидает»

«Просто замечательно! Успокоил, так успокоил, спасибо»

«Тяните время. Помощь придёт. Но, умоляю, не слушай его бредни, не дай одурманить»

«О чём ты вообще?»

– Ха-ха-ха, глядите-ка, сестрицы, к нам гости пожаловали.

В тишине раздался зловещий голос, такой тихий, словно то собственные мысли, а не чужие слова, такой шипящий и хриплый, словно существо давно позабыло, как говорить. Трое вжались в стену. Что потянуло их войти в эту комнату!? Они проклинали тот момент.

– Не бойтесь. Лучше подойдите ближе, я хочу лучше видеть вас.

Никто не сдвинулся с места. Тогда оно вновь рассмеялось.

– Зачем же вы явились ко мне, ежели не хотите говорить? Потомки Дажьбога, Сварога и…О.

Элина поняла – смотрели на неё. Существо затрепетало, закачалось из стороны в сторону, пытаясь вытянуться и приблизиться.

«Не подходи» – голос Яромира стал непривычно твердым, напряжённым и обрывистым. – «И помни: не слушай»

Что-то было не так. Неужели он сталкивался с этим существом раньше? Помнил?

– Какая честь, – сказало с придыханием, – какая честь вновь встретиться с вами, Белый Бог.

«Яромир?» – неуверенно протянула Эля, подозревая, что ничего сейчас не добьётся.

«Не слушай»

Существо, тем не менее, продолжало, позабыв, будто обо всём на свете:

– Ужели прошла тысяча лет? В этой темнице время и не движется вовсе. Но коли вашими руками всё скоро изменится, так и быть, так и быть…Подскажу, да только станете ли слушать? В прошлый раз, помниться мне, дорогой ваш брат уговора не исполнил. По вашей милости мы заперты навечно.

– Что за бред оно несёт?

Ох, дорогая, это не бред. Пазл медленно начал складываться – теперь-то Элина узнала и прочитала достаточно мифов, чтобы сложить двух братьев, тысячу лет и Белого Бога вместе. Осталось только поверить, что на самом деле всё это время в её голове жил не заблудший дух, призрак, кто угодно, а целый Бог чужого мира. Слушал её нытьё, утирал слёзы и сопли, поддерживал, помогал и учил.

– Озёрные служители. Те, кто знают правду, те, кто видел смерть десятка миров. Они сделают всё, лишь бы кто-то освободил их души. Они устали. Скоро будут гореть костры. Время проклятых. Найдите их, снимите проклятье, и получите свою плату.

«Ложь. Все твои слова ложь»

Существо словно услышало его. Тёмно-зелёные листья вдруг начали белеть. Все глаза закрылись, будто исчезли, и папоротниковые листья заострили кончики, что как змеи Горгоны зашевелились, защищая главный глаз, око, распухший и покрасневший.

– Мы никогда не врём, юнец!

«Ага, мы просто не договариваем»

«Ты что делаешь!? Оно нас сейчас поубивает!»

«Надежду человечества? Да ни за что»

– Поэтому людям нельзя давать силы! Дурман в головах, слепота в сердце!

Элина не выдержала и зажмурилась, видя, как острые листья несутся прямо на неё, нацелено и неумолимо. Даже рукой не успеешь взмахнуть, не говоря о пресловутых силах. Что же, это была короткая и невероятно грустная, бессмысленная жизнь.

Не успела она попрощаться с Яромиром, как почувствовала резкую хватку на плече, и её отбросило на пол. Боль пронзила копчик и заставила открыть глаза. Впереди стояла женщина в красном брючном костюме. Вскинув руки вверх, она заслонила их плотным барьером. Существо шипело, позабыв человеческую речь, и билось в агонии. Папоротниковые листья скручивались и иссыхали, опадая прямо на глазах. Элина встала, хватаясь за спину, и отошла к Лиле и Вадиму. На лицах обоих смешались страх, восторг и облегченье.

– Теперь мы в безопасности, – прошептала Лиля.

Только стоило женщине обернуться, они поняли, что расслабляться было поспешно.

– Живо ступайте наверх! Вы вообще думаете, во что лезете?! Я за такое с радостью отчислю каждого! Знаете, что оно могло с Вами сделать?! Конечно, не знаете!

Уже второй раз на дню их отчитывали, так грубо и злостно, но, понятно, что по делу. Возвращаясь в кабинет, они отходили от шока и пропустили мимо остаток речей Сильвии Львовны. Их мучили вопросы: что за чудовище жило в стенах академии, знали ли о нём другие и, главное, действительно ли сейчас их могли просто сожрать, оставив лишь косточки?

Единственный разумный человек – Кирилл, так и стоял в кабинете. Кажется, ему было абсолютно плевать на них. Может даже, не стань их, он радостно похлопал бы в ладоши – все проблемы исчезли разом. Закрыв проход, Сильвия Львовна устало рухнула в своё кресло и задумчиво окинула взглядом горе-четвёрку. Впору начинать молиться.

– Замечу, вы сами себе вырыли могилу. Я не разделяла позицию Аглаи, хотела пощадить. Драки и споры – такая же ступень образования. Но то куда вы влезли…Наказание научит вас думать, прежде чем делать. Каждого.

– Меня с ними не было, – Кирилл считал иначе, и попытался отстоять себя. В другой ситуации это звучало бы разумно и смело, но не сейчас.

– И правда не было, – вот где Лиля научилась елейным угрожающим улыбкам. – Однако товарищи твои на глазах творили глупость, так почему же их никто не догадался остановить?

Кирилл с силой сжал челюсть и резко опустил голову вниз. Не докажешь, сделаешь только хуже.

В конечном итоге, до конца года каждый из них вместо развлечений и кружков вынужден будет проводить по два-три часа на «общественных работах». Так Сильвия Львовна окрестила помощь работникам академии. Лилю и Вадима отправили к прислужникам в Храмы, Кирилла в библиотеку – Эмиль будет счастлив как никогда. А Элине досталось точно самое ужасное – помощница Смотрителя! Если у других примерно понятно, чем придётся заниматься, то у неё нет. Будет ходить за ним по пятам? Наказывать нарушителей? Следить за барьером? А ему точно нужна обуза?

***

«Думаю, ты хочешь поговорить?»

Когда Элина завалилась на кровать и закрыла глаза, раздался неуверенный голос.

«Разве? Мне кажется и без этого всё понятно»

«Я ведь говорил тебе не слушать. Но ты сразу поверила во всю эту чушь»

«Может, потому что это имеет смысл?» – невольно всплеснула руками, раздражаясь, – «Белый Бог, что может быть очевиднее? Ты помнишь тысячелетний ритуал, Богов, столько знаешь. К тому же не только оно звало меня так. Я не знала тогда, но призрак, унёсший моих родителей, обращался именно к тебе!»

«Я…» – он замолк в сомнениях. Прошло несколько минут, прежде чем заговорил вновь. – «Добро. Быть может это и правда, может я догадывался даже, но… Разве похож я на Бога? Боги могучи, мудры, стары, люди к ним приходят, в них верят. Ничего из этого у меня нет»

«Может всё твоя амнезия? Вернутся воспоминания, вернутся и ощущения. Ты ведь не соврал и в этом?»

«Я ни в чём тебе не врал!», – воскликнул поспешно, и кажется, это впервые на её памяти. – «Я очнулся с горсткой информации, не пойми где и как. Только этот проклятый ритуал в голове!»

«А мы ведь так ничего не узнали. Видимо придётся послушаться Око и наведаться к тем духам озера или как их там»

«Вдруг это ловушка, обман, как столь просто ты можешь верить ему? Ещё немного и нас бы не стало!»

«Оно как-то догадалось кто перед ним. К тому же, если ему тысячи лет, и оно помнило тебя и Чернобога, разумно прислушаться. Не всё же книжки читать и верить в удачу»

«Я ему не доверяю. Опасно это…»

Они замолкли. Каждый пытался понять, что делать дальше. Элина не понимала, чем заслужила такого. Бог в голове, поспешное необдуманное обещание помочь, а что теперь делать? Конечно, она его не бросит. Просто не может. После всего того что было? Он для неё друг, а друзей, как знает, бросать в беде нельзя.

«И всё же, значит, теперь мне к тебе обращаться Белобог Великий?»

«Ха-ха, умоляю не надо. Я всё тот же Яромир»

«Неужели и у других могут оказаться Боги в головах? Чернобог, например? Твой брат, его существо тоже упомнило»

«Он мне не брат», – прозвучало вдруг жёстко, но он моментально взял себя в руки. – «Надеюсь, что подобного не случиться. Ежели такой как он вновь ступит на землю, от неё не останется и кусочка. Он хитёр и злопамятен. Он безжалостен»

«Ладно-ладно» – примирительно перебила поток брани. – «Но всё же если что кандидатура у нас имеется. Севериан!»

«Может и так. Но не кажется тебе, что юноша этот слишком часто занимает твои мысли?»

«На что ты намекаешь!?» – хуже то, что она и правда покраснела.

«Ни на что. О чём же ты подумала?»

«Только не начинай опять!»

Элина умудрилась свалиться с кровати.

***

После ужина она уже привычно стояла у кабинета Севира. Эти странные встречи так и продолжались. Элина не говорила много, не рвалась открывать душу и совершенно не понимала, чего в ней интересного мог найти Севир. Хотя признаться, иногда хотелось – поделиться всеми распирающими впечатлениями, вопросами, обидами. Чтобы она говорила, а её слушали.

Ровно в восемь дверь открылась, и её пригласили внутрь. Терпкий аромат чая наполнил комнату, и верно на столе уже стояли две чашки из голубого фарфора. Своей маленькой страсти Севир никогда не скрывал. Они расселись, и догадаться о чём сегодня пойдёт разговор не сложно.

– Знаете, дорогая директриса рассказала мне буквально только что прелюбопытнейшую историю. Словно какие-то второклассники пробрались в её кабинет и неведомым образом нашли проход в древнее хранилище. Не хотите поделиться подробностями?

– Да разве есть чем делиться? – ей отчего-то стало стыдно, очень стыдно, как будто тот вот-вот станет отчитывать.

– Я бы с радостью послушал.

Элина не разобрала, так ли это на самом деле или просто очередная подколка. Но смотрел Севир не в пример внимательно и настойчиво.

– Лиля с Вадимом задирали Кирилла, – собравшись духом, выпалила она. – Я попыталась их остановить, и мы немного повздорили. А потом пришла Аглая Авдеевна и всех отругала, сказала, что мы недостойны зваться учениками этой академии и отвела прямо в кабинет.

– Очень похоже на неё, – улыбнулся Севир, скорее прячась за чашкой.

– А там мне просто понравилась статуя с Нарциссом. Я коснулась цветка и тут – бац! – проход. Если бы не Лиля, мы бы туда не пошли. А там внизу жило странное страшное существо…

– Мохры, полагаю. Их мало осталось на земле, Защитники истребили большую часть популяции, но то к лучшему. В канцелярии их причислили к рангу жёлтой опасности. Вам несказанно повезло.

– Так и есть. Если бы оно не заговорило с нами и сразу бы напало, мы были бы трупами. Я точно.

– И о чём же Мохра говорила?

Кажется, она ступала на тонкий лёд. Яромир всё ещё был сильно против рассказывать хоть кому-то о себе. А Севиру тем более. Если так посудить, разве они не родные братья? В этом всё дело?

– О всяком. Почему-то больше всего о Богах, наверно из-за Лили с Вадимом, – и скорее перевела тему. – Значит, Вы знали про это существо в подвале директрисы?

Он рассмеялся.

– Я был тем, кто привёл его сюда. Столь сильное существо помогло справиться с первичным барьером, снижало влияние полунощной скверны. До сих пор снижает. Лучшее наше вложение. Сэкономили и время, и деньги. Но всё же иногда появляются такие как Вы любопытные ученики и влезают куда им не стоило.

– Это случайность, – пробормотала она себе под нос.

– Охотно верю. Однако теперь Вам придётся нести дозор вместе со Смотрителем. Не самая лёгкая задача.

– Почему?

– Он привык действовать в одиночку и потому крайне молчалив. В чём радость обходить территорию с таким компаньоном?

– Это не такая уж проблема. Думаю, мы похожи.