Neurovision. Часть 1 – Звучание красок

«E», «секция редактируемый, введите текст»

«Опиши заплатку на рубашке девушки»

«Enter»

«Нашивка на женской рубашке представляет собой небольшой прямоугольный кусок ткани, прикрепленный к одежде. Он изготовлен из материала, контрастирующего с курткой, например, другого цвета или текстуры, что помогает создать визуальный интерес и привлечь внимание к нашивке. Нашивка может иметь рисунок или узор, или она может быть просто однотонной. Его цель – добавить к женскому пиджаку декоративный элемент, сделав его более привлекательным и персонализированным по вкусу владельца»

Давясь от смеха, Ким всё же ввёл последний запрос:

«E», «секция редактируемый, введите текст»

«Опиши форму носа и глаз девушки на изображении»

«Enter»

«Нос девушки на снимке острый и чуть вздёрнутый, глаза большие и круглые, с небольшим наклоном вверх внешних уголков. Это придает ей любопытное и любознательное выражение, как будто она всегда ищет что-то новое и интересное»

Парень не выдержал и рассмеялся.

– Боже, что это за покемон?!

В безмятежную тишину комнаты ворвался звук открывающейся двери. В следующую секунду молодого программиста накрыл радостный голос напарницы.

– Ты опять тут фигнёй страдаешь? – с любопытством поинтересовалась Беляна, разглядывая хихикающего Кима.

– Изыди, Пикачу, – отмахнулся он, продолжая смеяться.

Девушка подошла к рабочему столу, бесцеремонно включила монитор и вчиталась в текст на экране. По мере чтения лицо Беляны вытягивалось всё сильнее и сильнее.

– Когда тебе надоест мучить убогих? – неожиданно кротким тоном спросила она.

Звонкие золотистые колокольчики в её голосе сменились сдавленным серо-голубоватым шелестом. Ким мгновенно уловил изменение тональности. Он отлично помнил, что значит видеть. Поэтому в его сознании звук имел цвета и формы, активизируя качества синестета7. Мозг всячески стремился скомпенсировать отсутствующее зрение. Миллионы нейронных связей со скоростью до 120 метров в секунду обменивались массивами данных. Внутренние аналитические «весы» собирали и использовали любые крохи информации, чтобы построить 3D модель собеседника и окружающего мира.

– Мучить убогий ИИ – это моя профессия, – хитро улыбнулся парень.

Он устроился в кресле поудобнее, облокотился на подлокотник и приглашающе повёл рукой в сторону монитора.

– Хорошо, оставим нейросети в покое. Тогда продемонстрируйте альтернативную технологию. Ваш выход, госпожа инженер компьютерного зрения. Опишите мне изображение на экране.

– Ты издеваешься, да? – подозрительно поинтересовалась Беляна, сверля взглядом фото на дисплее монитора.

К серо-голубоватому шелесту добавилось больше шершавого напряжения. Крышка на закипающей кастрюле задрожала.

– Ничуть, – заверил её Ким, с интересом вслушиваясь и «всматриваясь» в тональность голоса напарницы.

– М-м-м, – отчего-то замялась девушка.

– Это какой-то новый язык или баг системы фокусировки и визуального распознавания графического объекта?

Ироничный голос молодого человека понизился до звучного и вальяжного баритона. Он подозревал, что произойдёт в следующую секунду, но не смог удержаться от соблазна протестировать поведение новой знакомой.

– Я тебя щас отформатирую, хард ты самодовольный! – взорвалась Беляна, кидаясь душить напарника.

Серо-голубое замедленное движение вспыхнуло ярко-рыжим пламенем, перетекавшим в более плотный золотистый янтарь. Ким с удивлением вдруг обнаружил, что это пламя не вызывает у него желания сжаться или сопротивляться. Сумеречная темнота озарилась красками.

В этот пикантный момент в комнату вошла невысокая стройная девушка. Её короткие волосы едва прикрывали уши и отливали желтовато-коричневым оттенком осенней листвы. Простая футболка и джинсы подчёркивали любовь этой особы не только к жёлто-оранжево-коричневым тонам, но и к спортивной практичности. Есения8 с интересом посмотрела на экзекуцию, оценила настрой рыжей и пожала плечами. Белка в своём репертуаре.

– Не убедительно, – спокойно сказала Еся, проходя мимо пыхтящей Беляны. – Если собираешься кого-то душить, то хотя бы не залезай к нему на колени. Иначе тебя можно двусмысленно понять. Да и твой удушаемый вовсе не выглядит страдальцем.

Ким действительно ничуть не возражал. Стянутый воротник футболки почти не причинял дискомфорта. Зато в пылу ярости девушка не замечала прикосновений к своему телу.

Обычный человек даже не подозревает, сколько информации могут давать совершенно невинные мимолётные прикосновения. Незрячий буквально вылепливает из этих кусочков объёмную модель предмета или, как сейчас, тела довольно высокой, стройной, чуточку худощавой и гибкой девушки. Прикосновение способно открыть дополнительные грани эмоций и самочувствия. Ведь всё это отражается в состоянии кожи, степени напряжения мышц, в геометрии тела и в десятках других труднообъяснимых мелочах. Если рядом с вами незрячий, будьте уверены, он найдёт сто и один способ, как узнать о вас столько же, сколько вы воспринимаете глазами, а может и больше. Ведь надо помнить ещё и про слух, который способен считать малейшее изменение тембра голоса собеседника.

Вслед за Есенией в комнату вошёл высокий стройный брюнет. Его слегка вьющиеся волосы были уложены в модную причёску с длинной чёлкой. Одежда тоже отличалась стильной небрежностью, создавая впечатление уверенного в себе щёголя. Округлив глаза, Сандро всплеснул руками и воскликнул с нарочитым грузинским акцентом:

– Вах! Какой дэвушка! Какой страстъ!

Сандро Георгиевич Каладзе, или просто Сан, хоть и был чистокровным грузином, но отлично говорил на русском без малейшего акцента. Молодой человек даже и не знал языка своих предков. Но он обожал порой разыгрывать из себя эдакого карикатурного горца.

От такого коллективного внимания Беляна покраснела. Она неохотно выпустила ворот футболки Кима и слезла с его колен. Честно говоря, девушка и сама не понимала, с чего так вспыхнула. Ну, взял напарник её фотку с личной странички. Ну, прогнал через алгоритм распознавания и описания изображений. Ну и что? В конце концов, они собрались здесь как раз для разработки новой нейросети, которая будет проделывать такие штуки на максимально детальном и точном уровне. Однако прочтённый диалог с чат-ботом разозлил рыжую программистку до чёртиков. Ей почему-то стало обидно, что какая-то там нейронка превратила её в натуральное пугало.

– Извини, погорячилась, – буркнула она, присаживаясь на компьютерный стол.

Её голос наполнился фиолетовыми и розоватыми переливами прохладной ежевики.

– Бывает, – невозмутимо отозвался Ким. – Можем даже повторить. Только на этот раз наедине. Идёт?

– Обойдёшься! – мотнула всеми тремя хвостами Белка.

Спокойная ежевика сменилась кислым апельсином.

– Жаль, – он пожал плечами и вернулся к изначальной теме: – Ну, так что, проведёшь альтернативное описание, или мне сохранить этот, хм, портрет загадочной незнакомки?

– Не надо, – поспешно выпалила Беляна.

Белка отличалась вспыльчивым характером, но по натуре была доброй, отходчивой, весёлой и жизнерадостной особой. Своими повадками она чем-то напоминала настоящую белку, и этим изрядно гордилась. Девушка так и заявила вчера прямо с порога: «Вообще я Беляна, вроде как Борисовна и фамилия у меня Белкина, но зовите меня просто Белка. Я такая же рыжая, не люблю долго сидеть на одном месте и щёлкаю любые задачки, как орешки. У меня даже хвост есть, целых три!» С этими словами девушка мотнула головой, демонстрируя свои хвосты. Надо сказать, что хвосты у Белки были шикарные: густые, отставленные назад, поднятые на манер конских, они опускались вниз до талии и заканчивались пушистыми кисточками.

Ким ждал, слегка склонив голову набок и повернувшись лицом к Беляне. Вернее, к тому месту, откуда он в последний раз слышал её звонкий голос.

– А почему я? – промямлила Белка с неожиданным даже для себя самой смущением. – Давай я Есю опишу?

По туманной хмари в голове Кима снова потекли облака сизого и серо-голубоватого оттенка.

– Во-первых, – спокойно и рассудительно начал пояснять парень, – с Есенией мы знакомы много лет, и уже проделывали такой трюк. Кстати, недавно и по той же схеме. Во-вторых, я хочу помочь нам обоим. Ведь именно ты наш ML-инженер9, отвечающий за машинное обучение. Именно ты у нас специалист по компьютерному зрению и глубокому обучению. Именно тебе решать вопрос с тем, чтобы нейросеть могла быстро и правильно распознавать любые изображения в мельчайших деталях. И нам с тобой придётся очень тесно работать в паре, потому что я, если помнишь, NLP-инженер.

Сандро покосился на сидевшую рядом Есению и многозначительно подмигнул ей:

– Точняк, ну чисто НЛП!

Ким чуть повернул голову на голос парня и с лёгким раздражением заметил:

– Не то НЛП, о котором ты подумал. В нейролингвистическом программировании я тоже кое-что понимаю. Но в моём случае NLP это калька с английского «natural language processing» или «обработка естественного языка». Проще говоря, я обучаю нейросети распознавать и понимать текстовые и голосовые запросы, а также выдавать ответы в виде понятного для человека текста и синтезированного голоса. Все надстройки в виде чат-ботов, голосовых помощников и фильтров разрабатываются именно NLP-инженерами.

Брюнет примиряюще поднял вверх руки. Есения подалась вперёд и что-то быстро шепнула парню. Тот кивнул и торопливо продублировал жест словами:

– Всё-всё! Я понял. Может, я и не спец по нейронкам. Моя стихия – это веб-программирование: сайты, приложения, дизайн и их техническая начинка с совместимостью. Но уж про своих коллег программеров я в курсе. Просто неудачно пошутил. Умолкаю. Продолжайте. Очень интересно. Правда.

Ким вновь повернул голову к Беляне.

– Итак, хм, на чём я остановился…? Ах да. В-третьих, мне интересно послушать твой стиль описания. Поверь, одно дело обучать нейросеть формальному распознанию визуального контента, другое дело обучить её составлять так называемые тифлокомментарии. Ты знаешь, что такое тифлокомментарий и в чём его особенность?

Белка замотала головой. Ким молчал, вслушиваясь в происходящее. Девушка спохватилась и ответила словами:

– Нет. Но подозреваю, что это какое-то описание картинки. Такое, чтобы было понятно, что на ней изображено. Я так полагаю.

– В целом, верно, – согласился парень. – Тифлокомментарий – это короткое описание предмета, пространства или какого-то действия, которое совершенно непонятно незрячему или слабовидящему без специальных пояснений. С одной стороны, тифлокомментарий должен быть лаконичным, чтобы не отнимать много времени. С другой – точным и детальным, чтобы создавать нужное впечатление и быть достаточно информативным. Соблюсти баланс между лаконичностью и информативностью порой бывает адски сложно. Особенно, когда речь идёт о динамичном видео. К слову, простая видеосъёмка движения по улице со скоростью пешехода – это вообще мозги на вынос с точки зрения тифлокомментирования.

– Э, прошу прощение, если глупость скажу, – подал голос Сандро. – А когда вот комментаторы описывают какой-нибудь футбольный матч, это ведь тоже тифлокомментарий, да?

– Да, – кивнул Ким. – Но там комментирование событий идёт грубыми и как бы широкими мазками, – он взмахнул в воздухе рукой. – А при описании окружающей обстановки на улице нужна совершенно другая детализация. Комментатор может сказать: «Нападающий перехватил мяч и уверенно движется к воротам. Гол!» Для понимания сути игры этого достаточно. Но если ты незрячему во время прогулки скажешь: «Вы движетесь к воротам по полю. До ворот осталось пять метров», – это может означать что угодно. Потому что нет никаких дополнительных ориентиров, уточнений и нет чёткого направления движения. Причём право-лево здесь не подойдёт. Это для зрячего существует чёткое право и лево, а для меня этих «право» и «лево» до фига.

Молодой человек снова осторожно взмахнул руками, случайно задев по колену сидевшую рядом Белку. Оба сделали вид, что ничего не произошло.

– Обычно используют циферблат часов для уточнения направления. Это звучит примерно так: «ворота на 2 часа» или «ворота на 4 часа». В обоих случаях это будет справа, но уже с конкретным углом поворота.

– А если на пути яма? – тихо пробормотала впечатлённая Беляна.

ML-инженер обладала богатым и живым воображением. И сейчас это воображение рисовало жутковатую картинку, от которой хотелось застыть и не шевелиться.

– В точку, – мрачно согласился энэлпэшник.

Голос отразил внутреннее состояние напарницы, которое совпало с его собственными ощущениями. Темнота с вязким туманом, в котором проступают размытые силуэты. Светло-серые и бледно-голубые тени, редкие вкрапления цветных разводов. От этой привычной картины веяло покоем. Вот только это был вечный покой…

Ким слегка изменил наклон головы, смещая таким образом фокус внимания в своём сознании. Ему очень захотелось снова почувствовать живое ярко-рыжее пламя, в глубине которого вспыхивали насыщенные янтарные и нежно-салатовые оттенки. Парень отодвинул в сторону лишние эмоции и продолжил:

– В озвученном варианте отсутствует описание окружающего пространства и земли под ногами. А может, там колдобины? А может, прямо по курсу валяется здоровенный камень? А может, перед идущим высокая трава и надо сместиться на метр влево? Десятки и сотни мелких переменных, которые попадают в фокус и исчезают из него, стоит лишь чуть-чуть повернуться.

– А трость? – осторожно уточнил Сандро.

Ким нервным жестом потёр руки.

– Да, – согласился он со вздохом, – конечно, можно для коррекции использовать осязательный метод. Именно для этой цели и существует белая трость – лёгкая, длинная, хорошо передающая в руку малейшие неровности поверхности. Она же позволяет простукать предмет или поверхность, и на слух уловить дополнительную информацию об окружающем пространстве. Но возможности этой штуки сильно ограничены. С помощью трости не получится контролировать пространство выше двадцати-тридцати сантиметров над дорогой. Да и узкие вертикальные предметы типа столбов можно пропустить. Но что самое важное, трость никогда не даст точных ответов ни на один вопрос. Всё в итоге упирается в личные навыки и внимательность. А некоторым работа с тростью вообще не даётся. И мы здесь как раз и собрались для того, чтобы придумать такую штуку, чтобы белая трость осталась всего лишь сигналом для окружающих и вспомогательным средством на всякий случай.

– А я вот задумалась об ориентировании по циферблату, – сказала Белка. – Расскажи об этом подробнее.

– По азимуту, – поправил её напарник. – Правильно это называется «ориентирование по азимуту» или «направление по азимуту». А дальше уже существует три основные схемы: с четырьмя секторами (вперёд, назад, вправо, влево), с восьмью секторами (компас по сторонам света) и циферблат с двенадцатью секторами. Первый вариант используют разве что слабовидящие, которые могут более-менее сориентироваться в пространстве. Слепые этот вариант никогда не применяют. Или компас, или циферблат. Циферблат точнее, но он требует привычки и более тонкого чувства пространственного ориентирования. Поэтому некоторые всё-таки останавливаются на восьми сторонах света.

– Но даже двенадцать секторов – это ведь мало, – сдавленным голосом пробормотала Беляна.

– Без дополнительных ориентиров, да, мало, – согласился Ким. – Но лучше пока ещё никто ничего не придумал. Да и этот метод используют в основном в GPS-навигаторах. А там есть маршрутные точки и сопровождение. Можно рассыпать ещё и свои мелкие «хлебные крошки» в виде произвольных меток на маршруте. Если навигатор хороший, то их можно забивать хоть через каждые десять метров.

– Хватает? – с сомнением спросила Белка.

– Когда как, – пожал плечами энэлпэшник. – Если под ногами есть дорога или иные тактильные ориентиры (знакомые неровности, ребристая плитка, бордюры и так далее), тогда без проблем. Трость, опять же, может помочь выравнивать движение. Но бывает, что ничего этого нет. Тогда кисло.

– Почему? – не понял Сандро.

В его голове с трудом укладывалась новая картина. Десять метров для веб-программиста казались сущим пустяком.

Ким грустно улыбнулся и постарался ответить максимально доходчиво:

– Сантиметр вправо или влево – это пустяк, который можно не заметить. Но через десяток метров такой разворот уведёт тебя на метр в сторону, и ты промажешь мимо цели, например, влетишь лбом в штангу или в стену. Поверь, очень мерзкое ощущение. Причём, это ощущение может стать фоновым.

Беляна сглотнула и тихим голосом задала новый вопрос, который лично ей казался слишком интимным:

– Поэтому у слепых часто деревянная походка?

– Да, – подтвердил парень. – Ты как бы одновременно и двигаешь себя вперёд, и тормозишь сам себя, чтобы получить возможность практически мгновенно остановиться, если вдруг что.

ML-инженер снова невольно окунулась в яркие краски своего художественного воображения. Она на миг опустила веки и попыталась себе это представить. Зелёные глаза девушки поспешно распахнулись, потому что ощущение показалось жутким и затягивающим.

– Так вот, – вернулся к главной мысли Ким. – Если мы хотим создать не просто распознавалку статических картинок типа как в умной камере от Яндекса или в специализированных приложениях вроде «Envision AI» или «Sullivan+», а виртуального помощника, способного выполнять задачу поводыря, нам потребуется выстроить компромисс между краткостью и информативностью. Признаюсь честно, я только мечтаю о такой штуке, но слабо представляю, как её реализовать на практике. И боюсь, одним голосом нам не обойтись, потому что нельзя слишком перегружать уши. Это чревато катастрофой…

Белка снова вспыхнула. Но на этот раз не от злости или обиды, а от пронзившей её болезненной жалости. Девушка подалась вперёд и обняла Кима за плечи.

– У нас получится, – твёрдо заявила она. – Слышишь? У нас это получится. Даже не смей думать по-другому. Слышишь? Иначе я тебя загрызу!

– Верю, – удивлённо отозвался на эту тираду энэлпэшник. – Охотно верю.

Он нерешительно поднял руку, скользнул ладонью вдоль свесившегося беличьего хвоста и коснулся кончиками пальцев уха напарницы. Она не отстранилась, и парень осторожно почесал Белку за ушком. Ярко-рыжее пламя потекло расплавленным золотом, заплясало пушистыми солнечными зайчиками. Это тёплое ощущение заструилось по телу, раздвигая границы темноты и хмари.

– Вот именно поэтому мне и нужна высокая самоотдача, вовлечённость и доверие, особенно с твоей стороны, – тихо признался он, не до конца уверенный, о чём именно сейчас говорит.

– Если бы мне было до фонаря эта тема, я бы сюда не приехала, – фыркнула Беляна. – Тем более, бросить всё на целых полгода. Да я вообще уволилась, к твоему сведению. М-м-м, не скрою, юг, особняк, лето, полный бесплатный пансион, кое-какая зарплата – это всё круто. Однако для меня маловато. Для такого шага тема должна меня зажигать. Я без драйва не могу.

– И как драйв? – с усмешкой поинтересовался Ким.

– Из всех щелей, – каким-то сдавленным голосом пробормотала Белка, уставившись в стенку.

– Мы все рядом, – присоединилась Есения, требовательно смотря на Сандро.

Брюнет активно закивал.

– Вах, дорогой! О чём рэч?! Сандро Георгиевич ещё ныкогда нэ отступал пэред сложьными, но интэрэсными задачами! Взгланы в глаз этых красавыц! Я тэбэ сэйчас опышу. У одной глаз карый, м-м-м, жгуч, как пэрэц! У другой – глаз чистый изюмрюдь! Гланэшь в глаз этой рыжэй дэвушка, и прам видищь нэжный трава на високий горный склон под жаркий солнцэ!

– Прекрати, – недовольно потребовала Белка.

– Как скажищь, как скажищь, красавыца, – пошёл на попятную Сан.

Есения тихо засмеялась, наблюдая за пикировкой этих горячих личностей. А Ким как-то незаметно продолжал чесать Белку за ухом. И Белка, что удивительно, даже не задумывалась о том, чтобы цапнуть нахальную руку.

Когда пикировка закончилась, Ким озвучил следующий важный вопрос:

– Я вот ещё чего не понимаю. Каковы наши вычислительные мощности и пределы финансирования. Здешняя аппаратура, не спорю, хорошая. Но нет ни одного сервера – только рабочие машины. На них большую нейронку не развернуть. Можно конечно арендовать мощности в дата-центре. Но вопрос о пределах нашего бюджета я также до сих пор не понял. А ведь для развёртывания нужной нам нейросети, скорее всего, понадобиться даже не один сервер, причём, весьма дорогостоящий.

– Завтра приедет мой брат, – тепло улыбнулась Есения. – Ермил обещал привести какой-то жутко крутой экспериментальный сервак. Сказал, что эта штука одна способна заменить небольшой дата-центр. С ним приедет и шестой член нашей команды – эксперт по кибербезопасности.

– Белый хакер – это круто, – оценил Сандро. – Только вот на фига нам целый киберспециалист?

– Требование спонсора, – закатила глаза Еся. – Нам выделили целого заместителя директора «Асбирска». Я поговорила со своими знакомыми об этой Карине. С прибабахом девчонка, но работать можно. Так что предлагаю не париться по бюджету и предоставить эти дела киберспециалисту. Пусть она занимается административной рутиной.

– Согласен, – кивнул Ким.

Беляна выпрямилась и окинула всех недовольным взглядом.

– Значит, сегодня опять валяем дурака?

Ким улыбнулся. Боевой настрой рыжей ему нравился.

– Почему же? У тебя ещё не выполнена задача по словесному описанию фото.

Белка надулась. Она уже успела позабыть про эту злосчастную фотографию. Ким протянул в сторону руку. Кончики пальцев легко коснулись девичьего колена, едва заметно проскользили по гладкой ткани облегающих брюк, наткнулись на голое предплечье, прошли вдоль него от локтя к запястью. Ладонь молодого человека сжала тонкую кисть Беляны, делясь с ней бережным теплом и чувством спокойного ориентира. Их пальцы сами собой переплелись в жесте поддержки. И Белка с удивлением обнаружила, что от ладони вверх по руке распространяется каскад расслабления. Это оказалось неожиданно приятно. Создавалось впечатление, словно её охватывает мягкая и успокаивающая опора. Девушка прикрыла глаза, представляя себе своё собственное фото. Ей вовсе не надо было поворачиваться к экрану. Она и так отлично помнила все детали.