Случайная встреча для счастья

Глава 2. Неожиданные обстоятельства

На следующий день Дима, не сказав ни слова, уехал на работу раньше обычного, и завтракать пришлось в гордом одиночестве. Задумавшись, я медленно жевала овсяные хлопья, а в голове снова и снова всплывало вчерашнее происшествие, и только одна мысль никак не давала покоя: «Дима на меня за что-то злится?» Но как бы ни старалась понять, так и не нашла причины, ведь в том, что произошло вчера, не было моей вины, просто так сложились обстоятельства. Задавшись целью выяснить у мужа, в чём его недовольство, я решила вернуться домой пораньше и приготовить ужин, чтобы в непринуждённой обстановке всё спокойно с ним обсудить. С мыслями о том, чем вкусным накормить сегодня супруга, стала собираться на работу.

В офисе с утра наблюдалось полное спокойствие, весь наплыв клиентов у нас обычно начинался к обеду и продолжался до самого вечера, поэтому нашлось время поразмышлять. Я почему-то начинала нервничать, думая о Максиме Викторовиче: с одной стороны, хорошо бы просто вернуть свой телефон, но с другой стороны – хотелось с ним пообщаться и узнать поближе. Через час бессмысленных раздумий всё-таки решила заняться работой и просмотреть новые предложения от наших партнёров, как вдруг зазвонил рабочий телефон.

– Добрый день! – услышала я в трубке голос Максима Викторовича. – Марина Станиславовна, позвольте пригласить вас на кофе.

– Может, вы просто вернёте сотовый, и на этом разойдёмся?

– Марина Станиславовна, давайте всё же выпьем кофе, и после этого я обязательно верну телефон. Предлагаю встретиться в кофейне, которая расположена недалеко от вашего офиса. Бывали там?

– Да, знаю, где она находится.

– Хорошо, тогда жду вас там через три часа! – и, не дождавшись ответа, Максим Викторович положил трубку.

Я прекрасно поняла, о каком заведении идёт речь – это была кофейня-кондитерская с одними из самых вкусных эклеров и капкейков в Москве; помимо выпечки, здесь делали изумительный кофе и заваривали разнообразный чай. В этой кофейне неизменно уютно и тепло, она стала для меня особенной, я приходила сюда подумать о своей жизни и помечтать о будущем, а иногда просто закрывала глаза и наслаждалась запахом свежей выпечки и ароматом обжаренных зёрен кофе. И вот теперь в моё любимейшее место меня пригласил мужчина, знакомство с которым не предвещало ничего хорошего. Прикинув примерное время встречи с Максимом Викторовичем, всё же попыталась сосредоточиться на работе, чем смогла унять своё волнение.

В назначенное время я вошла в кофейню и сразу же увидела своего «похитителя», сидящего у окна и с интересом наблюдавшего что-то в телефоне. Застыв в дверях на пару секунд, глубоко выдохнула и непринуждённо направилась к нему. Подойдя к столику, бесцеремонно села напротив, чем заставила Максима Викторовича оторваться от телефона.

– Какой кофе вы предпочитаете? – полюбопытствовал он, не дав мне сказать ни слова.

– Кофейный капучино, – ответила, не задумываясь.

– Разве такой бывает?

– В этой кофейне бывает всё! – заявила с уверенностью в голосе и загадочно заулыбалась.

– Хорошо, сейчас проверим, – произнёс Максим Викторович и, увидев подходившую к нашему столику официантку, обратился к ней: – Моя спутница хочет кофейный капучино, это возможно?

– Для постоянных клиентов возможно всё, – ответила девушка и подмигнула мне.

Максим Викторович даже не догадывался, что, начиная с самого открытия кофейни, на протяжении трёх лет я частенько здесь пила вкусный кофе и ела свежую выпечку. С официанткой Натальей мы познакомились год назад и постоянно обменивались любезностями, иногда спрашивая друг у друга, как дела. Учитывая, что я часто выбирала одно и то же, мой любимый заказ негласно получил название «кофейный капучино».

– Хорошо, тогда, пожалуй, я тоже попробую.

– Ожидайте, – ответила Наталья и направилась обслуживать соседний столик.

– Так что же это за кофейный капучино? – с любопытством уточнил Максим Викторович.

– Пусть останется интригой, ещё чуть-чуть – и сами попробуете.

– Ладно, буду интриговаться! А пока ждём, расскажите, как вам жилось без телефона.

– Могу сказать однозначно, что некомфортно. Может, вы его уже вернёте?

– Нет, мы не успели выпить по чашечке кофе, – загадочно проронил Максим Викторович, отчего мне стало немого волнительно.

– Вам так принципиально выпить со мной кофе?

– Да, хочу насладиться вашим обществом, – с нескрываемой лестью произнёс он.

После такой фразы я оттаяла, но всё же продолжала держать дистанцию и как можно непринуждённее заявила:

– Ну что ж, хочу вас расстроить, но это наша последняя встреча.

Максим Викторович ухмыльнулся, а в моей голове пронеслась мысль о том, что даже в такой момент этот мужчина выглядел безумно привлекательно. Только сейчас, сидя напротив него при дневном свете, я смогла тщательно рассмотреть его черты лица и признаться себе в том, что он чертовски харизматичен.

– Присядьте ближе, покажу вам одно занимательное видео, – с неожиданной просьбой обратился ко мне Максим Викторович.

Я нехотя села рядом и увидела на экране телефона вчерашнюю «картину» с высоты птичьего полёта: как мы толкались в пробке с надоедливым автомобилем с обочины, как пассажир «Мерседеса» перегородил нам дорогу, как вышел разбираться с ним мой супруг и как ещё не известный на тот момент «похититель» сел ко мне в машину и уехал.

Нажав на паузу, Максим Викторович задал вопрос, который ввёл меня в лёгкое замешательство:

– А вы знаете, что произошло дальше?

– А дальше вы без моего разрешения увезли меня на глазах у моего супруга! – вспылила, не сдержавшись, чувствуя, как закипаю от такой наглости.

– Я так понимаю, муж вам ничего не рассказал? – многозначительно спросил он и предложил посмотреть видео дальше.

Даже не догадываясь, о чём идёт речь, повторно наклонила голову к экрану и случайно вплотную приблизилась к Максиму Викторовичу, что позволило услышать его ровное дыхание и почувствовать аромат парфюма. Странные эмоции овладели мной: по телу побежали приятные мурашки, сердце безудержно затрепетало, и на минуту показалось, что от волнения могу потерять сознание. Но, откинув все неприличные мысли, я вновь сосредоточилась на видео. А дальше произошло то, чего никак не ожидала увидеть. После того как мы уехали, мой супруг попытался побежать вслед, но, поняв, что это бесполезно, подошёл к пассажиру «Мерседеса» и ударил его кулаком по лицу. Увидев это, я громко ахнула и напряглась. Далее мужик, которого ударил мой муж, покрутил пальцем у виска и направился в сторону своей машины.

– Как вам такой поворот, Марина Станиславовна? Мой друг хочет заявить на вашего супруга в полицию. Как будем решать эту проблему?

Переварив увиденное, я попробовала атаковать тем же способом.

– Максим Викторович, а что вы скажете, если я на вас заявление напишу? Вы же угнали машину вместе со мной!

– Вам нужно будет это доказать! – с уверенностью напирал он.

– Видео же есть! – не сдавалась я в ответ.

– Если на суде показать только тот отрывок, где ваш супруг руки распускает, то вся ситуация в корне меняется. К тому же у моего друга на руках есть справка о побоях.

– Как это возможно? – пролепетала я, чувствуя своё бессилие, и с осторожностью посмотрела на Максима Викторовича. В его газах мелькнула искорка превосходства – он явно рассчитывал на такую реакцию с моей стороны.

Пока пыталась сообразить, как поступить, к нашему столику вернулась Наталья с двумя чашками капучино с корицей и кофейными эклерами.

– Ваш заказ! Приятного аппетита! – вывел меня из ступора её голос.

Максим Викторович с невозмутимым видом начал пить кофе, а съев эклер, произнёс:

– Вкусно! Нисколько не прогадал, что доверился вашему выбору.

Я сделала глоток из чашки и почувствовала насыщенный вкус корицы. Отчего-то именно сегодня кофе показался слишком горьким. Глядя на Максима Викторовича, понимала, что он ждёт конкретных действий с моей стороны, но чего именно хочет, оставалось загадкой; я могла лишь догадываться, какую игру он затевает. Не понимая, как дальше вести диалог, уверенно произнесла:

– Мы выпили кофе, отдавайте телефон, мне пора.

– Вы уверены, что вам нечего сказать? – настойчиво переспросил Максим Викторович.

– А что вы хотите услышать?

– Ну, хотя бы извинения за поведение вашего супруга, – небрежно произнёс он, чем сразу дал понять, что одними извинениями дело не обойдётся.

– Ударил муж, а не я, и не вас, а вашего друга, вот пусть они сами и разбираются, а нас с вами больше ничего не связывает! – выпалила я на одном дыхании.

– Как же не связывает? Если мы с вами мирно не урегулируем этот вопрос, то мой друг подаст заявление в полицию, – и хотя Максим Викторович произнёс эту фразу спокойным тоном, показалось, что он пытается меня напугать.

– Ещё раз повторяю: меня не касается, мой супруг сам во всём разберётся, – сказала я как можно увереннее и, сделав глоток кофе, всем видом показала, что хочу уйти.

– Ну, как знаете, – предупреждающе проронил он и, достав из кармана мой телефон, положил его на стол вместе со своей визиткой. – Если поймёте, что вам без меня не обойтись, звоните, буду рад вам помочь.

После сказанных слов Максим Викторович встал из-за стола и, не попрощавшись, направился к выходу, а я замерла, продолжая сверлить взглядом пустое место напротив себя. «Вот как такое могло произойти? Зачем Дима так поступил? Что вообще произошло? Почему сам мне об этом ничего не рассказал?» – продолжала задаваться вопросами я. Только сейчас до меня стало доходить, чем вчера был так обеспокоен супруг. Всё ещё пытаясь прийти в себя от увиденного, я взяла визитку и прочла: «Адвокатское бюро «Дивин и партнёры», Дивин Максим Викторович, директор».

«Действительно, адвокат», – подумала я и полезла искать на него информацию в Интернете. По запросу «Дивин и партнёры» первой же ссылкой был сайт его адвокатского бюро, где располагался огромный список успешных дел, причём среди клиентов были и весьма известные компании. Про самого Максима Викторовича нашлось немного информации: родился в Санкт-Петербурге в обычной семье, возраст 32 года, это всего на четыре года старше меня. Окончил с отличием юридический факультет МГУ, проходил обучение в Германии и там же стажировался в немецкой фирме, после продолжил свою работу в крупной юридической компании в Москве, затем открыл своё бюро и теперь является его директором, а также по совместительству адвокатом. Мне стала любопытна личная жизнь Максима Викторовича, есть ли у него жена и дети, но, покопавшись в Интернете, я так и не нашла ничего нового. Социальные сети тоже не прояснили картину: в профиле висело совсем мало постов, причём были преимущественно фото Максима Викторовича в компании трёх молодых мужчин, среди которых заметила знакомые лица. Было невозможно не заметить «телохранителя», который чересчур выделялся своими медно-коричневыми волосами и бородой, а также водителя «Мерседеса», с лёгкой небритостью и светлой шевелюрой. Третьего мужчину я ранее не видела, но его черты лица были чем-то схожи с чертами Максима Викторовича – тоже темноволосый, с прямым носом и притягательным глубоким взглядом, отчего я сделала предположение, что, возможно, они братья. Похоже, мужчины дружили, так как, судя по фото, они часто вместе посещали различные мероприятия и заведения.

Допив кофе, я направилась на работу, теряясь в догадках о том, что же грозит супругу за его безрассудный поступок. Размышляя об этом, не заметила, как добралась до рабочего места и, не откладывая дело в долгий ящик, углубилась в прочтение Уголовного кодекса, в котором говорилось: «Умышленное причинение лёгкого вреда здоровью… наказывается штрафом… либо обязательными работами… либо исправительными работами… либо арестом на срок до четырёх месяцев». К сожалению, я не разбиралась в законах, следовательно, не смогла понять из прочитанного, что именно грозит Диме и какого наказания сможет добиться Максим Викторович.

Звонок рабочего телефона вывел меня из состояния задумчивости, на том конце я услышала ворчливый голос супруга:

– Ты забрала свой сотовый?

– Да, всё в порядке, – ответила я, умолчав о том, что встречалась с Максимом Викторовичем в кафе.

– Хорошо, – буркнул он и предупредил: – У меня остались незаконченные дела, буду позже, с работы добирайся сама.

– Ладно, доеду на метро.

– Тогда встретимся дома, – собрался закончить со мной разговор муж, но я его прервала, задав терзающий меня вопрос:

– Дим, почему ты не рассказал, что ударил пассажира из «Мерседеса»?

– Как узнала? Этот придурок тебя просветил? – в голосе супруга я услышала нарастающее раздражение.

– Да, он показал видео с камеры наблюдения.

– Значит, сука, не врал, что у него есть видеодоказательство! – яростно захрипел супруг и бросил трубку.

Перезванивать Диме не было никакого смысла, любое слово с моей стороны могло ещё больше разозлить его, поэтому наш разговор пришлось отложить до вечера. Стремясь хоть как-то отвлечься от терзающих меня переживаний, после работы направилась побродить в гипермаркет, который находился в десяти минутах от нашего дома. Проходя мимо стеллажей с продуктами, вспомнила, что утром планировала запечь на ужин рыбу с овощами. Купив среднего размера горбушу, белый картофель, томаты и зелень, скорее поторопилась домой в надежде успеть к приходу супруга всё приготовить.

Войдя в квартиру с тяжелеными пакетами, с порога ощутила ужасную пустоту на душе, тело перестало слушаться, а в горле жутко пересохло. Не раздеваясь, поспешила на кухню и, налив стакан воды, залпом его выпила. Внезапно меня охватила паника, слезы огромными каплями стали скатываться по щекам и беззвучно падать на пол. Спустя десять минут мне удалось привести себя в чувства, и я собралась во что бы то ни стало отговорить Диму от глупых поступков. Обдумывая в который раз всё происходящее, не заметила, как пришёл супруг.

– Вот козёл, наказать меня хочет! – услышала возмущение мужа, когда он вошёл на кухню.

– Дима, не усложняй ситуацию, попробуй урегулировать всё мирно.

– Поздно, я уже послал этого Дивина к черту!

– Откуда у него твой номер телефона?

– Забыл, что сотовый не у тебя, и позвонил, а он взял трубку и предупредил, что его друг уже подал заявление.

– И что тебе за это грозит?

– Не знаю, но, как я понял, этот адвокат хочет потребовать максимальные меры наказания, в любом случае это суд.

Супруг сел на кухонный диван и замолчал; возможно, мы думали об одном и тоже. Как же так, Дима столько старался, работал и стремился к своей мечте… И теперь такая нелепая разборка может оставить неприятный отпечаток на его биографии. Зная характер Димы, его патологическое упрямство, я переживала, что он пойдёт до конца и наломает дров.

Минут двадцать мы продолжали молчать, в воздухе витали злость и отчаянье супруга.

Не выдержав напряжения, осторожно задала вопрос:

– Что будем теперь делать?

– Судиться, – тяжело выдохнув, сказал Дима.

Я даже не рискнула спорить, понимая, что это бесполезно, мои советы и предложения он всё равно не воспримет. Единственное, чем могла хоть как-то приободрить супруга – это накормить его вкусным ужином, но ни с любовью приготовленные блюда, ни абстрактные разговоры не помогли Диме отвлечься. Муж с удвоенной силой продолжал злиться и всем своим видом показывал, что не в настроении продолжать проводить со мной вечер. Так толком и не поговорив, мы разошлись спать. Уже проваливаясь в сон, всё пыталась понять, как уладить возникший конфликт, но, не придумав ничего лучше, приняла решение связаться с Максимом Викторовичем и уговорить его пойти на мировую. Диме о об этом, конечно же, знать не стоило, потому как я понимала, что он этого не позволит.

Утром, вскочив ни свет ни заря, чувствовала себя разбитой, поспать за всю ночь удалось часа три, тревожные мысли не давали покоя. Дима уже уехал, поэтому не став утруждать себя приготовлением завтрака, сразу отправилась на работу. Привыкнув за пару дней к метро, уже смело протискивалась сквозь плотную толпу и спешила занять свободное место. Сегодня в вагоне было довольно-таки шумно: небольшая группа студентов активно что-то обсуждала, чем привлекала к себе внимание. Я закрыла глаза и внутренне сама с собой проговаривала предстоящий диалог с мужчиной, которому собиралась позвонить и попросить об одолжении, но как бы ни перебирала варианты, так и не смогла предположить, чем может закончиться грядущий разговор.

По дороге на работу забежала в своё любимое кафе позавтракать и села на то же самое место, где вчера встречалась с Максимом Викторовичем, но, не успев углубиться в воспоминания, отвлеклась на официантку Наталью.

– Доброе утро! Что желаете? – мило улыбнувшись, поинтересовалась она.

– Доброе утро! – ответила я как можно бодрее и заказала сырники со сметаной, омлет и эспрессо.

– А как же капучино? – удивлённо поинтересовалась Наталья.

– Сегодня плохо спала, хочу взбодриться, – без подробностей пояснила я.

– Турецкая поговорка гласит: «Кофе должен быть чёрным, как ад, сильным, как смерть, сладким, как любовь», – ни с того ни с сего загадочно произнесла она.

– Это вы к чему? – удивилась я неожиданному изречению Натальи.

– А к тому, что каким кофе сегодня будет для вас, выбираете только вы! – и, не дожидаясь реакции с моей стороны, Наталья отправилась работать.

По-видимому, я выглядела излишне озадаченной, раз даже официантка попробовала взбодрить меня. И действительно, все мои мысли были заняты только одним человеком, который не переставал беспокоить и тревожить. По правде говоря, как бы мне этого не хотелось, но я всё больше интересовалась Максимом Викторовичем и всё больше жаждала с ним встреч.

Позавтракав, не спеша зашагала в офис, вкусная еда придала сил, и настроение моё заметно улучшилось, но, придя в свой любимый кабинет, осознала, что совсем не хочу работать. Испугавшись нежелания трудиться, я с огромным усилием переборола себя и углубилась в новый проект, который мне доверили три дня назад.

В конце рабочего дня, когда почти все сотрудники разошлись по домам, я собралась с духом и набрала номер Максима Викторовича.

– Алло, Марина Станиславовна? – услышала уже такой знакомый и приятный голос.

– Да, Максим Викторович, – уверенно ответила я и, мысленно подбодрив себя, настроилась на конструктивный диалог.

– Марина Станиславовна, вы меня не подвели, точно знал, что позвоните, – фраза была сказана с таким высокомерием, что мне с лёгкостью удалось представить ухмылку на его лице.

– Хотела вас попросить, пусть ваш друг заберёт заявление, – начала я свой заученный текст.

– Ну вот, я же говорил: данная ситуация касается только нас двоих, и пока мы с вами её не разрулим, мой друг и ваш супруг так и не решат её.

– Что вы имеете в виду? – обеспокоенно спросила я, не понимая, к чему он клонит.

– Я попрошу друга забрать заявление только в том случае, если вы передо мной извинитесь.

– Я?! – вырвалось у меня непроизвольно. – Почему я должна извиняться перед вами?

– Потому что мне придётся потрудиться и уговорить друга пойти на мировую.

– Может, тогда лучше я извинюсь перед вашим другом?

– Перед ним должен извиняться ваш супруг, но, так полагаю, он этого не сделает?

«Всё верно, так и есть», – подумала я про себя и начала извиняться сама:

– Максим Викторович, извините, пожалуйста…