ПОЭЗИЯ КАМНЯ: ТРОПАМИ ПОТАЕННОГО СТАМБУЛА

Стамбул состоит из 39 округов, которые подразделяются на районы, делящиеся, в свою очередь, на кварталы. Последних насчитывается более тысячи. Бывает, их названия повторяются, да и в целом многослойная топонимика города уходит в глубь веков и весьма запутанна. Ниже мы приведем краткие описания наиболее богатых событиями и достопримечательностями округов.

Стамбул, центр города

Ускюдар

По преданию, сын Агамемнона и Хрисеиды, пленницы из Трои, Хрис, бежал от гнева своей мачехи Клитемнестры. Он отправился искать сводную сестру Ифигению, которая спасалась от гнева их общего папы. Родитель был зол и настойчив, а потому она в поисках убежища добежала аж до Крыма, где устроилась жрицей в храме Артемиды. Все бы ничего, но обязанности жрицы ей пришлось совмещать с киллерством. Она убивала странников. К счастью, Хрис так и не узнал этого, поскольку подхватил лихорадку и умер на берегах Босфора. Славя чистоту братской любви, греки назвали поселение, где он скончался, Хрисополем (ныне Ускюдар). Начиная с афинского полководца Алкивиада (500 г. до н.э.), а также при персах и других завоевателях оно играло важную роль в жизни всей округи, поскольку здесь находилась таможня, и собирали дань с кораблей. 9

В 324 г. в окрестностях Хрисополя император Константин разгромил войска претендента на престол Лициния, убив до 25 тысяч человек, в основном, наемников-готов. После чего стал правителем и Востока, и Запада империи. Позже район переименован в Скутари, а в дальнейшем – в Ускюдар.

*** *** ***

Стамбул необъятен. Но если вы хотите ухватить взглядом как можно большую часть его, то вам сюда, в Ускюдар, на самую высокую точку города, – вершину холма Чамлыджа (Çamlıca tepesi). Добраться можно на метро до станции Kisikli или на пароме. А дальше шесть километров от пристани. Их можно преодолеть на автобусе или долмуше, но если для вас это «всего шесть», можно отправиться в путь пешком. Вверх по тихим, узким улочкам нетуристического Стамбула.

Вершина, помимо прекрасных видов на город и Босфор, одарит вас прохладой и запахом хвои в сосновом лесу парка Чамлыджа. Бродя по его тропкам и дорожкам, неожиданно можно увидеть даже Принцевы острова, хотя до них целых 16 километров. Они словно плывут в тумане, лишь слегка возвышаясь своими пиками над дымкой.

Не столь давно на правом склоне холма появилась огромная мечеть имени президента Эрдогана. Это целый комплекс, в который входит музей турецкого и исламского искусства, библиотека, художественная галерея и даже зачем-то бомбоубежище. Следование канону тут совмещается с модерном, и даже имам поднимается в михраб для проповеди… на лифте. В общем, любителям и знатокам современной религиозной архитектуры и искусства рекомендуется.

*** *** ***

В водах пролива напротив Ускюдара на крошечном островке находится Леандрова (Девичья) башня. Первое строение здесь было возведено еще в V в. до н.э. уже упомянутым Алкивиадом.

С островом связаны сразу две похожих легенды: турецкая и греческая. Может быть, в каждой своя правда, ибо они сильно разнесены во времени. Греки рассказывали о юноше Леандре, который полюбил прекрасную Геро, жрицу Афродиты. Она дала обет безбрачия, а потому встречаться приходилось тайно. Каждую ночь он переплывал Босфор, ориентируясь на огонь, который зажигала Геро. Но однажды на море разыгралась буря, и сколько девушка ни поднимала свой фонарь, Леандр сбился с пути и утонул. Его бездыханное тело наутро волны вынесли на берег, прямо к ногам любимой. В отчаянии Геро поднялась на башню и бросилась в бурное море.

Прошло почти 2000 лет. Турецкий султан безумно любил свою единственную дочь Михир-Шихил (Солнце красоты). Она была действительно молода и прекрасна, но была одна проблема. Ей еще до рождения ясновидец напророчил смерть до 18 лет от яда змеи. Чтобы обмануть судьбу, ее заперли на маленьком островке. Так и жила она, лишенная обычных радостей и невзгод, в роскоши и одиночестве. И вот заветные восемнадцать! На День рождения отец послал ей вазу с фруктами. Открыв подарок, она упала замертво от укуса гадюки, забравшейся в вазу. (В другом варианте, правда, ей удалось выжить. Влюбленный в нее персидский принц, переодевшись женщиной, проник на запретный остров и самоотверженно высосал яд из раны. После чего они поженились).

Этот крохотный островок играл важную роль в обороне города. Здесь был закреплен один из концов знаменитой цепи, перегораживающей пролив (второй конец находился у Серайского мыса, где когда-то высадились первые поселенцы из Мегар). Чтобы блокировать проход кораблей неприятеля просто поднимали цепь. Устройство служило веками, вплоть до последних дней Византии.

Хотя в состав города Ускюдар официально был включен только в 1543 г., но здесь издавна сходились множество дорог, формировались караваны и собирались паломники для хаджа в Мекку. Здесь же находилась и конечная точка Великого Шелкового Пути.

Кулели

Севернее небольшого залива Çengelköy, в районе Кулели, примерно на месте нынешнего большого здания военной школы Kuleli Askeri Lisesi, одного из самых известных военно-учебных учреждений Турции, находился монастырь Раскаяния. Его построила в VI в. императрица Феодора, жена Юстиниана. Сюда свозили проституток, на которых время от времени устраивались облавы. Прокопий Кесарийский так описывает это заведение: «На том берегу пролива, по правую руку плывущим в Эвксинский Понт, был прежде дворец; устроили в нем великолепный монастырь для женщин, раскаивающихся в прежней своей жизни. Здесь, получив возможность заниматься делами благочестия и служением Богу, они были в состоянии вполне очиститься от прегрешений своей развратной жизни». Но вот что пишет тот же Прокопий «не для печати», «Собрав более пятисот блудниц, которые торговали собой посреди площади за три обола – только чтобы не умереть с голода, – и отправив их на противолежащий материк, Феодора заключила их в так называемый монастырь Раскаяния. Некоторые же из них ночью бросились с высоты и таким путем избавились от нежеланной перемены в образе жизни». Феодора в принципе по молодости занималась тем же самым, и любая ее забота о добродетели, да еще в таком добровольно-принудительном порядке, оставляет стойкий привкус ханжества и лицемерия.

Кадыкей

Название района переводится как «деревня кади», т.е. территория, которая была отдана кади (судье). В глубокой древности он назывался Халкидон, в котором, по мнению дельфийского оракула, жили «слепые». Напротив них Виз и основал город. «Слепые», однако, тоже в этих местах не были аборигенами. Просто память об их предшественниках уже успела истлеть. Как показали раскопки, ранее, в течение двух тысячелетий (!) здесь существовал финикийский порт. Был он ну очень давно, в 5500—3500 гг. до н.э.

Некоторое время городом владели персы, которых выбил Александр Македонский. В то время Халкидон был знаменит, в первую очередь, храмом Аполлона и оракулом в нем.

Отношения с соседями из Византия не всегда складывались гладко. Как-то Халкидон даже восстал против его власти, но потерпел поражение, и был разрушен. Камни отправили на сооружение акведука Валента, где их можно видеть по сей день.

В 73 г. до н.э. в этих местах, бывших в ту пору окрестностями Халкидона, Митридат VI Понтийский разгромил римлян. Было убито 4000 пехотинцев и потоплено 70 кораблей. А спустя три века, во время гонений Диоклетиана, произошло еще одно значимое событие: здесь казнили местную жительницу Евфимию. Позже она стала святой покровительницей района.

В храме, который возвели над ее могилой, в октябре 451 года проходил 4 Вселенский (Халкидонский) Собор. Собрание было весьма представительным: 500 епископов, император Маркиан и его блаженная супруга Пульхерия. За год до этого в возрасте 51 года она, наконец, вышла замуж, возведя своего единоверного на трон, но предварительно взяв с него клятвенное обязательство ни при каких обстоятельствах не покушаться на ее девство.

На Соборе, правда, отсутствовал папа Лев I. По уважительной причине. На тот момент не прошло и четырех месяцев после одной из самых кровавых битв мировой истории – сражения на Каталаунских полях. Где в течение всего одного светового дня погибло от 180 до 300 тысяч человек. Некоторые народы после нее прекратили свое существование. Сеча закончилась победой римлян и их союзников, и все же у папы были более чем веские основания отказаться от участия в Соборе: Атилла был потрепан, но не разбит. Более того, он заявил: «Кто может пребывать в покое, если Аттила сражается, тот уже похоронен!». Его армия в то время привычно бесчинствовала где-то в центре Европы, и Лев предпочел готовиться к новой битве с адским войском.

Собор впервые закрепил иерархию христианских церквей. Рим стал первым, а Константинополь – вторым. В «большой пятерке» значились также Антиохия, Александрия и Иерусалим. Впрочем, они вскоре падут под натиском арабов.

Дополнить свое знакомство с Кадыкеем можно, прогулявшись по Гюнешлибахче, – самой «вкусной» улице города. Практически напротив пристани Кабаташ, всего минутах в пяти ходу находится этот «солнечный сад». Именно так переводится ее название. Это даже не сад, а целый гастрономический рай. Чего тут только нет… Рыбный рынок, магазины по продаже морепродуктов, меда, оливок, сыров и множество других продуктов. Причем торговля специализированная, что подразумевает в каждой лавке десятки, а то и сотни видов одного товара на любой вкус. Даже уксуса!

Вот под названием «Brezilya kurukahve» заведение, недавно отметившее свой столетний юбилей. Тут можно купить чай и кофе не только из Бразилии, как следует из названия, или Турции, но и со всего мира. В соседних зданиях расположены сразу три ресторана со схожими названиями – «Çiya Kebap», «Çiya Kebap-2» и «Çiya Sofrası». Их объединяет принадлежность одному владельцу – Мусе Дагдевирену. Знаменитый кулинар, о котором писали ведущие газеты мира, соединил в себе две, казалось бы противоположные идеи: с одной стороны, он определяет себя как «кулинарный антрополог», т.е. собирает рецепты блюд со всей Турции, чтобы угостить ими посетителей, а с другой, – неустанно экспериментирует, изобретая все новые угощения. За такую смесь новаторства и традиции «Нью Йорк Таймс» назвала его «кулинарным Индианой Джонсом».

По количеству и качеству гастрономических заведений, собранных в одном месте, Гюнешлибахче смело можно отнести к городским достопримечательностям.

Несколько лет назад их число увеличилось, – на углу улицы Фахреттин Керим Гекай и переулка Гюлеч появился памятник обычному коту по кличке Томбили, т.е. «Пухлик». Всю жизнь он обретался в этом переулке, и «столовался» в местном кафе, а в свободное время с достоинством возлежал у бордюра, опершись на лапу, и задумчиво наблюдая за городской суетой. Неожиданно для себя и окружающих, котик стал звездой интернета, прославившись своей невозмутимой серьезностью. Он не просто отдыхал, а имел при этом вид, как минимум, мэра города. По просьбе горожан 4 октября, в день памяти Франциска Ассизского, покровителя всех животных, Томбили поставили памятник. В дальнейшем его украли, но потом вернули на место, – даже асоциальные воры устыдились содеянного после широкого общественного порицания. Такая вот любовь к котикам.

Бейоглу

Округ расположился на горе. Раньше он назывался Пера, т.е. «вне». Гора никому особенно не была нужна, и на ней устроили кладбище, а позже – виноградники. В этом идиллическом месте французский посол де Жирноль и построил свою виллу. Тем самым, как оказалось, положив начало новой традиции. Сюда стали переселяться потомки состоятельных горожан. От них и произошло название «Бейоглу», т.е. «сын господина».

Сегодня, гуляя по этому району, может почудиться, будто ты находишься не в восточном городе, а в итальянском палаццо. Это Стамбул европейцев: итальянцев, французов и даже русских. Он всегда был подлинно интернациональным. Помимо европейцев, здесь с 1492 года живут изгнанные из Аль Андалуса (Испании) мусульмане. Здесь же находится крупнейшая синагога Стамбула Неве Шалом и Турецкий раввинат.

Наиболее, пожалуй, известная часть Бейоглу – район Галата. Начало человеческой истории в этих местах скрыто в седой древности. Уже апостол Андрей, пришедший в эти края для проповеди, нашел весьма густозаселенную местность. Местные жители стали его первыми последователями, им он назначил епископа, первого пастыря Константинополя – Стахия, из числа 70 учеников Иисуса. Апостол до сих пор считается покровителем Константинопольской православной церкви.

Галата во все века оставалась «городом в городе», пусть даже всего лишь предместьем, где с византийских времен жили в основном генуэзцы. Это был настоящий порто-франко, гостеприимно встречавший моряков со всего света. Турки называли его «городом франков». У европейцев были свои пристани, пакгаузы, магазины, мастерские, банки, склады, торговые конторы и конечно же, таверны и кабаки. Это был основной торговый район города.

Жители Галаты всегда пользовались привилегиями. Например, проживавшие здесь дипломаты получили право привозить свиней на Сырную седмицу и забивать их на месте. Такое нарушение местных религиозных канонов, разумеется, не афишировали, поэтому свиней гнали по улицам к посольствам ночью, при свете редких факелов. Страшный грех, почти преступление. Тем притягательнее порок. И не только для европейских посланников. Высокопоставленные османские чиновники не упускали случая приобщиться к «хараму» со стола западных коллег. На котором запретную свинину органично дополняли горячительные напитки. Многие единоверцы, разумеется, гневно осуждали подобное падение нравов. А в ответ слышали всевозможные оправдания. Муфтий Алеппо, например, заявил, что запрет не распространяется на почтенных мужей, которые знают, когда следует остановиться. А один старичок, поднося ко рту бокал с вином, всякий раз принимался истошно вопить, чтобы «предупредить свою душу, что ей следует удалиться в какую-нибудь укромную часть его тела, дабы не участвовать в преступлении, которое он собирается совершить».

Впрочем, район был не слишком плотно застроен. В нем нашлось место для многочисленных пастбищ. Но в 1267 году генуэзцы в благодарность за поддержку Византии в борьбе с Латинской империей получили право взимать дань с проходящих судов. Тогда, собственно, и началась новая история Галаты. Ее не прервал даже Мехмед II, который после взятия Константинополя, запретил грабить этот район, и он остался нетронутым. А генуэзцы получили возможность беспрепятственно отплыть на родину. После чего их место немедленно заняли венецианцы.

Главная доминанта округа, конечно, Галатская башня. Ее построили в 1348 году, как донжон внутри крепости, центр обороны района. Завершение строительства совпало с началом пандемии Великой чумы, – одного из самых страшных событий в человеческой истории. Ее, кстати, завезли сами генуэзцы. Из Крыма. Транзитом через Константинополь. Они еще не знали, что везут на своих кораблях катастрофу для целого континента, потери от которой превзойдут Вторую мировую войну. Досталось не только Западу, но и византийской столице, – от чумы умерло множество людей, включая даже сына императора Иоанна, тринадцатилетнего Андроника.

А флотилия эта вскоре превратится в летучих голландцев. На родине, в Генуе вместо радостных приветствий по ней открыли огонь, вынудив вернуться в море. Еще долго приговоренные заживо пытались причалить хоть куда-нибудь. На них смотрели со страхом и ужасом, как на живых мертвецов, смертельно опасных для всех окружающих. Так и носились по воле ветра корабли. Все на них оставалось по-прежнему: груз, бытовые вещи, предметы роскоши, деньги, даже команда была на своем месте. Только мертвая. Вскоре «летучие голландцы» в водах средиземноморья стали обычным явлением.

Но шло время, мощных стен давно уже нет (их повелел снести еще Мехмед II), а уцелевшие ворота нынче встроены в мечеть Azap Kapi Camii, около моста Ататюрка. Рядом, на Eflatun Çikmazi, на углу Tersane Cad. и Civahir Çikmazi, сохранились отдельные участки стен. Остатки башни, к которой крепилась знаменитая цепь, перегораживающая пролив, можно видеть в мечети Yeralti Camii, примерно в 200 м от Галатского моста. В ней также похоронены два араба-мученика, коллеги вышеупомянутого Аюба, погибшие во время осады 674—78 гг.

А в 1632 году с Галатской башни стартовал один из самых первых воздухоплавателей в истории. Изобретатель по имени Хезарфен Ахмет Челеби прыгнул с нее и полетел как птица… При помощи орлиных крыльев оригинальной конструкции, он перелетел через Босфор (3,5 км) и благополучно приземлился в азиатской части города. До того он уже совершил 8 или 9 полетов в районе современного округа Шишли, постоянно совершенствуя свой летательный аппарат. После чего последовал успех. Отважный инженер произвел тогда фурор, сам султан принял его во дворце и подарил кошелек золота. Но позже, как говорят, под влиянием советников и религиозных авторитетов, настроение монарха изменилось, и он изгнал талантливого и отважного новатора. Который умер в алжирской эмиграции, не дожив до 32 лет.

Не менее талантлив был и его брат Лагари Хасан Челеби. В 1633 году он создал настоящую ракету. В качестве «ускорителя» использовалась огромная пушка, установленная на мысе Сарайбурну. После чего при большом скоплении народа состоялся первый полет, продлившийся 20 секунд. Пилот поднялся вверх метров на 300 и, отделившись от ракеты, при помощи крыльев специальной конструкции, благополучно спланировал в воды Босфора. Его судьба была идентичной брату: краткий миг славы, кошелек с золотом от султана, после чего ссылка на окраину, в степи северного Причерноморья. Да, в блестящий век инженерная и техническая мысль Империи была на самом высоком уровне. Увы, она осталась невостребованной, и вскоре изобретения и изобретатели были забыты. Ибо сама идея прогресса считалась богохульной, поскольку, согласно Пророку, «всякое нововведение есть ошибка, а каждая ошибка ведет в адское пламя».