Последний из рода. Том 6. Болота Древнего

— Молодец, — сказал Кирилл, и Кузьма просиял.

Они перевязали рану, перекусили на ходу — сухарями и вяленым мясом, которое Матрёна засунула в рюкзак в последний момент, — и двинулись дальше. Туман постепенно редел, и к вечеру они вышли к относительно сухому месту — небольшому плато, поросшему жёсткой, колючей травой, с ручьём, который струился по камням, неся чистую, прозрачную воду.

— Здесь можно переночевать, — сказал Оболенский, проверяя воду кристаллом. Тот светился зелёным. — Чисто.

— Наконец-то, — выдохнул Кузьма, падая на траву. Трава кололась, но он не обращал внимания. — Я уже думал, мы будем спать в воде.

— Будем, — сказал Кирилл. — Но не сегодня.

Они разбили лагерь. Костер развели побольше — опасность миновала, и можно было не прятаться. Михаил высушил одежду, Вероника вскипятила воду, Матрёнины припасы, которые они берегли последние дни, пошли в дело. Кузьма стащил сапоги и смотрел на свои чёрные ступни с мрачным выражением лица! Даже болото это проклятое вас не берет.

— Как ты? — спросила Вероника, садясь рядом с Кириллом.

— Нормально, — ответил он. — Рана не болит. Магия затягивает.

— Ты рисковал.

— Всегда рискую. Это моя работа.

— Нет, — она покачала головой. — Ты рисковал, когда пошёл к командиру один. Почему не взял меня? Или Алексея?

— Потому что он мог убить вас, — ответил Кирилл. — А меня — нет.

— Откуда ты знаешь?

— Я знал. Чувствовал.

— И поэтому я победил, — он взял её за руку. Пальцы у неё были холодные, но она не отняла. — Не бойся за меня. Я не умру. По крайней мере, не здесь и не сейчас.

Вероника хотела возразить, но передумала. Она положила голову ему на плечо, и они сидели так, глядя на огонь. Угли потрескивали, искры улетали в темноту, и где-то далеко, в глубине болота, что-то завыло — тоскливо, протяжно, как волк, который потерял стаю.

Ночь прошла спокойно. Туман рассеялся, и впервые за несколько дней они увидели звёзды. Кирилл смотрел на них и думал о том, что будет дальше. Шестой источник — там, в глубине болот. Древный — там же, или его слуги.

Утром они двинулись дальше, оставляя за спиной место боя и сотни жёлтых глаз, которые смотрели на них из темноты, но больше не нападали.

— Они боятся, — сказал Алексей.

— Кого? — спросил Кузьма.

— Нас, — ответил Алексей. — Кирилла.

— Правильно боятся, — сказал Кузьма, потирая чёрные ступни, которые снова начали саднить от влаги. — Мы страшные.

— Ты не страшный, — сказал Сеня. — Ты смешной.

— Это тоже оружие, — обиделся Кузьма. — Враг расслабляется от смеха, а я его — печатью!

— Ты никого ещё печатью не убил, — заметил Михаил.

— А вот и убил! Там, в болоте! Двоих!

— Они утонули, — сказал Алексей. — Ты их просто оглушил.

— Это стратегия! — возмутился Кузьма. — Я их оттолкнул в трясину, трясина их засосала. Значит, я их убил!

— Логика железная, — усмехнулась Вероника.

— Вот именно!

Они шли дальше, переругиваясь и смеясь, и Кирилл чувствовал, как напряжение уходит, как возвращается та самая лёгкость, которая была в школе, до войны, до всего.

Но он знал: впереди — самое страшное. Шестой источник. И он будет ждать.

Когда они придут.