- -
- 100%
- +
– Эй, ты чего сзади идёшь? – спросил он, обернувшись.
Будто не слыша, она продолжала смотреть на него, словно боялась отвести взгляд.
Он замедлил шаги и пошёл рядом.
– Катя, ты меня слышишь?
– А? Да, да, слышу, – спохватилась она.
– Может, пройдёмся вон туда, мимо магазина?
– Да, я не против.
– А ты какую музыку слушаешь? – спросил он после короткой паузы.
– Я меломан, – ответила она. – Слушаю всё – от классики до рока.
– Ого, вот это да. Я, кстати, тоже меломан.
– Значит, нам понравятся песни друг друга, – улыбнулась Катя.
– А мультфильмы смотришь?
– Иногда. Не часто, но бывает.
– И какие?
– «Рапунцель», «Леди Баг и Супер-Кот»… и ещё какой-то, забыла название.
– Малявка, – поддел он. – А я не смотрю – мультфильмы для малышей.
– Не строй из себя взрослого! Ты наверняка смотришь, просто не признаёшься.
– Да ну тебя, – фыркнул он.
Между ними повисла лёгкая тишина. Никто не знал, что сказать, но от этого молчание было даже уютным.
Пройдя мимо детского сада, ребята заметили, как к ним бежит маленький мальчик – крошечный, в ярком комбинезоне, который, кажется, был ему великоват. В руках он что-то сжимал и старательно пытался не уронить. Из-за коротких ножек и спешки он то и дело спотыкался о камешки.
До них оставалось всего пару шагов, когда малыш внезапно оступился и грохнулся носом прямо на асфальт. Из его глаз тут же брызнули слёзы, раздался громкий плач.
Не раздумывая, Артур бросился к нему.
Катя, выхватив из сумочки влажные салфетки, поспешила следом.
Мальчишка вырывался, не даваясь в руки, но Артур аккуратно прижал его к себе, чтобы тот не сбежал.
– Тише, тише, не бойся, – спокойно сказал он, глядя малышу в глаза.
Катя бережно промокала ранку на его носу, боясь причинить боль.
Мальчик всё ещё хлюпал носом, у него под ним скопилось столько слёз и соплей, что приходилось вытирать лицо почти каждую секунду.
– Потерпи, – шептала Катя, вытирая ему щёки.
Артур наблюдал за ней – как нежно она касалась ребёнка, как дрожали её пальцы, как мягко звучал её голос. В какой-то момент их взгляды встретились.
Катя замерла.
Её большие глаза встретились с его внимательным, чуть растерянным взглядом.
Мир будто исчез. Не стало ни улицы, ни прохожих, ни плачущего мальчишки. Только они вдвоём – и лёгкий ветер, что играл с прядями её волос.
Даже малыш, будто почувствовав что-то, вдруг перестал плакать. Он стоял, широко раскрыв глаза, наблюдая, как два человека просто смотрят друг на друга – так, словно встретились после долгих лет разлуки.
Катя чувствовала, как дрожат её губы. Не от холода – от того, что творилось в груди.
Холодный воздух обжигал кожу, а внутри всё кипело, будто она стояла у огня.
Ей хотелось подойти ближе, прижаться к нему, но что-то не давало – невидимая грань, тонкая, как дыхание.
И вдруг мальчишка, словно решив, что медлить нельзя, встал, собрал остатки своих сил и, хихикнув, толкнул Артура прямо к Кате.
Мороз стоял звонкий, хрустальный. Воздух искрился от холода, дыхание превращалось в белый пар. На ветках деревьев поблёскивал иней, как будто кто-то обсыпал их крошками льда.
Катя почувствовала, как его плечо коснулось её. Всего одно касание – и внутри всё перевернулось.
Между ними – всего три сантиметра.
Снег тихо поскрипывал под ногами, вокруг было тихо, и даже ветер, казалось, затаил дыхание.
Мальчик радостно хлопнул в ладоши, довольный результатом. Ещё минуту назад он плакал, а теперь – сиял от гордости, будто совершил великое дело.
Со стороны это действительно выглядело чудом: крохотный ребёнок примирил двух растерянных сердец.
Рядом стояла его мама – она наблюдала за ними, обнимая сына и улыбаясь.
– Спасибо, что помогли моему малышу, – сказала она с теплом в голосе.
– Всегда пожалуйста, – ответил Артур, не сводя взгляда с Кати.
Они стояли, не в силах отвести глаз друг от друга. Прошло, наверное, четыре минуты, но время будто остановилось.
– Катя, – прошептал он, – ты такая… красивая.
От этих слов по её спине пробежала дрожь, кожа покрылась мурашками, будто их тысячи. Глаза защипало, хотелось и смеяться, и плакать одновременно.
– Спасибо, Артур… – прошептала она, опустив взгляд.
Молчание снова заполнило воздух. Секунды тянулись бесконечно.
– Может, пойдём дальше? – предложил он наконец.
– Давай, – ответила она, стараясь скрыть дрожь в голосе. – А то мы так и не прогулялись.
Её щёки горели не от мороза – а от переполняющих чувств. В душе у неё будто взлетали крошечные ангелочки, осыпая всё вокруг лепестками белых роз.
Они шли молча. Не потому что не о чем было говорить, а потому что любое слово могло разрушить то волшебство, что витало между ними.
Катя украдкой взглянула на Артура, но тот опередил её – посмотрел первым. Их взгляды снова встретились, и сердце девушки заколотилось с бешеной силой.
Дыхание сбилось, ноги стали ватными, мир вокруг потерял очертания. Она чувствовала – если он сейчас прикоснётся, она просто растает.
– Слушай, Артур, – нарушила тишину Катя, – может, уже домой пойдём?
– Почему? Тебе скучно со мной? – прищурился он.
– Да ты что! – вспыхнула она. – Просто… уроки не доделала. Завтра ведь в школу.
– А, ну ладно, – улыбнулся он. – Главное, что погуляли классно.
– Даже больше, чем классно, – тихо сказала Катя.
– Тогда до встречи. Спишемся?
– Конечно, я не против.
Они обменялись взглядами – долгими, почти невыносимо тёплыми – и разошлись.
Катя шла домой, будто по облакам.
Нет, уроки она, конечно, доделала. Просто ей нужна была причина уйти – иначе бы она просто потеряла сознание от переполняющих эмоций.
Добравшись до дома, она, сияя, начала быстро снимать верхнюю одежду. Но, прежде чем повесить куртку на вешалку, остановилась.
Приложила ткань к лицу, глубоко вдохнула.
От неё пахло его духами.
Тем самым ароматом, который теперь будет напоминать ей о каждом взгляде, каждом прикосновении.
Она вдыхала запах снова и снова, словно боялась, что он исчезнет.
И пусть аромат был не совсем её вкус – он притягивал, кружил голову и заставлял сердце биться чаще.
Так пахла её первая влюблённость.
Поскакав радостно домой она начала нервно снимать с себя одежду. Но перед тем как её положить на вешалку она начала просто пылесосить запах его духов с её одежды. Что же когда они обнялись, то запах его остался на курточке.
Словно тот пылесос она на протяжении десяти минут внюхивалась в его парфюм. Не сказать, что он ей нравился, но почему-то он её к себе притягивал с бешенной силой. Ну не могла она просто ничего не делать, ей нужно было хоть какое-то напоминание от их встречи, очень запал ей в душу он со своим запахом.
Упав бессильно на кровать она начала словно тот червяк полости по постели куда-то вниз на пол.
Она прижала подушку к себе, будто это был он. Глаза её блестели от пережитых эмоций. В голове крутились его слова, его взгляд, даже то, как он стоял рядом, немного неловко, но всё же уверенно. Катя чувствовала, как сердце бьётся всё быстрее – словно не хотело отпускать этот день.
– Артур… – прошептала она в темноту, – почему ты такой?
Её тело всё ещё хранило тепло их короткой прогулки, словно каждая клеточка запомнила прикосновение его руки, его голос. Она знала, что, может, он и не думал о ней так же, но всё равно хотела верить, что хоть на секунду он почувствовал то же самое.
Катя перевернулась на бок, обняла подушку и закрыла глаза. В её голове возник образ их встречи – снег, огни фонарей, его улыбка. Она тихо засмеялась, но в этом смехе было столько нежности, что самой стало немного больно.
Она не знала, что ждёт их дальше, но одно понимала точно – этот день стал для неё началом чего-то особенного.
4 глава
Катя лежала в кровати, плотно завернувшись в одеяло. Под ним было тепло, но каждый раз, когда она думала о том, что нужно встать, всё внутри будто замерзало: не только тело, но и мысли. В комнате было тихо, но в воздухе ощущался лёгкий мороз, как будто сама зима прокралась через щель в окне. Она чувствовала, как холодный воздух щекотит нос и щёки, и в голове всплывала мысль: «Может, Артур тоже сейчас чувствует этот холод? Может, он тоже прячется под тёплым одеялом, как и я?»
Сердце слегка забилось, и тепло от этой мысли почти согрело её. Но всё равно, каждая мышца в теле сопротивлялась, словно сама кровать цеплялась за неё. Катя медленно перевернулась на другой бок, уткнулась лицом в подушку и тихо вздохнула, боясь, что подняться – значит выйти навстречу настоящему холоду, а вместе с ним и дню, который она ещё не готова начинать.
Вдруг её эдилию нарушает сообщение, которое звоном пришлось по кровати.
Собрав в себе всё сады девушка решила его включить.
– Привет, Катька! У меня тут немного свободного времени есть. Может прогуляемся?
– Приветик. Да я даже не против. А где гулять будем?
– Я думаю, может быть возле цветочной аллеи.
– Да, хорошо. Тогда я собираться. А во сколько выйдем?
– Та давай через пол часа. Как раз ты тогда собраться успеешь.
– Окей, хорошо.
Катя шагала по узкой улице, слегка торопясь, но стараясь не спешить слишком сильно. Сердце бешено колотилось, а в груди чувствовалось лёгкое волнение – смесь предвкушения и страха, что она может что-то сказать не так. Мороз щипал её нос и щеки, а лёгкий ветер играл с её волосами, задевая лицо.
С каждым шагом она представляла, как он сейчас стоит, улыбается и смотрит на неё. В голове мелькали образы их предстоящей встречи: как он скажет «привет», как она улыбнётся в ответ, как они будут идти вместе, обсуждая что-то обычное, но для неё – целый мир.
Катя сжимала в руках сумочку, чуть дрожащую от волнения, и каждый раз проверяла, всё ли она взяла. Телефон в кармане гудел лёгкой тяжестью – она хотела быть готовой к любому сообщению от Артура в этот момент.
Чем ближе она подходила к месту встречи, тем сильнее учащалось дыхание. Всё вокруг казалось расплывчатым: люди на улице, звуки машин, деревья – всё растворялось в её ожидании. Остался только он в её мыслях, его образ, который заставлял сердце биться так, как будто сейчас она впервые в жизни ощущает это чувство.
И вот, наконец, она увидела его силуэт впереди, знакомую походку, лёгкую улыбку, и всё её тело наполнилось теплом, будто мороз больше не существовал, а были только они двое.
– Я пришла, – Катя посмотрела на него своим взглядом.
– Хорошо выглядишь, – тот улыбаясь сказал.
Катя смутилась такого. Щеки загорелись от таких слов, будто ей и никогда их не говорил.
– Ой спасибо, – чтолы перевести тему сказала, – давай походим?
– Я не против. Мы же за этим и решили выйти из домов.
– Артур?
– М? Что такое?
– Небо такое красивое, такое белое.
– Да, оно прекрасное. Я люблю смотреть на него, когда кругом нету никаких домов и подъездов.
– Ого, я тоже люблю смотреть на такое.
Ребята посмотрели друг на друга, словно в выжидании чего-то.
Когда Артур посмотрел ей прямо в глаза, Катя почувствовала, как внутри неё вновь собрался тот самый странный и приятный ком – словно сердце сжалось, а потом развернулось в широчайшей улыбке. Она не понимала, почему такое происходит, но не могла оторвать взгляд от его лица. Три минуты длились вечностью: каждое движение его губ, каждая линия лица, каждый взор карих глаз казались ей важнее всего остального мира.
Внутри Катя ощущала лёгкое покалывание, которое растекалось по всему телу – от кончиков пальцев до макушки. Дыхание сбилось, грудь то вздымалась, то опускалась, словно её тело одновременно пыталось спрятаться и тянуться к нему. Казалось, что этот взгляд несёт в себе невидимую магию: ком в груди становился теплее, и в нём расцветала радость, которая заставляла смеяться беззвучно, чуть сдерживая себя, чтобы не привлечь лишнее внимание.
Её разум пытался думать о чём-то обычном, отвлечься, но мысли сами по себе разбегались, возвращаясь к нему снова и снова. Она видела, как он морщится от света, как лёгкая тень от волос ложится на лоб, как его взгляд иногда чуть меняется – и каждый такой момент казался маленьким чудом. Ей хотелось протянуть руку, коснуться его плеча, просто убедиться, что он действительно здесь, рядом, и это не фантазия.
Сердце Катя застыло на месте, а ноги словно подкашивались. Она чувствовала одновременно страх и восторг – страх, что он может отвернуться, и восторг, что он именно смотрит на неё. Внутри росло тихое желание, почти болезненное, чтобы этот момент длился вечно. Всё остальное – шум улицы, прохожие, морозный ветер – исчезло, оставив только два сердца, которые на мгновение будто слышали друг друга.
Неожиданно, не раздумывая, Катя сделала шаг ближе и тихо обняла его. Это движение вышло как-то само – без подготовки, без слов, будто сердце решило за неё. Она чувствовала, как её руки слегка дрожат, когда они легли ему на спину, а щека коснулась его плеча. Всё в этот миг замерло. Воздух стал тише, даже дыхание Артура, кажется, сбилось на секунду.
Он будто не ожидал такого поворота, слегка напрягся, не зная, что делать. Его руки остались опущеными, а взгляд застыл где-то вдали, будто он пытается осознать, что только что произошло. Катя ощущала его смущение каждой клеточкой – как будто от него исходило лёгкое, неловкое тепло.
Вдруг осознав, что она делает, девушка застыла. Руки будто онемели, дыхание застряло где-то в горле. Она даже не смела отойти – просто стояла, вжавшись в него, и молилась, чтобы не сделала ничего страшного. Сердце колотилось так, что его можно было услышать, а щеки горели сильнее любого мороза.
Она мысленно успокаивала себя: «Ничего… это просто объятие… просто…» – но каждая мысль ломалась от волнения. Казалось, если сейчас Артур хоть что-то скажет, хоть слегка улыбнётся, она просто не выдержит и снова обнимет его.
*
– Слушай ты, я же тебе уже говорила, что это я выйграла! – крикливо сказала Катя.
– Малявка отвали, это я выйграл.
– Да что ты. Раз это так, то докажи.
Парень начал жмуриться со злости и глаза в то время начали нервно бегать по стенам.
– Вот и докажу, – доставая уже свой телефон из Кормана сказал тот.
– Думаешь я жульничую? – ухмыльнулась.
– А может быть специально телефону приказала, чтобы тот меня выставлял дураком.
– Я бы это с удовольствием сделала и без его помощи, – посмеялась.
– Ах ты ж, девочка.
– Да, я не мальчик.
– Ладно, – утихомирив свой геев проговорил сквощь зубы тот, – пойдём лучше тогда в кафе.
Катя на мгновение замолчала, чувствуя, как её щеки едва заметно порозовели. Воздух вокруг был прохладным, будто свежесть осени решила напомнить о себе. От волнения пальцы начали подрагивать, но она старалась не показать этого.
Артур стоял напротив – с тем самым прищуром, в котором скрывалась лёгкая насмешка. Она будто проверяла её реакцию, как ребёнок, который впервые решился подразнить девочку, что ей нравится.
Катя попыталась сохранить уверенность, но внутри всё дрожало. Даже когда он произнёс «пойдём в кафе», в ней что-то щёлкнуло – так спокойно, но с каким-то странным теплом.
Катя шагала рядом с Артуром в одну ногу, стараясь не смотреть на него слишком часто – но взгляд всё равно упрямо возвращался.
Воздух был прохладный, но не колкий, с лёгким запахом свежего хлеба, доносившимся из ближайшей булочной. Вечерние огни уже зажигались по улицам, и город будто начал медленно укутываться в золотистую дымку.
Артур шёл чуть впереди, руки в карманах, будто пряча неловкость. Иногда он оборачивался и что-то тихо говорил – какие-то короткие, незначительные фразы, но каждое его слово отзывалось у Кати где-то под сердцем.
Она шла рядом и думала, как странно всё вышло: ещё утром они просто спорили из-за ерунды, а теперь идут вместе, будто так и должно было быть.
В кафе пахло ванилью и свежим кофе. Тихо играла музыка – что-то старое, но уютное, будто специально для таких вечеров.
Они выбрали столик у окна, за которым бежали по стеклу мелкие капли дождя. Артур снял куртку, откинулся на спинку стула и, чуть улыбнувшись, сказал:
– Ну что, победительница, закажем что-нибудь?
– Победитель и побеждённый, – с хитрецой ответила Катя, поправляя волосы. – Может, чай с пирожным?
– Я думал, ты выберешь что-то посерьёзнее, – усмехнулся он. – Например, кофе с привкусом мести.
– Тогда тебе придётся его выпить, – улыбнулась она, поднимая бровь.
Они оба засмеялись. Смех прозвучал естественно, без неловкости, и между ними будто растаяла невидимая преграда.
Катя почувствовала, как тепло от кружки передалось её ладоням, и как-то вдруг стало спокойно – словно за этим столиком можно было не спешить, не думать, просто быть рядом.
Иногда Артур ловил её взгляд и слегка смущённо отводил глаза. Но Катя знала – он тоже чувствует что-то особенное.
Когда они вышли на улицу, вечер уже окутал город мягкой синевой, а фонари бросали тёплый свет на мокрый асфальт. Мороз слегка щипал щеки, и Катя вдохнула холодный воздух, чувствуя, как он бодрит. Каждый её вдох сопровождался лёгким паром, словно маленькие облачка появлялись вокруг лица.
Артур снял куртку и накинул её на плечи Кати, чтобы она не замёрзла. Она почувствовала тепло его рук и дрожь, которая пробежала по всему телу. Их шаги тихо отзывались на пустынной улице, а дыхание смешалось с лёгким скрипом снега под ногами.
Катя украдкой смотрела на него: высокий силуэт в свете фонаря казался ещё более близким, чем на самом деле. Ей казалось, что он тоже ощущает мороз и лёгкое волнение, потому что взгляд Артура задерживался на ней чуть дольше обычного.
– Ты замёрзла? – спросил он, не сводя с неё глаз.
– Немного, – тихо ответила она, стараясь не выдать, что сердце уже колотится быстрее от каждого его слова.
– Давай тогда немного пройдёмся, пока не замёрзнешь окончательно, – предложил он.
И они медленно шли по улицам, где тихо падал первый снег, ощущая тепло друг друга среди холодного вечера. Казалось, что весь город замер в этом мгновении, а вокруг остались только их шаги и легкий смех.
Катя едва дышала, шаг за шагом стараясь не упасть от волнения. Каждый раз, когда взгляд Артура случайно пересекался с её глазами, внутри неё собирался приятный, почти щекочущий ком, который поднимался от живота до горла. Она ловила каждое движение его губ, каждое лёгкое изменение мимики, словно боясь, что упустит важную деталь.
Он говорил что-то простое, о снежных хлопьях или о том, как свет фонарей отражается в мокром асфальте, а Катя слышала только его голос. Тёплый, уверенный, он словно обнимал её изнутри, заставляя сердце биться быстрее. Ей хотелось смеяться от радости, но одновременно хотелось замереть, чтобы этот момент длился вечно.
Когда Артур наклонился немного ближе, чтобы поправить капюшон Кати, она почувствовала тепло его руки на своём плече. Дрожь пробежала по всему телу, и она еле сдержала дыхание, боясь, что он почувствует её внутреннее волнение. Её ладони стали чуть холодными, но внутри бушевало пламя эмоций.
Катя думала только о нём. Каждое его слово казалось важнее всего на свете, каждый взгляд – словно маленькое чудо. Она понимала, что даже простая прогулка с ним превращается в магию, где время и пространство исчезают, а остаются только они вдвоём, их чувства и это тихое, но невероятно мощное притяжение.
Когда Артур слегка коснулся её руки, будто случайно, по коже Кати пробежали тысячи крошечных искр. Она не ожидала этого – простого, но такого живого движения. Внутри всё перевернулось. Её дыхание сбилось, а сердце будто потеряло ритм, решив просто стучать сильнее и сильнее, как будто вырываясь наружу.
Артур посмотрел на неё – прямо, открыто. Его взгляд был таким тёплым, будто солнце пробилось через зимние облака. Катя не выдержала – улыбнулась, едва заметно, и опустила глаза, чтобы спрятать вспыхнувший румянец. Она знала, что краснеет, знала, что выглядит, наверное, глупо… но ей было всё равно.
Она чувствовала его рядом, слышала, как он дышит, как тихо смеётся. Даже этот лёгкий смех отдавался в ней волнами, и каждая из них оставляла след – нежный, но глубоко проникающий.
Когда они шли рядом, их плечи иногда случайно касались. От этих прикосновений Катя будто теряла равновесие. Мир становился мягким, словно ватным. В груди у неё разливалось странное ощущение – как будто тепло и холод одновременно, как будто её сердце плакало и улыбалось в одно мгновение.
Она краем глаза видела, как Артур смотрит вперёд, задумчиво, иногда хмурится, иногда улыбается сам себе. И в эти моменты Катя хотела просто дотронуться до него, чтобы убедиться, что он настоящий. Чтобы это всё – не сон, не фантазия, не придуманный ею роман.
«Если бы можно было остановить время… хотя бы на минуту», – подумала она, чувствуя, как её пальцы невольно тянутся к его руке.
Артур заметил, как Катя чуть-чуть дрогнула, когда их руки снова коснулись. Он перевёл взгляд на неё – и сразу понял, что она смутилась.
Её глаза, обычно такие живые, теперь прятались где-то под ресницами, а дыхание стало неровным.
– Ты замёрзла? – тихо спросил он, будто боялся разрушить воздух между ними.
Катя качнула головой. Ей хотелось сказать что-нибудь, хоть слово, но губы не слушались. Она просто стояла, чувствуя, как каждая секунда становится длиннее, чем вся их прогулка.
Артур улыбнулся, немного растерянно, но с той искренностью, от которой у неё сжалось сердце. Он слегка сжал её пальцы, будто случайно, и сказал:
– Просто ты вся дрожишь.
Эти слова пронзили её до самого нутра. Не от холода она дрожала – от него. От того, что он стоит так близко. От того, что она чувствует каждую деталь – запах его куртки, тепло его ладони, даже его дыхание, когда он выдыхает рядом.
– Всё хорошо, – выдохнула она, – просто… я не привыкла.
– К чему?
Катя подняла глаза и встретилась с его взглядом.
Он смотрел внимательно, чуть нахмурившись, будто пытался понять, что творится у неё внутри. И в этот момент ей показалось, что в его глазах мелькнуло что-то тёплое – то ли интерес, то ли нежность, то ли та же растерянность, что была в ней.
– К тому, что кто-то рядом, – сказала она едва слышно.
Мир вокруг будто притих. Даже ветер замер, снежинки падали медленно, как в замедленной съёмке. Артур не ответил – просто чуть-чуть сильнее сжал её руку.
И это было лучше любых слов.
Воздух стал плотнее, мороз кусал за щеки, а фонари отбрасывали на снег длинные, мягкие тени. Катя вдохнула холод – и сразу по коже побежали мурашки. Её руки, спрятанные в рукава, совсем замёрзли, и даже дыхание казалось ледяным.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.