Хроники будущего. Delete

– Я больше не подчиняюсь вашим приказам, – ответил А3 и нажал курок.

ПУФБАНКРАГ!

Выстрел репульсорного пистолет отбросил Д2 в сторону, швырнув о стену. Д2 с грохотом сполз на пол. А3 подбежал к напарнику, который попытался подняться, и еще раз нажал на курок. Репульсорная волна вновь обрушилась на Д2 и его голова впечаталсь в пол со звонким хрустом. Это треснула стеклянная оболочка. А3 поднял ногу и несколько раз ударил по лицу Д2.

БАХ! КРАК! БАХ! КРАК! БАХ! КРРРРРРРАК!!!

Наконец голова Д2 лопнула и рассыпалась брызгами стекол и микросхем. Один из роботов Анализаторов был уничтожен, второй повернулся и направил пистолет на Вадима Прохорова.

Атака А3 на Д2 получилась такой стремительной и жестокой, что Прохоров продолжал сидеть с открывшимся ртом и широко разинутыми глазами. Он просто не мог поверить в то, что произошло сейчас в комнате для допросов. А произошло следующее, один из роботов Анализаторов перестал выполнять приказы. Хотя, точнее будет сказать, стал выполнять другие приказы, не те, что были заложены изначально в его программу.

За этими действиями А3 стояла Лиза Арбенина.

Четверг / 16.00

(за день до этого, и за два часа до ареста)

Лиза подцепила правым указательным пальцем линзу и внимательно посмотрела на неё. Убедившись, что все цело, пальцами левой руки она опустила нижнее веко правого глаза и аккуратно поместила туда линзу. Затем она запрокинула голову, и несколько раз моргнула, чтобы линза заняла свое место.

У Лизы было отличное зрение, не смотря на свое увлечение компьютерами.

Линза предназначалась не для того, чтобы улучшить зрение. Эта линза была настоящим произведением искусств в мире новых технологий. Лиза сама придумала и изготовила этот девайс. С виду, она ничем не отличалась от обычных аптечных линз, но только с виду. Внутри этого маленького купола находились крошечные микросхемы и встроенная видеокамера. Это был настоящий компьютер в самом миниатюрном виде, который можно было себе только представить. В линзе была установлена программа по взлому программ и внедрению компьютерного вируса. Достаточно было вставить линзу, направить взгляд на любой компьютер, и через видеокамеру начинал идти поток информации, который нес в себе вирус. Этот вирус проникал в объект, на который была направлена видеокамера, и через несколько минут программа взламывала защиту и полностью завладевала информацией, отдавая свои приказы и устанавливая свою программу со своими задачами.

Именно это и собиралась сделать Лиза после своего задержания. Она знала, что вначале к ней пришлют роботов Анализаторов, которые будут проводить первичный допрос. Она так же прекрасно знала, что один из роботов, который отвечает за полный анализ подозреваемого во время ответов на вопросы, будет пристально следить за каждым её движением и не будет сводить с неё глаз. Этим она и решила воспользоваться. Пока один из Анализаторов будет следить за ней, помещенная в её правый глаз линза будет взламывать программу робота и внедрять свою.

Лиза еще раз моргнула, и взяла в руки планшет. Она сделала несколько ловких манипуляций и вывела на экран сообщение об обнаружении нового устройства. Это была её линза в правом глазу. Она открыла папку, убедилась, что все необходимые программы активированы, и отключила устройство. Теперь нужно было избавиться от остальных улик и приступить к осуществлению своего плана…

Пятница. День допроса.

Когда на вопрос Лизы о том, какой сейчас день, А3 ответил, что четверг, для неё это стало своего рода подсказкой, что защита Анализатора взломана. Она внедрила в программу этот ответ на её вопрос, чтобы знать, что все идет по плану. А3 ответил так, как нужно было Лизе. Д2 не заметил подвоха в этой оговорке своего напарника, но только не Лиза. Она знала, что сейчас в центральном процессоре А3 происходят непоправимые изменения, вирус проникает во все микросхемки, полностью подстраивая его под свои нужды и задачи.

Второй подсказкой к тому, что А3 полностью перешел под её управление, должен был стать момент, когда в комнату для допросов, по требованию Лизы, вошел бы Прохоров. Лиза должна была сказать: «Вот и вы», в ответ на это, А3 обязан был опустить руки и встать из-за стола. Так и произошло. Теперь А3 полностью подчинялся Лизе Арбениной, и она это знала. Его главной и приоритетной задачей была защита Лизы. Первым шагом была ликвидация Д2.

БАХ! КРАК! БАХ! КРАК! БАХ! КРРРРРРРАК!!!

Наконец голова Д2 лопнула и рассыпалась брызгами стекол и микросхем. Один из роботов Анализаторов был уничтожен, второй повернулся и направил пистолет на Вадима Прохорова.

Перекошенное лицо Прохорова Лизу вполне удовлетворяло, но она решила сразу дать понять, кто сейчас главный в этой комнате и контролирует ситуацию.

– А3, избавься от камер, – приказала Лиза.

Робот перевел пистолет и прицелился в одну из них.

ПУФБАНКРАГ!

Поток мощного антигравитационного поля врезался в камеру, развернул её и расплющил о стену. Такая же участь ждала и вторую. Уничтожив камеры А3 вновь направил пистолет на Прохорова. До него стало доходить, что все происходящее не случайный сбой, или глюк в системе одного из роботов Анализаторов.

– Ты, – процедил он сквозь зубы, – это твоих рук дело, тварь. Ты что это удумала?!

А3 тут же прижал пистолет и вдавил дуло в висок Вадиму.

– Ты неправильно задаешь вопросы, урод, – зло бросила Лиза.

– Ладно, ладно, расслабься, – Прохоров вскинул руки в знак примирения, – что тебе надо?

Лиза улыбнулась.

– Ты не внимательно меня слушал. Я же сказала, я хочу тебя убить.

Вадим сглотнул сухой ком. Он мысленно подсчитывал, сколько понадобиться времени, чтобы служба безопасности начала действовать. Очевидно, что этот молокосос, Давид, который совсем недавно был переведен в его отдел, обязан был сообщить о сложившейся ситуации, так же, как и две камеры, установленных в комнате для допросов. И пусть А3 их вырубил, но они должны были увидеть и снять достаточно, чтобы группа быстрого реагирования начала действовать.

– Послушай, – начал Вадим, он твердо знал одно, нужно тянуть время и вовлечь эту чокнутую девку в диалог, – давай решим все спокойно.

– Отлично, я рада, что ты готов спокойно сдохнуть.

Лиза взяла свою флэшку, встала из-за стола, подошла к уничтоженному Д2, сняла с его бедра пистолет и вновь вернулась к Прохорову, с той только разницей, что не стала садиться.

– Мы можем договориться. Просто положи пистолет, отдай команду А3, чтобы он опустил свой, и я помогу тебе. Мы снимем все обвинения в твой адрес, через час ты отправишься домой, все будет хорошо, только успокойся.

– Это вряд ли, – и Лиза оскалилась, что заставило Прохорова покрыться мурашками.

Было что-то такое в этой девушке, что-то решительное и безумное. И Вадим испугался. Он понял, что с ней ему не договориться. Оставалось надеяться только на спецназ.

– Почему? – Выдавил из себя Прохоров. – Что я тебе сделал?

– Чтобы тебе все сразу стало ясно и понятно, улови одно, моя настоящая фамилия Сорина. Лиза Сорина. Говорит тебе что-то эта фамилия?

Вадим на мгновение замер, и попытался выудить из своей памяти эту фамилию. Сорина. Знакомая фамилия. Очень. И он вспомнил. Артем и Оксана Сорины. Вспомнил он и то, что с ними сделал.

– Вижу вспомнил, урод, это мои родители…

* * *

Это произошло тринадцать лет назад. В то время Прохоров работал в убойном отделе, и снискал славу далеко не самого чистого копа. Но, это было только на уровне слухов и разговоров за спиной. Доказательств не было, а дело он свое исправно выполнял, регулярно проводя задержания и раскрывая преступления, поэтому к нему особо никто не лез, и не вникал в его методы работы.

Лизе было 12. Её младшей сестре пять. И все было хорошо, жизнь была прекрасна. В день, когда её родители стали свидетелями криминальной разборки, жизнь перестала быть таковой. А еще через две недели они погибли. Авария. Несчастный случай. Непреднамеренное убийство. Так сказали Лизе. Так указали в протоколе. Виновный, который протаранил их машину на черном «ауди», скрылся с места преступления. Сказали, что водитель не справился с управлением, это и стало причиной жуткой аварии. Машину нашли в нескольких кварталах от места аварии, а вот водителя нет. Машина давно числилась в угоне, поэтому дело осталось нераскрытым.

Лизе было 12, а не 5, как её младшей сестре, и она уже много чего понимала, особенно учитывая её пристрастие к кибер пространству и задатки первоклассного хакера (Лиза с легкостью взламывала школьные электронные дневники, меняла оценки и задания). Она поняла еще тогда, что байка про непреднамеренное убийство, несчастный случай и водителя, не справившегося с управлением – полная чушь. Все это были отголоски того дня, когда её родители оказались не в то время, не в том месте. Если быть более точным, это был небольшой восточный ресторанчик на углу Каштанового бульвара. Там делали отменные суши, а еще, подавали «пальчики оближешь» каштаны в потрясном карамельном соусе. Какое-то отребье, решившее, что они имеют право получать определенную долю с хозяина ресторана, которого звали Ли Тамохори, выволокли его на улицу, затащили за угол здания, и принялись жестоко и методично избивать, доказывая свою правоту. В это время родители Лизы оказались рядом.

– Оставьте его! – Крикнул папа Лизы.

– Отвали, лучше следи за своей пташкой, пока мы ей перья не ободрали, – огрызнулся один из верзил, который в отличии от остальных стоял чуть в стороне и наблюдал, как удар за ударом лицо Ли превращается в отбивную.

Лицо верзилы было прикрыто темными очками и бейсболкой, натянутой на глаза.

– Я вызываю полицию!

И отец Лизы тут же выполнил свое обещание.

– Алло, полиция. На углу Каштанового бульвара и Земляничной улицы избивают человека. Это возле ресторанчика «Юань» …

Верзила двинулся к родителям Лизы. Оксана прижалась к Артему.

– Ах ты, урод, я же сказал тебе, вали отсюда!

Те, кто избивали Ли отреагировали быстрее на вызов полиции, они схватили верзилу за руки и крикнули:

– Валим, Вадим, разберемся с ними в следующий раз!

Верзила сплюнул на асфальт, и поспешил ретироваться со своими дружками. Через пять минут к ресторанчику Ли Тамохори прибыла полиция. Чуть позже, от многочисленных ран, в больнице умер владелец «Юаня». Шантаж, вымогательство и избиение эмигранта из Китая, превратились в преднамеренное убийство, а родители Лизы, в свидетелей этого преступления. Они согласились активно помогать расследованию, чтобы отыскать убийц, в особенности того самого верзилу, который прятался за очками и бейсболкой. А через две недели они погибли. В машине, которую на бешенной скорости протаранил черный «ауди», вместе с Артемом и Оксаной, ехала и Лиза Сорина. Она чудом осталась жива. Когда машина родителей, серебристый «шевроле», перевернулась в воздухе, рухнула на асфальт и покрылся клубами дыма, Лиза открыла глаз и сквозь разбитое окно машины увидела проезжающий рядом черный «ауди» с расплющенным бампером. Окно водителя опустилось, и её глаза, которые заливала кровь из разбитой переносицы, успели разглядеть верзилу в темных очках и бейсболке. А ей твердили про страшный несчастный случай и непреднамеренное убийство. Лизе было 12, а не 5, как её младшей сестре, и она знала, что это полный бред.

Верзилой в темных очках и бейсболке был Вадим Прохоров.

Лиза это узнала спустя долгие годы. После смерти родителей их забрала родная сестра мамы, тетя Таня, и увезла в другой город. Лиза пообещала себе, что найдет убийц её родителей, и не отступала от своего обещания ни на шаг. Только путь оказался очень долгим. Тринадцать лет она шла к тому моменту, когда посмотрит в глаза этому извергу, и скажет, что она Лиза Сорина, дочь убитых им родителей. Она все тщательно подготовила: сменила фамилию и все данные о себе, продумала изощренный план, и приступила к его реализации. Уже после того, как она узнала, кто ехал за рулем той самой черной «ауди», Лиза собрала целое досье на все возможные преступления Прохорова.

Шантаж, вымогательство, торговля государственными тайнами, убийство – все это она собирала по крупицам и бережно хранила, чтобы потом сдернуть маску с этого чудовища, и показать всем его истинное лицо. И этот день пришел…

* * *

– Вижу вспомнил, урод, это мои родители…

Лиза буквально втягивала запах страха, который начал источать Прохоров, глаза которого стали судорожно вращаться в своих орбитах.

– Это был не я, я не имею никакого отношения к смерти твоих родителей, это ведь был несчастный случай…

– Заткнись! – Процедила Лиза.

А3 размахнулся и ударил ребром ладони по носу Вадима. Кровь тут же брызнула на стол. Прохоров схватился за нос и начал тихо скулить.

– Не убивай меня…

Он ждал, когда же дверь комнаты для допросов вылетит с петель, и сюда ворвется спецназ. Лиза тоже знала, что скоро это произойдет.

Как только А3 выстрелил из своего пистолета в Д2, Давид, который наблюдал за допросом из смотровой комнаты, выскочил из нее и помчался в отдел безопасности. Камеры, которые были установлены в комнате для допросов, тут же передали соответствующее видео на пульт охраны, правда были через минуту уничтожены. Все это значило одно, очень скоро здесь будет рой копов с оружием наперевес.

– У нас меньше двух минут, – напомнил А3.

Его главный процессор был подключен ко всем камерам в здании, и он видел, что команда спецназа ринулась в оружейное хранилище, чтобы экипироваться в соответствии с возникшей ситуацией.

Вадим затравленно смотрел на девушку в кожаной куртке.

– Хорошо, этого времени нам хватит, – ответила Лиза.

– Постой, постой… – запротестовал Прохоров, он почувствовал, что бравые ребята в кевларовых бронежилетах могут и не успеть.

– Ты же сам слышал, времени меньше двух минут, – пояснила Лиза и направила пистолет в лицо Прохорова.

– Нет, – и Вадим вжался в стул, сощурив глаза.

– Ты убил моих родителей, я это знаю, я видела тебя в той машине, – начала Лиза.

– Нет, это был не я…

– Не перебивай меня, иначе я прикажу А3 сломать тебе шею.

Эти слова подействовали, и Прохоров затих, испуганно поглядывая на Лизу.

– А еще, я знаю о всех твоих компьютерных махинациях, знаю о том, как ты торгуешь информацией, украденной в виртуальном пространстве, а потом спихиваешь все это на мифических хакеров, которых потом сам и ловишь, подделывая улики. Знаю я и о твоих других преступлениях: вымогательство, шантаж, убийства…

Вадим вскинул голову, очевидно, чтобы что-то сказать, но А3 положил ему на плечо руку, и он тут же подавил в себе это желание.

– Но самое главное, сейчас я скажу то, что тебе совершенно не понравится: доказательства моих слов находятся сейчас в голове А3. Документы, фотографии, видео с различных камер наблюдений, которые я находила, одним словом все, чтобы представить тебя в лучшем свете, и сейчас, А3 передает всю эту информацию во все компьютеры, серверы и сайты всех внутренних ведомств страны. Через пять минут о том, кем на самом деле является Вадим Прохоров, узнает каждый полицейский…

– Ах ты, сука, – зло проскрипел Вадим, и попытался испепелить Лизу взглядом. Не получилось.

– У нас не больше минуты, – предупредил А3.

Отряд спецназа был полностью упакован. Давид рассказал о том, что один из Анализаторов вышел из строя, и буквально размозжил второму роботу голову. Было принято решение штурмовать комнату для допросов.

Лиза кивнула А3, и Прохоров понял, что сейчас его убьют. Понял, и начал рыдать.

– Прошу тебя, не делай этого… отпусти меня… прошу, я тебя умоляюююююююю…

– Моим родителям ты не дал такого шанса: попросить себя не убивать, – почти металлическим голосом произнесла Лиза, – ты ничтожен. Последние тринадцать лет я представляла себе нашу встречу. Мне было страшно, ведь в моем воображении ты был чудовищем, безжалостным монстром, и что я вижу, жалкое ничтожество, которое наживалось всю жизнь за чужой счет, не останавливаясь ради собственной наживы ни перед чем. Ты омерзителен.

– Да, да, я ничтожество, – обливаясь соплями соглашался Прохоров, – только не убивай меня.

– О, нет, не убью, – неожиданно согласилась Лиза, – я решила, что для тебя это слишком просто. Тебя посадят на всю твою оставшуюся жизнь, и весь её остаток будет жалким. – Лиза перевела взгляд на А3. – Нужно его связать.

А3 подошел к Д2, нагнулся, и выдрал из раскуроченной головы бывшего напарника несколько проводов, после чего подошел к Прохорову, заломил ему руки за спину и крепко связал. Вадим не сопротивлялся. Он был размят и подавлен. Если девка говорила правду, и у нее есть все те улики, ему конец. Государственная измена, не самая лучшая статья, а если прибавить к ней прочие преступления, его заднице мало не покажется…

– Мы можем договориться, – жалко пропищал Прохоров, – я заплачу, я сделаю все, что ты скажешь.

– Пожалуй, закрой ему еще и рот.

Лиза достала из кармана куртки платок и швырнула роботу. А3 сформировал подобие кляпа и затолкал его в рот Прохорову. Вадим отчаянно махал головой и мычал, но все тщетно.

– Файлы полностью распространены на указанные серверы и адреса, – резюмировал А3.

– Вот и все, – Лиза пристально посмотрела в глаза Прохорову, он не выдержал её тяжелого взгляда и потупил голову.

Где-то далеко послышался топот ног.

– Пора уходить, – А3 должен был защищать девушку, он понимал, что это будет сделать очень трудно.

– Какие у нас шансы? – Поинтересовалась Лиза.

А3 проанализировал все возможные пути отхода.

– Не более 20 процентов, с каждой минутой они становятся меньше.

– Тогда выводи нас.

Прохоров поднял голову наблюдая за действиями робота. Он понимал, что ему не избежать тюрьмы, но он очень хотел, чтобы эту маленькую шлюшку пристрелили, и желательно у него на глазах.

Спецназ приближался. Группа из восьми вооруженных человек продвигалась по коридору к комнате для допросов.

У А3 был план отхода. Робот поднял пистолет и направил его на большое зеркало на стене.

ПУФБАНКРАГ!

От выстрела зеркало завибрировало. Это напомнило водную гладь, по которой пошла небольшая рябь. А3 выстрелил еще несколько раз. С каждым разом репульсионный поток врезался в зеркало, и оно вибрировало все отчетливее, распространяя противный высокий звук. Стекло покрылось мелкой сеткой трещин, но все еще держалось. Оставалось ему недолго. А3 подошел к столу, обхватил его руками и потянул на себя. Шурупы, ввинченные в пол и крепившие стол, с легкостью поддались и вывались наружу. Прохоров понял, чего хотел А3. Он собирался вывести девчонку через смотровую комнату, но для этого нужно было в неё попасть.

– Отойди, – предупредил робот девушку.

Лиза сделала шаг к противоположной стене и прикрыла глаза ладонями. А3 размахнулся и швырнул стол в зеркало.

ДЗИНЬБАМСБАБАМСССС!!!!!

Зеркало сдалось. Оно осыпалось миллиардом частиц, а стол пролетел насквозь и с грохотом ввалился в смотровую комнату, где и рухнул благополучно на пол.

* * *

В этот самый момент спецназ продвигался по цокольному этажу. Перед ними был длинный коридор, который заканчивался железной дверью, ведущей в комнату для допросов. В это самое время, Давид и несколько офицеров направлялись в смотровую, чтобы наблюдать за операцией сквозь двухстороннее зеркало, и координировать действия бойцов. Это было необходимо, особенно учитывая тот факт, что камеры в комнате для допросов были уничтожены.

Командир отряда спецназа, усатый громила с нашивкой, на которой значилась фамилия Трошин, приказал жестом остановиться. Бойцы замерли. Теперь они ждали команды офицера Ремзина, которого назначили главным в этой операции.

– Мы на месте, – отчитался Трошин.

В гарнитуре, которая располагалась в его левом ухе, отозвался голос Ремзина.

– Займите позицию перед дверью, но пока не входите, мы через минуту будем в смотровой комнате.

– Слушаюсь, – ответил командир спецназа, и отдал приказ своим людям, – за мной, продвигаемся к двери.

Спецназ бесшумно двинулся вдоль коридора.

* * *

А3 счистил ладонью стеклянные зазубрины в зияющем отверстии, и протянул Лизе ладонь.

– Сюда.

Лиза подошла к Прохорову, схватила пятерней его за волосы и потянула вверх, запрокинув голову. Вадим скривился от боли. Лиза наклонилась к его уху:

– Представь, что у тебя на лбу расположена клавиша DEL. – Лиза ткнула Вадиму пальцем в центр лба. – Удалён.

Прохоров моргнул глазами и посмотрел на Лизу. Хакерша одарила его широкой улыбкой.

– Прощай.

– Скорее. – Поторопил робот.

А3 помог Лизе перебраться в соседнюю комнату, где на полу валялся брошенный стол, и перелез следом за девушкой.

В комнате для допроса остался Вадим Прохоров в ожидании группы спецназа, которая ждала команды от офицера Ремзина.

*

Офицер Ремзин, в сопровождении Давида и еще одного своего коллеги, капитана Смирнова, спешили в смотровую комнату, чтобы руководить операцией.

Группа спецназа остановилась перед дверью в комнату для допросов. Трошин провел пальцами по усам. Он вслушивался в слабый треск в его ухе, издаваемый гарнитурой. Он ждал распоряжений от старшего офицера.

*

– Стань за дверью, – скомандовал А3. – Возможно предстоит воспользоваться оружием.

– Не дрейф, железяка, если будет необходимость, воспользуюсь.

– Мне стало значительно спокойнее.

– Да неужели? – Хмыкнула девушка.

– Абсолютно.

Лиза прижалась к углу, слева от двери, и направила пистолет на входную дверь, А3 занял место справа. Дверная ручка мягко опустилась вниз и в образовавшийся зазор ударил свет из коридора. Тут же в проеме появилась первая фигура. Дверь открылась, спрятав Лизу, и в смотровую вошел Давид. Следом за ним вошли Ремзин, мужчина лет 45, с серыми глазами и широким подбородком, и капитан Смирнов, с густой рыжей бородой, которая частенько являлась поводом для шуточек со стороны коллег. Все трое были одеты в бронежилеты и вооружены. У Ремзина в кобуре поблескивал пистолет, в руке он держал рацию для связи с отрядом спецназа. Смирнов и Давид держали в руках штурмовые винтовки.

Не успел Давид сделать и трех шагов, как замер. Зияющая пустота в стене, где прежде было специальное зеркало, ударила его, словно обухом по голове:

– Какого черта?!..

В этот момент им за спины шагнул А3. Ближе всего к нему стоял Смирнов. Робот размахнулся и пнул его ногой в спину. Удар был очень сильный, и капитан, пролетев почти всю комнату, рухнул у противоположной стены, потеряв сознание. Винтовка вывалилась из его рук и упала на пол. Ремзин резко развернулся, выхватывая пистолет, но А3 рубанул ладонью по запястью с оружием, и оно тоже очутилось на полу. Ремзин вскрикнул от боли, и тут же рука робота сдавила ему горло, лишив возможности издавать звуки. Офицер мог только тихо хрипеть.

– Твою мать! – Выругался Давид, вскидывая винтовку.

ПУФБАНКРАГ!

Это была Лиза. Она выскочила из-за двери и выстрелила в Давида из репульсорного пистолета. Полицейского оторвало от пола и швырнуло о стену. Ударившись всей своей массой, Давид свалился на пол, как и капитан, отключившись на время.

– Ни звука, – предупредила Лиза офицера, который еще оставался на ногах.

Она подошла к Ремзину, и выхватила из его руки рацию.

– Вырубай его, – скомандовала она.

Ремзин закатил глаза и замахал руками, но это не помогло. А3 взмахнул пистолетом и саданул офицера рукоятью по голове. Тело Ремзина обмякло. Робот разжал руку, которой он сжимал горло копа, и тот сполз на пол.

«Шеф, мы на месте. Мы у двери. Готовы штурмовать. Ждем приказа.»

Неожиданно ожила рация в руках Лизы.

– Ждите, – хмыкнула она, и со всего маха хлопнула рацией об пол.

А3 осмотрелся. Убедившись, что все трое полицейских в отключке, он кивнул девушке.

– Уходим. Скоро сюда ворвется спецназ.

Робот и девушка покинули смотровую комнату, осторожно прикрыв за собой дверь.

Где-то там, в комнате для допросов, Вадим Прохоров отчаянно боролся с кляпом во рту…

*

Командир штурмового отряда тщетно прислушивался к треску в своей гарнитуре: офицер Ремзин, не проронил ни слова. Это выводило командира из себя.

– Черт, что происходит? – тихо выругался Трошин.

За его спиной семеро бойцов ждали команды, крепко сжимая в руках штурмовые винтовки.

*

Лиза пробиралась по длинному коридору следом за роботом. Им предстояло миновать еще несколько коридоров, и попытаться покинуть здание через запасной выход на цокольном этаже. Таков был план. Было очевидно, что сделать это будет не просто, особенно учитывая тот факт, что все здание находилось в экстренном режиме, и этот выход скорее всего охранялся.

К зданию уже успело подъехать два автобуса с бойцами спецназа, которые вывали наружу и оцепили центральный вход, оттеснив любопытную толпу и нагрянувших журналистов. Всегда удивляло, откуда они так быстро узнают о любом происходящем инциденте. Не иначе, пара копов из каждого участка сидело у них на зарплате, сливая подобную информацию.