- -
- 100%
- +
ВЕНОК №3
31 Мой разум слаб и борется несмело. Сетей удача. Счастье рыбака. До памяти уже давно нет дела. Готово всё для страсти пирога. Но кто из нас рыбак, а кто же рыбка? И как узнать всё это наперёд? Ведь поле жизни так порою зыбко. Качнётся чуть – и всё наоборот. Болота и леса, поля и небо. И дорией* средь них любовь и страсть. Куда ступать? Ни тропки и ни следа. И как не оступиться, не упасть? Противиться готов, и даже рад, Но всё напрасно. Нет пути назад. 32 Но всё напрасно. Нет пути назад. А если так, то пусть всё так и будет Был сердцу дорог, некогда, агат. Теперь мечтаю я об изумруде. Мечтаю и во сне, и наяву. И необъятен мир моих мечтаний. Я на земле, но облаком плыву Над океаном внутренних желаний. Ты, как Европа*, я – могучий Зевс*. Но кто из нас двоих кого похитил? Всё спутали, увы, весна и лес. И не важны ни имя и ни титул.. Ты сердце красотой своей задела. Весне, любви и страсти нет предела. 33 Весне, любви и страсти нет предела. И бархат кожи сладостно пьянит. Но старое не всё ещё сгорело И душу час от часа бередит. Но только временами. Очень редко Горчинка попадает в чистый мёд. У каждого есть прошлое и метка В глубинах памяти, которая гнетёт. Но горечь от улыбок исчезает, А вздох уносит мысли в никуда. И радугами вновь душа сияет, И плавится сердечная руда. Воспоминаний тихо стаял град. Душа парит, и этому я рад. 34 Душа парит, и этому я рад. О, запахи весны! О, мать природа! Цветов великолепный маскарад Нас вдохновляет в эту пору года. Но удивлённо шепчут мне ветра: «А как же осень и зима, и лето? Любая вдохновляет нас пора. Была бы лишь душа теплом согрета». Конечно, с этим спорить ни к чему. Всё верно от конца и до начала. Вот только мыслей этих кутерьму Понять, пожалуй, жизни будет мало. Рассвет встаёт атласно. Снова ясно. Неповторимо, сказочно, прекрасно. 35 Неповторимо, сказочно, прекрасно Художник пишет красками портрет, Не думая: напрасно, ненапрасно. Оценит это кто-то или нет. Движения его неуловимы Портрет весны уже почти просох. Его талантом были так кружимы Да Винчи, Рембрандт, Пабло Пикассо. И каждый у весны был сенешалем*. И красками писал прекрасный лик. Портрет весны всегда неподражаем — Природы непокорной чудный миг. И я готов, все думы подавив, Плыть в запахах сирени и любви. 36 Плыть в запахах сирени и любви Хочу я с той, которая так манит. Пусть, чувством нежно сладостным обвив, Она меня пьянит и ум туманит. И я готов идти за сто морей, И если надо – силы все потрачу. Отдав любовь – не станешь ты бедней, Но станешь и счастливей, и богаче. Тропа любви, как неба синь чиста. А мир её безоблачно-бескраен. Гори в моей груди, гори звезда! Пусть не увижу я любви окраин. И Клио* мне кивнула: «Я согласна, Жизнь без любви, наверное, напрасна». 37 Жизнь без любви, наверное, напрасна, Как осень без багряного огня. О, чувства наши! Жизни нашей пасмы*. И сердцу, и душе вы борона. Мы прочность вашу до поры не ценим, А чаще мы не ценим ничего. Но… даже гладиатор на арене Добиться хочет бешено всего. И мы, бросая всё, шагаем в бездну В надежде твёрдой изменить судьбу. Полезно это или бесполезно, Неведомо пока что никому. А потому, шагнув в простор любви, Я не согласен с этим «се ля ви». 38 Я не согласен с этим «се ля ви». Сдаваться неизбежности неверно. Я был рождён с бурлением в крови. И не смирюсь по жизни с ролью керна*. Я управлять хочу своей судьбой. Пусть делает всё то, что ей велю я. Любви и страсти, словно летний зной, Мне сердце согревают жаром струи. И манит в дали ветер-поводырь Бездонного, как океаны неба. Немыслима и необъятна ширь Того, где был! А более, где не был. Я сердцем и душой совсем не вялый. Французы не романтики, пожалуй. 39 Французы не романтики, пожалуй. Хотя я в детстве очень много снил Героев. Их завидовал запалу. Романтику Дюма нам подарил. И потому совсем мне непонятно, Ну, для кого придумали они (Писать об этом даже неприятно): О, «се ля ви»! О, это «се ля ви»! Жизнь такова, какой её построишь. И фраза эта – бесполезный пшик. Бессилие, безволие ей холишь. Мне неприятен слабости язык. Иначе не могу сказать я! Нет! Раз выдумали фразу-пустоцвет. 40 Раз выдумали фразу-пустоцвет, Наверное, Дюма ошибся где-то, Вплетая буквами в глубины лет Любовь, войну и страсти жаркой лето. Хотя, напротив, может я не прав? И было всё не так и по-другому. О, пыль веков среди высоких трав! О, где оно, той правды твёрдой слово? Не это будоражит грудь мою, Не эта пыль сейчас меня тревожит. Весною мне подарено «люблю», Трепещет сердце сладостною дрожью. Не ради чьей-то прихоти, забавы Взошёл цветок любви прекрасно-алый. 41 Взошёл цветок любви прекрасно-алый, Горя рубином сказочных долин. Для счастья иногда нам нужно мало — Лишь прелести безоблачных картин. Непостоянство счастья неизменно, Как неизменны холода зимой, Но будь же ты всегда благословенно, Как этот мир под яркою звездой. Цвети любовь для нас, не увядая, Лучами счастья согревая нас. Дари всегда нам только зелень мая, И гаммой красок балуй нежно глаз. О, как неподражаем этот цвет. Он так похож на утренний рассвет. 42 Он так похож на утренний рассвет О, цвет любви! О, жизни нашей чудо! А чуду поклонялись древний грек И даже те, с небес, из ниоткуда. Рожденье чувств! Его нам не понять, Как не понять ни лёд души, ни пламень. Не повернуть времён теченье вспять, Как не разбить слезою твёрдый камень. И потому нам дороги мечты, Что рождены от созерцанья мира, Дари весна, дари всегда цветы, Которые полезней эликсира. Не тяготит природная краса! И как здесь не поверить в чудеса. 43 И как здесь не поверить в чудеса, Когда среди красы стоишь цветущей, И замерли все стрелки на часах, И не тревожат в небе злые тучи. Как не поверить в эту благодать, Что с неба осыпает лепестками. Мы можем необъятное объять, Как и любить всех тех, кто рядом с нами. И пусть весна нас свежестью пьянит, Я только рад цветущему раздолью. О, как лучист груди моей софит… О, как доволен я Ромео ролью. Душу и сердце радугой связав, Опутала меня любви лоза. 44 Опутала меня любви лоза Вьюном, что даже трудно шевелиться. Я по натуре, сроду, гомоза*, А тут, поди ты, вынужден ягниться. Что делают весна, любовь и страсть. Нет, удивляться я не перестану. И карты мне всегда сдают не в масть, Но, прав ли Верещагин*? Думать рано. Стараюсь из последних, правда, сил Себя вернуть на землю я, обратно. Но трудно вниз спускаться без перил По лестнице исчезнувшей. И ладно. И в частности, пожалуй, да и в целом, Мой разум слаб и борется несмело. 45 Мой разум слаб и борется несмело, Но всё напрасно. Нет пути назад. Весне, любви и страсти нет предела. Душа парит, и этому я рад. Неповторимо, сказочно, прекрасно Плыть в запахах сирени и любви. Жизнь без любви, наверное, напрасна. Я не согласен с этим «се ля ви». Французы не романтики, пожалуй, Раз выдумали фразу-пустоцвет. Взошёл цветок любви прекрасно-алый. Он так похож на утренний рассвет. И как здесь не поверить в чудеса, Опутала меня любви лоза.ВЕНОК №4
46 Опутала меня любви лоза… Во все века виною были взоры. Ох, эта Кармазора* бирюза. Ох, эти Нишапурские* узоры. Любовь и страсть – вы словно водопад, Вам Ниагара в дочери годится. И в вихре ваших сладостных услад Не мудрено, пожалуй, утопиться. Я не Давид*, скорее Голиаф*, Который будет вскорости повержен. Я рвусь вперёд на риск и даже страх. Ведь не повержен тот, кто не отвержен. И вот пленён. Теперь я в плена яде. Но этот плен мне дорог и приятен. 47 Но этот плен мне дорог и приятен. Любовный плен. Ни с чем он не сравним. Одно могу сказать: «Он очень ятен*» Как звон росы, иль как печали дым. Он, взращивая, пестит нежно робость, Гордыню выжигая на корню. Он словно пик души и сердца пропасть, А ум похож на ревеня стерню*. Любовь и страсть… какая незадача. Не разделил вас даже сам Шекспир. Удача вы, иль всё же неудача? О, как переплетён ваш этот мир… Но отодвину я пока что словеса*. Вот отшумела первая гроза. 48 Вот отшумела первая гроза, И озером разлилась синь живая. Озоном дышат снова небеса, Прозрачные от края и до края. Мы отвлеклись немного от весны. Но ничего, сейчас мы всё нагоним. Лежит она в четыре стороны, Не беспокоясь образом никоим. Весенний парк – и зелень, и покой. Берёзок хоровод. Уже девичник? Поодаль тополя стоят гурьбой, Смеются, балагуры. Знать, мальчишник. Заря ушла (костюм её наряден) И подарила чудо лужных пятен. 49 И подарила чудо лужных пятен Нам утро, ставни неба отворив. Из всех, что я когда-то видел ряден*, Один весенний лишь неприхотлив. Всё нежится вкруг в зелени и солнце. И потому так радостно всему. Лишь майское распахнуто оконце, Как отовсюду слышится: «Живу». Я тоже счастлив. Счастлив, безусловно. И этому не радоваться – грех. Но иногда я чувствую, безмолвно Вдруг пропадает внутренний мой смех. И нравится мне чудо майских гроз… Но мысли вьются стаей диких ос. 50 Но мысли вьются стаей диких ос: «Ну, почему? Зачем тебе всё это, Зачем одной, оставив горечь слёз, Ты хочешь обрести с другою лето? Ведь та любовь, что позади, верна, Нетленна, без обмана и сомнений. Неужто не нужна тебе она, И ты не помнишь прошлых вознесений? О, к счастью ли куда-то ты бежишь? О, обретёшь ли радость неземную? И там ли ищешь благодать и тишь, Не путая с любовью страсть слепую?» «Подумай. Время есть – мой ум добавил — А как же та, которую оставил?..» 51 А как же та, которую оставил?.. Болезненная тема для меня. Не создано ещё пока что правил Хранения сердечного огня. Но есть же ведь какая-то причина. Я роюсь, я копаюсь в глубине Души своей. Она неумолима, И списывает прошлое луне. Веками отдают луне неверность, И потому собой она бледна. Обиды принимать луне не в первость*! И оттого она так холодна. Оставил бесшабашно сад из роз, Вдруг в май уйдя за запахом волос. 52 Вдруг в май уйдя за запахом волос, Обрёк весенний сад на увяданье. И, разъярив бездумно страсти ос, Я жду с надеждой нового свиданья. – Ой, осень у тебя ли позади? — Сказал мой ум, – уверен я в обратном, По осени всегда поют дожди. А для тебя они споют бесплатно. Поверь, родится осень и твоя. Дай только срок лукавости раздолью, А следом грянет вьюгою зима, Не со снегами – с белой горькой солью. Душа вся встрепетнулась: «Против правил!» Ох, и вопрос… Болезненно ужалил. 53 Ох, и вопрос… Болезненно ужалил. И сердце защемило от тоски. Браню свой разум в яростном запале. Пугает мир осенней желтизны. А о зиме и думать не желаю. Случиться может всё, но не со мной. Я верю – не обманет та, другая, И не исчезнет осенью с листвой. Не страсть одна бурлит! Уверен в этом. Тогда ответь: «А любит ли она? Несчастлив будешь в чувстве безответном». (Накатывает новая волна). Ох, этот разум. Будто в западне. И холодок. И зябко сразу мне. 54 И холодок. И зябко сразу мне, А поднят ведь вопрос о самом главном. В своём не разобрался я огне, В чужом?.. не разобраться и подавно. Запутано до нельзя всё вокруг. И надо было мыслям пробудиться! Венок из чувств. Скорее просто круг. Не убежать, не вырваться, не взвиться. Куда идти, куда теперь шагать? Лазеек нет, а выхода – подавно. Сомнений твёрдо выступила рать, Коль победит, так собранно и славно. И грустью таять тихо начинаю, А от чего – я в тайне понимаю. 55 А от чего – я в тайне понимаю — Уходит всё, оставив нам печаль, И зябнет на ветру душа нагая, А сердцу неприятно слово «жаль». Мы редко сразу миримся с потерей, И редко бережёмся от неё. Быть может, растворится всё в мадере, А может, порастет тоски быльём. Нет постоянства в мире и природе, Я с этим познакомился давно. Помпеи день сердцам уже народен, Как и… народно кислое вино. Виновен я. Конечно. Горе мне, Но, разум позабыв, тону во сне. 56 Но, разум позабыв, тону во сне. И снова он безоблачный и ясный. Не верю я осенней желтизне! И пусть моё неверие опасно. Нет, мыслями о прошлом не убить Желания стремиться в выси смело. И более не связывает нить Меня уж с той, которая не в белом. В другом гуляю я давно краю, Встречают там объятьями радушно. И сравнивая, кажется в раю Не столько холоднее, сколько душно. Любому вскружат голову, сверкая, Зелёные глаза и звёзды мая. 57 Зелёные глаза и звёзды мая — Не угасаем, ярок ваш огонь. И не один смотрел на вас, вздыхая, И не одна играла вам гармонь. Таинственна такая амальгама*. И ныне, всё такая же, как встарь. Ох, не одну ты вырастила драму, Вначале так порадовав алтарь. Но было так всегда, увы, и будет. Меняет время только цвет волос. А счастье, зачастую, где-то блудит Среди речных, завитых кем-то кос. О, зелень глаз и звёзды! Не отчасти — Я полностью отдал себя их власти. 58 Я полностью отдал себя их власти — Словам и нежным вздохам в унисон. Пускай познаю тяжесть всех напастей, Владей любовью сердца Аквилон*. Мне не нужна от этого защита. Напротив, распахну навстречу грудь. Надеюсь, что не будет ядовита, Пришедшая с любовью страсть ничуть. О, эти чувства! Вряд ли где-то купишь. В сём невесом весомейший солид*. Я знаю – ты, весна, меня погубишь. Мне ведом этой жизни алфавит. Иду навстречу я огню злосчастий, Вкушая сладкий яд из чаши страсти. 59 Вкушая сладкий яд из чаши страсти, Я чувствую его в своей крови. Но сердцем правят ярлы* двоевластий. Увы, но страсть и разум – визави. И побеждает тот, кто посильнее. Нисколько не страшатся лавы льда. Пусть разум ледяной и холоднее, Но лёд парит от жара без труда. О, лёд и пламень! Стычки ваши вечны, Хоть говорят, что вечен лишь покой. Быть может так, но путь далёкий Млечный Могу теперь потрогать я рукой. Не зря спустилась с неба вниз Аза* — Опутала меня любви лоза… 60 Опутала меня любви лоза… Но этот плен мне дорог и приятен. Вот, отшумела первая гроза И подарила чудо лужных пятен. Но мысли вьются стаей диких ос: «А как же та, которую оставил, Уйдя вдруг в май, за запахом волос?» Ох, и вопрос… Болезненно ужалил. И холодок. И зябко сразу мне. А от чего – я в тайне понимаю. Но, разум позабыв, тону во сне: Зелёные глаза и звёзды мая. Я полностью отдал себя их власти, Вкушая сладкий яд из чаши страсти.