- -
- 100%
- +
– Не знал этих тонкостей, теперь все понятно, – Дружинин слушал девушку очень внимательно, периодически переводя взгляд на большое и полностью открытое поле и мысленно представляя рассказ Торпеды в реальности.
– А вот это что за линии? – Хирург ткнул пальцем в красные полоски на экране планшета.
– Я наблюдал за видеокамерами на заборе объекта и этими линиями обозначил их углы обзора. Как видно, нам они не помеха. Вот только на базе есть две наблюдательные вышки, и одна из них не так далеко от нашего сектора. Хотя эти бравые вояки, похоже, не особо озабочены своей безопасностью: за все время, что я наблюдал, на вышку поднялись только один раз, всего на десять минут. И, тем не менее, закон подлости никто не отменял: с вышки просматривается все поле, а чтобы нас заметить – много времени не потребуется. Так что этот фактор игнорировать нельзя.
– А эти цифры что значат? – неожиданно долго молчавший Выкрутас присоединился к общему обсуждению.
– Это я рассчитал, сколько времени потребуется этим воинам Альянса, чтобы добраться до «окна» в случае тревоги. И сколько времени понадобится нам, чтобы максимально быстро укрыться в безопасном месте, например, в этом лесу. Получаются приблизительно одинаковые числа.
– В лес они, однозначно, не попрутся, даже утром. Им за это не доплачивают. Даже если пойдут, тут их Хирург встретит, – Выкрутас похлопал друга по спине, – он им быстро Перл-Харбор устроит…
– Да не нужно никакого Перл-Харбора, – Проц чуть уменьшил масштаб картинки, и все обратили внимание еще на одну точку на карте, – здесь, с другой стороны этого леса, будет стоять наша машина, до нее еще каких-то двести семьдесят метров. Добежать успеем, а дальше – весьма добротная дорога, свободная в обоих направлениях…
– Одно из которых приведет нас прямо к ангарам с американскими танчиками?
– Нет, Хирург, на базу ведет другая дорога, нам ее отсюда не видно.
– Это все, конечно, понятно. Вот только я так и не услышала никакого конструктива. Как на таком открытом месте, в половину шестого утра, нам успешно выполнить задуманное и не привлечь внимание солдат Североатлантического альянса и местных жителей? – Торпеда поправила висящий на шее бинокль и посмотрела на окружающих ее мужчин.
– А может… нам вовсе и не нужно прятаться! – Дружинин засунул немного замерзшие руки в карманы и поежился.
– В каком смысле? – глядя на писателя, Хирург тоже ощутил прилив холода, но не подал вида.
– Да мне тут мысль в голову пришла. Возможно, она и тупая, но в силу своей примитивности может и сработать.
– Не тяни уже, Поэт, что-то холодно становится.
– Я тут подумал: что если найти где-нибудь несколько молоденьких саженцев-деревьев и ранним утром затеять их высадку в нужном нам месте…
– Продолжай, я что-то пока не догоняю.
– Смотрите, – Аркадий теперь обращался уже ко всем, – минут за десять-пятнадцать до нужного времени, мы спокойно приходим на место и разворачиваем тихую, но активную деятельность. Копаем ямы, высаживаем туда деревья, поливаем. Мельтешим, кучкуемся на одном месте, суетимся. Под шумок можно и «окно» прикрыть, сделать все дела и, пока никто ничего не сообразил, слинять. Как-то так.
– А воякам не покажется странным, что пятеро людей очень ранним утром занимаются какими-то непонятными посадками? Да еще почему-то прямо посреди поля.
– Если вдумчиво изучить психологию людей, Выкрутас, то больше всего вопросов и подозрений у них вызывают непонятные им действия и явления. В нашем случае, как раз ничего сверхъестественного нет: решили некие люди посадить несколько деревьев – вполне себе благое и богоугодное дело. А почему именно здесь и в такую рань – это уже вторично. Вояки, увидев саженцы, почти сразу потеряют всякий интерес к событию. Типа, хрен знает, что у этих поляков на уме, главное, что нам и нашей технике нет никакой угрозы. Местные по этой дороге вообще редко ездят, а даже если кто и появится в такую рань – тоже не увидит ничего криминального. Как сказал Проц, эта земля не частная, принадлежит муниципалитету, а городские чиновники в это время обычно спят. Так что со стороны выглядеть будет вполне безобидно и вполне имеет шанс на успех. Без всяких Перл-Харборов и Хиросим…
– А ведь что-то в этом есть, – Торпеда медленно перевела задумчивый взгляд на большую поляну и на некоторое время неподвижно замерла. Остальные также переваривали слова Аркадия, молча провожая, взглядом почти полностью исчезнувший за горизонтом, красный солнечный диск.
– Я соглашусь, что идея очень даже неплохая. Как сказал Поэт, из-за своей тупизны, она скорее всего, сработает, – Хирург первым решился нарушить молчание, – есть хоть какой-то сюжет, есть обоснование, а остальное похрен.
– Ты ли это, Хирург? – Выкрутас подошел к напарнику и положил руку на его лоб. – Ты же обычно не сторонник чего-либо эдакого. Или ты услышал знакомое слово «тупизна» и потек.
– Так, Выкрутас, Хирург, хватит. Прекратите херней заниматься! – Торпеда выстрелила в обоих мужчин острым и уничтожающим взглядом. – А ты что про это думаешь?
– Поначалу идея мне не особо «вкатила», – Проц погасил экран планшета и убрал его в свой рюкзак, – но, как ты правильно сказала, в этом действительно что-то есть. Если все сделать быстро, не дать людям время на раздумье – должно получиться.
– Значит, решено, действуем по этому плану, – девушка обернулась и протянула ладонь Дружинину, – а мы не зря, Поэт, тебя взяли. Молодец, творчески к делу подходишь.
– А мое мнение уже не интересует? – Выкрутас постарался скуксить максимально обиженную физиономию.
– А когда кого особо интересовало мнение такого маленького ничтожного человечишки! – Хирург довольно чувствительно хлопнул Выкрутаса по спине и отошел в сторону.
– Один – один! – Аркадий улыбнулся и посмотрел на обоих мужчин. Он уже давно понял, что подколы друг друга, иногда кажущиеся выходящими за всяческие рамки – это абсолютно нормальный стиль общения двух закадычных друзей.
Возле открытого багажника машины все дружно распаковывали свои сумки и доставали теплые вещи. Торпеда еще вечером загнала Фольксваген вглубь леса, там прокатный автомобиль с яркими оранжевыми полосами был незаметен с любого конца дороги. Несмотря на то, что в распоряжении команды имелись мощные фонари, было решено их не использовать, чтобы, не дай бог, не привлечь чье-нибудь внимание. По той же причине не разжигался и костер, хотя ночная прохлада недвусмысленно намекала на организацию какого-нибудь внешнего источника тепла. Выкрутас предлагал всем погреться в заведенной машине, но у Торпеды были совершенно другие планы на членов своей команды.
– Хирург, бери с собой Выкрутаса и дуйте на окраину города. Где хотите, как хотите, но чтобы принесли мне, как минимум, две лопаты и хотя бы одну лейку. В крайнем случае – ведро.
– Торпеда, как ты себе это представляешь? Магазины давно закрыты. Стучаться посреди ночи в каждый дом и спрашивать лопаты – нас точно в местную полицию загребут.
– Тебя, а не меня кличут Выкрутасом. Вот и оправдывай прозвище. Хирург вот, молчит. Не возмущается. Значит, это не такое уж невыполнимое задание.
– Ага, да Хирург сейчас гуглить будет, что такое «лопата» и что такое «лейка». Может, твой любимый Поэт лучше пойдет, он выдумщик еще тот, выдаст экспромт какой-нибудь.
– Для Поэта у меня тоже есть дело. И для Проца, – Торпеда громко захлопнула багажник и обернулась к Хирургу, – бери уже этого балабола и топайте. Будьте аккуратны и осторожны, а ты кулаки держи в карманах, лишние неприятности нам ни к чему.
В ответ мужчина по-военному козырнул и толкнул Выкрутаса вперед себя. Какое-то время словесная перепалка друзей еще была различима, но вскоре стихла и она.
– Поэт, Проц, для вас задание чуть попроще, – Торпеда облокотилась на автомобиль и потерла друг о друга замерзшие руки, – найдите в этом лесу пять-шесть молодых деревьев. Желательно, чтобы они были примерно одинаковые и не очень большие. Где-нибудь метра под два с половиной. Когда эти балбесы принесут лопаты – мы их выкопаем.
– А ты надеешься, что они это все же сделают?
– Даже не сомневаюсь в этом, Аркадий. Выкрутас не зря получил свою кличку, он иногда и поворчать любит, и цену себе набить, но обычно делает то, за что берется. Хирург ему нужен больше для компании, ну и спокойнее так за обоих. Сила и изворотливость в данном случае друг друга дополняют.
– Главное, чтобы не мешали… Пойдем уже! – в наглухо застегнутой толстовке и с надвинутым на глаза капюшоном, Проц больше походил на тинейджера-переростка, чем на компьютерного гения.
– Аркадий, ты иди уже, Проц тебя сейчас догонит, – дождавшись, когда Дружинин отойдет на необходимое расстояние, девушка повернулась к Процу, – ты Стерву точно проверил?
– Проверил, конечно! Все аэропорты в радиусе пятисот километров «прочесал», ее самолет нигде не приземлялся. Странно как-то, мы ее присутствия уже два «окна» подряд не ощущали, это третье будет. Не нравится мне это.
– Мне тоже не нравится, но тут мы бессильны в своих опасениях, – Торпеда ухмыльнулась и взглянула на освещенное Луной и от этого неестественно бледное лицо мужчины, – никогда не думала, что буду скучать по этой гадине.
– Наверно правду говорят: держи друзей поблизости, а врагов еще ближе! – Проц подмигнул погруженной в свои мысли девушке и усталыми шагами принялся догонять Аркадия. Разрезанный длинным остроконечным облаком на две, почти одинаковые части, лунный диск отражался в стеклах спрятанного среди деревьев автомобиля и настойчиво пытался выдать его своим неестественно белым блеском, предательски пробивающимся сквозь неподвижную и засыпающую растительность полуночного леса.
Глава 9
– И все-таки колитесь, как удалось все это достать? – Торпеда махнула рукой в сторону большой кучи инвентаря, в которой лежали две лопаты, грабли, ведро, лейка и два больших пластиковых бидона с водой. Рядом стояла старенькая, но вполне рабочая тачка на больших резиновых колесах. Хирург сидел рядом с добычей и очень энергично пытался вытряхнуть из кроссовок остатки земли и дорожной пыли.
– А все элементарно, – облокотившийся на дерево Выкрутас потихоньку сполз на траву и вытянул вперед ноги, – Хирург вломился в один из домов и на чистейшем суахили объяснил хозяевам, что случайно сбил на дороге полицейского и теперь ему срочно нужна лопата. А еще лучше две. Хозяин был в таком восторге, что не только «насыпал» нам все это, но и сам порывался помочь. Еле-еле отговорили…
– Все не так было! – Хирург вновь облачился в свою обувь и поднялся. – Выкрутас в очередной раз воспользовался старым проверенным приемом – достал деньги и принялся трясти ими перед носом хозяев. Увидев пачку европейских фантиков, те готовы были чуть ли не все свои вещи нам продать. Сошлись на шестистах евро.
– Можно было и вообще без денег обойтись. Хирург рявкнул бы на них посильнее – те бы еще и дом на нас переписали.
– Я поляков не обижаю! Мне их реально жалко! – Хирург достал из багажника бутылку с водой и принялся жадно глотать прохладную жидкость.
– Это почему же так? – Аркадий вклинился в разговор и вопросительно посмотрел на мужчину.
– Вот-вот, послушайте и вы тоже, – Выкрутас сделал крайне серьезное лицо и положил подбородок на ладонь, – уверяю, это крайне занимательно!
– Да тут же все просто, – Хирург аккуратно пристроился на край багажника, – лет двести назад, один мелкий французишка собрал братву и попер на Россию. По дороге, естественно, вытоптал полякам все огороды. Под Бородино ему капитально по заднице напинали, он понял, что ему здесь нихрена не рады: куры, млеко, яйки не насыпят, и красного полусухого не нальют. Короче, покандыбал он обратно. От обиды вытоптал полякам оставшиеся грядки и сожрал все яблоки. Кое-кто из наших решил догнать этого мудака и еще разок от души вломить, чтоб долго помнил. Шли опять через Польшу: после лягушатников хавать было уже нечего, поэтому шли голодные и злые, дубасили любого, кто под руку подвернется. Когда коротконогого догнали и объяснили, как он был не прав – настало время обратно возвращаться. А поляки, между прочим, только-только сады восстановили и новые яблони посадили – и тут очередная напасть. Как-то так… В двадцатом веке другой неадекват, с маленькими усиками, в точности повторил все то же самое, только уже с помощью танков. Как не крути, а жалко этих поляков: великие державы друг с другом разборки устраивают, туда-сюда через Польшу толпами носятся, а бедные поляки страдают, хотя, вроде как, особо и не при делах! В общем, сплошные обиды и комплексы неполноценности. За ними, конечно, и своих грехов немало числится, но лично у меня на этих жалких «пшеков» рука не поднимается.
Некоторое время в лесу царила тишина, все тщательно переваривали сказанное, и лишь Выкрутас, судя по всему, не впервые слышащий это объяснение, с широченной улыбкой на лице разглядывал задумчивые физиономии своих товарищей.
– Я вот знаешь, что сейчас подумал: целые институты работают над геополитическими проблемами, профессора диссертации многотомные пишут, исследователи конгрессы и симпозиумы собирают… А наш Хирург двухвековую историю целой страны и двух глобальных войн уложил в полторы минуты и несколько простых предложений. И самое главное – понятно, доходчиво и даже возразить нечего. Я просто потрясен! – Проц с абсолютно искренним лицом изобразил аплодисменты и призвал остальных присоединиться к нему.
– Это все замечательно, вот только я предлагаю сейчас сходить и выкопать наши деревья, Проц и Поэт как раз нашли несколько подходящих, – Торпеда вытолкала Хирурга от Фольксвагена и закрыла багажник, – затем, нужно будет распределить роли и инструменты и отрепетировать наши совместные действия, чтобы со стороны все смотрелось более-менее естественно, и при этом мы могли спокойно сделать то, зачем пришли. Как только я останусь довольна результатом – можно будет отдохнуть. Но никак не раньше. Выкрутас, я знаю, что ты мне намереваешься сказать, но никакие возражения не принимаются. За работу, мальчики, время не ждет! – девушка подтолкнула Проца и Поэта к принесенным трофеям, вручив каждому по паре новехоньких перчаток, купленных еще во Вроцлаве…
Около пяти часов утра вся команда уже покинула свое лесное убежище. В течение ночи совместными усилиями весь процесс был отработан до мелочей и дважды отрепетирован от первой до последней минуты. Первые лучи утреннего солнца освещали изможденные лица, отдохнуть практически не удалось, и поэтому всеми двигало желание поскорее завершить задуманное и убраться отсюда подальше. Более-менее бодрыми выглядели лишь Торпеда и Аркадий: бессонница для девушки была обычным состоянием, а Дружинина подстегивала мысль, что через считанные минуты он воочию станет свидетелем и даже участником совершенно нереального явления, о котором большинство жителей планеты могли узнать лишь из фантастических романов или фильмов. Ноги сами несли мужчину к заветной точке и, если бы Торпеда периодически его не одергивала, он бы уже давно и намного обогнал всю группу.
Сверившись со своим прибором, Проц условленным жестом приказал всем замедлиться, а сам осторожной поступью выдвинулся вперед. Он предпочитал пользоваться профессиональным навигатором для путешественников, даже последние модели смартфонов не обеспечивали необходимой ему точности. Наконец мужчина нашел нужную точку и воткнул в это место заранее приготовленную палку-посох. Хирург с Выкрутасом медленно подкатили тележку со свежевыкопанными кленами и поставили ее так, чтобы загородить определенный участок от возможных «зрителей» из военной базы. Привычными движениями Торпеда вместе с Процем накинули на место будущего «окна» тонкий, но при этом довольно плотный кусок ткани с темно-зеленым защитным рисунком. Сверившись с часами, Аркадий, Выкрутас и Хирург принялись интенсивно копать поросшую молодой травой землю. Торпеда залезла внутрь импровизированного шатра и поставила дополнительные палки, значительно расширив внутренне пространство. Когда она вновь показалась на поверхности, солнечный диск уже полностью вышел из-за горизонта, а два клена были полностью вкопаны в грунт. Взявший в руки наполненную водой лейку, Проц двинулся к деревьям, едва уловимым движением глаз показав девушке, на что следует обратить внимание. Торпеда посмотрела в указанном направлении и обнаружила на ближайшей наблюдательной вышке базы довольно четкий человеческий силуэт в каске и полной военной экипировке…
Незаметно наблюдающая за солдатом девушка, к большому своему удовлетворению, констатировала правоту Аркадия: когда четвертое дерево заняло в свежей яме свое законное место, военнослужащий потерял всякий интерес к разворачивающемуся перед ним процессу. Отсутствие тревоги в его движениях можно было оценить по тому, с каким размеренным спокойствием он покидал свой пост. На дороге, как и во всей округе, было безлюдно, лишь одинокий степной орел на почтенном удалении вальяжно наматывал большие круги, высматривая в молодой растительности кого-нибудь помедленнее и покалорийнее.
Когда до назначенного времени осталось не больше трех минут, Торпеда поменялась местами с Хирургом. Вместе с собой внутрь полога тот затащил и Дружинина, руки которого дрожали от предвкушения и волнения.
– Хирург, слушай, расскажи подробнее – куда конкретно смотреть, на что обращать внимание, что делать нужно и что делать нежелательно, – Аркадий посмотрел на мужчину таким умоляющим взглядом, что тот понял – отвертеться не получится.
– Отодвинься немного правее, а то «окно» откроется прямо внутри тебя – большая дырка может получиться, – Хирург показал Дружинину границу, за которую нельзя было заходить.
– А как ты видишь, где оно проявится?
– «Окно» выглядит, как своего рода сфера. Вначале этот шарик начинает потихоньку мутнеть и наполняться светом. Мы это мерцанием называем. Примерно вот так, – мужчина показал куда-то пальцем. Проследив в указанном направлении, Аркадий увидел в полуметре от земли какое-то необычное дрожание воздуха, которое прямо на глазах превращалось в зависший в воздухе светящийся шар. По поверхности сферы гуляли световые волны, и с каждой последующей волной свечение становилось все ярче и насыщеннее.
– Когда сфера раскрывается, происходит яркая вспышка. В этот момент лучше зажмуриться и отвернуться, а то ослепнешь на какое-то время и все просохатишь.
– А дальше?
– Дальше смотри, что будет. Закрывай глаза. Быстрее! – Аркадий беспрекословно повиновался, отметив про себя, что на «светящийся мяч» уже больно смотреть. Еще через несколько секунд даже через закрытые веки он почувствовал ярчайшую вспышку, от которой его бросило в жар и на теле встали дыбом буквально все до единого волоски.
– Давай! – окрик Хирурга заставил мужчину резко раскрыть глаза. Первое, что он успел заметить, это зависшую на месте исчезнувшей сферы небольшую коробочку, размером с фабричную упаковку современного смартфона. Молниеносным движением Хирург извлек эту посылку прямо из воздуха и также быстро положил на освободившееся место свою, размером чуть поменьше. Послание, словно благодаря какой-то необъяснимой магии, еще пару мгновений висело над землей, а затем коробку со всех сторон обволокла другая, прозрачная шарообразная оболочка. Новая сфера на глазах помутнела и превратилась в переливающийся перламутровый мяч, от которого исходило слабеющее прямо на глазах свечение. Какое-то время по поверхности шара еще бегали светящиеся волны, но очень быстро и они стали растворяться в воздухе. В конце концов не осталось ничего, что бы напоминало о возникшем из ниоткуда необычном явление.
– Вот ты и увидел то самое «окно», – как заправский фокусник, Хирург несколько раз провел рукой по тому месту, где только что происходил «временной феномен». Дружинин непроизвольно последовал его примеру: в этом месте воздух и пространство ничем не отличались от остальных. Хирург подмигнул мужчине и убрал в карман посылку.
– А если ты промахнешься со своей посылкой: не туда положишь или руку вовремя убрать не успеешь?
– Точность и быстроту движений я постоянно тренирую. Однако и со мной всякое бывает, – Хирург продемонстрировал свою ладонь, на которой отсутствовал существенный круглый кусок плоти.
– Больно было?
– Вообще нет. Даже без крови обошлось. Я даже не сразу заметил. Просто кусок моего мяса отправился в будущее. А тело почему-то отреагировало, будто его никогда и не было. Очень даже забавно…
– Эй, вы! Хватит тихушничать, мы уже все деревья посадили, – маскировочный полог откинулся, и взгляды мужчин встретились с зелеными глазами Торпеды, – Хирург, все нормально прошло?
– Да, все тип-топ! И получил, и отправил. Поэт тоже все успел рассмотреть.
– Я уж вижу, у него глаза в четыре раза больше стали, – девушка подала руку Дружинину и помогла подняться с корточек, – Аркадий, ты дышать не забывай, а то придется прямо тут откачивать.
– Не знаю как кому, а мне кажется, что пора отсюда сваливать, – Выкрутас швырнул лопату в тачку и принялся отряхивать руки, – если из каждого следующего «окна» мы будем устраивать подобное представление, я в полном праве могу претендовать на «Оскар».
– Ага, ТЕБЕ его непременно дадут! – Хирург поднялся с колен и начал сворачивать маскировочный полог. – Стерва лично вручит. Вместе с Зигом. Посмертно.
– Что за Стерва? – Аркадий начал помогать Хирургу, надеясь получить ответ на свой вопрос.
– Как-нибудь потом узнаешь. Или не узнаешь, – Торпеда ополоснула в лейке руки и полила остатками воды посаженное дерево, – Проц, ты ничего не забыл?
– Ах, да! Давай ее сюда, – мужчина подошел к Хирургу и забрал у того посылку.
– Все, уходим отсюда! – Торпеда убедилась, что весь инвентарь погружен, и двинулась в сторону леса. Сразу следом за ней Выкрутас и Хирург покатили наполненную тачку, Аркадий шел чуть позади обоих друзей. Шествие замыкал несколько озабоченный Проц, который на ходу вскрыл коробку и вынул оттуда небольшую записку. Потратив некоторое время на изучение текста, он сморщил лоб и достал навигационный прибор.
Продвинувшись вглубь леса, вся команда немного сбавила темп: нервное напряжение и бессонная ночь давали о себе знать. Ноги медленно вышагивали по зеленому травяному ковру, а глаза так и норовили сомкнуть свои, налитые тяжестью, веки. Старая тачка слегка поскрипывала на ухабах, создавая впечатление, что какие-то лесные птицы приветствуют ранних путников и желают им как можно скорее убраться восвояси. Потревоженные неожиданным вторжением насекомые, жужжали у самого уха, выражая свое негодование назойливым писком и раздражающе щекотными прикосновениями миниатюрных крыльев.
– Ну что, Проц, скажешь? В какой заднице у нас будет следующее «окно»? – Выкрутас немного отстал от Хирурга, доверив тому в одиночку катить тачку до укрытого в лесу Фольксвагена.
– По-моему, все эти причиндалы можно смело оставлять здесь, – Проц еще раз сверился с картой и поднес прибор к лицу парня.
– Да ладно! Ты шутишь, да?
– Нет, Выкрутас, я уже несколько раз проверил.
– Что там, Проц? – Торпеда неожиданно резко остановилась, отчего засыпающий на ходу Хирург едва не снес ее тачкой.
– Ну что же, если кто соскучился по морю – приобретайте купальники и плавательные трусы. Кому холодно – тому скоро будет жарко. Даже очень жарко. Кто давно не ел экзотических фруктов – тому предоставится такая возможность. Наша следующая остановка – солнечный и жаркий остров Мадагаскар! И быть мы там должны через пять дней…
Глава 10
Уже засыпая в кресле взлетевшего самолета, мозг Дружинина прокрутил в обратном порядке все события прошедших двух суток. В данный момент лайнер Кенийских авиалиний двигался к конечной точке их длительного путешествия – городу Антананариву, столице Мадагаскара. Этим долгожданным взлетом завершилась изнурительная десятичасовая пересадка в Найроби. Из-за очередной волны беспорядков в Кенийской столице, здание аэропорта было взято в кольцо оцепления и всем транзитным пассажирам было строго-настрого запрещено покидать соответствующий терминал. Воспользовавшись огромным количеством свободного времени, вся команда довольно сытно пообедала в индийско-китайском ресторанчике со звучным названием «Ro-Ro». Еда была вкусной, но настолько пряной и острой, что оставшееся до рейса время все без исключения члены команды жадно уничтожали купленные в местном магазине бутылки с питьевой водой. О чем-то пошептавшись с Торпедой, Проц устроился в кресле зала ожидания и подключил ноутбук к местному интернету. Сама же Торпеда, как-то очень незаметно для всех, скрылась из поля зрения и появилась уже перед регистрацией на рейс. Внимательный взгляд Аркадия заметил на руке девушки два новых браслета, один из которых выделялся торчащими в разные стороны острыми то ли когтями, то ли клыками какого-то тропического хищника. Выкрутас с Хирургом коротали время в детской комнате, где сразу оккупировали ближайший игральный автомат и под восторженные комментарии окружающих устроили друг с другом длительную и кровопролитную перестрелку. Дружинин успел отправить Даше очередное очень нежное послание и теперь бесцельно шатался по зданию, изучая ассортимент местных сувенирных магазинов и разглядывая крайне разношерстную публику, циркулирующую по африканскому аэропорту.