Восьмирье. Книга 8. Живое сердце

Глава 3

То, что никакой армии никто не нашёл, Вика поняла сразу, прежде чем кто-то успел сказать хоть слово: выражения лиц говорили сами за себя.

Майстер Цверг тоже не стал дожидаться, когда остальные доложат о результатах своих поисков.

– А может, и не было никакой армии? – задумчиво протянул он.

– Но нам же сказали, что она была здесь! – парировал Эрик. – И между прочим, не кто-нибудь, а один из наших же соратников.

Вика была рада, что он ответил. Её и саму одолевали сомнения, а когда слышишь, как их произносит вслух кто-то другой, они становятся только сильнее. В такие моменты не всегда получается найти моральные силы, чтобы отстаивать свою позицию. Трудно отстаивать то, во что и сам стремительно перестаёшь верить.

– Может, он наврал? – предположил майстер Цверг.

– Зачем ему было врать? – удивился Эрик.

– Ну мало ли.

– Мало ли – не ответ, – вмешался папа. Он говорил негромко, но эффект всегда оказывался впечатляющим: все затихали, чтобы его услышать. – Можно, конечно, предположить, что нас специально обманули, чтобы мы пришли сюда. Но если так, где засада? Для чего ещё нас было нужно сюда отправлять?

Майстер Цверг недовольно насупился, но ничего не сказал.

– Мы с Лукасом видели выгребную яму, – хладнокровно выждав, когда все замолчат, наконец сообщил Маркус.

– Браво, твоё величество, хорошая находка, – кисло сказал майстер Цверг.

– С мусором, который сожгли совсем недавно, – уточнил темноход. – Откуда взяться свежей помойке в давно заброшенном городе?

– Значит, армия здесь всё-таки была, – кивнула Вика, чувствуя, как от сердца немного отлегло. Но потом раздосадованно вздохнула. – Выходит, мы совсем немного не успели.

Ну вот! Опять она на самую малость, но разминулась с мамой… Ах, если бы они только немножечко поторопились, когда уходили из Делириса! Если бы чуть быстрее шли через чёрный туман!

Впрочем, не факт, что это что-то изменило бы. Время в Тумарье текло по своим законам, и кто знает, сколько на самом деле заняло их путешествие из Делириса в Заркану? Это им казалось, что лишь несколько часов, а тут вполне могло пройти несколько недель. И дату, как назло, спросить не у кого.

– Интересно, куда они пошли? – задумчиво протянул Андерс.

– Наверняка в Делирис, – сказал майстер Цверг. – Нам же сказали, что Морская Стражница именно для этого армию и собирала – чтобы пойти в столицу и освободить дочку. Вероятно, ей просто не успели сообщить до того, как они выступили, что Вика вовсе не в лапах констеблей.

– Это что, нам теперь нужно возвращаться? – воскликнула Вега.

Вопрос не было обращён ни к кому конкретно, но Вика чувствовала себя обязанной ответить. В конце концов, речь идёт о её маме.

– Наверное, – неуверенно сказала она.

Честно признаться, снова нырять в Тумарье, вот так сразу, почти без передышки, не очень хотелось. Да и рисковать временем – тоже, ведь каждый переход мог сожрать недели, а то и месяцы. И если такое случится, мама снова не дождётся Вику и отправится из Делириса куда-то ещё на её поиски. И так они и будут бегать по Осколкам до бесконечности, мама за Викой, а Вика за мамой…

Но и сидеть на месте смысла нет. Сюда, в заброшенный город в сердце каменной пустыни, мама вряд ли вернётся – зачем? Только вот куда идти? Осколков множество – как угадать, куда именно отправится мама, не найдя дочку в столице?

– Никуда мы возвращаться не будем! – категорически отрезал майстер Цверг. – Во-первых, нам сейчас в Делирис лучше не соваться. Особенно с его величеством, – небрежно кивнул он на Маркуса. – Во-вторых, сколько мы ещё будем гоняться за Морской Стражницей? У нас есть дела поважнее!

Вика подумала, что для майстера Цверга, в отличие от неё, это была всего лишь первая попытка застать маму, так что его «сколько ещё» звучало неоправданно. Но она уже привыкла к ворчливому характеру столичного сопротивленца и его склонности драматизировать и потому напомнила себе, что это он не из вредности и не со зла. Что до дел поважнее, вообще-то, они благодаря маме за последние дни стремительно продвинулись, ведь именно она передала им несколько осколков Сердца.

Тем не менее пускаться в погоню, не имея никакого представления о том, куда именно бежать, – идея и впрямь не самая разумная. Но что тогда делать? Не на месте же оставаться!

– Останемся пока тут, – внезапно сказал папа, и Вика вздрогнула. Как? Он предлагает сделать ровно то, что она считает ошибкой? – Город давно заброшен, так что тут нас вряд ли станут искать. По крайней мере, в ближайшее время. А это значит, что Заркана – вполне пригодное место для того, чтобы ещё раз попробовать соединить Сердце Восьмирья. И если у нас всё получится, – повернулся тут папа к Вике и обратился напрямую к ней, – то найти маму станет куда проще.

Девочка кивнула, соглашаясь с приведённым доводом. Решение, конечно, не оптимальное, но идеального варианта в их ситуации так и так нет.

– Если у него не получилось соединить Сердце в Делирисе, в, так сказать, сердце нашего мира, – майстер Цверг небрежно кивнул на Маркуса, продолжая избегать общения с ним напрямую, – с чего вдруг должно получиться здесь?

– Как же удобно иметь под рукой короля, правда? – мрачно процедил Маркус. – Всегда есть в кого швырнуть всех черепах.

Вика невольно улыбнулась и добавила в мысленную копилку ещё одно забавное восьмирьевское выражение. Интересно, почему именно черепахи? Хотя… она точно так же не знала, почему в её мире на виноватого вешали собак: как, скажите на милость, это связано с обвинением во всех бедах?

Впрочем, сейчас было не до размышлений о языковых особенностях их миров, ведь Маркус и майстер Цверг того и гляди поругаются!

– Подождите, при чём тут Маркус? – воскликнула Вика. – У нас ведь ещё не все осколки собраны! И да, я знаю, мы все верили и надеялись, что они притянутся друг к другу, если окажутся рядом, но мы попробовали – и ничего не вышло. Какой смысл пробовать заново? Если продолжать делать всё точно так же, как прежде, ничего не меняя, то странно на выходе ожидать другого результата, вам не кажется? Нет, сначала нужно раздобыть недостающие осколки.

– А может, это просто в Делирисе не сработало? – неуверенно предположил Эрик. – Вдруг там констебли… не знаю… заслонки какие-то поставили. А тут возьмёт и сработает?

– Тогда с тем же успехом мы можем оправиться в путь по всем Осколкам и в каждом пробовать – вдруг именно в Варекае то самое место? Или в Куидаме? Или в Ланубе? – парировал Лукас.

– Но, может, всё-таки попробовать? – продолжил настаивать Эрик. – Это же нам ничего не стоит. Ну вдруг получится?

Вика почувствовала, как в ней просыпается раздражение, но потом посмотрела на Эрика и увидела, сколько у него в глазах нетерпения, сколько ожидания и затаённой тоски. И поняла: ему просто очень сильно хотелось, чтобы случилось чудо и всё наконец-то получилось как надо, быстро и без новых проблем.

Да и не ему одному: Вика тоже была бы только рада, если бы трудности закончились прямо сейчас и они бы соединили уже наконец Сердце Восьмирья. Вот только как-то незаметно за время, проведённое в этом мире, Вика повзрослела. Нет, она не стала выглядеть старше. Но, кажется, начала в чём-то мыслить как взрослые. И потому знала: быстро, легко и без проблем почти никогда не бывает. А значит, чуда сейчас не случится.

Тем не менее она вопросительно взглянула на Маркуса. Тот закатил глаза и вздохнул:

– Ладно, давайте уже мне эти ваши осколки. Вы же всё равно от меня не отстанете, так ведь?

Никто не ответил; майстер Цверг, недовольно кривя губы, достал осколки Сердца и аккуратно положил их в руки Маркусу. Затем Вика добавила свои два – и все затаили дыхание, глядя на груду прозрачных голубых обломков в ладонях темнохода.

Маркус тоже не сводил с них взгляда. Но на этот раз не происходило вообще ничего. Даже того слабого свечения и шевеления, которое случилось в Делирисе.

– Да он неправильно это делает! – воскликнул майстер Цверг, потеряв терпение.

– Если вы знаете, как нужно правильно, будьте так любезны, просветите, – процедил Маркус. – А ещё лучше – делайте-ка сами!

С этими словами темноход всучил майстеру Цвергу горсть осколков и отошёл в сторону.

– Ну что, надеюсь, на этот раз уже всем окончательно понятно, что нам нужно собрать недостающие осколки? – спросила Вика.

В ответ она получила неохотное бормотание, пожатие плечами, кивки и громкое согласие. Решив удовольствоваться столь разнокалиберными ответами, девочка обратилась к майстеру Цвергу:

– Итак, у нас есть осколки, которые хранились у правительства и у раскольников, а ещё мой и осколок майстера Станса. Остаются только осколки рыцарей Тумарья, верно?

– Насколько мы знаем – да, – ответил майстер Цверг. – Но нельзя быть абсолютно уверенными, что это полная информация. Кто знает, может, какие-то осколки попали в руки к обычным людям, и найти их…

– Предлагаю беспокоиться об этом после того, как разберёмся с рыцарями и поймём, что собрали не все, – перебил папа. – Зачем сейчас тревожиться о том, что может вообще не произойти?

– Дело за малым – забрать осколки из форпоста, – подытожила Вика и обвела собравшихся пытливым взглядом. – У кого-нибудь есть идеи, как именно это можно сделать?

Глава 4

Вика рассказала всё, что увидела и запомнила за время своего пребывания у рыцарей Тумарья. Но чем дольше она говорила, тем больше и сама приходила к выводу, что забрать осколки будет практически невозможно. Они не смогут подойти к форпосту незаметно. Они не сумеют одолеть его обитателей силой. Договориться тоже не получится, ведь рыцари уверены, что жители Восьмирья мечтают от них избавиться, и, увидев группу посторонних под стенами крепости, без раздумий откроют огонь – никто и слова не успеет сказать.

Майстер Цверг поцокал языком и покачал головой.

– Н-да, задачка-то непростая, – протянул он. – Я бы даже сказал, прямо-таки очень сложная.

«И как он с таким-то пессимистичным настроем – и в Сопротивлении состоит? – подумала Вика. – Он сразу должен был решить, что любое тайное движение бессмысленно, безнадёжно и обречено на провал, и не стал бы связываться».

– Вряд ли сложнее кражи осколков из здания правительства, прямо под носом у констеблей, – заметил Лукас.

– С этим нам просто повезло, – парировал майстер Цверг.

Тут уж возмутилась Вика.

– Что значит «повезло»? – воскликнула она. – Повезло выиграть конкурс звездунов? Ну да, действительно, мы же не приложили к этому никаких усилий, оно само нам счастливо в руки свалилось. Или, может, нам повезло чисто случайно наткнуться во дворце на валяющиеся там у всех на виду осколки Сердца? Ну да, вы же не искали чертежи дворцового комплекса и не изучали их днями и ночами, чтобы запомнить каждую деталь. Если нам с чем и повезло, так это с беспорядками, которые начались в городе, – в таком хаосе и правда было проще сбежать. Но списывать все наши старания на удачу? Извините!

– Ты можешь удивиться, но попасть во дворец правительства попроще будет, чем в форпост Тумарья. Рыцари не проводят соревнований, победители которых получают доступ в их крепости. У нас нет чертежей форпостов, поэтому даже если каким-то чудом мы там и окажемся, то, не зная внутреннего расположения, найти что-то будет крайне непросто. К тому же форпостов несколько, и мы не знаем точно, в каком из них рыцари Тумарья хранят осколки…

– Скорее всего, они всё ещё в том форпосте, где была я, – перебила Вика. – Когда рыцари собирались проверять меня на Иизбранность, они отправили посланников в другие крепости за остальными осколками. Рыцари, видите ли, тоже рассчитывали, что, если собрать достаточно осколков Сердца, те могут друг к другу притянуться, и надеялись на помощь моего кулона в этом деле.

– Даже если вдруг осколки всё ещё там и рыцари не вернули их обратно, в прежние места хранения, – в каком именно форпосте ты была? Ты знаешь, где он находится и как нам туда пройти? – спросил майстер Цверг.

Вика промолчала, ответить ей было нечего. Увидь она перед собой крепость рыцарей Тумарья, то, разумеется, сразу бы смогла сказать, тот ли это форпост. Но вот насчёт их точной локации…

– Вот то-то же, – весомо кивнул майстер Цверг.

– Я помню примерное расположение, – вдруг сказал папа. – Мы же столкнулись с Викой в Тумарье, когда шли с Куузы в Виндук. А она как раз сбежала из форпоста. Значит, тот должен находиться где-то неподалёку от места нашей встречи.

– Хорошо, – с показушным терпением согласился майстер Цверг. – И как же вы найдёте это место встречи? Может, там где-то указатель стоял? – И прежде, чем папа ответил, продолжил: – Кроме того, на случай, если вы не знаете, я вам сообщу: Тумарье постоянно меняется и обожает запутывать путников. Так что всерьёз рассуждать о каком-то постоянном местоположении внутри чёрного тумана просто бессмысленно. Не верите мне, вон у его величества спросите, он же все эти годы своего королевского изгнания подрабатывал темноходом.

– Наш ворчливый сопротивленец прав, – неохотно кивнул Маркус, отплачивая майстеру Цвергу той же монетой за постоянное небрежное обращение к себе, – Тумарье действительно любит всячески сбивать с пути.

Вика вспомнила, как не могла выбраться из совсем небольшого личного Тумарья, которое сама себе создала, – а там было-то от силы три шага в каждую сторону! – и тяжело вздохнула. Темноход, разумеется, прав.

– Во-от! – с важным видом поднял палец майстер Цверг.

– И всё же какие-то вещи даже в Тумарье постоянны. Например, форпосты рыцарей, – продолжил Маркус. – Они с места на место не передвигаются; где их прорубили, там и стоят. Так что если точно знать расположение…

– Ключевое слово тут – «если», – перебил майстер Цверг. – Кто-то знает точное расположение форпостов?

Ответом ему была тишина.

Вике так и хотелось спросить: «И что же делать?», но она не решалась. Боялась, что ей очень не понравится ответ.

– Значит, так, – нарушил молчание майстер Цверг. – Я предлагаю переместиться в более подходящую локацию, например в штаб-квартиру на Виндуке, и созвать совет Сопротивления. Вместе подумаем, что можно сделать. Как вам такой план?

Вега, Дайс и Андерс вразнобой поддержали его предложение. Эрик промолчал. Зато Вике услышанное категорически не понравилось.

– Интересно, а карты майстера Куртиса показывают расположение форпостов? – задумчиво протянула она и вопросительно взглянула на Маркуса.

– Не знаю. – Темноход пожал плечами. – Никогда не искал на картах форпосты, только людей на Осколках. Может, они там и есть, но что толку? Карты-то у нас с собой всё равно нет.

Вика вздохнула. Она и сама это знала. Просто цеплялась за соломинку. Именно этим и объяснялось её следующее, заведомо беспомощное предположение:

– А если просто… не знаю… зайти в Тумарье и там хорошенько поискать?

От взгляда, которым наградил Вику Маркус, девочка поёжилась. Но темноход этим не удовольствовался и счёл нужным проговорить очевидные истины:

– Искать можно где угодно, даже в Лабиринте, ведь его ходы, какими бы запутанными ни были, не меняются. Но с Тумарьем совсем другой случай. Если у тебя нет чёткого понимания, где цель, и точного направления к ней, как, например, есть у меня, когда я разношу письма, оно будет водить тебя по кругу до бесконечности. А знаешь, что случается с теми, кто проводит там слишком много времени? Или, может, ты вообразила, что стала неприкосновенной для Тумарья и оно тебе теперь нипочём?

– Да поняла я, поняла, – раздражённо ответила Вика. Впрочем, злилась она не на Маркуса, а на ситуацию, которая казалась тупиковой.

– Но это ведь не всегда так, разве нет? – вдруг раздался тихий голос Лукаса.

Все повернулись к нему.

– Что не всегда так? – не поняла Вика.

– То, что нужно знать точное направление к цели, чтобы прийти к ней через Тумарье.

Маркус выразительно поднял брови, будто говоря: «Ну-ка, послушаем мнение опытного темнохода», и Лукас покраснел. Но всё равно продолжил, правда, ещё более слабым голосом:

– Когда ко мне прилетела Ванилька, я понятия не имел, где именно Вика находится. Но я же к ней пришёл! И тоже через Тумарье…

Тут голос Лукаса окончательно затих, а в воздухе запахло тающими сосульками и подгоревшей кашей. Вика принюхалась к новому, очень странному аромату – и через несколько мгновений поняла: это неуверенность. Ну конечно! Лукас пока ещё не привык к мысли, что он темноход, да и через Тумарье он переходил один-единственный раз – всего ничего. Разумеется, он не считает, будто вправе что-то комментировать и с чем-то не соглашаться.

Словно услышав мысли Вики, Маркус сказал:

– И этот единственный переход делает тебя знатоком, который может раздавать советы?

Лукас окончательно сник. Но Вика не собиралась этого так оставлять.

– Да погоди ты, Маркус! – оборвала она темнохода и повернулась к приятелю. – Что ты хотел сказать?

– Когда ко мне прилетела твоя мечта, у меня не было ни малейшего представления о том, где ты можешь находиться. Я даже не знал, на каком ты Осколке! Просто понял, что ты в беде, и очень-очень-очень сильно захотел оказаться рядом. И вот я пошёл. И вообще не думал о каком-то там направлении. Всё, о чём я думал, – о тебе.

– То есть ты предлагаешь очень-очень сильно захотеть оказаться в форпосте, и, по-твоему, этого окажется достаточно? Можно просто идти наугад? – не дослушал объяснений Маркус.

– Нет, – ответил Лукас, явно ободрённый Викиной поддержкой, и запах сосулек и подгоревшей каши стал слабее. – Я не шёл наугад. Войдя в Тумарье, я думал о том, что хочу помочь Вике. А уже там, внутри, мне указала путь ночная радуга. И я шёл по ней.

– Ночная радуга, – скептически повторил Маркус. – Ну, знаешь, я не первый год темноход, но такую ерунду никогда ещё не слышал!

– Это не ерунда, – заметил тут Викин папа. – Когда мы сбежали из тюрьмы Куузы, Генриетта тоже повела нас через Тумарье с помощью ночной радуги.

– И откуда это, интересно мне знать, у них появились такие способности? – Маркус не торопился верить услышанному. – Ни у одного темнохода нет, а у них есть!

– Может, потому, что Генриетта Карловна – маячница? – предположила Вика.

– Допустим. А что с Лукасом? Он-то не маячник!

– На самом деле можно сказать, что маячник. Он остался замещать тётю Генриетту, когда её арестовали, и у него получилось, – с гордостью за приятеля сказала Вика.

Маркуса, судя по выражению его лица, слова девочки всё равно не убедили.

– Ну не верите мне – так давайте я просто зайду в Тумарье и попробую, – предложил Лукас.

– Что именно попробуешь? – насмешливо спросил темноход. – В одиночку отправиться искать форпост?

– Да хотя бы! – с вызовом ответил Лукас.

Ещё недавно он терялся от нападок Маркуса. Но сейчас наоборот – они Лукаса словно подзадоривали.

– Никуда он в одиночку не пойдёт, – немедленно вмешалась Вика. – Я с ним.

– Никуда ты с ним не пойдёшь! – воскликнул майстер Цверг. – Надо же, придумала – без дела по Тумарью шастать!

– Я не без дела, я – за недостающими осколками.

– Никто вас двоих без присмотра не отпустит – ни в Тумарье, ни тем более к рыцарям.

– К рыцарям мы и не собираемся, – заверил Лукас. – Только проверим, смогу ли я найти дорогу к их форпосту, – и обратно. А потом уже все вместе отправимся. Ну или придумаем, что ещё можно сделать.

– А если вы потеряетесь в Тумарье?

– С Викой пойду я, – вмешался тут папа.

– А вы, простите, кто? Опытный темноход, который сможет в случае чего их вытащить? – ворчливо осведомился майстер Цверг.

– Ладно, и я пойду, – тяжело вздохнул Маркус. – И, если что, выведу их обратно. Заодно посмотрю на эту твою ночную радугу в действии, – скептически добавил он, обращаясь к Лукасу.

Вика во все глаза уставилась на темнохода. Ничего себе! Он что, действительно сам предложил сделать что-то для других и его не пришлось упрашивать? И даже не потребовал оплаты?

Интересно, с чего такие перемены? Повлиял плен во дворце? Или то, что теперь все узнали, кто он на самом деле? Или Маркус наконец-то начал меняться в лучшую сторону? А может, он и не менялся вовсе? Может, он всегда был такой, просто скрывал своё настоящее лицо? И только сейчас наконец перестал делать вид, что важная цель, ради которой они все сплотились, ему безразлична?

Как бы то ни было, Вика обрадовалась. Не то чтобы она не доверяла Лукасу – вовсе нет! Она не сомневалась, что он действительно стал темноходом и теперь может пересекать Тумарье. Но навыки и умения – это одно, а опыт – совсем другое. И последнего, как ни крути, у Маркуса намного больше.

Глава 5

Ночную радугу Вика так и не увидела, хотя очень старалась. Не увидели её и папа с Маркусом. Однако Лукас совершенно уверенно сказал, едва только они вчетвером вошли в Тумарье:

– Вот она!

И с той поры он решительно шёл через чёрный туман, и остальным не оставалось ничего другого, как следовать за ним.

Папа шагал рядом с Викой и крепко держал её за руку. Девочке было очень приятно это проявление заботы и беспокойства. Тумарье папу, похоже, не особо тревожило. Или же он просто не подавал вида.

А вот Маркусу, похоже, было крайне непривычно в роли ведомого. Вике казалось, что Тумарье донимает его сильнее, чем прежде, когда это он отвечал за поиск пути через чёрный туман. Темноход изредка ёжился, время от времени едва заметно вздрагивал и вообще выглядел намного менее невозмутимым и безразличным, чем обычно.

А может, Маркуса просто огорчало то, что у всех вокруг, кроме него, были мечты: и у Вики, и у папы, и у Лукаса, и все они будто охраняли своих хозяев, держась рядом. Девочке чудилось, что Маркус время от времени смотрел на устроившуюся воротничком на плечах вокруг её шеи Ванильку, и взгляд у него был будто бы укоризненный, отчего Вика чувствовала укол вины. Хотя, вероятно, это лишь игра воображения: много ли можно разглядеть в клубящейся полутьме? К тому же с чего бы Вике чувствовать себя виноватой? Она же не забирала мечту Маркуса! Более того, девочка даже пыталась вызвать ему одну – так же, как сделала это в своё время для Никса. Не её вина, что ничего не вышло.

Как обычно, в мрачном смердящем Тумарье терялось ощущение времени, и только когда у Вики заболели ноги и пересохло горло, она поняла, что, должно быть, они идут уже несколько часов. Впрочем, с тем же успехом это мог быть и всего лишь час: когда находишься в такой концентрации дурно пахнущих плохих эмоций, очень быстро изматываешься и кажется, будто бродишь в чёрном тумане уже вечность…

– И какой у нас план? – нарушил через некоторое время тишину Маркус.

– Найти форпост, конечно, – простодушно ответил Лукас.

– Я имею в виду, какой у нас план, если ты его не найдёшь. Как долго мы будем здесь ходить, прежде чем решим, что пора возвращаться?

Вика взглянула на папу. Интересно, что он думает по этому поводу? Сама она считала, что сдаваться, пожалуй, рановато: они ведь уже так долго шли – вдруг форпост совсем рядом? С другой стороны, как долго ещё они будут плутать, ожидая, что вот-вот, с минуты на минуту достигнут цели, прежде чем поймут, что поиски бессмысленны?

– Чем дольше мы тут плутаем, тем выше шанс, что, когда вернёмся обратно, там уже пройдёт не один месяц, – мрачно заметил Маркус.

Вика вздрогнула. Сейчас, когда Тумарье больше не давило на неё так сильно, как поначалу, она понимала, что именно это – одно из самых пугающих его свойств: забирать, сжирать время. Кажется, не так уж и долго ты пробыл в плену горестей, печалей и обид, из которых состоял чёрный туман, но, выбравшись из него, обнаруживаешь, что прошли недели, а то и месяцы.