Старики, которые хорошо пахнут

ГЛАВА 3

Восемь утра. Крис уже совершил утренний завтрак и выгулял собаку. Кстати, я так и не знаю: щенок – это мальчик или девочка. Видите ли, парень так и не удосужился дать псу имя. Чтобы избежать повторения вчерашней катастрофы – дверь в спальню была плотно закрыта. И ни сквозняк, ни тем более собачий нос туда проникнуть не могли.

Привычный автобус на несколько минут опоздал на остановку, но это не составило проблемы. Всё равно люди по утрам напихиваются как сардинки в банку… Какая погода? Обычная для этого времени года. Ранняя весна, как и всегда, обнажила израненную зимними холодами землю. А вместе с ней – и кучу мусора, накиданную заботливыми горожанами в прежде высокие сугробы.

Эта часть повествования всегда одинаковая, мне кажется, повторяться ещё раз было бы лишним. Самое занимательное началось как раз на работе – после прохода через пункт охраны. Кто, как вы думаете, поджидал нашего очаровательного принца возле его стола? Правильно, вы угадали!

Девушка была одета не менее вызывающе, чем вчера. Мини-юбка, ярко-красная фланелевая блузка и целая куча бижутерии. И кольца, и массивные браслеты, и длинные тяжёлые серьги. Она была похожа на китайских болванчиков, которые звенят при прикосновении. Незнакомку, видимо, никоим образом её внешний вид не смущал, скорее – даже забавлял. Она рывком прямо перед Крисом встала и откинула назад непослушную прядь чёрных, искусственных волос:

– Доброе утро, Крис… как вас там по батюшке?..

Сказать, что молодой человек смутился, это ничего не сказать. В голове били барабаны – и одну-единственную фразу: «Она вернулась!»

– Можно просто по имени, без отчества, – он поставил свой портфель под стул – и в этот момент придал лицу должное выражение – спокойствия и уверенности.

– Хорошо. Тогда можно я буду звать тебя просто Крис?

Его передёрнуло.

– Называй, как хочешь, – всё очарование незнакомки улетучилось. И Крис смог вернуть обычно присущую ему уверенность.

– Отлично! – девушка от удовольствия широко улыбнулась и облокотилась на стол, её браслеты тихо звякнули. – Ты тоже можешь звать меня просто Клара.

Новая знакомая ещё чуть-чуть помялась у его рабочего места, но ровно в восемь тридцать, как-то нервно подпрыгивая, ушла в глубь офиса. Складывалось впечатление, что она специально резко дергается, создавая вокруг себя как можно больше шума.

«Может, призраков так отпугивает?..»

Крис проводил её взглядом и приступил к накопившейся за ночь стопке бумаг.

А пока он будет писать, считать, сверять, ваша звёздная рассказчица поведает об одной занимательной вещи. Видите ли, я умолчала об одной незначительной утренней детали. Всё было не совсем так, как это обычно происходило в квартире 307. Итак, барабанная дробь… Вы будете шокированы, но Крис проснулся в отличном расположении духа. Спросите, как ему это удалось? Могу вас заверить, что Семён Львович с его глупыми предложениями тут совершенно ни при чём. Все дело в маленькой функции, которая есть на каждом телефоне. И многие из вас ею часто пользуются. Но для парня такой опыт был первым и весьма успешным. Я намекаю на будильник. Конечно, это не сравнится с набатом в груди каждого из нас, но тоже неплохо. По крайней мере, его можно выключить. Ну да, знаю, вы сейчас скажете: «Сердце тоже можно выключить». Можно. Но только один раз. И именно таким тривиальным способом была раскрыта ещё одна почти уникальная особенность Криса – любовь к будильникам. Не удивлюсь, если он сейчас всё бросит и пойдет работать часовщиком.

Во время обеденного перерыва Крис – вопреки своему обычному поведению – не пошёл отсиживаться в ближайшем кафе, а направился к далекому, огражденному прозрачной пластиковой стеной, бухгалтерскому отделу. Как казалось Крису, девушка должна была работать именно там, ведь у неё так легко получилось вчера разобраться с его делами. Миновав разделительную полосу и шагнув на мягкий ковролин, молодой человек занял выжидательную позицию, надеясь что кто-нибудь обратит на него внимание, но его надежды рухнули через пятнадцать минут, которые Крис провёл в позе тушканчика. Несмотря на обеденное время, почти все головы были склонены над клавиатурой, сотрудникам отдела некогда было рассматривать незваного гостя. Парень сделал шаг, потом ещё один. Под подошвой неприятно прогибался ворс ковра. Создавалось впечатление неустойчивости. Пройдя отдел почти насквозь, Крис всё же нашёл ту самую девушку, интересующую его. Она в отличие от остальных не склоняла голову так, будто монитор – идол, могущий забрать её душу. Она вообще практически не смотрела на клавиатуру и быстро печатала.

– Кхм, кхм, – Крис попытался привлечь внимание девушки.

– Ах, это ты, – она подняла на него светло-зелёные глаза. – Присядь, я уже почти закончила.

Гость послушно сел рядом на свободный стул. И стал молча наблюдать за её тонкими ловкими пальцами, стучащими по клавиатуре и выбивающими буквы на пикселях экрана. Вдруг цвет шрифта и фона сменились. Если до этого девушка печатала совершенно обычными чёрными знаками по белому листу, то теперь это были чёрный фон и жёлтые буквы.

– Заметил? Не удивляйся. Это помогает моим глазам не уставать и отвлекает мой мозг, иначе я бы уже давно уснула…

Через минуту всё вернулось в норму – к традиционным для документов цветам. И Крис обратился в слух. Звук отбиваемых клавиш казался неравномерным. Например, цокот клавиши Enter звучал глуше и глубже, а пробел наоборот – выше и звонче всех остальных. К тому же пальцы левой руки на миллисекунду не поспевали за правыми, и когда большинство букв в словах приходилось на левую сторону клавиатуры, то они печатались с едва заметной задержкой. Он закрыл глаза, стараясь получше услышать музыку печати, но звук прекратился. Вместо этого послышался волнующий, вызывающе откровенный голос девушки:

– Ты не против китайской кухни?

– Нет… – все так же с закрытыми глазами ответил Крис. – Ты же имеешь в виду роллы, правда? Тараканов я не ем…

Он открыл глаза. Перед ним уже стояла большая миска, наполовину наполненная сухим рисом, и две тарелки.

– Может, сходим в кафе? – предложил Крис. Девушка рассмеялась.

– Ты шутишь? Я же худею. Но не переживай так сильно, для тебя у меня тоже кое-что есть. – Клара потянулась за тканевой сумкой, спрятанной под столом, и извлекла на свет консервы со шпротами. – Приятного аппетита!

– Да уж… Спасибо…

Рыба и рис хорошо сочетались, и всё же парень остался голоден.

«Кофейный автомат мне в помощь…»

После перекуса Крис попытался задать девушке несколько вопросов, но та наотрез отказалась отвечать. Единственное, что ему удалось выудить, это согласие встретиться после работы.

Весь оставшийся день Крису не удавалось сконцентрироваться. Может, это сказывалось волнение, а может – пустой желудок давал о себе знать. Но как только прозвучал победный бой часов, портфель был собран, все письменные принадлежности уложены. А ожидание всё не прекращалось. Толпа уходящих людей становилась всё реже и реже, а девушка не появлялась.

«Может, пойти ей навстречу?..»

Вполне разумно. Крис встал и широкими шагами покрыл уже половину пути, когда увидел её. Она не шла, она плыла к нему навстречу. Ни одного резкого ненужного движения. Ни одно украшение не звенело, только стук её маленьких каблуков разносился эхом по пустому пространству.

– Не смог меня дождаться? – Клара хитро подмигнула и призывно махнула рукой.

Крис подошёл ближе. Клара тоже. Между ними осталось не больше полуметра, он чувствовал тепло её дыхания, видел блеск глаз, красноватость чувственных пухлых губ.

– Я ждал столько, сколько смог… – шёпотом пронёсся его ответ.

– Я тоже тебя ждала… кажется, целую вечность… – девушка обвила рукой шею парня и, потянувшись, прижалась пурпурной резиной губ к его бледной щеке.

– Нам пора. Скоро закроют двери – и тогда придётся ночевать тут. Но если ты будешь не против, я готова остаться!

– У меня дома собака, я её не предупредил, что не вернусь сегодня ночью.

Крис сделал шаг назад, отдаляясь от нежных прикосновений. И повёл Клару за собой к выходу. Спускаясь по ступенькам, прощаясь с охранником, идя по асфальту – молодой человек всё время чувствовал неустойчивость, неуверенность, как будто кто-то невидимой рукой выстелил перед ним узкую ковровую дорожку, с которой никак не получалось сойти. Воздух казался плотным, напоённым ароматом цветочных духов. В руках, в животе чувствовалась небывалая легкость. Возле паркового фонтана пришлось сделать остановку – и Клара взяла Криса за руку. И весь мир, такой безумный, нереальный, взорвался мягкими облаками пуха. У двух людей по телу разлились нега, возбуждение. Они стояли и целовались – как подростки – под брызгами большого фонтана. Никто не существовал. Было лишь НИЧТО, единое с ними и бесконечное.

***

– Мне пора уходить, – шептала Клара.

– Нет, прошу, останься ещё хоть на десять минут…

– Не могу. Меня ждут.

– Кто?

– Звёзды. Каждый вечер я выхожу на балкон своей квартиры и смотрю на небо. А они горят. Только для меня.

Крис отодвинулся, и холодный уличный сумрак пробрался между ними. Погасли краски.

– Понимаешь, – продолжала она, – это соглашение мы с ними заключили уже давно. Я была совсем маленькая. Ну… знаешь… – девушка начала сбиваться, занервничала, – у каждого есть свой бог. Так вот для меня спасители – это звезды. Я верю, что они меня слышат. Что переживают за такую неумеху… И мне правда нужно идти…

– Иди.

Крис отступил – точно так же, как несколько часов назад, но всё же иначе. И воздух не содрогнулся, земля не раскололась на части, не вырвался Вельзевул и не утащил его в горящий котел – за то, что он добровольно отпустил её. Нет. Всё было спокойно.

«Значит ли это, что так и должно быть? Она уйдёт, а я останусь…»

Клара всхлипнула, но тут же утёрла нос рукавом пальто. Не прощаясь, дергаясь, словно на шарнирах, она удалялась по вечернему скверу, по тёмным камням.

Крис долго смотрел на тротуар. Он видел каждый её след – следы горели. Точно так же, как горели её звезды. Вдох. Крис очнулся. Всё в порядке…

ГЛАВА 4

Крис долго стоял в магазине перед мясным прилавком. Ему уже давно хотелось супа с настоящим бульоном, с овощами. Но в своих кулинарных талантах он был не уверен. Медлить он опасался – иначе мог вообще ничего не купить. Показав продавцу на первый попавшийся кусок свинины, Крис достал деньги, расплатился и засунул кулёк в портфель. Когда он уже вытаскивал ключи на лестничной клетке, в его голове созрел гениальный план.

«Тётушка Фиа! – ликовал он. – Вот кто приготовит мне царский ужин!»

Болонка кинулась под ноги, радостно вереща. Быстро переодевшись и покормив собаку, Крис полез в портфель за мясом. Мягкая, податливая структура удобно легла в его руку – словно женская грудь. Доставая свиное филе, Крис его сжал – руке стало мокро.

«Только не это…»

По пальцам потекла кровь.

– Чёрт!..

Крис вытряхнул всё содержимое портфеля на пол – сквозь дырку порванного пакета выглядывала обезображенная ярко-алая мышца. Накладные, которые непосредственно соседствовали с продуктом, пострадали. Уголки завернулись и порозовели. Крис быстро рванул в сторону кухни – смывать кровь губкой. Зато пёс был в восторге. Только подумайте, две его любимые вещи объединились – бардак и мясо. Один из самых радостных моментов в его щенячьей жизни!

– Ну все, – пытался утихомирить болонку Крис. – Слезай с бумаг, хватит на них свою шерсть оставлять!

Собрав документы в аккуратную пачку, он закрыл спальню, погрозил собаке пальцем и вышел за дверь. Звонок у соседки не работал, пришлось стучаться. Фиа не торопилась открывать:

– Кто стучит?

– Ваш сосед.

– Кто-кто?

– Сосед ваш, Крис.

– Ничего не слышу. Если вы пришли рассказывать мне про Иегову или хотите предложить мне помощь, а потом спихнуть в дом престарелых, то так и знайте, я – крепкий орешек, просто так не проймёшь!

Крис закатил глаза:

«Глухая старуха…»

– Тетушка Фиа, – снова начал он, – впустите меня. Я ваш сосед, принёс продукты на ужин. Да загляните вы уже в глазок, чёрт вас возьми!

Пенсионерка повернула ключ и приоткрыла дверь.

– Чего ты так кричишь? Я же не глухая. Входи, раз пришёл. А глазок не работает: его врезали не той стороной. Я ничего не вижу, в то время как в коридоре спокойно можно заглянуть внутрь моей квартиры…

У Криса дернулась бровь, но больше он ничем своё раздражение не выдал.

– Что ты там принес, показывай, – старушка тыкала костлявым пальцем в кулёк.

– Да вот, захотелось супа на настоящем мясном бульоне, надоела эта химия, кубики, хочется настоящего…

Фиа внимательно посмотрела на парня:

– А от меня чего надо? Пришёл похвастаться?

– Ни в коем случае! Я думал попросить вас приготовить нам на ужин суп…

Старушка прямо расцвела, подхватила пакет и почти бегом бросилась на кухню.

– Эй, где ты там? – верещала она. – Не хочешь помочь?

– Конечно, – отвечал довольный Крис, – только руки помою…

Он без проблем нашёл ванную комнату – планировка квартир в доме была однотипной. В ванной пахло розовым мылом и самым дешёвым освежителем воздуха, на этикетке которого всегда непременно красовалась милая надпись «С ароматом лесного ландыша», хотя на запах цветов это походило с трудом. Вытирать руки было не обо что. Нигде не виднелось ни полотенца, ни салфеток. Пришлось намочить джинсы на заднице – хорошо, на ткани не видны разводы от воды, иначе на упругой попе появился бы смачный отпечаток ладони – и вновь пришлось бы объясняться с подозрительной старушкой…

Кухня, провонявшая лекарствами и пылью с ковров, выглядела довольно чистой. Ни на столе, ни на полу не виднелось ни крошек, ни грязи. Все тарелки стояли вымытые в сушильном шкафу, ложки лежали рядом. Тетушка уже складывала мелко порезанное мясо в кастрюлю:

– Я приготовила для тебя морковь, потри её на мелкой терке, – приказывала королева поварёшек.

– А где тёрка?

– У тебя перед носом, – не оборачиваясь, старушка указала ложкой в направлении стола – и о чудо: там действительно стояло орудие кухонного боя!

«Как это у неё получилось? Я ведь смотрел до этого на стол, там ведь было пусто…»

– Давай, начинай! – довольным голосом поторапливала Фиа.

Крису ничего не оставалось, кроме как вступить в кровопролитное сражение с неподдающейся морковью. Несколько пальцев оказались пораненными и саднили, но молодой человек вида не подавал. Он стойко выдержал испытание.

– Всё! – облегчённо заявил Крис, когда закончил. Пенсионерка озабоченно разглядывала его труды.

– Ты что наделал-то, ирод? Ты зачем всю морковь-то потер. Нужно было только половину. Что же мне теперь с оставшейся делать, а?

– Но постойте! – начал свою защиту ничуть не смущенный Крис – он уже давно привык к тетушкиным нападкам. – Про количество моркови разговора не было! К тому же, я старался и помогал из всех сил!

– Крови своей, небось, понапускал…

Крис покраснел, но промолчал. Через час они вдвоём уже ели ароматный суп из фарфоровых тарелок пенсионерки. Вкусно оказалось так, что аж за ушами хрустело…

– Хорошо, – произнёс Крис, когда насытившийся откинулся на спинку стула, – вкусно.

– Потому что вместе готовили.

Фиа встала, собрала посуду и пошла к раковине мыть.

Крис улыбнулся:

– Тогда, пожалуй, я пойду, не буду мешать…

– Да, иди. Мне понравился сегодняшний ужин, если захочешь ещё чего-нибудь вкусного – всегда можешь обратиться ко мне.

– Хорошо, я учту! – он встал, но не уходил. – Ах да, чуть не забыл поблагодарить за недавнее…

Старушка удивленно подняла брови.

– Книги, – уточнил Крис. – Спасибо, что дали мне несколько на днях!

– Ты про томик Беляева? Не стоит так переживать, он всё равно мне не нравится…

– Нет, я не про это. Я про ту небольшую стопку, которую вы оставили у меня под дверью, когда моя собака…

Он замолчал – непонимание и осуждение так и сквозили во взгляде старушки.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь. Подумай сам, ты бы отдал добровольно несколько дней своей жизни на благотворительность? Вот и я бы не стала. Ведь ты сам говоришь, что таскаешься сюда и помогаешь мне только из-за этих старых пыльных книжек, почему же я должна оказывать такую великую услугу голодной смерти?..

– Тогда я ничего не понимаю… – Крис опустил голову, но тут же поднял, стараясь не потерять снизошедшее на него озарение. – Не составит ли вам труда припомнить, кто из жильцов заехал в этот дом в 1977 году?

– Ты думаешь, я слежу за всеми жильцами… Хочешь сказать, я сплетница?..

«Что?.. Как она пришла к такому выводу?..»

– В оплату твоей дерзости, – продолжала разгневанная старушка, – завтра купишь мне продукты за свой счет! До свидания!

Пенсионерка выставила парня за дверь.

«Как будто обычно еду для неё я покупаю не за свои деньги… В конце концов я ещё и виноватым остался…»

– Все чудесатее и чудесатее… – ссылался на поведение старушки Крис, стоя в прихожей. – Если это не Фиа оставила подарок на коврике под дверью, тогда кто это был? Доброжелатель, захотевший остаться неизвестным? Да и с чего я взял в голову, что за отсчётную точку в поисках нужно принять 1977 год?..

Крис снял с крючка поводок, надел на пса.

– Пойдём пройдёмся, бандит. Ночной воздух остужает голову. Кто знает, может, именно на улице во время нашего с тобой гуляния меня посетит гениальная мысля?..

Крис потянул за собой собаку – она, как белое облако, выпорхнула за порог и шумно начала спускаться с лестницы, кряхтя и фыркая.

«Все-таки хорошо, что я приютил его… Его? Может, это она?..»

– Эй, постой! Постой, бандит! Ты мальчик или девочка? – болонка непонимающе уставилась на Криса, всем своим видом выказывая безразличие к такого рода мелочам. – Ну ладно. Потом как-нибудь разберёмся…

Пара гуляющих возобновила движение.

На часах было около одиннадцати, на улице холодно, но безветренно. Последнему обстоятельству способствовала грамотная планировка дома, чем-то напоминающего закрытый со всех сторон ровный квадрат. Из двора выходить не хотелось: за пределами наверняка холодней. Крис уже было сел на лавочку возле подъезда, но вовремя заметил табличку «Окрашено». Ничего не оставалось, кроме как назначить точкой приземления качели, стоящие посреди детской площадки. Крис опустился на узкую сидушку – цепи угрожающе заскрипели, но выдержали.

«Не такой уж я и толстый, а если брать во внимание проблемы с ожирением у современных детей, то я вообще вхожу в категорию легковесов…»

Болонка, спущенная с поводка, бегала вокруг парня. Матерые дворовые коты недружелюбно наблюдали за ней, злобно подергивая хвостами, но более ничем не выдавали своего присутствия. Крис прислонил голову к холодному металлу и прикрыл глаза, предоставив собаке участвовать в борьбе за территорию, желательно пассивно, а там уже как пойдёт…

«Я уже представляю, как это будет выглядеть. Мой пёс, коронованный неровно обрезанной железной банкой из под кошачьей еды…»

– Ваше величество, мы нашли ваш любимый деликатес, – толстые, одетые в сюртуки кошки тащат на серебряном подносе тонко нарезанные кусочки докторской колбасы. – Ваш самый преданный рыцарь совершил набег на мясной прилавок соседнего королевства. К сожалению, без потерь не обошлось. Один из оруженосцев сильно ранен, сэр. Если вы разрешите, то мы окажем пострадавшему необходимую медицинскую помощь…

Болонка в разрешающем жесте машет белоснежной лапой и взглядом приглашает котов, несущих колбасу, подойти ближе. Те – в свою очередь безукоризненно, в глубоком поклоне – подносят царский ужин сначала дегустатору, затем – самому королю. Когда пёс вкушает яства, по всему тронному залу разносятся облегченные вздохи и шёпот:

– Ему нравится! Он доволен!

И правильно, если Его Величество находится в плохом расположении духа, то головы летят направо и налево без разбора…