Сейчас я достойна? Вернуть истинную

Глава 4

- Ты, наверное, что-то перепутал, - сухо заметила, вставая напротив него и глядя снизу вверх, - У меня никогда не было и не будет хозяина. Не знаю, как принято в твоей семье, но в нормальных отношениях муж и жена в первую очередь партнёры и друзья. Тут нет господина и прислуги, поэтому убирай свои замашки уже сейчас. Я подчиняюсь только сама себе.

- Нет, детка, если ты в моём доме, значит, и живёшь по моим правилам.

- Значит, я ухожу из твоего дома.

Я развернулась к двери, готовясь выйти и закончить этот цирк, наконец-то.

- И куда ты пойдёшь? –донеслось мне в спину насмешливое.

- Куда угодно. Лишь бы подальше от такого самовлюблённого придурка, как ты!

- А ну стоять! – вновь скомандовал Феликс, стоило мне открыть дверь, - Моя жена не будет жить отдельно!

- Да что ты заладил! – взорвалась я, поворачиваясь и скидывая сумку на пол, - Какая я тебе жена? А? Это всё злая шутка чья-то! Не можем мы быть партнёрами по магии! Я же слабее тебя в сотни раз! Чем я могу помочь тебе?

- Мне не нужна помощь, - тихо заметил он, приближаясь и становясь вплотную ко мне, - Моих сил хватит. Мне не нужен симбионт в виде жены. Проблема в другом.

- И в чём же? – с вызовом спросила я, выше задирая голову, чтобы смотреть ему в глаза.

- В том, что все видели решение чаши. Все слышали слова ректора и распределителя. Я не могу теперь отказаться от тебя без ущерба для репутации. Моя семья не для этого годами выстраивала безупречную линию поведения и удаляла все грязные истории, чтобы пришла одна выскочка с улицы и всё разрушила.

- Что? Опустим сейчас про «выскочку с улицы». Ты боишься общественного мнения и а-та-та от мамочки? Серьёзно? – изогнула я бровь, с насмешкой глядя на него, - Ты не боялся ничего, играя со мной пять лет назад, а сейчас испугался?

- Ты, видимо, не слышала о понятии «Репутация»? Моя семья приближена к власти. Мой отец - брат правителя. Наша семья вынуждена подчиняться некоторым правилам. И выбор чаши священен для нас. Я не могу выставить тебя вон лишь потому, что хочу этого. Увы, тебе придётся свыкнуться и радоваться новой жизни. В конце концов, моя жена никогда не будет нуждаться в чём-то, и ты, наконец, сможешь поменять эту вонючую форму академии, - зло выплюнул он и отошёл, закрывая входную дверь на замок.

Я и до этого понимала, что выпутаться из такой кабалы сложно, но теперь поняла, что это вовсе невозможно. Он не отпустит меня, чтобы не испортить свою «чистоту» в глазах общества.

- Значит так, слушай и запоминай. Этот мой городской дом. Ты здесь на пару дней, пока я не закончу дела. Потом отвезу тебя в загородную резиденцию. Ты будешь жить там, вести хозяйственные дела и радоваться жизни. Обозначу сразу, что как женщина ты меня не интересуешь. Моя магия стабильна, и подпитка от тебя мне не нужна, поэтому встречаться мы будем крайне редко. Может, раз в месяц, а может, и раз в полгода. По обстоятельствам. Твоей личной жизнью интересоваться тоже не буду. Единственное условие: о твоих интрижках не должно быть известно обществу. Себя позорить я не позволю! – прошипел мне в лицо, поворачиваясь на секунду, а потом продолжил свой путь по не очень длинному коридору, как ничего и не бывало, - В мою жизнь тебе хода нет! Нос не совать и без предупреждения не являться.

- Вкратце: у нас свободные отношения, нос в дела друг друга не суём, живём, как хотим. Ты не пристаёшь ко мне с требованиями пошалить, я, так уж и быть, не трогаю тебя. На глаза твоим дружкам из высшего круга с любовниками не попадаться и в порочащие ситуации не встревать. Правильно? Ах, да, ещё забыла: молчать и во всём слушаться «мужа», да? – последнее произнесла с сарказмом.

- Ага, всё верно. Когда мне понадобится наследник – я сообщу. Твоё дело родить.

- Какой наследник? Я не собираюсь с тобой в одну постель ложиться!

- Не проблема. Займемся шалостями на столе, - усмехнулся он.

- Какой же ты придурок!

- Ага, а ты курица безмозглая с крохотным процентом магии.

Феликс распахнул одну из дверей и прошёл внутрь, а я последовала следом, пока играя в послушную девочку. Его речи про любовников и полную свободу немного задели меня. Всё же неприятно, когда с первых же минут так называемого «брака» сообщают, что будут изменять. Вряд ли, начиная семейную жизнь так, можно потом вернуться к нормальным отношениям.

Феликс не отпустит меня. А я не сбегу. И да, дело в его семье. Смысл бороться со встречными волнами, если этот шторм погубит тебя в любом случае? Магу действительно понадобится наследник именно от меня, так как чаша свой выбор сделала, а устраивает нас он или нет – ей нет дела.

- Твоя комната на эти дни. Обживайся. В дни, когда твоё присутствие потребуется в столице, будешь ночевать здесь. Завтра приедет модистка моей семьи, привезёт готовые наряды на тебя. Не хватало ещё, чтобы моя жена в академических обносках расхаживала.

- Спасибо за вашу щедрость, господин, - сморщила я нос в ответ.

- Убирай сарказм, детка. Леди не пристало так себя вести.

Феликс прошёл мимо меня, закрывая дверь в мою комнату с другой стороны.

Глава 5

- Уф, наконец-то ушёл, - выдохнул мой пушистик и спрыгнул на пол, - А ничего такая комнатка, жить можно.

Да, комната не сравнится с академической. Большая, светлая, с высокими потолками и большим окном, с широким подоконником, на котором красиво уложены маленькие подушечки. Кровать большая, с балдахином, диванчик рядом. Своя ванная комната и гардеробная. Комната достойная истинной леди, какой я никогда не стану.

Пренебрежение и сарказм Феликса за сегодняшний день побили все рекорды. Он и раньше не отличался хорошими манерами в отношении меня, а сейчас и вовсе почувствует вседозволенность, в этом я уверена.

- Деля, что мы делать-то будем?

- Ничего, - пожала я плечами, - Будем жить. Уедем в загородное поместье Феликса и заживём…

- Деличка, но ты ведь так не сможешь. А как же нормальная семья? Ты ведь так мечтала об этом.

- Мечты не всегда исполняются. Взрослая жизнь - она такая, Тони.

- Ох, бедная ты моя, - сочувственно покачал головой друг.

- Да ладно, прорвёмся! И не такое пережили.

И правда: чего только за эти годы не было. Хуже ведь быть не может, верно? С такими мыслями и направилась в ванную, где надеялась впервые за пять лет отлежаться в полноценной ванне.

Набрала воду погорячее, кинула в неё сушёные лепестки розы, найденные в одном из ящиков, пару горстей крупной соли и, как завершающий штрих, колпачок розового масла. Сто процентов эта комната для разных девок Феликса. В академии он не обошёл стороной ни одну девчонку, кроме меня, разумеется. А в свободное время, думаю, мужчина развлекается, как может. Иначе зачем здесь столько всего поистине женского? Не верю, что мужчины принимают ванну с лепестками роз…

Тони не любил купаться и уже занял место на мягкой подушке, развалившись в форме морской звезды. А я лежала и вспоминала годы, прожитые на Земле. Тогда всё, как оказалось, было хорошо. А главное - была светлая вера в лучшее будущее.

Хотя мне и было всего восемнадцать, я знала, что впереди меня ждёт много приятных сюрпризов и любви. Сейчас мне двадцать три и могу уверенно заявить: никакого счастья тут нет и в помине. Все пять лет — это сухая и чёрствая борьба за выживание и война с насмешками окружающих.

Ко мне сразу отнеслись с предубеждением, так и не поборов эти дурацкие комплексы. Это проблема в окружающих, что с детства здесь всем закладываются одни и те же убеждения. Здесь ценится магический процент и сила, родовитость и стремление к славе. По натуре я была лишена этого. Я не рвалась быть на виду, превосходя остальных и идя по головам. Уже в детском саду я проявляла качества, неугодные новому миру.

Доброта, честность, открытость и любовь к жизни была не в ходу здесь. Поэтому меня и били с помощью колких слов и замечаний. Но все слова проходили мимо моих ушей после того поступка Феликса. Тот случай будто сорвал внутренний тумблер, переведя его в положение «отстраненность и безразличие». На мне выросли шипы, которые задевали всех без исключения.

Я боялась людей, боялась их действий и поступков. А самое главное: я боялась доверять кому-либо. Я видела угрозу в каждом и стремилась отойти подальше, возможно, слишком агрессивно отодвинув человека. Меня перестали волновать чувства других от той боли, что не уменьшилась, а лишь разрослась за эти годы.

Первый год был самым сложным. Как оказалось, несколько ребят успели в тот день сделать магические иллюзии с меня, стоящей посреди комнаты абсолютно обнаженной. И эти снимки до сих пор бродят по рукам озабоченных мальцов.

Каждый. Абсолютно каждый студент подошёл ко мне в тот год и высказался.

«Кривые ноги»

«Дохлое тело»

«Не за что подержаться»

«Такую невозможно захотеть»

«Ну и уродина» …

Это лишь малая часть от того, что я успела услышать и что навсегда запомнилось в моём мозгу.

Как там говорится? Нужно прощать? Серьёзно? А как простить, если никто не раскаивается? Если никто не извинился? Никто из тех студентов не подошёл ко мне даже спустя годы и не сказал, какими они были идиотами. Нет… Они такими и остались. Поэтому и следующие четыре года выдались ужасными.

В школе было всё проще. Меня не то чтобы любили все, но никто не обижал. Я была мелкой и щуплой, поэтому парни старались оберегать, а с девчонками мы просто дружили.

Бабушка всегда мне говорила, что нужно относиться к людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе. Видимо, это правило работает только на планете Земля.

Моя бабуля… Вот по кому я скучала. Сейчас, наверное, её и нет в живых уже. Слишком старенькой была моя «мама». Как она и пережила моё исчезновение, не представляю. Когда мне было пять лет, она потеряла дочь – мою маму, а потом и меня…

Я надеялась обрести в этом мире добрых друзей и новую семью, но обрела лишь врагов и мужа, настаивающего на свободных отношениях. Умом я понимаю, что это к лучшему, но сердце отчаянно мечтает о любви. Может, я встречу такую и познаю, наконец, это чувство… Только какой прок от любви, если дурацкая чаша навсегда привязала меня к Феликсу?

Из ванной вышла в расстроенных чувствах. Хотела расслабиться, а вышло наоборот. Лишь завела себя всеми воспоминаниями и мыслями. Сейчас бы уснуть после всех переживаний сегодняшнего дня и забыться крепким сном. Но не судьба…

- Феликс… Ну, Феликс… Ха-ха-ха-ха-ха…. – звонкий женский голос звучал в каждом уголке дома, отскакивая от стен и врезаясь в мою голову.

- Детка, давай ещё! Не нежничай!

- Феликс, я не смогу… - заканючила девица, за что получила болезненный шлепок, - Ай! Феликс!

- Давай! Расслабься и продолжай!

- Я постараюсь…

Смогу ли я вытерпеть это шоу и спокойно поспать? Вряд ли… В горле застрял удушливый ком, который никак не получалось сглотнуть. Неприятное липкое чувство, отдающее гниением и разложением, зародилось в груди.

Что это? Обида? Брезгливость? Или что-то ещё?

Я не могла дать точного определения. Но знала, что мне сейчас очень и очень больно. Сама не пойму от чего…

Раньше я читала женские романы в надежде узнать, что же там происходит между мужчиной и женщиной. И в такие моменты все героини как одна испытывают возбуждение и желание. Только я испытывала жуткую брезгливость к этому процессу и звучанию. Будто кто-то высморкал об меня зелёные сопли. Это чувство затягивало. Тошнота подкатывала к горлу, но как поступить правильно, я тоже не знала.

Пойти и разобраться? Просить быть потише? Договорились же не лезть в личную жизнь. Только я не думала, что эта самая личная жизнь начнётся на моих глазах…

Глава 6

Ночь прошла беспокойно. Феликс забавлялся со своей девицей до утра, заставляя ту пищать и визжать от удовольствия и страсти моего «мужа». Только я думала, что на этот раз точно всё, как проходило минут десять и повторялся прежний концерт.

Поспать не удалось, несмотря на мои попытки заткнуть чем-нибудь уши и полностью с головой забраться под одеяло. Поэтому сейчас я выглядела как панда. С тёмными кругами под глазами и опухшим от недосыпа лицом.

Хотя Феликсу и не нравилась академическая форма на мне, сегодня придётся лицезреть меня вновь в ней. Другой одежды у меня не было, поэтому надела то, что имелось.

Мой Тони любил поспать, как настоящий котик, проводя в постельке часов пятнадцать в день. Оставив его нежиться на подушке, вышла из комнаты. Тишина и запах алкоголя встретили меня в коридоре. Понятно, что Феликс отпраздновал наш выпускной как следует.

Где здесь кухня, разумеется, не знала, но есть хотелось очень, поэтому, наплевав на все правила приличия, пошла на поиск без хозяина дома.

Хотя домик и был небольшим, но комнат насчиталось прилично. Я проходила мимо гостиной, когда шорох привлёк моё внимание. За полностью прозрачными стеклянными створками двери сплетались в жаркий танец страсти двое. Феликс и его девица вновь познавали друг друга, сидя на большом диване. Феликс сидел, а девушка активно двигалась, показывая себя с нужной каждому мужчине стороны. Неужели им и поспать не хочется?

Что странно - девушка молчала. Может, связки надорвала от вчерашних криков? Лишь глаза закатила и прикусила изящный пальчик правой руки. Её рыжие кудряшки красиво пружинили при движениях. Место пониже спины незнакомки горело от страстных шлепков любовника, и, кажется, на одном бедре явно будет синяк от пятерни Феликса.

Я так увлеклась разглядыванием спины девушки, что не заметила взгляд, направленный на меня. Феликс смотрел мне в глаза, одновременно помогая девушке. Мужчина будто красовался передо мной, показывая себя со всех ракурсов. Он сел полубоком, подбросив свою девицу и выбив тихий всхлип из нее. В такой позе я видела всё… И видела пламя, горящее в его глазах. Смесь превосходства и язвительности, направленная в мою сторону, долетала будто физически до меня и кружила голову, заставляя сердце бешено колотиться, сама не пойму от чего.

Феликс осклабился и, переместив руки на талию девушки, прижал её плотнее к себе, вплетаясь в растёкшееся лужицей по его груди тело. Он закусил нижнюю губу, наслаждаясь нежностью незнакомки, но глаза смотрели только на меня. Без привычной насмешки и унижения, и как бы странно это ни казалось, только это и привело меня в чувство.

Встрепенувшись и плотно покраснев, я сбежала, наконец, случайно натыкаясь на искомое.

Кухня не отличалась размерами. Гораздо меньше комнаты, выделенной мне. Плита, холодильный шкаф, кладовая с сыпучими и сухими продуктами, раковина в углу и большое окно с небрежно отодвинутой в одну сторону занавеской.

Я не привыкла к изяществам и излишествам. Возможно, когда жила с бабушкой, хоть и не в богатстве, получала гораздо больше вкусностей, чем за пять лет. Сейчас я хотела что-то поистине вкусное, а не вязкую кашу или водянистый омлет.

В холодильнике было очень много всего. Так много, что я растерялась, заглянув в него. Дорогие сыры нескольких видов, мясо, колбасы, свежий творог, одним видом притягивающий к себе, вкусно пахнущие фрукты и овощи, зелень и ещё очень много всего.

Не сумев выбрать, что именно хочу, взяла творог, красные сливы, жирную сметану, сыр и ветчину. В кладовой, в отдельном ящичке с функцией сохранения свежести стащила пару кусков свежего белого хлеба с диковинными семенами.

Там же нашёлся и кофе, уже перемолотый и источающий такие запахи, что слюна готова была скатиться по подбородку. Как правильно здесь варили кофе, не знала. Нашла только маленький ковшичек. Думаю, именно в нём готовят божественный напиток.

Пока кофе томился на плите, сделала бутерброды и добавила к творогу сметану со сливами. Позавтракать решила прямо здесь. Красиво расставила все мои блюда на столе, дождалась готовности кофе и села завтракать, предвкушая все эти вкусы на своём языке.

С первой же ложечки импровизированного десерта застонала вслух. Так вкусно… Смаковала, перекатывая во рту сочные кусочки сливы и выдавливая из фрукта каждую каплю сока. Так увлеклась, что не услышала, как со спины ко мне подкрался мужчина.

- Любишь подсматривать? Или хотела оказаться на месте рыжульки? - хрипло прошептал Феликс.

От неожиданности не только распахнула глаза, но и подавилась. Громко кашляя, повернулась к парню.

- Ты нормальный? Зачем так подкрадываться? – сиплым от сильного кашля голосом спросила его.

- Я не скрывался, - пожал он плечами, - Кто же виноват, что ты от ложки творога счастье словила. Хочу заметить, что твои закрытые в удовольствии глаза и тихие стоны меня возбудили. Хочешь, окажу тебе милость?

- Использовав меня вместо рыжульки? – прямо спросила, глядя в наглые глаза.

- Догадливая…

- Нет, спасибо. Я, знаешь ли, за эти пять лет достаточно объедками питалась.

Глаза Феликса вспыхнули злостью и гневом. А у меня по венам заструились горячие волны от осознания наглости этого негодяя.

- Сейчас я прощу твою дерзость, но чтобы это было в последний раз! Знаешь, детка, придёт время, и ты будешь умолять меня обратить на тебя внимание.

- Ага, подбери слюни, а то сейчас зальешь тут всё.

- Через час приедет модистка. Будь готова, - выплюнул он и вышел, грозно чеканя шаг.

А я вернулась к своим деликатесам, наслаждаясь каждым кусочком. Перед тем, как покинуть кухню, разумеется, перемыла всю посуду и убрала за собой, чтобы хотя бы в этой области ко мне не было претензий. В холодильнике взяла одно маленькое зелёное яблоко для Тони. Малыш очень любит фрукты и ягоды, только были они у нас редко. Так пусть сейчас объедается, пока муженёк не против.

Глава 7

- Ох! Ну вылитая куколка! – восхищенно вскидывая руки, повторяла модистка, появившаяся в доме Феликса ранним утром.

Невысокая пухленькая женщина средних лет шумно ввалилась в дом, умело руководя помощниками, перетаскивающими неведомое количество чехлов с нарядами внутри.

Я сама не заметила, как оказалась голой посреди комнаты, и мне то и дело в руки всовывали новый наряд, заставляя в ту же секунду примерить его. Мне подходило почти все привезенное этой дамой, а если были недочеты, она лихо справлялась с ними, внося правки магией. Дааа… До такого уровня мне расти и расти, да никогда не вырасти. Бытовая магия высшего порядка, наверняка и муж её обладает схожим потенциалом, ведь все наделённые магией проходят обязательное обучение в академии и, следовательно, обретают супруга по её окончании.

- И где только скрывалась такая милая девушка? – спрашивала через каждые десять минут женщина, - Ты посмотри! Все платья будто на тебя сшиты! У меня единственный манекен такого идеала, а ты будто его живое воплощение! Вот Феликс, вот повезло хитрюге!

- Вы давно его знаете? – спросила больше для приличия, нежели интересуясь на самом деле.

- А как же! – вновь всплеснула руками, - Я ж его с рождения помню. Для матери его платья лучшие отшиваю, а теперь и для жены. Может, - склонилась она ко мне, выдавая страшный секрет, - И для дочери вашей шить буду.

Я аж закашлялась, подавившись воздухом. Только представила перспективу провести ночь с муженьком, так потянуло склониться над унитазом. Бееее… Но мысль о малышке-дочке в будущем тут же исправила мое настроение. Что уж тут скрывать: был бы на месте Феликса другой мужчина, уже сегодня ночью мы бы приступили к работе над продолжением. И тогда у меня наконец-то появилась бы настоящая семья.

- Не кривись, красавица! – шутливо шлепнула она меня по плечу, - Я, когда мужа своего увидала в день предназначения, вообще в обморок грохнулась! Вот умора была, - заразительно рассмеялась она, - Смотрю я на него с колбочкой моей магии в руках, а в следующую секунду он меня на руки хвать! Да так и не выпустил больше. Невзлюбили мы друг друга поначалу страсть как! Даже заварник в него метнула на второй день, но первая общая ночь расставила всё по местам! Ох, что было… Мы ж оторваться друг от друга неделю не могли! Он мне уже потом признался, что влюбился в меня с первого курса, но боялся подойти. Больно неприступная я была и гордая. Так что, девочка, ты не смотри на юношеский азарт Феликса нашего. В постели-то это знаешь, как пригодится? – подмигнула мне и всунула в руки следующее платье.

Да, из зеркала на меня смотрела настоящая кукла, только с кислым лицом и грустными глазами. Мода этого места мне не нравилась от слова совсем! Женщины всех возрастов и положений были обязаны ходить в платья и юбках! Говорю же, Средневековье… Вот и сейчас я грустно улыбнулась, принимая новое облако из ткани в руки.

Гардероб мне подобрали такой, что хватит на все случаи жизни и на сорок лет вперед, а может и больше. Платья, платья, платья и ещё раз платья. Пышные и не очень, они завалили всю мою комнату, рассыпавшись по всем свободным поверхностям после ухода модистки. Не хочу даже думать, сколько Феликс отвалил за это великолепие.

Единственное, по-настоящему манящее и притягивающее было скрыто под тяжёлыми тканями и лежало на кровати в большой красивой коробке. Нижнее белье разных расцветок и моделей. Нежнейшее кружево и тончайший шёлк ласкали пальцы и зажигали огонек в глазах. Мне хотелось поскорее примерить его ещё раз: такой красоты я не видела никогда на себе. На Земле была мала и не интересовалась подобными изяществами, а когда пришло время и мой интерес резко появился – не было денег в этом ужасном мире страданий и одиночества.

- Делька, - высунул носик из горы платьев Тони, - Смотри, сколько всего у нас теперь есть! Может, этот недомаг не так плох? Не поскупился, столько нарядов тебе презентовал. Может, заживём еще!

- Ага, мы-то заживём в любом случае. Только за всё, Тони, нужно платить. И как бы цена за эти наряды не была слишком высока. Да и зачем мне всё это добро? Куда я пойду в платье? Мне бы джинсы мои и кроссовочки…

- Фу, опять про штаны свои иномирные! Гадость эту забудь и привыкай! Пора тебе в настоящую леди превращаться, так и глядишь, красавчика какого-нибудь подцепишь… А то муж твой не очень рад нашему появлению.

- Ну вот, сам же только что восхвалял Феликса, - притворно поцокала я языком.

- Я говорил, что можем устроиться хорошо. Кормить там будет, одевать, баловать… Но тебе же любовь нужна, горе моё луковое.

- А кому она не нужна? Я хочу хоть раз влюбиться по-настоящему. Чтобы до бабочек в животе и звездочек перед глазами…

- Хочешь звездочек? Так я мигом тебя чем-нибудь по голове тресну и смотри себе созвездия. Ну, а ежели живность в животе какую захотела, так морковку вон грязную съешь, если повезёт – через пару дней заведутся, - засмеялся он, как всегда издеваясь надо мной.