Просто скажи «да»
- -
- 100%
- +
Как и накануне, чудесное ясное утро обещало не менее чудесный ясный день. От тяжелых туч, которыми вчера вечером было плотно затянуто все небо, сегодня даже следа не осталось, а вчерашние лужи солнышко успело уже подсушить.
Идти на лекцию по философии категорически не хотелось, и к концу первой пары Наташа с Кристиной пришли к выводу, что учиться в такую погоду вообще большой грех. Таким образом, философию решено было промотать, а вот стоит ли возвращаться на английский, тут мнения подруг разошлись.
Кристина, в отличие от Наташи, вчера весь вечер корпела над переводом текста, естественно, ей было жаль потраченного времени. Дело кончилось тем, что, глотнув немного свежего воздуха, Кристина твердо вознамерилась вернуться. Она и подругу почти наверняка уговорила бы, но так уж вышло, что как раз в решающий момент они проходили мимо учебного заведения, в котором трудилась Лера. Мысль забежать на работу к сестре показалась Наташе куда более привлекательной, чем тащиться к себе на английский.
Леру она, правда, не застала, но особенно не расстроилась. А судьба между тем уже приготовила ей другую встречу. С Максом Годуновым, который примерно в то же самое время заскочил на работу к своему отцу.
Наташа заметила его, как только вышла с кафедры иностранных языков. Да и как было не заметить? Молодой элегантный мужчина, который, безусловно, вышел из студенческого возраста, явление в стенах государственного технического вуза не столь уж частое2. И уж точно не в таком прикиде.
С их последней встречи прошло более четырех лет, но Макса она, разумеется, узнала сразу. Они познакомились, когда ее сестра нежданно-негаданно завела себе щенка. Щенков, как выяснилось, было два, и второго купил как раз Макс. На этой благодатной «собачьей почве» и возникла совершенно беспрецедентная Лерина дружба с ее студентом.
Наташе нравился Макс. Ей даже приходила в голову мысль, что было бы здорово, если бы такой симпатичный парень хоть раз взглянул на нее не только как на младшую сестренку Валерии Павловны. Напрасные мечты. Ей было всего тринадцать, а тринадцатилетние девочки не слишком-то интересуют двадцатилетних юношей. Вот наоборот – другое дело. Таким образом, в удел Наташе досталось наблюдение за старшими. И занятие это оказалось очень даже увлекательным.
С Максом все было просто, его влюбленные взгляды в Лерину сторону сами по себе были весьма красноречивы. Но сестра их, казалось, не замечала. Ее сдержанность Наташа поначалу принимала за холодность. Разумеется, красавица Лера не могла отвечать взаимностью каждому, кто в нее влюблялся. Как говорится, их много, а она одна. И все же Наташе порой становилось жаль Макса, который растрачивал свою любовь на человека, неспособного это оценить. Честно говоря, она Лере ужасно завидовала и осуждала ее. Пока однажды не поняла с удивлением, что сестра ее тоже влюбилась. Вот только любовь в Лериных глазах, едва вспыхнув, уступала место какой-то безнадежности, если не сказать безысходности.
Теперь Наташа жалела уже их обоих, однако с присущим ее возрасту оптимизмом полагала: все в конце концов образуется. Ведь Максу удалось то, что еще никогда никому не удавалось. Если, конечно, не считать этого зануду и недоумка, бывшего Лериного мужа. После Юры Макс стал первым, кто сумел-таки влюбить в себя неприступно-холодную и всегда такую надменную Леру.
Но ничего не образовалось. Все закончилось как-то внезапно. К сожалению, в то время они с сестрой не особенно много общались, да и разница в возрасте сказывалась, так что Наташе оставалось лишь гадать о том, что же тогда случилось…
Устремив глаза вверх, Наташа наблюдала за спускавшимся по лестнице Максом. Двигался он, как принято писать в романах, с ленивой грацией пантеры, да и вообще выглядел так, будто в самом деле сошел со страниц какого-нибудь любовного романа. Там всегда найдется место высокому красавчику атлетического сложения. Единственное, что не вписывалось в стереотип, – это веснушки, которые, впрочем, Макса не только не портили, но даже добавляли ему шарма и индивидуальности.
К тому, что демократический джинсовый стиль он сменил на элегантный деловой, Наташа отнеслась неодобрительно. Лично она ненавидела всяческие рамки и ограничения, а потому любой другой одежде всегда и везде предпочитала джинсы. Тем не менее даже Наташа вынуждена была признать, что в своем легком светло-сером костюме, белоснежной рубашке и вишневом галстуке Макс выглядел хоть и непривычно, но все равно классно.
Боковым зрением она заметила, что рядом с ней две девицы застыли как вкопанные и с откровенным восхищением пялились на Макса. То, что сама она тоже пялилась, в счет, разумеется, не шло, поскольку она это делала без немого восторга в глазах. Хотя, собственно, почему немого? Просто-таки вопящего.
Ну а Макс сверху рассеянно взирал на толпу и, казалось, вовсе не замечал ни самих девушек, представленных здесь в широком ассортименте, ни восторга в их глазах. Как немого, так и вопящего. Его лицо оживилось лишь на миг, а потом снова приняло прежнее рассеянное выражение.
Наташа, внимательно наблюдавшая за Максом, успела проследить его взгляд: неподалеку от нее, у самых дверей кафедры иностранных языков, стояла высокая и стройная рыжеволосая девушка. Было совсем нетрудно догадаться, за кого Макс на мгновение принял обладательницу золотисто-рыжих локонов. Кстати, наверняка крашеных.
Наташа тихонько присвистнула. Ну да, когда-то Макс был влюблен в Леру, однако все вроде бы осталось в прошлом. Или не осталось? Ей захотелось непременно узнать это. Во что бы то ни стало и как можно скорее.
Прежде чем вернуться к прерванному занятию и продолжить пялиться на Макса в ожидании пока он спустится, Наташа заодно уж окинула взглядом и других его потенциальных жертв, находившихся поблизости. Все то же самое: восхищенный блеск во всех девичьих глазах. Даже противно, какие они тут все одинаково восторженные.
В Наташиной душе шевельнулось сочувствие к дурочкам, она-то знала, кто сейчас сумеет привлечь внимание Макса.
8
– Привет, Макс!
Наташа стояла прямо у него на пути. Еще шаг-другой, и он просто наткнулся бы на нее. Рассеянный взгляд Макса, только что безразлично скользнувший по девушке, сфокусировался в удивленно-оценивающий, затем в глазах его мелькнул проблеск узнавания.
– Господи! Наталья? Неужели это ты?
– Я, – подтвердила Наташа.
Макс подошел к ней так близко, как будто им предстояло слиться в медленном танце.
– Привет!
– Здравствуй.
– Знаешь, Наташка, если бы ты не окликнула меня, я бы тебя и не заметил среди них. – Он небрежно кивнул на обтекавшую их толпу, в которой концентрация девушек на первом плане была несколько повышена.
Наташа решила обидеться:
– Не очень-то ты вежлив, Макс. – Ее глаза оказались где-то на уровне его шеи, и чтобы удобнее было разговаривать, пришлось задрать голову. – Я уж не говорю хотя бы о минимуме галантности.
– Нет, правда, я так привык считать тебя маленькой, что…
– …никак не можешь осознать, что я уже выросла. – Наташа усмехнулась. Да, сейчас ей уже не тринадцать лет. Интересно, способен ли Макс теперь взглянуть на нее не просто как на младшую Лерину сестру? Впрочем, не стоит себя обманывать. Она смахнула с глаз темные пряди длинной челки. Даже если в принципе он на это способен, цвет ее волос все равно не устроит его.
Тем временем Макс рассмотрел девушку повнимательнее и изрек:
– Ты, Наташка, хоть и подросла, но изменилась довольно-таки мало. Пожалуй, стала больше похожа на Ле… Валерию Павловну.
Наташа заметила его оговорку и снова усмехнулась.
– Вообще-то, Макс, до сих пор никакого сходства между нами никто никогда не замечал. В том числе и мы сами, так что ты первый, – сообщила Наташа, мило улыбаясь. Она хотела добавить еще, что людям, одержимым кем-то или чем-то, часто мерещится предмет их страсти даже там, где его нет и в помине. Хотела, однако не стала. Чего третировать человека раньше времени? Перейдя на светский тон, она вежливо поинтересовалась: – Ты к отцу приходил?
– Угу. А ты, надо полагать, к… Валерии Павловне?
Разумеется, она заметила и эту почти незаметную заминку Макса.
– Ага, к Лере, – как ни в чем не бывало подтвердила она. – Но Лерка, оказывается, уже… ой!
Наташа собиралась употребить не совсем литературное слово «смоталась», но как раз в этот момент между ней и Максом попытались просочиться две девицы. Это были те самые, которые пялились непосредственно рядом с Наташей.
Протискиваясь, первая девица не сводила с Макса призывного взгляда, а Наташе, чтобы удержать равновесие, пришлось руками и зубами цепляться за воздух. К счастью, Максу удалось подхватить ее под локоть до того, как пол окончательно ушел у нее из-под ног. Призывный взгляд второй девицы уперся уже в его затылок.
– Ма-акс! – театральным шепотом воскликнула Наташа и тут же преисполнилась гордости: играй она на сцене, ее голос был бы слышен в каждом уголке зрительного зала.
В глазах Макса запрыгали смешинки, и Наташа, напустив на себя строгий вид, стала ему выговаривать:
– Девочки приложили столько усилий, чтобы ты их заметил, а ты едва удостоил взглядом, притом только одну!
– Увы! – В глазах Макса смешинки уже не прыгали, а просто-таки играли в чехарду, однако лицо его оставалось серьезным. – Я ведь не свободен.
Наверняка он имел в виду всего лишь разговор, который происходил сейчас между ними, но, войдя в роль, Наташа воскликнула:
– Как?! Неужели, Макс, ты отдал уже свою руку и бросил свое сердце к чьим-то ногам?
– Ну… – он слегка передернул плечами, – почти. Потом я, правда, передумал.
Вот уж такого ответа Наташа никак не ожидала. Она даже растерялась. Собственно говоря, она была шокирована.
И тут душераздирающий трезвон, перекрывая все остальные звуки, возвестил начало пары. Движение толпы сразу же приобрело более целенаправленный характер, а Макс поспешил оттащить Наташу с дороги жаждущих знаний студентов.
Звонок чуть не оглушил, но вместе с тем дал ей немного времени, чтобы переварить услышанное. Переварив, она сделала вывод, что Макс до сих пор влюблен в ее сестру. Вывод, надо сказать, не совсем логичный и практически безосновательный, но на нем настаивала ее величество женская интуиция, которую Наташа не привыкла игнорировать.
Как только трезвон смолк, она решила уточнить:
– Значит, все-таки и твое сердце, и твоя рука сейчас свободны?
– Вот руки-то у меня сейчас как раз и заняты, причем обе, – почти невозмутимо проворчал Макс. Он все еще держал Наташу под локоть, а его вторая рука, как оказалось, покоилась у нее на талии.
Про сердце свое он ничего не сказал, но Наташа была уверена, что оно вот уж сколько лет так и лежит невостребованное у ног ее сестрицы.
– Здравствуйте, Максим. – Хорошо поставленный женский голос раздался откуда-то сверху.
– Здравствуйте, Алла Петровна! – практически мгновенно отреагировал Макс. Во фрунт он, правда, не вытянулся, но, по мнению Наташи, был к этому весьма близок.
Наташа подняла глаза вверх и посмотрела на обладательницу голоса, условный рефлекс на который сохраняется даже у бывших студентов. Даже через три года после окончания.
По заметно опустевшей лестнице спускалась женщина лет пятидесяти. Конечно, внешность бывает порой обманчивой, однако на вид Алла Петровна не показалась Наташе столь уж грозной. Она была среднего роста, ее несколько полноватую фигуру обтягивал темно-зеленый трикотажный костюм, а вызывающе коротко подстриженные волосы были окрашены в кричаще-рыжий цвет. Глаз Аллы Петровны за дымчатыми стеклами очков Наташа не разглядела, но ничуть не сомневалась в том, что сейчас они внимательнейшим образом изучали ее и Макса.
«До свидания, Алла Петровна!» – донеслось откуда-то издалека до зазевавшейся Наташи, и она наконец почувствовала, что Макс тянет ее за руку. За ним следом она стала спускаться по лестнице, преодолевая ступеньки со всей поспешностью, которую допускали ее высокие каблуки. Нет, все-таки кроссовки для таких упражнений куда удобнее.
– Это еще кто? – Наташа совершенно явственно ощущала взгляд Аллы Петровны, который буравил ей спину. При других обстоятельствах к своему вопросу она непременно присовокупила бы комментарии, однако бег вприпрыжку на ходулях диктовал лаконичность.
– Секретарь нашего деканата.
Вот и площадка. Наташа больше не чувствовала жжения в спине и, оглянувшись на повороте, обнаружила, что уже никто не смотрит им вслед. Вероятно, у Аллы Петровны нашлись-таки какие-то дела на третьем этаже.
– Макс, стой! – решительно потребовала Наташа, вцепившись мертвой хваткой в перила. Сейчас она могла себе это позволить без риска свалиться, поскольку площадь горизонтальной поверхности под ее ногами была достаточно большой.
– Извини. – Он отпустил ее руку, что, в свою очередь, позволило Наташе оторваться от перил.
– Да ладно. – Она стала спускаться по ступеням в более приемлемом для себя темпе. – Голову даю на отсечение…
– Может, голову все-таки не надо?
– Ладно, голову не буду, – проявила Наташа несвойственную ей покладистость. – Но все равно готова поспорить, что не позднее конца пары весть о том, что ты средь бела дня посреди лестницы обнимался со студенткой, достигнет ушей твоего папеньки.
Наташа знала, о чем говорила. Она и сама училась в вузе, в котором преподавал ее отец. Конечно, будь она Ивановой или хотя бы Орловой, информированность ее папеньки была бы не столь всеобъемлющей. А так, услышав фамилию Орлик, все сразу же понимали, чья Наташа дочь, и каждый ее шаг моментально становился известен отцу. Ее успехами в учебе или у мальчиков интересовались достаточно широкие слои общественности, что, конечно, раздражало, но со временем у нее выработался иммунитет.
Искоса взглянув на помрачневшее лицо Макса, Наташа подумала, что у него тоже давным-давно должен был выработаться иммунитет к дурацким сплетням. По идее ему должно быть глубоко плевать, кто и что расскажет о нем отцу, ан нет! Так в чем же дело? Уж не о ее ли сестрице он сейчас вспомнил? Слухи ведь и до нее дойдут в конце концов. И даже не в конце концов, а гораздо быстрее.
– Знаешь, Макс, – прервала Наташа затянувшееся молчание, – было бы очень любопытно узнать, в каком именно виде благая весть достигнет ушей твоего папеньки.
– Лично я предпочел бы этого не знать, – хмуро отозвался Макс и с преувеличенной галантностью открыл перед ней тяжелую дверь. – Если ты тоже домой, могу подвезти, насколько я помню, нам с тобой по пути. Я, правда, живу теперь не с родителями, но квартиру снимаю неподалеку от них.
Наташа взглянула на часы, прикидывая.
– Я вот думаю, не съездить ли мне к Лерке…
– К сожалению, Наталья, – быстро перебил ее Макс, – Валерия Павловна живет совсем в другой стороне, а мне сегодня ехать в командировку.
– Да? – тут же заинтересовалась Наташа. – А куда?
– Во Франкфурт-на-Майне. Так что сама видишь, отвезти тебя к ней я просто не успею. Впрочем, к метро подбросить могу.
– Очень великодушно с твоей стороны, Макс, но идти до метро тут от силы минут пять. Так что… – Наташа передумала еще раньше, чем успела отказаться: – А знаешь, пожалуй, я воспользуюсь твоим первым предложением. Все равно я вряд ли успею, – она опять взглянула на часы, – Лерка уже вот-вот пойдет гулять с Агатой, и пока я доеду, их прогулка подойдет к концу. Нет, не поеду, могу только зря прокатиться.
Макс явно не понял ее сложных рассуждений.
– Почему зря-то? – Он смотрел на Наташу с недоумением. – Не целый же день они будут гулять.
– Об этом я и говорю. Когда они придут домой, Лерка покормит Агату, заодно и сама глотнет кофейку, а там – снова на трудовую вахту. Ученики, курсы…
Макс распахнул перед Наташей дверцу машины, и она грациозно скользнула внутрь, перехватив в процессе скольжения парочку любопытных взглядов, которых, кстати сказать, ее спутник даже не заметил.
– Неужто все так плохо? – пробормотал Макс и захлопнул дверцу. Видимо, сам он считал свой вопрос чисто риторическим.
У Наташи, однако, ответ был уже наготове.
– На самом деле все еще хуже, – сообщила она жизнерадостно, как только Макс занял водительское место. – Я вообще думаю, что, если бы не Агата, моя сестрица увязла бы в работе не по уши, а вообще с головой. Правда, у нашей мамы мнение прямо противоположное: она считает, что Агата заменяет Лерке личную жизнь. Впрочем, может, она и права. Во всяком случае, в борьбе за внимание моей сестрицы конкурировать с Агатой на равных уже давным-давно никто не способен.
Тут уж губы Макса изогнулись в скептической усмешке.
– А куда подевались Радзиховский, Славик и всякие прочие, которые постоянно толкутся около Валерии Павловны?
– Понятия не имею, кто такой Радзиховский, честное слово, – совершенно искренне сказала Наташа, она и в самом деле впервые слышала эту фамилию. – Насчет всяких прочих тоже ничего сказать не могу, однако сильно сомневаюсь в их актуальности. Вот Славика одного знаю. То есть я с ним не знакома, но много о нем слышала. Со Славиком Пышкиным Лерка училась в университете. Ты, случайно, не его имеешь в виду?
Макс кивнул вроде бы утвердительно, чем весьма озадачил Наташу.
– Просто не представляю, как Славик Пышкин мог бы толочься около Лерки, – вымолвила она растерянно. – Ведь эксклюзивные права на Славика чуть ли не с первого курса принадлежат его жене.
Казалось, Макс полностью сосредоточился на дороге и слушал Наташу в лучшем случае вполуха. Минут через пять он, правда, задал несколько вопросов, только они касались курсов, на которых в этом году преподавала Лера. У ближайшей станции метро Макс вдруг затормозил и, извинившись, Наташу высадил. А сам, невзирая на дефицит времени, развернулся и помчался в неизвестном направлении.
Впрочем, относительно направления некоторые соображения у нее все же имелись. Интересно, отчего планы Макса вдруг изменились столь кардинально? Этого Наташа так и не смогла понять, сколько голову ни ломала. Видимо, она что-то такое сказала… вот только что?
9
Лера присела на изогнутый ствол дерева, подставив лицо теплому ветерку, она старалась вообще ни о чем не думать. Потому что если не выбросить из головы все мысли, обязательно найдется какая-нибудь такая, которая заведет ее в дебри воспоминаний или еще того хуже – в райские кущи несбыточных надежд.
Шелест листвы над головой действовал успокаивающе, и ей почти удалось расслабиться. Лера просто сидела и смотрела на то, как Агата развлекалась, гоняя по скверу стайки голубей. Правда, гоняла она их без особого энтузиазма. Сегодня Агате явно не хватало компании: Мориса нигде не было видно, а общество чересчур флегматичной Даши ее не устраивало. А может, это Дашу не устраивали чересчур подвижные игры энергичной Агаты.
Лера сама не заметила, как мысли о собаке превратились вдруг в мысли о Максе. В общем-то ничего сверхъестественного в этом не было. В конце концов, именно благодаря ему у нее и появилась Агата.
Макс… Его восхищенно-благоговейный взгляд Лера почувствовала сразу же, едва вошла в аудиторию. И хотя их взоры встретились всего на миг, она успела заметить, что у него зеленые глаза и длинные довольно темные ресницы, гораздо темнее бровей и волос цвета то ли спелой пшеницы, то ли спелой ржи. В романах часто прибегают к подобным сравнениям, однако Лера затруднялась в выборе конкретного злака, поскольку совершенно в них не разбиралась. И еще много-много веснушек, не заметить которые было просто невозможно, однако мальчика они совсем не портили.
Ею и раньше восхищались, а некоторые даже благоговели перед ней, к этому она давным-давно привыкла, но здесь было что-то еще. Если бы Лера верила в любовь с первого взгляда, то наверняка решила бы, что это именно она и есть. Но в любви с первого взгляда она разочаровалась еще после своего кратковременного замужества, зато знала наверняка, что чересчур юный воздыхатель может доставить массу проблем. Впрочем, если вообще не обращать на него внимания, даст бог, обойдется. Подавив в себе раздражение, Лера начала знакомиться с группой.
Мальчика звали Максим Годунов. То, что парень высокий, было ясно, даже когда он сидел, а когда встал, оказалось, что он очень высокий, больше метра девяноста. При этом никакой юношеской нескладности. Наверняка баскетболист или волейболист, решила Лера, оценив его отличную фигуру спортсмена.
И тут он ей улыбнулся. Черт возьми, улыбка у парня – просто море обаяния! Устоять совершенно невозможно. Лерины губы непроизвольно растянулись в улыбку, а сама она ужасно огорчилась из-за собственной непоследовательности: ведь буквально только что решила не обращать на него внимания!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
В комедии Грибоедова «Горе от ума» эти слова Чацкого энтузиазма у Софьи также не вызвали.
2
Во всяком случае, в начале 2000-х дело обстояло именно так.