Сны библиотеки

Запись 15. Пролог

Этот темный, пыльный и затхлый коридор казался просто бесконечным шахтовым тоннелем. Единственные звуки этого заброшенного места – скрип полусгнивших половиц, гудящего сквозняка и тиканье часов. А еще шаги белой девочки.

Фантазии начало казаться, что она, как и с первым коридором, ходит кругами. Сколько бы она не заворачивала за угол, там всегда был очередной коридор этого заброшенного особняка.

Видимо, раньше кто бы здесь ни жил, был человеком очень богатым, и пусть это всего лишь величие былой славы, но интерьер коридора давал это ясно понять. Рваные темно-бордовые шторы закрывали большие окна, через которые просачивался лунный свет, на стенах в позолоченных рамках висели картины, но холсты были изодраны, на выцветших тумбочках стояли дорогие вазы с иссохшими цветами. Здесь даже были скульптуры, подсвечники, кресла и диваны.

Будто не коридор, а целый банкетный зал. Были еще двери вдоль этих стен, однако Фантазия никак не могла их открыть. Она вспомнила, что Горгофона дала ей некий ключ, потому, достав его из кармана, она подходила к каждой новой двери, пробуя его. Ни одна не подалась. Одна из дверей голосом высокомерной дамы так вообще накричала на нее, чтобы она не совала свой ключ куда не следовало.

Быстро извинившись, она убрала ключ обратно и отбежала. Ей подумалось, что, может, все двери здесь разговаривают и она сможет у какой-нибудь спросить, где она вообще находится.

Вздохнув, Фантазия решила присесть на более-менее целый диванчик, насторожено поерзав, боясь, что он может развалиться. На ее спину падал лунный свет, который отчего-то казался очень тяжелым.

Покосившись в окно через плечо, девочка зажмурила глаза и, вновь отвернувшись, слегка удивилась, заметив, что на полу нет ее тени. Но это не показалось уже чем-то фантастическим. Не после всего, через что она прошла.

Чихнув несколько раз от пыли и протерев глаза, Фантазия вновь задумалась над тем, что она совсем не голодна, несмотря на то, сколько уже ходит. Ее не мучает ни голод, ни усталость, ни сон. Удобно, конечно, но, с другой стороны, немного жутко. От этого, казалось, больше устаешь.

Вкус она чувствует, однако никакой потребности в еде и питье. Закатив глаза, она вновь закачала тонкими ножками.

– Есть не хочется, но от сладкого я бы не отказалась, – проговорила она, опуская туфельки на скрипучий пол, поднимая облачко пыли. – Сидением на месте ничего не решишь, нужно дальше идти. Хотя есть ли в этом смысл, если там лишь черный коридор? – Проговаривая это, девочка заглянула за угол, однако замерла, раскрыв глаза.

На сей все было иначе. Этот тик стал громче и оглушающим… На стенах висели часы. Много часов. На полу валялись карманные часы, рядом с окнами стояли маятниковые. Электронные, песочные, механические, кварцевые.

Пол был ими усыпан, и ступить негде. Подняв глаза, Фантазия решила оценить, сколько ей придется идти до конца, вот только там стоял деревянный белый шкаф.

Идти все равно было некуда, потому, осторожно переступая через кучки тикающих часов, Фантазия старалась добраться до шкафа. Она боялась, что дряхлый пол может провалиться, учитывая, как он скрипел и прогибался под ее маленькой ножкой.

Встав рядом со шкафом, Фантазия заметила возле ручки замочную скважину. Размеров она была совсем небольшой, девочка заглянула в нее одним глазом, не видя ничего, кроме темноты.

– Думаю, сюда ключ подойдет, – решила Фантазия, опуская руку к юбке. – А? – Ее белые пальцы дернулись, когда в кармане что-то активно зашевелилось. – Это еще что?! Эй! – Испуганно заерзав, Фантазия чуть не упала на пол. Из ее кармана выскочили…

Часы? Это были те самые разбитые карманные часы, что она нашла на цветочной поляне! Теперь у этих часов были ножки и ручки. Спрыгнув вниз, карманные часы обернулись на девочку, сжимая ручками тот самый серебряный ключ.

Быстро порывшись в карманах, Фантазия опустила нахмуренный взгляд и протянула руку к часам.

– Сейчас верни. Это не твое, – попросила она, но часы ринулись вприпрыжку бежать, ловко прыгая по разбросанным часам. – Эй! Мне нужен этот ключ! Верни! – крикнула Фантазия, сделав резкий шаг вперед. – Ой!

На миг под звук хлопка в ладоши в коридоре пропал всякий свет. Фантазия застыла, услышав довольный женский смех. Еще хлопок, и очертания коридора вновь стали видны, однако…

– Что это такое? – опешила Фантазия, сделав шаг назад, с ужасом оглядываясь.

Все часы были побиты и поломаны. Они больше не тикали. В этой мертвой тишине Фантазия ощутила ужасный запах. От него хотелось рвать. Прижав руку ко рту, девочка в ужасе взвизгнула, заметив, что на полу среди мертвых часов зигзагами лежали длинные локоны светлых, почти белых волос, перемазанных кровью.

Наступив на один из слипшихся локонов, Фантазия отдернула ногу, услышав чавкающий звук. Эти волосы свисали с бездонного потолка подобно пологам, лезли из окон, из стен.

За спиной раздался скрип. Поспешно обернувшись, Фантазия увидела, что сам шкаф измазан кровавыми отпечатками рук. Из замочной скважины булькающей струкой полилась кровь. За дверцей послышались шорохи, а потом чей-то сдавленный плач.

– Простите… Простите меня… Простите меня… – протяжно шептали внутри шкафа. – Мне очень больно… Голова болит… Простите… Простите…

– Надо убираться отсюда, – проговорила Фантазия, бросившись бежать.

Отталкивая влажные кровавые волосы, при этом старясь не споткнуться о часы, Фантазия кое-как выбежала обратно, откуда пришла. Стукнувшись плечом о стену, девочка побежала дальше, желая избавиться от этого мерзкого чувства на душе и найти убежавшие часы с ее ключом, нужным ей по заданию Горгофоны.

Заметив, что одна из дверей была приоткрыта и из нее шел мягкий свет, что так выделялся в этой темноте, Фантазия увидела, как карманные часы протиснулись внутрь, сначала пропихнув отливавший серебром ключ.

– Верни мой ключ! – крикнула она, добежав до двери и раскрыв ее на всю.

Гримаса злости вперемешку с усталостью сменилась на удивление. Тяжело дыша, девочка зашла внутрь комнаты. Здесь пахло чаем и выпечкой. Было тепло и очень светло. С потолка на цепочках свисали стеклянные шары, из которых шел приятный мягкий свет. Возле стен стояли комоды с различной посудой, а между ними были длинные маленькие лесенки, по которым собирались мышки в костюмах служанок.

Одни вытирали тарелки, другие лазили по шкафчикам, третьи, держа в лапках листики с мелкими чернильными перьями, что-то подсчитывали и записывали.

– Прошу прощения, мисс, – обратился к Фантазии тоненький голосок снизу. Опустив голову, девочка увидела, что рядом с ней стоит одна из мышек, стоявшая на двух лапках. – Вы так долго тут стоите. Вам чем-то помочь?

– А? Я… Я ищу часы, – немного рассеянно попыталась объяснить Фантазия. – Эти карманные часы украли мой ключ и вбежали сюда. Вы не видели?

Мышка задумчиво наклонила голову в белом чепчике.

– Не совсем поняла, о чем вы, но, думаю, госпожа может вам подсказать, – услужливо сказала мышка. – Она ожидает за столиком. Прошу за мной, юная мисс.

Последовав за мышкой, Фантазия старалась держаться на шаг подальше, боясь наступить ей на хвостик, выступающий из-под юбки. Они прошли через арку, украшенную красными розами. Это был небольшой круглый зал с плиточным полом, здесь тоже были комоды и суетятся мыши.

По серединке был расстелян тонкий ковер, на котором стоял круглый одинокий столик с белой скатертью, на нем ваза с засохшими цветами и два стула по обе стороны.

Запах чая и сладостей стал куда сильнее, и Фантазия услышала, как клацнула чашка. До этого она озиралась по сторонам, но когда посмотрела на стол, то тут же обомлела.

Мышка тоже остановилась, заговорив.

– Вот, юная мисс. Я привела вас к той, кто может помочь. А теперь прошу меня искренне простить, у меня много дел. Если желаете что-то заказать, обратитесь к официантам. Всего хорошего, – попрощалась она и засеменила обратно.

Фантазия ее как не слышала, ведь все, о чем она думала, это о человеке, что сидел за круглым столиком, попивая ароматный чай. Этот белый хрупкий стан, тонкие руки, надломленное сияние вокруг тела и длинные упавшие на пол сияющие волосы…

– Ой. Ты уже здесь? Быстро, однако, – играючи заговорила никто иная, как Белая Ведьма. Сделав еще один кроткий глоток, она опустила чашку на блюдце и с той же ласковой улыбкой повернулась в сторону вставшей мрачной Фантазии. Ее глаза на прекрасном лице богини были, как всегда, плотно закрыты. – Не будь такой холодной. Это лишь показывает твою невоспитанность.

– Почему ты здесь? – прямо спросила Фантазия без особого дружелюбия.

При одном виде этого существа у нее желчь к глотке поднималась. Ей было противно находиться с ней рядом. Фантазия ее не знает, но яро чувствует злобу и отвращение.

– Что? – удивилась Белая Ведьма, хихикнув. – Я всегда там, где должна быть. Опоздание мне не свойственно. Знаешь, это как с судьбой. Убегать от того, что тебе предрешено, бесполезно.

– Ни слова не понимаю, – буркнула Фантазия.

– Не понимаешь, да? – в пустоту спросила Белая Ведьма и вздохнула. – Ну. Невежество, конечно, грех, но недаром говорят: меньше знаешь – крепче спишь. Все-таки у всего разные лица, как ни думай. Что счастье для одного – несчастье для другого.

– Почему ты так заумно выражаешься? – вопросила Фантазия без особого интереса. – В этом есть какой-то тайный смысл?

Белая Ведьма лишь мягко рассмеялась.

– Никакого смысла! Я не люблю искать в чем-то смысл. Так жить проще. Уж поверь мне. Но ведь и ты такая же, правда? Нам обоим не нужен смысл что при жизни, что при смерти, – при последних словах ее голос стал тише и глубже. Она молчала где-то минуту, а потом хлопнула в ладоши, заставив Фантазию испугаться. – Думаю, нам есть о чем поговорить. Будь добра, сядь за стол. Я знала, что ты придешь, потому и заказ уже сделала.

– Но мне нужно…

– Я сказала, сядь, – уже строже потребовала Белая Ведьма, при этом не переставая улыбаться. Чем больше Фантазия на нее смотрела, тем больше красивое лицо казалось ей маской. – Сядь, – повторила она мягче и указала рукой на свободный напротив стул. – Сядь, и я отвечу на любой твой вопрос.

Насупив брови, девочка не сразу, но подошла к стулу, не спуская настороженного взгляда с Белой Ведьмы, что так же следила за ней. Стул сам отодвинулся. Фантазия села на него, и он тут же задвинулся.

Хихикая, Белая Ведьма опустила руки на колени и наклонила голову набок. Фантазия смотрела на нее из-под лобья и отвела взгляд в сторону. У нее снова начинала болеть голова.

К их столику подъехала сервировочная тележка с чашкой, серебристым чайником и разными закусками. На каждой тарелке по кусочку. Бутерброды, бисквиты, кексы, булочки и омлеты. У Фантазии глаза разбегались, чтобы выбрать.

Однако чашка с блюдцем легла на стол сама, чайник также поднялся в воздух и налил горячий чай. Сахар упал в чашку, и ложка его перемешала. И последней перед ней легла тарелка с куском яблочного пудинга.

Увидев его и почуяв приятный запах, Фантазия ахнула, когда перед глазами вспыхнула вспышка. Она плохо видела всё из-за яркого света. Два размытых силуэта сидели рядом за столом.

Она не могла пошевелиться или что-то сказать, но силуэт справа нежным женским голосом подтянулся к ней.

– О, милая. Смотри, ты вся испачкалась. Все-таки не нужно было давать тебе есть сладкое сразу после обеда.

Другой силуэт по мужски рассмеялся.

– Не будь такой строгой, дорогая. Пусть ест как хочет. Разве дети не должны спокойно жить в таком возрасте? Она еще мала. Этикет ей ни к чему.

Свет резко потух, и Фантазия очнулась в том же месте, тяжело дыша. С ее лица капал пот, в груди сжало так сильно, что, казалось, ее вырвет от запаха еды. Руки, сжавшие края юбки, дрожали.

– Что такое? – словно не замечая плохого самочувствия собеседницы, спросила Белая Ведьма, отламывая вилкой кусочек яблочного пудинга, который дали и ей. – Это ведь твое любимое, – подметила она, облизнув губы, и, подняв вилку, съела кусок, с удовольствием прожевывая. – Ммм! Все так же вкусно! Сколько ни ем, а вкус все тот же. Ну же. Попробуй. Или вкус воспоминаний горчит?

– Откуда ты знаешь, что это мое любимое? – еще часто дыша, угрюмо спросила Фантазия, вытирая рукавом пот с лица.

– Потому что я тоже это люблю.

– Я все равно ничего не понимаю, – выдохнула Фантазия, так и не притронувшись к еде.

Она опустила глаза, не в силах что-либо съесть. Ей казалось, станет только хуже, если она попробует эту сладость. Головная боль стала еще сильнее.

Белая Ведьма опустила руку с вилкой, ее улыбка тут же завяла, а атмосфера стала куда холоднее. Все звуки тоже исчезли, когда ее голос, спокойный и твердый, прорезал это безмолвие.

– Ты что, правда ничего не помнишь?

Глаза Фантазии округлились, она неуверенно подняла изумленный взгляд. Эта Белая Ведьма не была расстроена. На равнодушие тоже не похоже. Скорее всего, сдерживаемая злость. Свет вокруг нее тоже померк, придавая ей обычности, как любому человеку.

– По лицу вижу, что ответ положительный. Значит, ты инвалидная душа? Или осколок, от которого толку ноль? Вот, значит, как. Было ожидаемо, что они меня обманут. Им не нравится, что я лезу не в свое дело. Но это… МОЕ ДЕЛО.

– О чем ты говоришь? – не понимала ее Фантазия.

Чем больше она не понимала, тем больше начинала ее бояться. Что происходит, когда сказочный персонаж теряет чары, превращаясь во что-то человеческое? Ужас. Неподдельный ужас. Они обнажают свое истинное лицо, как умерщвленная туша, которую разделывают на скотобойне.

– Значит, все воспоминания у первоисточника? – продолжала говорить Белая Ведьма, постукивая пальцем по столу. – Использую часы, не различая их разницы с компасом? Вот для чего ты… Нет. Вы им нужны.

– Ты говоришь о Лакримозе и Горгофоне? – Фантазия нахмурилась. – Ты ведь много чего знаешь? Скажи, как отсюда выбраться! Или… Мое имя…

– У тебя имени нет, – сурово одернула Белая Ведьма, на сей раз не скрывая своего гнева. – Имя можно дать вещи, животному, чему угодно, но тень прошлого в нем не нуждается, – Фантазия застыла в немом шоке. – Как ты думаешь, откуда беретесь вы, новорожденные? А я скажу. Вас воруют. Воруют из картин памяти, что принадлежат мне. И я прекращу это вскоре раз и навсегда. Я найду истинную душу, что расчленили на мелкие куски и расфасовали по банкам. Они хотят собрать, сшить новое чучело из гомункула? Я им не позволю.

С ней бесполезно разговаривать, к огорчению поняла Фантазия. Она не может ее понять, сколько бы не слушала. Положив руки на стол, девочка отодвинулась от стола и опустила ноги на пол.

– Прошу прощения, но мне нужно идти, – решительно выдала девочка, стараясь больше не смотреть на Белую Ведьму, со стороны которой зазвенела полная тишина. – Свое имя я узнаю сама и…

– Это тебе та тварь так пообещала? – с усмешкой спросила Белая Ведьма, и смех этот был нехороший. У Фантазии по спине поползли мурашки. – Не получится. Она только и делает, что лжет, – ее голос стал куда ближе, а дыхание касалось щеки девочки. – Они все лгут.