Изгои Марса

Глава 23

С точки зрения комфорта Джерри и Джуния очень даже неплохо устроились на груде подушек в каюте небольшой и быстроходной лодки Падрата. Сам лодочник сидел в передней части каюты, на сиденье, похожем на седло, и манипулировал двумя рычагами, которые управляли и скоростью, и движением лодки. Тучный краснолицый офицер восседал на подушке напротив них, а Ним, черный псар, похрапывал у них в ногах.

При других обстоятельствах было бы даже приятно стремительно скользить по водной глади канала, оставляя за собой цепочку пузырьков, которые искрились в сочном свете дальней луны.

Взошла ближняя луна, и Джерри сказал:

– Ты устала, младшая сестренка. Закрой глаза и поспи.

– А как же ты, старший братец?

– А я буду любоваться этим необычным видом.

– Для тебя он не более необычен, чем для меня, и не менее интересен.

Около полуночи йен Хэзлит принес жаровню, наполненную углем, насыпал туда щепотку порошка, плеснул воды и сварил пульчо. Передав кубки лодочнику и Джунии, он наполнил кубок для Джерри, но землянин заметил, что, прежде чем взять кубок, офицер на долю секунды задержал над ним ладонь. А потому Джерри взял кубок, но не притронулся к пульчо и, когда офицер наполнил свой кубок, провозгласил:

– Небольшая шутка, йен Хэзлит! У нас, охотников, принято среди добрых друзей обмениваться кубками.

С этими словами Джерри сунул свой кубок в левую руку офицера и схватил тот, что йен Хэзлит налил для себя.

Лицо офицера покраснело еще сильнее, и он бросил на Джерри подозрительный взгляд.

– За быстрое плавание и благополучное прибытие! – воскликнул землянин.

Поскольку дело зашло так далеко, йен Хэзлит вынужден был поднять кубок, который сунул ему Джерри, но сделал он это так неловко, что кубок выскользнул из его пальцев.

– Экий я неуклюжий! – пропыхтел он и, подняв кубок, как бы в приступе раздражения швырнул его в иллюминатор. Затем он налил себе другую порцию.

Вскоре йен Хэзлит откинулся на подушки и смачно захрапел.

– Нам надо хоть немного поспать, – прошептал Джерри Джунии, – впереди нас ждет долгий путь. Спи сначала ты, а я покараулю. А потом, когда ты проснешься, я немного посплю.

Когда землянин проснулся, солнце было уже в зените, и Джуния хлопотала над жаровней, готовя поздний завтрак. Аппетитные запахи пробудили у Джерри волчий голод, и он в полной мере отдал должное стряпне, не забывая нахваливать необыкновенные таланты стряпухи.

Они пригласили Хэзлита и Падрата присоединиться к трапезе, но те отказались под предлогом, что не голодны и позже сами приготовят себе еду.

После завтрака Джерри и Джуния вышли на палубу, где нежился под солнышком Ним, и скормили ему остатки жареного мяса анубы. Потом они уселись рядышком, чтобы насладиться солнечным теплом и полюбоваться скользившими мимо берегами.

Далеко внизу лежал дренажный канал, который кишел лодками и рыбаками. А за тринадцатимильной расселиной был второй оросительный канал, омывавший дальние террасы, и на нем в ясном воздухе отчетливо видны были и судна покрупнее.

С интервалом около двух сотен джахудов расселину пересекали поперечные каналы на огромных виадуках из камня и металла, которые соединяли два верхних канала и давали лодкам возможность поворачивать из одного канала в другой, не пользуясь медленной и сложной системой шлюзов, которые на равном расстоянии соединяли оба верхних канала с нижним дренажным.

Солнце на западе опустилось уже довольно низко, когда Падрат свернул в один из поперечных каналов и перебрался в дальний оросительный канал.

Как раз в это время солнце зашло, и неожиданно, как всегда, упала ночь, блистая искрами звезд в бархатно-черном небе, и бледная дальняя луна приготовилась последовать за солнцем к западному горизонту. Зажглись огни на бесчисленных лодках в канале, в домах, усеявших террасы, в сторожевых башнях на стене. И Падрат тоже расчехлил баридиевый фонарь, освещавший каюту. Потом лодочник поднялся, передал рычаги управления Хэзлиту и выбрался на палубу, прикрыв за собой дверь.

Какое-то время он стоял, глядя на проплывавшие мимо башни и поглаживая густую бороду. Затем сказал:

– Прежде чем зайдет дальняя луна, мы будем в Кальсиваре. Надеюсь, у вас есть пропуска?

– Нет, конечно, – отвечал Джерри. – Я и не знал, что они понадобятся.

– Понадобятся. Но в крайнем случае сойдет и пара платиновых шариков. Я знаком с одним офицером.

– Сколько это будет стоить? – спросил Джерри.

– Пяти тайзос хватит.

– Наши деньги у сестры. – Джерри повернулся к Джунии. – Дай ему пять та… – Он не договорил. Что-то тяжелое обрушилось ему на голову и свалило его на палубу. На счастье, Джерри свернул и сунул под покров кожаную веревку, и она, смягчив удар, спасла его череп.

Почти одновременно с этим ударом глухо рыкнул Ним. И секунду спустя громадный псар с резвостью, какую трудно было заподозрить в таком крупном звере, перепрыгнул через упавшего землянина. Прозвучал сдавленный вскрик, затрещали кости – и Падрат, подмятый псаром, рухнул на палубу. Голова его раскололась, как яйцо.

Джерри вскочил, шатаясь, вцепился в ошейник Нима и стащил его с поверженного врага. Одного взгляда было довольно, чтобы убедиться: лодочнику уже никто и ничто не поможет.

Уверенный, что Хэзлит, который несколько часов назад тоже пытался прикончить его, только более утонченно, замешан в этом заговоре, Джерри на цыпочках подкрался к каюте и бесшумно приоткрыл дверь. Офицер сидел перед рычагами, глядя прямо перед собой, и вел лодку по каналу, лавируя среди других суденышек и не сбавляя скорость.

Джерри тихонько прикрыл дверь. Вернувшись к трупу, он оторвал кусок покрова, обмакнул его в воду и, вытерев кровь, швырнул окровавленный лоскут в воду.

Потом он повернулся к Джунии.

– Я хочу пойти в каюту и выведать у Хэзлита его замыслы, – сказал он. – Дай мне пять тайзос. Я оставлю дверь открытой. Как только увидишь, что я поднял руку к голове – беги в каюту и кричи, что Падрат вырвал у тебя кошелек с тысячей тайзос и прыгнул за борт.

– Но что ты собираешься делать? Он может убить тебя.

– Не бойся и верь мне, – шепнул Джерри, пожимая ее руку, когда она передавала ему монеты. – Тебе все ясно?

– Да.

Джерри подошел к каюте, с шумом распахнул дверь и прошагал прямо в переднюю часть каюты.

– Мне не хотелось бы беспокоить офицера по такому пустячному поводу, – начал он, – но для бедного охотника пять тайзос вовсе не пустяк. Для меня эта сумма означает много опасных охот и путешествий в город Таккор, где алчные меховщики платят нам едва ли десятую часть того, что получают от кожевников в Дукоре. Надеюсь, вы меня понимаете?

– Очень хорошо понимаю, мой бедный друг, – отозвался Хэзлит. – Продолжай.

– Я не забыл, что вы предостерегали меня против алчности нашего лодочника, – продолжал землянин. – Только что он подошел ко мне и спросил, есть ли у нас пропуска. Поскольку у нас их нет, он сказал, что ему нужно пять тайзос, чтобы подкупить чиновников на границе – чтобы мы могли попасть в Кальсивар. Он сказал, что хорошо знаком с одним таможенным офицером и может все уладить.

– Сумму он назвал верную. Но если он тебе сказал, что может сам уладить дела с таможенниками, – он солгал. Только я могу это сделать. И это мне ты должен дать деньги.

– Я от души рад, что спросил твоего совета. – Джерри с деланным облегчением протянул офицеру пять платиновых шариков.

Тот бросил монеты в кошель.

– Предоставь все мне, и еще до рассвета вы будете в Ралиаде, целые и невредимые.

Джерри поднял руку и сделал вид, что хочет поправить головной покров. За этим жестом последовал громкий и весьма убедительный крик Джунии. Затем она ворвалась в каюту.

– Что случилось? – бледнея, спросил Хэзлит. – В чем дело?

– Лодочник! – выдохнула девушка. – Он вырвал у меня кошелек и прыгнул в воду! Все наши сбережения… Тысяча тайзос… Все пропало!

Джерри в притворном гневе вскочил – зато гнев краснолицего офицера был отнюдь не притворным. Поставив оба рычага в нейтральное положение, он резко обернулся и спросил:

– Где этот негодяй?

– Сейчас, наверное, уже на берегу, удрал с добычей, – ответила Джуния.

Хэзлит опрометью выбежал на палубу. Сорвав с пояса баридиевый фонарь, он осветил им недвижную гладь канала.

– Сбежал! – злобно пропыхтел он. – Удрал с тысячей платиновых тайзос! Ах, подонок!

– В конце концов, – сухо проговорил Джерри, – там, откуда взялись эти тайзос, есть еще немало денег. Этот болван сам себя перехитрил.

– А? Ты о чем?

– Раз уже низкорожденный подлец удрал, не вижу причины, почему бы двоим офицерам и дворянам не быть откровенными друг с другом, – доверительно проговорил Джерри. – Давай оставим притворство. Я знаю, что ты узнал ее высочество с самого начала. Но вот чего ты не знаешь – что я на самом деле служу его величеству виду Тоору. Она, конечно, понятия об этом не имеет, и я думаю, что лучше не просвещать ее на сей счет, пока мы не прибудем в Ралиад. Она может по глупости заартачиться или попытается бежать.

– Это верно, – согласился Хэзлит. – А как насчет награды?

– Я поделю ее с тобой, – сказал Джерри. – Вначале я думал поделиться с тобой и с лодочником, но поскольку он стащил кошелек, тем больше денег останется на нашу долю. В конечном счете проигравший – он.

– Это уж точно, – пробормотал офицер. Он все еще держал в руке расчехленный баридиевый фонарь, заливавший светом палубу. На миг маленькие поросячьи глазки Хэзлита застыли и расширились при виде небольшого красного пятнышка.

Джерри тоже заметил его и быстро глянул на офицера, пытаясь понять, догадался ли йен, что это за пятнышко. Но Хэзлит невозмутимо отвел глаза.

– Пусть себе глупец лодочник удирает со своей воровской добычей, – сказал он. – А мы получим и поделим десять тысяч тайзос.

Он зачехлил фонарь, подвесил его к поясу и пошел в каюту.

Во время этого разговора лодка медленно дрейфовала по инерции вперед – двигатель был заглушён.

– Мы уже почти на границе с Кальсиваром, – сказал Хэзлит, усаживаясь на свое место за рычагами управления. – Вы двое лучше посидите в каюте. Я причалю к берегу и сам поговорю с таможенными офицерами.

Он подал оба рычага немного вперед. Хитрое выражение появилось в его глазках, когда он ловко подвел лодку к таможенной пристани. Йен перевел рычаги в нейтральное положение и встал.

– Жди меня здесь, – сказал он, – и предоставь все мне. Я скоро вернусь.

Глава 24

Когда Хэзлит вышел, Джерри сидел в каюте на подушках. Однако он не собирался оставлять офицера без присмотра.

Землянин видел в иллюминатор, как офицер привязал лодку и зашагал по направлению к воротам башни. И как только йен вошел туда, Джерри хладнокровно вышел на палубу и пошел по пристани вслед за ним. Вдоль пристани, как и вдоль стены и в открытых окнах башни, стояли часовые. А на канале стояли на якорях четыре быстроходных кальсиварских патрульных катера – перед четырьмя такими же катерами Ксансибара.

Вместо того чтобы войти в башню, Джерри остановился у входа и отошел немного в сторону. Хэзлит, спиной к нему, стоял перед командиром таможенной стражи, который восседал в висячем кресле. Перед ним на столике были разложены свиток, перо и чернильница.

– Охотник убил лодочника, – говорил Хэзлит, – и бросил его тело в канал. Затем он сказал мне, что убитый ограбил его сестру и прыгнул в воду. Я доставлю девушку в Ралиад, потому что она невиновна, но хотел бы, чтобы вы задержали убийцу здесь, покуда я не вернусь. Тогда я закую его в цепи и отвезу в Дукор, чтобы там он предстал перед судом.

– Не знаю, почему ты хочешь оставить его мне, а не ксансибарскому офицеру, – отвечал командир, – но поскольку ты заплатил мне пять тайзос, не вижу причины, почему бы мне не задержать для тебя убийцу. – Он повернулся к солдату, который стоял рядом с ним. – Возьми шестерых людей и арестуй охотника с маленькой лодки, которая стоит у причала.

Джерри не стал мешкать – он услышал все, что нужно. В несколько прыжков он пересек пристань, выхватил меч и, полоснув по причальному канату, прыгнул на борт. Затем он метнулся в каюту, схватил оба рычага и толкнул их вперед до упора. Лодка рванула от причала в тот самый миг, когда к ней уже подбегали два ближайших стражника.

Джерри смотрел вперед, не снимая рук с рычагов, а Джуния наблюдала с кормы за развитием событий.

– Патрульный катер подошел к пристани, – сообщила она, – и Хэзлит поднялся на борт. Сейчас они погонятся за нами.

Казалось, что их пленение – дело считанных минут, когда Джерри, который видел, что дальняя луна вот-вот скроется за горизонтом, вдруг пришла в голову удачная мысль. Лавируя среди идущих по каналу судов, он зигзагами направился ко внешнему берегу и наконец оказался от него в нескольких футах. К тому времени патрульный катер был всего в двухстах футах позади, и на носу его толпились солдаты, готовясь прыгнуть на корму удирающей лодки.

Скоро луна исчезла за горизонтом. В тот же миг Джерри зачехлил баридиевый фонарь, освещавший каюту, и лодка погрузилась во тьму. Затем землянин поставил рычаги так, чтобы лодка описывала небольшой круг по воде. Схватив Джунию за руку, Джерри вместе с ней выбежал на палубу.

Черная громада берега нависала над ними, и лодка как раз начала поворачивать от него. Джерри сгреб девушку в объятия и прыгнул – земные мускулы без труда перенесли его через полосу воды. В кромешной темноте он изо всех сил помчался вверх по берегу. И через секунду он понял, что по крайней мере часть его хитроумного плана сработала: тишину разорвал чудовищный треск и крики людей, барахтавшихся в воде. Это лодка, описывая круг, врезалась прямо в середину борта большого катера.

На внутренней стороне стены на равном расстоянии друг от друга располагались лестницы, и сейчас Джерри в темноте на ощупь двинулся к одной из них. Бесшумно поднимаясь, он вдруг увидел на фоне неба силуэт приближавшегося по верху стены стражника. И тут Джерри, который совершенно позабыл о Ниме, почувствовал, что в его руку ткнулся влажный нос.

– Взять его, Ним! – приказал он шепотом.

Джерри и Джуния притаились в тени, а лохматый великан взобрался на стену. При виде его стражник схватился за дротик, но едва успел отвести руку назад для броска, как в воздухе метнулось косматое тело, громадные челюсти сомкнулись на его голове, круша череп, и часовой без единого звука испустил дух.

Джерри снова подхватил Джунию на руки и побежал по лестнице вверх на стену. Развернув веревку, которую он прятал под головным покровом, Джерри обвязал ею тонкую талию девушки и спустил ее к подножию стены. Веревка ослабла, даже не вся размотавшись, и Джерри понял, что до земли не более тридцати футов.

– Отвяжи веревку, – шепотом велел он Джунии.

Она тотчас повиновалась, и Джерри, обвязав конец веревки вокруг Нима, столкнул зверя вниз, натянув веревку на краю парапета, чтобы удержать солидный вес псара.

Как только Ним оказался внизу, Джерри и сам спустился, цепляясь, как мог, обеими руками за выбоины в стене, а потом спрыгнул и без малейшего вреда для себя приземлился на мягком песке.

Спрятав веревку, он взял Джунию на руки и поспешил прочь.

Какое-то время темнота благоприятствовала их бегству. Затем на западе, почти в том же месте, где исчезла дальняя луна, вынырнула ее ближняя сестрица и залила пустыню ярким светом. К тому времени беглецы были уже больше чем в миле от стены, и Джерри обнаружил, что, держась в тени позади песчаных дюн, они могут идти без помех, не опасаясь вражеских глаз.

Яркая ближняя луна была уже высоко, когда ее сияющий шар вдруг перечеркнула черная тень, накрывшая беглецов. За ней мелькнула другая, третья, и Джерри, подняв голову, увидел, что высоко над ними летит отряд из сотни всадников на горах.

Джуния, которая тоже видела крылатых всадников, схватила его за руку:

– Они заметили нас! Что делать?

– Боюсь, что ничего, – ответил он. – Прятаться уже поздно, убежать от них мы не сможем, а драться с сотней воинов попросту безнадежно.

Хлопанье кожистых крыльев над головой становилось все громче – всадники снижались по спирали и через несколько секунд приземлились, плотным кольцом окружив беглецов.

Заслонив собой Джунию, Ним вздыбил шерсть, и зловещее рычание исторглось из его утробы.

И вдруг вожак крылатых всадников соскочил наземь. Он был маленький, кривоногий, с длинными обезьяньими руками и широченными плечами. Вместо дротиков у него была массивная, с длинной рукоятью палица.

– Коха! – воскликнул Джерри.

– Я надеялся, что это окажешься ты, господин, – салютуя, прокричал в ответ чернокожий карлик. И, повернувшись к остальным, на радостях подбросил в воздух палицу. – Хо, воины! Это Плебей!

При этих словах вопль радости вырвался у всего отряда.

– Мы искали тебя день и ночь с тех пор, как ты исчез, господин, – продолжал Коха.

– Эта дама – ее императорское высочество, наследная принцесса Кальсивара, – сказал Джерри. – Приветствуйте ее и дайте нам горов.

Тотчас же все всадники спешились, отдали Джунии императорский салют и наперебой начали предлагать своих горов. Джерри выбрал одного для принцессы и другого для себя.

Быстрокрылые птицезвери доставили их в лагерь меньше чем за полчаса, а там Джерри и принцессу ждала восторженная встреча. Выделив для Джунии шатер и посоветовав ей поспать, землянин созвал своих офицеров.

– Весьма вероятно, – сказал он, – что в ближайшие дни нам предстоит битва не на жизнь, а на смерть. И как бы странно вам это ни показалось, мы в этой битве можем оказаться союзниками вила Нумина. Все вы знаете, что Истязатель захватил Ралиад и посадил на трон свою марионетку – бронзовокожего принца. Объединившись с вилом Нумином, мы поможем ему разбить нашего общего врага, и, если мы победим, всех нас ждет достойная награда. Вопросы есть? Или возражения?

Все молчали.

– Поскольку возражений нет, – продолжал Джерри, – отправьте немедленно гонцов ко всем пустынным племенам и другим нашим отрядам, которые сейчас укрываются поодиночке. Пусть местом нашей встречи останется болото Атаба, и пусть все будут готовы к завтрашнему утру. Я же сейчас пойду гляну на работу наших кузнецов и оружейников.

В сопровождении Кохи и Юда он пересек усыпанный булыжниками пляж и вошел в пещеру у подножия утеса.

Расчехлив фонарь, землянин по извилистому коридору спустился в самое сердце горы. Он оказался в огромной естественной пещере, где трудилась ночная смена – две тысячи человек ковали и сваривали небольшие металлические восьмигранные башенки, в каждой из которых мог поместиться человек. В башенки были вставлены прозрачные толстые панели, которые можно было открыть при помощи рычага.