Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть II: лето 1907 – март 1917 года

Близость нефти, возможность пустить красного петуха легко вызывала эту массу на эксцессы. Забастовки 1903, 1904 и 1905 гг. и пожары на промыслах показали нефтепромышленникам, как легко в несколько дней могут быть уничтожены источники громадных барышей. […]

Ни в одной другой отрасли промышленности в России не было налицо таких условий, и это-то придавало совершенно особый характер рабочему движению в Баку. В то время, когда самые передовые рабочие, металлисты Петербурга, даже и не подумывали о коллективном договоре, в Баку он был выработан и проведен в жизнь еще в 1904 г.; предприниматели были вынуждены пойти на это, как вынуждены были терпеть профессиональные союзы, поскольку они одни могли вводить стихийное движение в организованное русло. […]

Профессиональные союзы в нефтяной промышленности возникли в 1907 году. Это были Союз нефтепромышленных рабочих и Союз механических рабочих. […] Союзом нефтепромышленных рабочих, в момент наибольшего расцвета насчитывавшим 9 тысяч членов, руководили большевики […] Второй союз, объединявший рабочих металлистов, находился в руках меньшевиков.

Захарова-Цедербаум К. В годы реакции //Каторга и ссылка. 1929. № 11 (60). С. 80–83.

№ 3

Ротмистр Орловский:

Вся внутренняя моя агентура была направлена к установке лиц, близко стоящих к тайной типографии, дабы затем, ведя за таковыми наружное наблюдение, выяснить местонахождение типографии, работа которой изо дня в день прогрессировала, значительное количество нелегальной литературы в виде прокламаций и разного рода воззваний особенно увеличилось со времени морской забастовки, когда город буквально наводнялся прокламациями от имени стачечного комитета каспийских моряков. Несомненно, что эти прокламации изготовлялись не только в тайной типографии, но и во многих легальных, которые прикрывались существованием тайной типографии и печатали воззвания и прокламации, ставя дату «типография БО РСДРП».

Тем не менее деятельность тайной типографии все усиливалась и усиливалась и дошла, если так можно выразиться, до своего апогея, когда с первых чисел стали выходить, начиная с № 4, газета «Рядовой», затем с середины июня газета «Рабочий» (с 1-го номера) и наконец с второй половины июля газета «Железнодорожный пролетарий» (с № 3). […] Столь широкая деятельность тайной типографии, а равно правильный регулярный выпуск начавшихся издаваться революционных изданий несомненно указывает на то, что местные условия для техники организации очень хороши.

Это объясняется тем, что город Баку почти с миллионным населением всех национальностей, начиная от персов и кончая англичанами, как по разноплеменности населения, так и по своему благоустройству действительно представляет из себя такое место, где все преступные элементы от мелких воришек до видных революционных деятелей включительно могут иметь безнаказанно самый широкий простор для своей преступной деятельности, и в этом смысле можно без преувеличения сказать, что г. Баку занимает едва ли не первое место среди городов Российской империи по трудности работы розыскных органов.

Причинами этого является, как я уже неоднократно доносил письменно и докладывал словесно, следующее: улицы города почти везде очень узки, а на окраинах и в части города Старая Крепость представляют из себя извилистые коридоры среди 3-этажных домов, иногда шириною не более двух аршин, что совершенно исключает возможность какого бы то ни было филерского наблюдения; в городе совершенно отсутствует регистрация, почему установка наблюдаемых личностей, а также и тех лиц, коих необходимо установить по разного рода отдельным требованиям или полученным сведениям, должны в силу необходимости сводиться к стереотическому[80] донесению о том, что «установить не представилось возможности». До сих пор еще не улегшееся враждебное отношение между татарским и армянским населением города исключает возможность иметь агентов наружного наблюдения другой национальности, кроме русских, тогда как по местным условиям иметь филеров татар и армян было бы весьма полезно для дела, так как в этом случае они могли бы работать, не будучи обнаруживаемы. Между тем, это невозможно ввиду того, что город делится на две части, татарскую и армянскую, и как татары, так и армяне, в особенности вечером, из боязни быть убитыми на почве национальной розни избегают бывать во враждебной части города. Русские же филеры среди туземного населения быстро бывают обнаруживаемы. Армянское население города вообще революционно и сочувственно относится к так называемому «освободительному» движению, и потому вести наблюдение в армянской части города, где главным образом приходится наблюдать, весьма опасно, так как жизнь человека в Баку ценится очень недорого и при обнаружении филера или вообще сыщика – «шпика» его не задумаются убить, что находит подтверждение в том, что в течение очень небольшого промежутка времени во вверенном мне пункте убито 3 и ранено 2 филера, причем из числа убитых один находился на службе всего 2 дня. Столь опасная боевая служба филеров, конечно, отзывается на деле, так как редкий из филеров служит более 1–2 месяцев, и бывали случаи, что на пункте оставался всего один филер, а желающих поступить не находилось. В течение года заведывания мною пунктом уволилось 33 человека филеров из боязни быть убитыми. При такой короткой службе филеров, когда они не успевают приобрести известную опытность, а вновь поступающим неизвестны лица, входящие в сферу наблюдения – наружное наблюдение в смысле продуктивности заставляет желать многого. Население, терроризированное изо дня в день повторяющимися в г. Баку грабежами, кражами, убийствами и т. п., очень подозрительно и опасливо относится к каждому новому лицу, появляющемуся вблизи их жилищ, и филер, который ведет наблюдение и должен иногда в течение целого дня, а иногда и нескольких дней простоять на известном пункте, при всех вышеизложенных неблагоприятных условиях возбуждает подчас подозрение среди благонамеренных жителей, не есть ли он лицо, намеревающееся совершить посягательство на его жизнь или имущество. Таким образом, филер в своей службе поставлен между двух огней: с одной стороны, лиц наблюдаемых, которые видят в нем шпиона, а с другой стороны, лиц, не входящих в сферу наблюдения, которые видят в нем грабителя, убийцу или вора.

Донесение заведывающего бакинским охранным пунктом ротмистра Орловского заведывающему особым отделом по полицейской части канцелярии наместника на Кавказе, копия – в Департамент полиции, 27 июля 1907 г., № 895, 896

ГА РФ. Ф. 102. Оп. 204. Д7. 1907. Д. 5185. Л. 51_55.

№ 4

К. Захарова-Цедербаум:

Отношение к власти разноплеменного населения было таково, что на содействие в деле искоренения крамолы она ни с какой стороны не могла рассчитывать. Деятельность революционеров облегчалась тем, что главная масса рабочего населения жила не в самом городе, а за его чертой, там, где производилась добыча нефти и перегонка ее на заводах – в Балаханах, Сабунчах, на Браилове, в Черном и Белом городе. Полиции трудно было организовать слежку в скученных рабочих районах, среди явно враждебных ей пролетариев. В самом городе лишь в центре были широкие, прямые улицы с европейскими домами. Стоило только попасть в татарскую часть, как картина совершенно изменялась: низкие здания укрывались за глухими каменными стенами, без окон, с редкой дверью. Доступ внутрь этих стен был почти невозможен: магометанин строго охранял внутренность своего дома от постороннего глаза. В этих глухих, пустынных улицах, идущих в гору, в ту пору, когда я приехала в Баку, по вечерам, чуть не ежедневно происходили перестрелки и убийства, и полиция боялась показываться сюда. Убийства оставались безнаказанными, виновные необнаруженными. […] Население оставалось неразоруженным, и револьвер или кинжал пускались в ход по всякому поводу. Ношение оружия при себе считалось столь естественным делом, что когда, после попытки ограбления почтамта, там был поставлен караул, часовой у входа в здание предлагал посетителям оставлять оружие в сенях – револьверы и громадные кинжалы складывались в общую кучу, и при выходе на улицу каждый брал свое оружие обратно.

С непривычки странно было видеть на главных улицах экипаж (фаэтон), в котором рядом с каким-нибудь нефтепромышленником или инженером торжественно восседал, а то и стоял на подножке сбоку рослый, смуглый, страшного вида человек, вооруженный до зубов, – то были телохранители, так называемые «кочи», без которых не обходился ни один видный бакинский воротила.

Захарова-Цедербаум К. В годы реакции. C. 77–78.

№ 5

С. Орджоникидзе:

Разгромленная меньшевиками в Грузии, наша фракция решила перебросить все силы в Баку, дабы выбить меньшевиков из пролетарского центра Закавказья. Если в это время в Тифлисе и во всей Грузии было беспредельное господство меньшевиков и нас можно было перечесть по пальцам, то в Баку мы имели солидное меньшинство. […] Лично я, по приезде в Баку, поступил фельдшером на промысел Ш. Асадуллаева, 1 мая был арестован на горе «Стенька Разин» во время первомайской демонстрации и просидел под чужой фамилией (Кучхишвили) в Баиловской тюрьме 26 дней, после чего большинство арестованных, в том числе и я, были освобождены. В мае наша публика только подбиралась, но тут случился провал нашего первого фракционного собрания, и всю головку нашей фракции арестовали (Леграна, Сакварелидзе Нико, отошедшего впоследствии от нас, Тимофея (Спандаряна), Авеля Енукидзе, Саака Тер-Габриэляна, Алешу Джапаридзе, В.Фиолетова, Петербуржца, С.Жгенти и др.) […] Вскоре все наши товарищи были освобождены, кажется, за небольшую сумму, заплаченную нами жандармскому ротмистру Зайцеву, который весьма охотно брал взятки. К этому времени вернулись с Лондонского съезда тт. Шаумян, Коба Сталин, Саратовец, приехали из Тифлиса Буду Мдивани, Ф. Каландадзе, Елисабедашвили, Аршак (покойный), Якубов; кроме приезжих, в Баку у нас была очень сильная группа товарищей, во главе с Алешей Джапаридзе, Апостолом Гванцаладзе, В.Фиолетовым, Вацеком, Боковым, Князевым, Якубовым, Плешаковым, Фаро и др.[81]

Орджоникидзе С. Борьба с меньшевиками (1907 г.) //Двадцать пять лет Бакинской организации большевиков. С. 42–43.

№ 6

С. Аллилуев:

Степан Шаумян, Сурен Спандарян, Прокофий Джапаридзе, Серго Орджоникидзе, Аполлон Гванцеладзе, Павле Сакварелидзе, Миша Кучуев, Яков Кочетков, Миша Мельников, Ваня Ульянов, Евстафий Руденко, повседневно ведя агитацию и пропаганду, постепенно открывали глаза рабочим, пробуждая их. Коба, приехавший в Баку с пятого, Лондонского съезда партии, сплотил большевистские силы и повёл решительное наступление на противников. В этот же период в Баку работал и К. Е. Ворошилов. Постепенно, шаг за шагом, большевики отвоёвывали у меньшевиков их позиции.

Аллилуев С. Пройденный путь. М., 1946. С. 179–180.

№ 7

П. Сакварелидзе:

Главные, основные большевистские силы были распределены между районами, где они беспрерывно работали. К Балаханам были прикреплены А.Джапаридзе, С. Шаумян и другие. […] Всюду при непосредственном участии Сталина проводились большие дискуссии. В Белом городке противники дошли до рукопашной схватки. В Черном городке (фирму уже не помню) с дискуссионного собрания бежал Ной Рамишвили, который время от времени приезжал из Тифлиса.

Из воспоминаний Сакварелидзе П.Д., опубликовано в грузинской газете «Коммунист» 18 мая 1935 г. Перевод с грузинского

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 4. Д. 658. Л. 313.

№ 8

Н. Колесникова:

В начале 1907 года социал-демократическая организация в Баку была меньшевистской […] комитет состоял сплошь из меньшевиков, в их руках был печатный станок, из них же состоял кадр партийных профессионалов. Из большевиков тогда в Баку находились: Тимофей[82], Буду (Мдивани), Петербуржец (Вепринцев), Слава Каспаров, Саратовец (Смирнов) и др. […] Большевики понимали хорошо, что при соответствующих условиях завоевать позиции среди бакинского пролетариата будет возможно. К маю подъехало еще несколько большевиков: Коба Сталин, Алеша Джапаридзе, позднее немного Степан Шаумян; в то же время большевикам удалось получить и материальные средства на работу. Решено было немедленно выделить несколько человек партийных профессионалов и распределить между ними районы: в Балаханы были направлены Алеша, Буду, Слава, Саратовец; на Биби-Эйбат – Коба и Петербуржец; в Черный город – Тимофей и пишущая эти строки, жившая в то время под именем Ольги Александровны Тарасовой, в Белый город – Апостол. Степан остался в городе с тем, чтобы обслуживать докладами важнейшие собрания во всех районах и затем нести главнейшую работу по редактированию партийного органа.

Колесникова Н. Как большевики завоевали Баку // Двадцать пять лет Бакинской организации большевиков. С. 221–222.

№ 9

П. Сакварелидзе:

После Лондонского съезда (1907 г.) Сталин обосновался для работы в Баку. Он начал с докладов и с развертывания, оживления организационной работы. Особенно знаменателен был его большой доклад о Лондонском съезде РСДР партии, на котором он присутствовал и на котором большевики одержали победу […] В докладе особенно интересен был анализ тогдашнего текущего момента и характеристика представленных на съезде различных фракций и течений. Между прочим, он сжато и метко охарактеризовал Троцкого и его позицию на съезде как «красивую ненужность».

Из воспоминаний Сакварелидзе П.Д., опубликовано в грузинской газете «Коммунист» 18 мая 1935 г. Перевод с грузинского

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 4. Д. 658. Л. 311.

№ 10

Сталин:

Всего на съезде присутствовало около 330 делегатов. Из них 302 были с правом решающего голоса – представители более чем 150 000 членов партии, остальные – совещательные. По фракциям распределялись приблизительно следующим образом: (только решающие) 92 большевика, 85 меньшевиков, 54 бундовца, 45 поляков и 26 латышей.

С точки зрения общественного положения членов съезда (рабочие и нерабочие) съезд представлял следующую картину: рабочих физического труда было всего 116; конторщиков и приказчиков – 24; остальные – нерабочие. При этом рабочие физического труда по фракциям распределялись следующим образом: в большевистской фракции – 38 (36 процентов); в меньшевистской – 30 (31 процент); у поляков – 27 (61 процент); у латышей – 12 (40 процентов); у бундовцев – 9 (15 процентов). А профессиональные революционеры распределялись по фракциям следующим образом: в большевистской фракции – 18 (17 процентов); в меньшевистской – 22 (22 процента); у поляков – 5 (11 процентов); у латышей – 2 (6 процентов); у бундовцев – 9 (15 процентов).

Мы все были «изумлены» этой статистикой. Как? Меньшевики так много кричали об интеллигентском составе нашей партии, они день и ночь ругали большевиков интеллигентами, они грозили прогнать всех интеллигентов из партии, они все время третировали профессиональных революционеров – и вдруг у них во фракции оказалось гораздо меньше рабочих, чем у «интеллигентов»-большевиков! У них оказалось гораздо больше профессиональных революционеров, чем у большевиков! […]

Не менее интересен состав съезда с точки зрения национальностей. Статистика показала, что большинство меньшевистской фракции составляют евреи (не считая, конечно, бундовцев), далее идут грузины, потом русские. Зато громадное большинство большевистской фракции составляют русские, далее идут евреи (не считая, конечно, поляков и латышей), затем грузины и т. д. По этому поводу кто-то из большевиков заметил шутя (кажется, тов. Алексинский), что меньшевики – еврейская фракция, большевики – истинно русская, стало быть, не мешало бы нам, большевикам, устроить в партии погром. […]

Что же касается течений, наметившихся на съезде, то надо заметить, что формальное деление съезда на 5 фракций (большевики, меньшевики, поляки и т. д.) сохранило известную силу, правда, незначительную, только до обсуждения вопросов принципиального характера (вопрос о непролетарских партиях, о рабочем съезде и т. д.). С обсуждения вопросов принципиальных формальная группировка была фактически отброшена и при голосованиях съезд обыкновенно разделялся на 2 части: большевиков и меньшевиков. Так называемого центра, или болота, не было на съезде. Троцкий оказался «красивой ненужностью». Причем все поляки определенно примыкали к большевикам. Громадное большинство латышей тоже определенно поддерживало большевиков. Бунд, фактически всегда поддерживавший громадным большинством своих делегатов меньшевиков, формально вел в высшей степени двусмысленную политику, вызывавшую улыбку с одной стороны, раздражение с другой. […]

Таким образом, съезд был большевистский, хотя и не резко большевистский. Из меньшевистских резолюций прошла только резолюция о партизанских выступлениях, и то совершенно случайно: большевики на этот раз не приняли боя, вернее не захотели довести его до конца, просто из желания «дать хоть раз порадоваться тов. меньшевикам».

Из статьи И. Джугашвили «Лондонский съезд Российской социал-демократической партии (Записки делегата)». Опубликована в газете «Бакинский пролетарий» № 1, 2 за 20 июня и 10 июля 1907 г. за подписью «Коба Иванович»

Сталин И. В. Сочинения. Т 2. С. 46, 48–52.

№ 11

И. Боков:

Организация Биби-Эйбатской дружины возникла следующим образом. Когда нефтепромышленники и черная сотня нас преследовали, нам необходимо было это предупредить чем-либо. С нашей стороны были случаи единичных террористических актов, как в отношении нефтепромышленников, так и в отношении черной сотни. Но тов. Коба нас предупредил, что мы этого делать не должны и не имеем права, ибо наша тактика исключает единичный террор, это только дает повод социалистам-революционерам разжигать больше страсти против большевиков. На одном из маленьких заседаний на скале был задан тов. Кобе нами вопрос о необходимости самозащиты в районе от хулиганов и погромщиков. […] Тов. Коба внес предложение организовать большевистскую боевую дружину. Это было сделано в 1907 г. Присутствовало на этом заседании 8 ч.: Яков Кочетков, Боков Иван, Георгий Георгибиани, Шенгелия и др. Тов. Коба согласился на организацию боевой дружины, но с тем, чтобы не производить единичных террористических актов, а служить как бы угрозой в отношении нефтепромышленников и черной сотни. Мы не имели оружия. Было вынесено предложение меньшевиком-интернационалистом Андреем Вышинским о том, чтобы достать оружие у полиции и жандармерии. Мы это практиковали и так, обрезывали у пьяных полицейских револьверы и забирали их себе. Вышинский нам достал несколько бомб и револьверов, а затем мы сами закупили оружие в других городах. Закупкой оружия занимался Зелидзон. Оружие каждый хранил у себя, но главным образом оно хранилось у Георгибиани и у меня. Георгибиани жил со мной на Баилове. Оружие хранилось в сундуке, который и сейчас у меня имеется. Впоследствии число дружин увеличилось. […] Боевая дружина защищала рабочих от черносотенцев, бывали случаи убийства нашей дружиной черносотенцев, например: Харченко, Старостина, Белугина, Витохина, которые являлись настоящими черносотенцами, погромщиками.

Из воспоминаний Бокова И. В., записано в марте 1937 г.

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 4. Д. 658. Л. 39–41.

№ 12

С. Гафуров:

Товарищ Сталин руководил подготовкой к вооруженному восстанию не только теоретически, но и практически. Большинство членов нашей организации состояло в боевой дружине «Красной сотне». Комитетского оружия для боевой дружины не хватало. Предложили нам приобретать за свой счет, что мы и делали. Обучались стрелять, нас инструктировали обращению с оружием, тактике уличного боя и т. д. Правда, лично мне действовать нигде не приходилось, но все члены «Красных сотней» были готовы ежеминутно выступать по призыву партии.

Из воспоминаний Сибгата Гафурова, 1935 г.

РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 4. Д. 658. Л. 134.

№ 13

Из устава боевой дружины Бакинской организации РСДРП:

IV. Касса боевой дружины

15) У боевой дружины имеется своя общая для всей дружины касса.

16) Кассир избирается военным советом.

17) Касса боевой дружины сама собирает деньги и изыскивает средства непосредственно.

18) Касса издает отчеты ежемесячно.

19) Отчеты проверяются и утверждаются ревизионной комиссией, избираемой из трех лиц военным советом.

V. Об обязанностях дружинников.

20) Дружинник безусловно (и без всякого возражения) подчиняется во всем своему ближайшему руководителю.

21) Дружинник обязан исполнять свои обязанности согласно распоряжений, без всякого с своей стороны изменения.

22) Дружинник обязан быть всегда готовым для борьбы.

23) После первого сигнала дружинник обязан явиться на назначенное место, не позже как по истечении пяти минут.

24) Дружинник обязан знать, как обращаться со своим оружием, а равно и со всяким оружием вообще.

25) За свои действия дружинник отвечает перед районным советом.

26) Дружинник должен знать своих товарищей, которые входят в его отряд (из пяти человек), а по мере возможности и всех вообще дружинников.

Примечание: Дружинник не имеет права покинуть дружину без ведома районного совета и без доклада ему о причинах своего ухода. […]

VIII. О дисциплинарной части.

33) Дисциплинарно наказываются:

1) Те, которые окажутся неисправными.

2) Те, которые не выполняют поручения своего руководителя.

3) Те, которые любят откровенничать и вообще не могут держать в тайне дел, касающихся боевой дружины.

4) Те, которые нарушат устав боевой дружины или программу партии (экспроприациями и т. п.).

5) Те, которые будут сорить деньгами, пьянствовать и т. п.

6) Те, которые растратят имущество организации.

7) Наказываются также все шпионы, изменники и т. п.

Примечание: Дружинник, вышедший из состава боевой дружины, не освобождается от ответственности, если он будет обвинен в нарушении 3-го пункта сего устава.

34) К казни приговаривает районный совет.

35) Приговор районного совета может быть передан на рассмотрение военного совета и затем руководящего коллектива Бакинской организации.

ГА РФ. Ф. 102. Оп. 204. ОО. 1907. Д. 5. Ч. 3. Л. 71–73.

№ 14

Полковник Бабушкин:

По агентурным данным заведывающего Розыскным пунктом в г. Баку, на днях в означенном городе состоялось районное делегатское собрание местной организации Российской социал-демократической рабочей партии, в составе 65 человек, по расчету – один представитель от пяти организованных рабочих. На собрании подлежали обсуждению следующие вопросы в порядке дня:

1. Организация самообороны.

2. Выбор коллектива.

3. Выбор междурайонной организационной комиссии.

4. О руководящем центре.

5. Заявления.

Вопрос об организации самообороны, предложенный «большевистской» фракцией, встретил оппозицию со стороны «меньшевиков», которые, ссылаясь на постановление Лондонского съезда партии о роспуске боевых дружин, отрицали даже право возбуждать такой вопрос, так как отряды самообороны в сущности являются прототипами боевых дружин, со всеми недостатками членов последних – похищением оружия и участием в экспроприациях по собственному почину и у частных лиц.

При обсуждении этого вопроса между прочим выяснилось, что Бакинская организация израсходовала на приобретение оружия около 80 тысяч рублей и в настоящее время владеет 76 револьверами систем «Маузер» и «Браунинг», 170 винтовками разных систем и некоторым количеством бомб, что совершенно не соответствует такой затрате. Определилось также, что до сего времени еще не имеется никакой отчетности о порядке израсходования упомянутой выше суммы и такой отчет постановлено затребовать от «штаба боевой дружины».

Взамен вопроса об организации отрядов самообороны, «меньшевистская» фракция требовала обсуждения плана предвыборной кампании как главнейшего вопроса дня. Но «большевики», указывая на открытие в Баку отдела «Союза русского народа», который, по их словам, не замедлит выступить насильственно, настаивали на злободневности вопроса о самообороне и о выработке для ее отрядов особого устава. Благодаря численному превосходству «большевиков» (39 голосов из 65), вопрос был решен в положительном смысле и организацию отрядов самообороны и разработку их устава постановлено возложить на междурайонную организационную комиссию.

Выборы в «коллектив» также закончились победой «большевиков», которые вошли в его состав в числе 11 человек […]

В междурайонную организационную комиссию избрано 9 представителей, по одному от района; в том числе от Биби-Эйбатского района избран «профессионал» «Коба», который участвовал в «Бакинском пролетарии», подписывая свои статьи псевдонимом «Коба Иванович». На комиссию возложено также озаботиться скорейшим возобновлением издания «Бакинского пролетария», прекратившегося после обнаружения его печатания в местной типографии «Арамазд».

Донесение заведывающего особым отделом канцелярии наместника на Кавказе полковника Бабушкина в Департамент полиции, 15 сентября 1907 г., № 8561[83]