Кибер 1. Гражданин

Алекс Фил и его крафт названный Медведем был под стать дикому зверю, что водился в доминионе Каменный Пояс. Рому удалось вчера “пощупать за мягкое” его в бою. Дан Соше собрал трехрамный многоколесный крафт. На каждой раме стояли ракетницы типа Оса. Самый неприятный противник для Рома, большой сплеш реактивного залпа вполне может и не “уйти” по прицелу, а к примеру отклониться и разорваться на корпусе. А там и до псевдо-дронов недалеко.

Никит Ом подошел к созданию крафта не шаблонно. Только с первого взгляда его бот казался собранным без задумки. Профиль ощетинился буровыми шнеками, меж которых выглядывали стволы. Слишком тонкостенные для своего калибра, без дульного тормоза и компенсаторов. Крафт Никита Ома был нестандартным и непонятным, как у Дима. Потому его опасаться и стоило.

Тед Шадо указал свободные места Иван Ма и Юр Плас, отвесив по поджопнику, и те понуро потянулись к указанным точкам.

Итак. Кто мне скажет, кто лучший друг техника? – Спросил Тед Шадо у механиков. Никто не ответил и мех-майор продолжил – Разведка! Именно разведка дает сведения о классе, поколении ботов и количестве противника. До “Крещения огнем” остались лишь сутки вы можете увидеть крафты своих противников, это даже лучше видеограмм разведки и позволит оценить примерный потенциал противника, подобрать стратегию и возможно внести некоторые коррективы.

Кир Найкс поднял руку, демонстрируя то, что у него есть вопрос. После кивка мех-майора пилот спросил:

Что будет с ними? – он указал на Ивана Ма и Юра Плас которые выглядели чернее тучи.

С ними всё в порядке: они сдали тест на мех-сержанта и сегодня Система распределяет их по боевым частям для обслуживания боевых ботов.

Вот так просто? Ремесленники без “Крещения огнем” получат распределение, в то время как нам за это придётся сражаться? – Кир выглядел спокойным, однако сжатые кулаки выдавали в нём вспыльчивый нрав и негодование.

Вы тоже получили положительные баллы в тесте на мех-сержанта. Все кроме Гражданина, разумеется, – он указал на Дима который по сути своей был наемным рабочим и числился механиком всего пятый день – Все участники “Крещения огнем” получат звание мех-лейтенанта, а те кто проявят себя имеют возможность получить звание мех-капитана.

По ангару прокатился взволнованный шепоток. Такой солидный рост в небоевой иерархии оказался неожиданностью.

Те же, кто после двух суток работы над боевым ботом, сконцентрировавшись на вооружении защиты, не смог создать даже рабочую платформу – Тед Шадо вновь окинул взглядом провинившихся механиков – достойны работать на мех-верфях. Но лишь в чине мех-сержантов. Что же касается завтрашнего мероприятия: сейчас я разошлю на ваши идентификационные карты таблицу с вашими завтра визави. У вас есть ровно сутки, чтобы на основе полученных знаний доработать свои крафты конкретного противника. Всё, теперь вы свободны. Приступайте.

Не успел мех-майор договорить, как письмо пришло в почтовый ящик. Дим развернул полученное сообщение и углубился в чтение пар на завтрашние бои.

Кир Найкс – Ром Лерм

Никит Ом – Алекс Фил

Дан Соше – Сид Найкс

Дим Сэт – с победителем на выбор Судей

Больше всего это походило на игру в поддавки. Биться с победителем гораздо легче, нежели биться в общем строю. Любой бот после первого боя будет поврежден, в то время как его Левиафан будет цел невредим. И видя такую несправедливость Дим поднял руку.

Что-то не так, гражданин? – деланно вздернул бровь Тед Шадо.

Я считаю несправедливо устраивать одному из механиков два боя подряд. Не будет времени на ремонт и вообще, это поставит победителя в невыгодное положение при начале второго боя.

Ты решил избежать участие в турнире? – его ухмылка расплылось еще шире.

Нет, я хочу одинаковых условий для всех, в том числе для себя. Не люблю играть в поддавки, – не повелся на подначку и провокацию Дим – Тем более что вы все уверены, что завтра я отсюда вылечу. Так какая для вас разница, когда сбросить балласт?

Хорошо, – неожиданно легко согласился Тед Шадо – Твоим противником буду я! Ты выберешь крафт одного из этих бездарей, – он указал пальцем на Ивана Ма и Юра Плас – и я доведу его до ума. Что, гражданин, уже не так великодушен? “Инициатива “нагибает” инициатора!” – слышал такую народную мудрость?

Пошли, посмотрим его крафт, – не отступил Дим.

Крафт Ивана Ма оказался отнюдь не так жалок, как описывал Тед Шадо. Хищные формы, гусеничная платформа на четырех гусеницах стоящих параллельно, трехсот пятидесяти миллиметровые плиты композитной брони расположенные под рикошетными углами и фартук-отвал от инженерно-саперного бота. Все это делало еще пока нерабочий бот Ивана Мо грозной боевой единицей. Если конечно Теду Шадо удастся его завести.

Бот Юра был менее амбициозен, но выбирая из двух зол Дим предпочел более опасного. Причина проста: у крафта Ивана было всего одно основное орудие. В то время, как Юр успел снабдить свой крафт двумя спаренными пулеметами “Бульдог Д-1600”.

А дальше начались сутки кропотливой работы. Диму удалось собрать девять дронов. Два летающих на базе разведывательного “Сокола”, с ЭМИ гранатой. Два летающих “Филина” с кассетой термитных зарядов. И пять “Куниц” что, как смертники Эмирата Пяти морей, были начинены диаминоазоксифуразановыми шашками. Главная цель последних – обездвижить противника, сорвать гусеницы. С остальным уже справились бы Филины и Соколы.

Поспать удалось всего четыре часа. Но и тут помог Ром: под рабочим комбинезоном пронес две банки энергетика и офицерский паек, за что получил консультацию по модели своего крафта. Простой до идиотизма ход, который не раз спасал Дима от летней жары в Третьем периметре пригодился и тут. Услышав, что именно предлагает Дим, Ром сначала несколько секунд смотрел на него, как на умалишенного. Но в конце-концов пообещал попробовать вариант борьбы против импульсных лазеров легкой Фурии Кира Найкса.

К полудню восемь ботов выстроились по кругу, очерчивая арену. На “Крещение огнем” снизошли посмотреть даже Отцы! Две фигуры Отцов стояли обособленно от других высоких гостей. Отцы есть правители Нового Ковчега, представители от каждой из каст, выбранные Системой как достойнейшие, ведущие сразу две жизни: мирскую и Отцовскую. Облаченные в рясу с глубоким капюшоном, подпоясанную простой веревкой – символ аскетизма и пренебрежения мирскими благами. В руках деревянные четки с крестом – символ покаяния души и глубокой веры.

Были и другие гости, которым на мероприятии была уготована роль жюри. Духовенство село по правую сторону: Инквизиторы в алых балахонах – ревнители веры и вершители судеб людей, Исповедники в белых – лекари душ и Судьи в черной с серебром форме – весы и меч Фемиды в одном лице.

Технополиты заняли левую трибуну: Ученые – наверное, самые любимые низшими кастами представители высших. Ученый – есть голова доминиона, а потому, он априори ценней любого другого представителя общества. Их отличительным знаком были механические часы на цепочке – символ гения людской мысли.

Технократы в дорогих одеждах – хозяева производственных фабрик, лабораторий и эрзац-белковых ферм. Золотые широкие браслеты на их руках были символом рабства перед Богом и доминионом. Юстициарии, Квесторы и Префекты – законотворцы и чиновники. Строгая серая форма с тугим высоким воротником, напоминавшим ошейник, и короткими рукавами – символом “чистоты рук”.

Воины сели в центре. Мундиры воинов отличались по цвету – символу принадлежности к своим родам войск. Синие мундиры – мех-войска, охровые – пехота, бордовые – мех-десант, коричневые – инженеры и лиловые – артиллерия.

Разумеется, в этой касте воспитывали в основном офицеров, но так или иначе все офицеры начинают с низов, с рядовых. Но опять же, среди воинов всё зависело от рода войск и личных качеств Воина. Так например в мех-войска и артиллерию брали далеко не всех даже из Воинской касты, в то время как среди мех-десанта и пехоты абсолютным большинством были Граждане и Ремесленники.

Тед Шадо вышел в центр арены и его многократно усиленный голос заставил смолкнуть все шепотки.

Отцы, Духовенство, Воины, – он обратился к трибуне “по старшинству” как предписывала субординация, затем повернулся к механикам – Ремесленники и Гражданин, – последнее было адресовано Диму – Я объявляю старт экзамена “Крещение огнем” две тысячи двести тридцать четвертого года! Первая пара гладиаторов: Офицер Кир Найкс и Ремесленник Ром Лерм, занять кресла нейроуправления ботами!

Неназванные механики остались стоять у своих крафтов, а Кир и Ром поспешно принялись занимать управляющие модули за периметром арены и удаленно повели ботов в бой.

Кир назвал свой крафт “Деметра”. Ром последовав совету Дима покрыл Циклопа слоем белой краски, а затем зеркальным серебром и переименовал из Гремучника в Ртуть.

Бот Рома выдал импульс энергии из пробойника сразу, как прозвучал гонг, но не попал, пронзив клубы дыма вместо корпуса легкого колесного разведывательного бота. Маневренная Деметра сходу рванула в сторону, даже не поворачивая колес. Кир установил на бока крафта первые ступени ракетных ускорителей, они и отбросили Деметру в сторону.

Тут же красный бот ответил спаренным импульсом по Ртути, но отраженные от зеркальной обшивки, лучи ушли вверх и поглотились силовым полем, окружающим арену, оставив на корпусе крафта лишь пузыри закипевшей отражающей краски. Ром вновь выпустил импульс по боту Кира и вновь промахнулся. Деметра порхала вокруг Ртути, не торопясь вновь атаковать, а Ром не щадя заряда энергобатарей, по откату выдавал импульсы.

Легкая Деметра игралась с тяжелой Ртутью, крафт Рома хоть и считался маневренной боевой платформой, но почувствовав свою неуязвимость Ртуть застыла на месте, желая прихлопнуть навязчивую красную моль.

Кир наигрался, и решил заканчивать. Залп гранатометной кассеты под “брюхо” Ртути лег кучно и крафт Рома заволокло дымом. Кир, уверенный в победе, не стал добивать обесточенного противника и снял шлем кибер управления. На его лице играла легкая улыбка, когда он выбрался из кресла.

Вот только Ртуть, вместо того, чтобы опустить дуло обесточенного энергетического пробойника, выдал продолжительный заряд в корму Деметры, идущей на автопилоте на свое место.

Этого хватило с лихвой. Алый крафт загорелся за спиной пилота, который уже склонился в почтительном поклоне перед центральной трибуной. Пилот выпрямился и, читая в глазах сидящих на трибуне гостей недоумение, обернулся и застыл, видя, как четыре алых пожарных дрона кружили вокруг Деметры, заливая коптящий бот пеной.

Второй бой между Некитом Омом на “Гремлине” и Алексом Филом на “Медведь” стартовал спустя десяток минут. Бой Ремесленников начался с синхронного залпа. Медведь выдал дуплет из обоих стволов, погасив отдачу не еще не опущенными противооткатными лапами, а реактивной струей. Умно. Вчерашний бой пошел на пользу и самому Алексу.

Дуплет разворотил “морду” Гремлина. Черный дымок зачадил из нутра невзрачного крафта Некита. Буровые шнеки по центру корпуса разорвало, но каким-то чудом мотор или моторы залп не задел. Уцелевшие шнеки завертелись, ища породу, в которую можно вгрызться алмазными коронками зубов.

Из широких труб Гремлина, расположенных между шнеками, по очереди выстрелили гарпуны. Два из них “ушли” сильно мимо из-за погнутых направляющих труб, но еще два вгрызлись в колеса крафта противника. Загудели лебедки и трос гарпунов натянулся и развернул Медведя. Затем другие трубы “сказали свое слово”, и крафт Алекса теперь сидел уже на шести крючьях в колесах.

Медведя потащило к Гремлину, прямо на буровые шнеки. Крафт Алекса перезарядил обе пушки, повернутые в сторону противника. Но Некит, понимая чем может закончиться второй залп, подтягивал Медведя рывками, от чего траектория выстрела лишь на мгновения пересекалась с корпусом Гремлина, мешая совершить залп..

Запаниковавший Алекс Фил выдал очередной дуплет. Не совсем “в молоко”, снес “люстру” оптики бота, но обзор для Гремлина сейчас был не нужен, он и так держал Медведя на крюках. Буры Гремлина вгрызлись в борт Медведя. Висящий на тросах бот Алекса задрал стволы в небо, как вдруг раздался лязг закрытого казенника у Медведя.

Из-под правого борта Медведя вырвались шесть тугих реактивных струй, и на несколько секунд правый ряд колес оторвался от земли. Стволы спаренных орудий Медведя сменили вектор и в упор ткнулись в крышу Гремлина. Еще один двойной залп орудий и точка! Гремлин, уже запустивший клыки в бок Медведя смолк и загорелся. Для Алекса Фила это была пиррова победа, но тем не менее – ПОБЕДА!

На трибунах долго спорили. Но из-за силового поля ограждающего судей Дим не слышал ни слова. Бой и в самом деле вышел зрелищным, но неоднозначным, в отличие от прошлого.

Настало время третьего поединка мехов. Дан Соше на Ёрмунганде против Сида Найкса на Фантоме.

Тут исход боя был ясен еще до начала. Паровозик с ракетницами против бота-разведчика с инвизом и лазером. Хамелеон второго поколения, конечно, бесполезен на ближних дистанциях, Дим подозревал, что Сид просто поленился демонтировать его. А дальше залп ракет Ёрмунганда, даже близко не попал по Фантому из-за его купола РЭБ, который просто сжигал мозги ракет. Однако их разрывы всё же смогли выбить Фантом из невидимости. Затем лазерный импульс по центральному фрагменту неудачного бота-паровоза, детонация боезапаса и занавес.

Если бой между Некитом и Алексом был спорным, то здесь исход был кристально ясным. И явно неудовлетворенный такой победой Сид, сняв шлем, понуро побрел прочь. Он явно ждал более серьезного соперничества.

Тед Шадо вновь вышел и объявил последний поединок.

И последний бой сегодняшнего дня. Гражданин Дим Сэт на Левиафане против Воина Теда Шадо на Гефесте!

И, закончив представление, заторопился к вирткреслу, чтобы взять под нейроуправление бота-беспилотника. Дим никогда не имел опыта управления ботом через нейрокресло. Да и откуда бы, бывало что Дим не каждый день ел, меняя сиротские пайки на металлолом. Откуда у сироты, сына шлюхи из дома терпимости, двенадцать тысяч энергоимпериалов? Вопрос был риторическим и не требовал ответа. Он и собственному джойстику, напечатанному на 3D-принтере был рад.

Бот Теда Шадо не претерпел кардинальных изменений. Гефест остался все таким же – хищным ботом прорыва: на четырех гусеницах, с саперным ковшом закрывающим гусеницы, и основной калибр – гладкоствольная пушка 160 мм для запуска управляемых ракет. С виду вроде все, но понимая, что крафт Ивана дорабатывал мех-майор, сомневаться не приходилось – Гефест еще сможет удивить Дима.

Прозвучал гонг и Левиафан, перебирая механическими ногами, начал сокращать расстояние. Он был вдвое выше и впятеро тяжелее Гефеста, и стоило навязать ближнюю схватку дальнобойному Гефесту, прежде чем выпускать дроны.

Тед Шадо не стал испытывать судьбу, а дал залп по механическим ногам. Дим ожидал управляемую ракету, но ошибся. Допотопный кумулятивный заряд удачно лег в сочленение, где лапа крепилась к корпусу и оторвав её напрочь. Признаться, Дим не ожидал, что кумулятивный снаряд окажется так эффективен против лап. Хотя тут скорее сыграл случай: снаряд попал в полусферу крепления к раме, миновав саму лапу. Угоди он в нее, и проникающая сила рассеялась бы внутри полой лапы, выбив одну из трех линий проводки.

Левиафан замедлился, но продолжил движение. Гефест же развернулся на месте и рванул прочь, избегая ближнего боя. Дим этого и ждал, показалась корма крафта Теда Шадо. И что самое главное – Дим увидел четыре ряда гусениц. Пора!

Из-под хромающего крафта вырвались две “Куницы” и виляя по непредсказуемой траектории понеслись к Гефесту. На этот раз у Теда Шадо была заряжена управляемая ракета. Правый дрон-суицидник полыхнул двадцатью килограммами диаминоазоксифуразана. От взрывной волны вторая “Куница”, сделав несколько оборотов, ударилась о заграждение силового барьера. Первый дрон был уничтожен, второй также не подавал признаков работоспособности. И это выбило Дима из морального равновесия.

До того как Гефест снова выстрелил, Дим выпустил “Филина” и “Сокола”. Легкие летательные дроны, жужа электромоторами, взвились в воздух и, заложив вираж, зашли на Гефеста слева и справа. Тед Шадо долго не думал и, будто зная о заложенной в нем термитной шашке, выстрелил в Филина. Дрон полыхнул огнем и воспламененный термит снопом искр осыпался на арену.

Сокол же достиг цели и, сбросив на корму боевого бота ЭМИ-бомбу, поспешил обратно, в нутро Левиафана. Заряженное орудие Гефеста уже вело не успевшего скрыться Сокола, когда Дим активировал ЭМИ-бомбу. Обесточенный бот заглох и застыл памятником.

Молчание четырех моторов Гефеста продлилось секунды три. Тед Шадо перезагрузил вырубленную электронику, и топливные моторы вновь начали коптить воздух. Но Сокол за это время успел скрыться в чреве Левиафана, уйдя на перезарядку. Этот эксперимент укрепил уверенность Дима в выбранной тактике.

Третья ракета ударила по левым лапам Левиафана, оставив всего одну механическую ногу по этому борту. Та была не в силах выдержать стотонного громилу и подкосилась, жужжа сервомоторами. Теперь запахло жаренным: сбей Тед Шадо еще хотя бы пару лап с правой стороны, и Левиафан “сядет на брюхо”, закрыв тем самым люк для дронов.

Не став испытывать судьбу, Дим заставил бота поднять брюхо как можно выше, и дроны без разбора по одному начали покидать трюм Левиафана. Дим “вел” сразу шесть ботов при помощи нейроинтерфейса, по нескольку раз переключаясь между ними каждую секунду. Мозги закипали, координируя работу пальцев, которые в свою очередь кнопками и рычажками джойстика заставляли двигаться механических бойцов.

Тед Шадо смог удивить. Увидев рой из шести ботов, он выпалил неведомым Диму снарядом, скосив сразу обоих Соколов. Это было что-то непонятное, что-то бьющее по площади. Куницы одна за одной врезались в успевшего повернуться ковшом Гефеста. Два дрона-смертника разорвались на саперном отвале, но третий зашел во фланг и едва не перевернул крафт взрывом.

У Дима остался последний дрон: Филин с термитной шашкой. Мотор Гефеста накрылся. Но орудие работало, и новый выстрел, выбив две центральные лапы из четырех правого борта Левиафана. Тед Шадо окончательно обездвижил бот Дима. У Гефеста шла зарядка нового снаряда. Последний оставшийся дрон, жужжа четырьмя винтами, кружил над башней бота Теда Шадо, не выходя на сектор обстрела. Дим не был уверен, что одной шашки хватит, чтобы прожечь толщу бронепластин Гефеста. Громыхнул выстрел и снаряд разорвался на корпусе Левиафана, не причинив урона.

Складывалась патовая ситуация. Дим понимал, что второго шанса у него не будет, потому аккуратно приземлил Филина на основание ствола Гефеста и только после этого произвел электроподжиг термитного заряда.

Искры весело и празднично скакали по корпусу бота, прожигая металл. Голиаф вертел башней, силился стряхнуть безжалостное пламя. Но тщетно. Гефест – бог кузнецов погибал под жаром термитного заряда. Прошло добрых пять минут, прежде чем шашка догорела. Ей не удалось отрезать ствол, но основание оплавило так, что сталь ствола поплыла, как пластилин на солнце.

Первым снял шлем Тед Шадо. Он как-то странно смотрел на Дима. Не зло или растерянно, а, скорее, задумчиво. Силовые поля отключились и стало слышно, что на трибунах стоит шум дискуссий. Только когда мех-майор встал между боевыми роботами, приглашенное жюри закончило дебаты.

Отцы, Духовенство, Технополиты, Воины, – по очереди обратился он к каждой из трибун – В последнем бою между Тедом Шадо – каста Воинов, и Димом Сет – каста Граждан, окончилась вничью!