Сопряжение. ЗИЛ. Книга 1

Первое, что я понял, когда открыл глаза – бокал в моей руке был также полон. Даже кувырнувшись назад, на мгновение потеряв сознание от удара головой, я все равно не расплескал ни капли! Хорошо. Второе, шальная императрица уже гордо восседала на моем стуле и свысока поглядывала на меня, растянувшегося в позе морской звезды. Третье, вокруг нас уже начала собираться толпа. Кто-то ржал, кто-то спрашивал, что произошло, кто-то продолжал танцевать, эти едва не отдавили мне пальцы.

Поднимаюсь. Ощупываю шишку на лбу и глубокие царапины на шее. Смотрю в глаза этой мадмазельки. Сколько в них превосходства, самомнения и три сотни промилле храбрости. Подружки рядом и подшучивают над неудачником, которого так ловко осадила подруга.

Народ откровенно ржет. Я тоже улыбаюсь. Как она ловко меня, а я даже и не… Одно слово – Императрица! Правой рукой держу бокал, отхлебывая из него приличную порцию, а левая вытянулась в джебе в сторону лица пьяненькой. Вышло не совсем удачно – рассек кулак о ее зубы, но удовольствие от хруста сломанного носа компенсировало это недоразумение. Красавица «поплыла», как и ее макияж, и я повторил удар. Два раза. А вот он, контрольный.

Кто сказал, что женщин бить нельзя и я сексист? Если за подобное сломать мужику нос у нас в порядке вещей, то почему женщина должна быть обделена?! У нас в стране как-никак равноправие! Разве женщина хуже мужчины?

Наверное, тишину, которая возникла в переполненном людьми зале, можно было резать ножом. Но первой очнулась одна из подруг потерпевший. Такая же потасканная судьбой, явно не первой свежести, с размазанной помадой на губах. Она открыла рот и прежде, чем перешла на ультразвук, я оборвал ее.

– Ты! – мой палец с кровоподтеками смотрел прямо между ее глаз, отчего та казалась косой. Хотя, может, это от мартини с водкой. – Заткни рот и иди на хрен!

Неизвестно откуда появилась вторая подруга, и с ней произошло тоже.

– И ты иди на хрен! – произнес я и – о чудо! Это колдовство подействовало и во второй раз!

Внезапно на защиту подруг из толпы выскочила совсем еще юная лоли. Девчонке было на вид лет шестнадцать, хотя, может быть, и меньше. Как ее вообще сюда пустили? Грим добавлял ей возраста, но не настолько. Малолетка была явно не трезва и готова к действию. Как волшебная палочка, ее остановил тот же маневр – направленный в переносицу палец и твердое, уверенное слово:

– И ты, девочка! Приходи, когда повзрослеешь, мне нужно будет кое-что тебе сказать!

Малолетка тоже «сломалась», «зависла», переводя взгляд с моего пальца на обескураженных подруг и Императрицу, которая лежала под барной стойкой.

Но как долго веревочке ни виться, конец все равно будет. В пестрой толпе зевак появились лысые «шкафы» с поломанными ушами. Ребята явно ели свой хлеб не зря. Они втроем прижали меня к барной стойке, отрезав пути к отступлению. Брыкаться не имело смысла, да я и не собирался. Хотя мне нужно было всего несколько секунд, чтобы…

И вновь я вытянул мой волшебный палец вперед и произнес:

– Одну секундочку, господа. – И опять подействовало! Все трое диплодоков замерли на месте, будто пропуская старушку в очереди. Я не стал заставлять молодых людей ждать, просто опорожнил бокал вместе со льдом. – Благодарствую! Я готов! – Произнес я и с повинной протянул руки, будто смиренно ждущие наручников.

Никаких наручников не было. И дубинок, кстати, тоже не было. Меня просто – отп****ли. К своей работе мальчики подходили основательно! Меня со школы так не отоваривали! Несмотря на анестезию, я все равно отключился раз или два. Когда бравых коновалов одолела одышка, и они решили, что с меня достаточно – выволокли через черный ход на стылую апрельскую землю, дожидаться наряда.

Драку я затеял не просто так, поэтому не подвернись мне под руку эта шальная Императрица, то нашел бы кого-нибудь другого. Можно было просто выйти через парадный вход и вновь попасть под камеры, ведь кепки на мне уже не было, а светить лицо… А вот черный ход был без камер, впрочем, как и остальные помещения «Эгоиста». Этот клуб, как я уже говорил, не для всех, потому снимать то, как развлекается золотая молодежь, никто не собирался.

Осталось дело техники: когда будут искать убийцу мэра, криминального авторитета, сына начальника МВД и одного голубого, я буду там, где меня меньше всего ищут – в обезьяннике. Конечно, было бы гораздо лучше сбежать прямо сейчас и не светить свою личность, но у меня точно есть пара трещин в ребрах, да и завтра я, скорее всего, буду ссать кровью. Так что не вариант.

Я мирно лежал на газоне, зарывшись распаханным лицом в холодную траву, как вдруг… Опять приступ. На этот раз не звуки, которых здесь быть не может, не голоса, а зрительные галлюцинации.

Возрадуйтесь же люди, Великое Сопряжение планов вновь произошло! Технический план Терра больше не одинок, дорога в магический план Нидавеллир снова открыта!

Производится глобальный перерасчет событий и достижений человечества за последние 2000 лет.

В связи с Великим сопряжением, производится глобальный перерасчет личностных достижений разумных существ и изменение Системы развития плана с «технический» на «техномагический». Это займет некоторое время и ресурсы плана. Ожидайте.

Я поднял голову, может быть, удастся смахнуть это видение? Все-таки лекарство я принял буквально несколько минут назад, и, может быть, оно просто еще не успело подействовать. Билика с два! Надпись так и висела перед глазами. Одним еще не до конца заплывшим глазом я увидел, что свет на улицах погас полностью. Не горела иллюминация на колесе обозрения, в окнах домов не горел свет, и даже дорога, которая была буквально в паре десятков метров, «молчала».

Сначала я подумал, что оглох, но тихий мат охранника, который сторожил меня, говорил, что это не так. Судя по его речи, диплодок пытался включить фонарик на телефоне, но ни фонарик, ни сам девайс не желал включаться. Разве это не шанс?

Медленно и тихо пополз вперед. Это была полная, кромешная темнота, поэтому приходилось ориентироваться только на звук и онемевшие от стылой земли руки. Упершись разбитым лбом в стену, я продолжал ползти, но уже вдоль нее. Голос охранника, который походу так и не чухнул, что меня нет на газоне, и озадаченные голоса людей впереди, вселяли робкую уверенность.

Однако счастье было недолгим. В кромешной темноте кто-то наступил мне на руку, и я взвыл, чувствуя, как кости пальцев хрустят под чьим-то каблуком. Этого мое хрупкое сознание не выдержало, и я вновь отключился на несколько секунд.

Предварительная оценка вашего персонажа, моральных ценностей и поступков завершена. Вам присваивается класс: Решала.

Произведен перерасчет характеристик.

Денис «ЗИЛ» Иевлев.

Уровень: 9.

Класс: Решала.

К галлюцинациям я привык. Иногда от них даже ловишь какой-то кайф, как от интересных и ярких снов. Но этот выверт удивил. Открыл глаза и наваждение прошло. Огляделся. Приходилось щуриться от яркого света. Оказалось, ползком я умудрился выбраться на главный проспект города. Естественно, тот, кто раздавил мне пальцы, не стал тратить свое время на то, чтобы вызвать скорую. Оглядел себя: грязные пиджак поверх майки и джинсы, алкогольный «выхлоп» и уложенные гелем волосы, которые сейчас смотрелись как давно немытое вшивое царство. И плевать, что один только пиджак, снятый с Турка, стоит мою годовую зарплату учителя, пока он грязный – я бомж. Да мне сегодня нереально везет! Не считая руки, конечно!

Тяжело встаю и двигаюсь в проулок к припаркованной «буханке». Бомж – удобное прикрытие. Он невидим для простых людей, которые стараются не замечать асоциальный элемент. Или брезгливо бросают монетку, лишь бы отделаться от смрадливого. Не интересен бомж и ментам, потому что с него нечего взять. Так что до машины я добрался без приключений, хоть и шел не таясь.

Тупичок, где стояла рабочая машина, остался без изменений: «разутые» авто, запах мочи и прокладки на стылом асфальте. Странный у нас город: вроде центр, до администрации рукой подать, а стоит свернуть в любой проулок, и тебя ждет вот такая картина. Тороплюсь к машине, как неожиданно поскальзываюсь и падаю башкой прямо на мокрый асфальт.

Не знаю, сколько я провалялся без сознания, может быть, пару секунд, а может и несколько минут. Голова трещит, но вроде не кружится, значит не сотрясение. Стираю с подошвы кусок собачьего говна – причину моего падения.

Рука нырнула под проржавевшую колесную арку «буханки», где на лысой резине лежат ключи. Твою пехоту! Какая это мразь успела обоссать колесо?! Отряхиваю промокшую руку и с удивлением понимаю – сломанные пальцы на руке целы! Средний и безымянный палец срослись криво, но они работают! Ладно, не до этого.

Включаю свет, недовольно рычит мотор, и медленно начинаю выезжать из тупичка. Эффект от расширяющих сознание веществ начинает медленно отпускать, глаза слипаются, но останавливаться нет смысла – я уже за городом, до дачного кооператива еще минут пять неспешной езды, и все.

Садовое товарищество «Рассвет» встречает меня снесенным шлагбаумом и пустой кабинкой сторожа. Странно. Но не успеваю я до конца обдумать эту мысль, как вздрагиваю и оглядываюсь. Опять шалит «протекающая крыша», или я действительно слышал стрекот автомата? Навстречу мне на проблесковых маячках проносится серебристо-голубая «пятнашка». А затем еще одна полицейская машина вылетает из-за угла и чиркает крылом по бочине моего старичка. Думаю: «Все, приехали! Что же вы так неаккуратно, товарищ водитель? Предъявите-ка документики…» Но нет.

Бравые служители закона не обращают внимание на то, что лишились фары и топят газ в пол, будто бегут от смерти! И опять выстрелы! На этот раз одиночные. Сознание окончательно приходит в норму, даже сломанные ребра не так болят. Притапливаю газ в пол – нужно скорее припарковать машину и все, я в домике!

Уже буквально вижу красный трехметровый забор дачи моей бабушки, как прямо перед машиной падает соседний забор и на дорогу вылетает… Хрен его знает, что вылетает. Отчаянно бью по тормозам, но «увесистая» буханка идет юзом по обледенелой дороге. Удар. Звук битого стекла. Нос, сломанный о руль. Страйк, мля!

Не открывая глаза, думаю: «Что же тоже я такое я сбил?» Лось? Медведь? Скорее всего, первое, учитывая, что при ударе «буханка» встала колом, будто встретилась с бетонным блоком. Открываю глаза, ощупывая и без того разбитое лицо, а теперь еще и сломанный нос. От столкновения лобовое стекло вмяло в салон, и в нем угрожающе торчит монтировка, ранее лежавшая в кузове под запаской. В глазах невольно всплыли кадры из фильма «Пункт назначения». Если бы сантиметров на сорок правее, то в моем доме заиграла бы похоронная музыка.

Попытка открыть дверь не увенчалась успехом, ее заклинило. Выбравшись через кузов, обхожу авто, осматриваю то, что я сбил и отхожу в сторону. Рука зачерпывает остатки колючего наста с обочины. Конечно, было бы лучше умыться снегом или просто холодной водой, но за неимением кухарки… В общем, обходимся тем, что есть. Достаю из внутреннего кармана флягу и делаю щедрый глоток. Сейчас нужно посидеть пару минут и меня отпустит.

Не отпустило. Перед буханкой, которая была помята, как морда мопса, лежало нечто… Отдаленно, в темноте, это можно было спутать с медведем. Вот только у медведя шерсть, а не камень. Да и высотой это существо было метра три, может, и больше. Оглядев это нечто внимательнее, обнаружил, что существо покрыто камнем не полностью, кое-где имеется толстая, мозолистая кожа.

До поцелуя с грузовиком эта неведомая дичь была сильно ранена. Кто-то, страшно даже подумать кто, вскрыл грудь этого гомункула, как банку со шпротами. На груди не хватало кожного, или, вернее сказать, каменного покрова размером с дверь. Это нечто явно билось в предсмертной агонии и, выскочив на свет фар, само искало смерти.

У этого… даже не знаю, как назвать, имелась и голова. С кривыми желтыми зубами, неприкрытыми деснами, отчего казалось, будто даже мертвым оно – надо уже наконец придумать как называть эту дичь – скалится. Нос, будто отрезанный или подгнивший, как у сифилитика. Маленькие закрытые глаза.

А еще я нашел причину скоропостижной смерти этого плода противоестественной любви гориллы со скалой. Широкая зарубка, точно сделанная метким ударом топора, от середины лба до затылка. Вновь посмотрел на «буханку», Машине хоть и досталось, но мотор не заглох. Это, чем бы оно ни было, похоже, действительно хотело самоубиться, приняв смерть от бампера с кенгурятником. Стоило ему принять удар выше, и я бы «отъехал», а оно обзавелось бы рубашкой из жести и «елочкой-вонючкой» вместо дезодоранта.

Я склонился над мордой, раздумывая, что делать. Вызвать ментов? Так они от него и удирали в режиме «дагестанская свадьба». Просто уехать? Начнут прочесывать дворы, найдут помятую буханку и «впаяют» за неоказание помощи.

Раздумывая над этой дилеммой, я достал фляжку и сделал из нее хороший глоток. Нужно было успокоить нервы. Кроме того, меня мучил еще и другой вопрос.

– Как же тебя называть, неведомая чудь? – я склонился, пытаясь получше рассмотреть морду, но глаза приковал шрам на лысом черепе и в мой усталый мозг пришло озарение. – Копилка! Нарекаю тебя Копилкой и назначаю пророком всех суицидников и грозой Роскомнадзора.

Будто услышав мои слова, это нечто открыло глаза. Фляжку выбило из рук, дорогой пиджак треснул, зацепившись за острые края каменной руки чудища. Я реально слышал, как трещит собственный череп! А потом свет выключили.