- -
- 100%
- +
На ходу взвешиваю ситуацию и под градусом выдаю неожиданность.
–Вик, мы договаривались на 19:00. Щас почти девять. Я всегда знал, что девушки непунктуальны, но ты исключение, которое граничит с невежеством. Уже по этому признаку я бы не стал идти на свидание с тобой. Может, ты сексуальна, успешна в учёбе, самодостаточна, но это не имеет значения для меня. Девушка должна быть собой, исходя из личностных качеств, которые у тебя, по-видимому, отсутствуют. Думаешь, я буду бегать за тобой? Нет! Ищи других бесхребетных болбесов, – преспокойно выговариваю я.
–Да ты… – в оторопи она подбирает ругательство. -Ты казёл! Пошёл ты, мачо недоделанный.
–Даже не представляю как я перевернул твой мир.
Убираю телефон обратно в карман.
–Как ты её грамотно раздел.
–Иногда надо ставить зазнавшихся сучек на место.
–Она очень горячая?
–Гимнастка. 3-й размер. Жопа-орех. Идеал, – резюмирую я. -Но прогибаться. Весь десятый я был под огромных красным каблуком, которой угнетал моё мужское достоинство. Пора бы уже влюбиться по-настоящему в 96-й пробы естественности девушку.
–Красиво говоришь.
–Только вот, где найти такую. Не знаю…
–Может таких ещё не создали?
–Возможно.
Всё, что касается женской темы у нас у парней обсуждается с особой озабоченностью.
–А у тебя как щас на личном?
–Нет никакой личной жизни. Устал я с дырки на дырку прыгать. Стабильности что ли хочется. Отношений этих. Ну ты понимаешь.
–Питос, на тебя это не похоже. Ты же всегда придерживался разноплановых связей с девушками.
–Раньше, да, нравилось иметь по несколько тёлок на неделе. Щас я прям чувствую потребность во взаимной заботе.
–Это ты про тех из моряги говоришь? – разражаюсь смехом я. -Понесло тебя старичок…
–Да иди ты. Ты знаешь какими должны быть настоящие отношения?
Пит зудел всю дорогу про это, идеализируя. Я нехотя слушал, так как для меня эта тема была не актуальна. Я любил разнообразие и всегда искал риски в отношениях (изменял), оттого они и длились не долго. Мне нравилось совмещать совместное времяпрепровождение и телесную страсть. О втором я думал многим больше.
Обратно, в гору, было идти не так нудно. Походу, я набрался.
Возвращаемся мы уже не на квартиру, в которой отмечают день рождения, а в настоящую цитадель разврата.
Тамик валяется в отключке в углу кухни. На наше приветствие он никак не реагирует. Сима под ешкой страстно целуется с Мишей, её руки активно выполняют поступательные движения в его штанах.
–Вот тебе и расстался с любимой… – не без интереса в крови говорит Пит.
Я прохожу мимо пары шатающихся "мертвецов" и приоткрываю первую дверь.
Липкие голые тела в отблеске коридорного света, жадно "поедавшие" друг друга, выглядели как похотливые животные в брачный период. Их лица были искорёжены гримасой от боли и удовольствия. В соседней битмарь, заплетаясь, читал под свой свежий бит, танцуя с безжизненной девчонкой, которая качалась в его руках как мясная безделушка. Половина зрителей лежало в куматозе, вторая половина пыталась подпевать, но язык далеко не слушался. Третья комната тупо вся вырубилась. Я возвращаюсь к Питу. На кухне шарят какие-то левые типы в «Адидасе» криминальной внешности, не вызывающие доверия. Мы с ними здороваемся и ставим на стол пакет с «продолжением». Из комнат, на зов главного, выходят остатки уставших девчонок.
Не удержавшись, спрашиваю у него: ”Так ты всё же кто?”
–Всё нормально, я Тамика лучший друг. Он тут отъехал немного. Попросил меня побыть главным.
–Ага.
–Ну, чего стоишь, разливай!
Выпив пол стакана и криво поддержав диалог, я ушёл от надоедливого припева «Голова туда сюда – круто торкает вода» курить на балкон.
Там-то я встречаю Дрессер, с которой пил "Strike" в «Плавучем доке» и отвязно целовался под назойливые взгляды панков во время концерта, от которых потом получил за свои меткие выражения ”Говнари” и "Голубая система" во время лютого моша!
-Алекс и ты тут, – шаловливо улыбаясь, играя шеей, она притягивает меня к себе.
Нехило она напилась. Но ей даже к лицу была эта глупая улыбка и искрящиеся от градусов глаза.
–Я не случайно попал сюда, Соня, раз наша встреча состоялась спустя столько времени.
Её заражает моя восходящая интонация.
–Даа. Я верю в знаки, гороскопы… Судьбу.
–Ты кто по знаку зодиака?
–Овен.
Она непроизвольно держится за меня.
–Листал предсказание на твой знак и знаешь, что там написано?
–Ну?
–Цитирую: ”Нынешний день подарит вам встречу с человеком, который раскроет ваши таланты”.
–Ммм, Алекс.
Соня пантерой подкрадывается к моим губам.
Скромный поцелуй. 3 сексуальные секунды. Держу её. Надо дать ей возбудиться.
–Закурим?
–А у тебя какие?
–«Bond» с фиолетовой кнопкой.
Мы курим её любимые сигареты. Обмениваемся сладким дымом и вглядываемся в чернеющий вечер. Я чувствую, что хочу её.
-У меня есть предложение: пошли в джакузи?
–А что там? – непонимающе спрашивает она.
–Там ты, я, горяча вода, пена… Много пены, «Блейзер» на брудершафт, лёгкие поцелует, близость…
–Ну я не знаю, Саша, это слишком… ахаха… пошло.
Меня подстёгивает её тайное влечение плохо скрытое под нежеланием. Беру её за руки и под огнём уговоров веду в ванную.
Радостные открываем дверь и видим леденящую вены картину.
Два парня: один стоит возле умывальника и снюхивает, как супер-скоростной «Dyson», белый порошок, второй сидит на толчке с одним засученным рукавом; в правой руке у него белый шприц, наполненный светло-коричневой жидкостью; в левой зажатая в кулаке зажигалка. Тот что с иглой грубо говорит: ”Закрой дверь, падла, или убью!”
Я в момент вытрезвляюсь. От увиденного становится крайне не по себе. Соня стоит рядом в растерянности. Я пытаюсь открыть входную дверь, чтобы выйти. Заперто. Настолько неконтролируемого состояния я не ощущал никогда. И что было делать: дожидаться, пока выйдут те типы?! Они нас видели, предъявят. Ограбят! Изобьют… Страх сетью пролез через сердце и начал охватывать всё тело. Мой инстинкт самосохранения ничего умного не придумал, кроме как напиться. Я вбежал на кухню, взял первую попавшуюся бутылку и начал быстро хлестать. 20 или 30 глотков и последнее, что я помнил, как пустая бутылка падала на стол. Я потерял себя в объятиях Сони, которая удержала меня от падения на пол.
Тяжело проснулся от невыносимо режущего горло кашля. Дышать было трудно, как сквозь шипастые препятствия. Во рту была сильная засуха и невообразимая горечь. На мне были джинсы, но без трусов. Я в непонятках пытался вспомнить как так получилось, но безуспешно. Соня лежала рядом: макияж размазан, кофточка порвана. Она неприятно сопела. От неё пахло неженским перегаром. Будить её, чтобы узнать было ли у нас что-то или нет, я не стал. Мне хотелось поскорей свалить из этого вертепа.
Встаю и бреду на кухню за водой, миную по пути лужу присохшей блювотины и несколько лежащих ничком тел. Спёртый и удушающий воздух ядрёной шмали и химического гашиша уничтожил пространство. Из стены торчит кусок плазмы, комод со шкафом перевёрнуты, как и многие другие объекты в квартире на которые не взглянешь не поморщившись. Сущий разгул. Повсюду разбросаны пустые «аппараты» вперемешку с «сухими» бутылками из под лимонада. Холодильник раскрыт, помимо лежащего литра пива ничего в нём не было. На полу разлита влага светло-жёлтого цвета, похожая на мочу, дурно пахнущая хмелем и аммиаком. В ней валяется зип с розовыми таблетками. Огромное граффити «Навсегда юность» на окне доканчивает образ пиздеца юных лет.
Выпив жадно 2 стакана воды, я иду искать Пипитоса и Мишу. Нахожу только первого. Он лежит на кровати в куче тел. Они выглядят безжизненно и беспомощно, напоминая братскую могилу тусовщиков. Бужу судорожно Пита: ”Вставай, ёбаный шашлык, нам в школу надо! Ну же, Пипитос, подъем!” Он сонно урчит: ”Какая школа? Дай поспать, а?” Тычу ему в лицо ледяной бутылкой «Три толстяка». Холодок пробуждает его из под терней цепкого алкогольного сна.
-Пит, нам надо Симу найти, у неё ключи от дверей.
–Ща найдём её, не ссы, – он пьёт из бутылки жадно.
Обшарив все углы и самые тёмные места, мы нашли её лежащей в обнимку с Тамиком, который так и не встал со вчерашней ночи.
-Сим, Сима… Симочка, – пытаюсь шёпотом разбудить её.
–Так мы её никогда не поднимем, – недовольно хрюкает Пит. -Давай я её разбужу?
–Как?
Пит демонстративно набирает в рот воду из под крана и поливает лицо нашей горе-хозяйки.
-Ай, суки дурные, вы чё афигели?!
На нас летит снизу ярое недовольство.
–Скажи спасибо, что не нассал на тебя!
–Сим, нам выйти надо, дай ключики от замка, – вежливо излагаю я.
–Подавитесь, – она швыряет их в нашу сторону и продолжает крепко спать, обнимая Тамика.
Я, одевшись, выхожу из квартиры на лестничную площадку вызывать лифт. Пит с чем-то возится, зову его. Через пару минут он выходит с двумя глубокими кружками низкокачественного порошкового напитка на основе солодового сусла и говорит: «Это нам на опохмел!»
Примерно так мы и шли по городу: серпали на ходу и обсуждали кромешную попойку. Сонная лень ломала нас, но мы шагали вперёд. Учиться. После такого. В этом было что-то особенное.
-Что за пиздец происходил на этой вписке, Вадюх?
–Ну что ты хочешь. Тамику 18 исполнилось. В Мурманск хороший «легалайз» подвезли. Много нелегальных магазинчиков с «Виноградным днём» пооткрывали даги…
–Все эти факторы свели вписку до уровня притона. Я впервые увидел столько дичи в одном месте.
–В этом то и кайф был. Окунуться в безумие…
–Нет уж, такого мне не надо. Это слишком, когда народ в отрытую обкумаренный и в хлам пытается отрываться. Итог ты сам видел.
–Да ладно, чё ты, травка – это всего лишь лёгкий поцелуй дурмана…
–Не знаю, как ты, Пит. Мне так ни разу не доводилось «не выдыхать».
Может от того, что у меня денег не было в тот момент или я просто боялся лекций от мамы по этой теме. Не знаю. Хотя был…
–Скажи лучше как у тебя там с Дрессер, видел вас в обнимку.
–Самое прикольное, что я ничего вообще не помню.
–Совсем?
–Да. Нажрался до чёртиков и уснул с ней. А что было во время сна я не знаю. Может было что-то, а может и нет. Но и не это суть важно. Мне кажется, я допился… Вот конкретно. Вкус какой-то испорченный стал. Отвращение появилось. Да и состояние… Боль в груди. И, я думаю, это не похмелье.
Мне и вправду через силу удалось допить пиво. После него мне вообще не хотелось никогда больше пить. Прям такое острое отторжение.
–Может ты заболел?
–Может быть.
Прогулка встряхнула нас. Опохмелила. Немного выветрила запах перегара с каждого. Освежила ум.
-У тебя щас какие уроки, Сань?
–2 биологии и матеша, надеюсь, отосплюсь на них. А у тебя?
–Физика, Черчение и Геометрия.
–Повезло тебе, физмат ты мой.
–Шлепай давай, гуманитарий.
–Круто, что завтра выходной сделали. «Оздоровительную» субботу.
–Слушай, как мы щас зайдём без формы-то? – резко остановил меня Пит.
–Есть пожарная лестница, по ней пройдём.
–А так можно?
–Доверься мне, прокатит.
На прямом подходе в школу я достал телефон, залитый чем-то сироповым. Включился он с третьей попытки. На экране сразу высветилось 20 пропущенных от бабушки. Что ей сказать? Где я ночевал? У друга?
«Лёгкие» будни.
Утро субботы началось с разбитости, головной боли, озноба и звонка от Рика.
–Ну и нахрен ты меня сдал?!
–Рик… Ты о чём?
–Не прикидывайся, Алка всё моей мамке рассказала. Типа я тебя пить заставил.
–Ну…
–Я думал мы друзья, а ты как сука поступаешь!
–Рик, прости… Там такая ситуация непутевая. Я был на краю исключения и …
–И, чтобы спасти свою задницу ты выставил виновным меня. Всё понятно. Больше не проси у меня английский. Buy, sneaky fuck!
–Да пошёл ты! – говорю я уже гудкам. -Больно надо!
Похоже, эта ситуация и вправду задела его. С Риком мы много раз ссорились. Но сейчас он реально меня взбесил. Извинится сам, если посчитает нужным. Хотя тут и моя вина есть. Блин… Надо остыть. В школе поговорю с ним.
Чтобы как-то сбить подступавший негатив я набрал Мише.
–Привет, Масик, куда ты пропал той ночью?
–Приветик, Саня. Да так получилось, что я к одной бэйбе поехал в гости.
–Ночью?
–Ну она больше, чем подруга.
–Покажешь её?
–Сань, не время, точнее не сейчас. У нас всё только начинается. Когда настанет время, я её представлю всем.
–Темнишь ты что-то. Ладно, дело твоё.
–Как тебе вписон? Подцепил там кого-нибудь?
–Знаешь, мы до сих пор с Питом угораем над тем как ты с Симой играл в правду или действие.
–Ахаха, это было по-дружески. Тем более, что она была более чем пьяна и сама хотела этого. Я решил поддаться. Ешки они таки, всегда партнёр нужен.
–В 4-х матрах от вас лежал её парень, на минуточку.
–Ну он же был в отключке. Безопасная любовь – это когда он на расстоянии.
Вместе смеёмся.
–Мась, и чем ты планируешь заниматься на выходных?
–С девушкой в кино идём, да и вообще у нас культурная программа: кафе, парк, концерт «Арктики-77». А ты Сань?
–Да я походу расклеился. Грудь побаливает и бошка. Лечиться буду. До встречи, сладкий.
–До понедельника, сладенький.
Миша меня растрогал. И удивил своей похотливой натурой. Но на кого я грешу? На его месте я поступил бы так же. Приятный раз на стороне и никакой близости. Осталось только позвонить Питу и удовлетворить интерес касаемо вписки. Как потом они разгребали тот бедлам?
–Пииит?!
–Привет, самый смелый человек гимназии!
–Ладно тебе, сам будешь через год так делать, – с боевым одобрением крякнул я. -Питный, повестка дня: как там Тамик, Сима, что с хатой? Выкладывай.
–Тамик совсем плохо, он походу намешал кучу всего, до сих пор отойти не может. Хотели его в нарколожку вести, да Сима за него вступилась. И у неё теперь двойной скандал с родителями. Они ей предъявили за парня-торчка и за разрушенную хату. Так в чём прикол то самый знаешь?
–Ну.
–Родаки приехали через 20 минут после того как мы ушли и вызвали ментов. На ребят административку сначала составляли, у кого-то наркоту нашли. Потом всех в отдел. Короче, пиздец полный.
–Во, я худею… И Дрессер тоже повязали?
–Ну, наверно, да. Ты знаешь кто родители у Симы то?
В тот момент мне стало как-то обидно за неё. Соня помогла мне. А я…
–Кто?
–Батя в прошлом крупный добытчик нефти, сейчас депутат нашей областной думы, а у мамы своя туристская фирма. Люди далеко не последние в нашем городе. Там всем повлетало. Считай, в школу справка. Строгий выговор. Дома нихеровое наказание… Кого-то уже исключили из школы, а кто-то в тюрьму отправился… Сань, от души спасибо, что поднял меня тогда, а то я там бы ещё позависал. Была маза одной крале присунуть. Ох…
–Скажи не мне, а пиву спасибо, – отчебучиваю я. -Если б не оно, спокойно бы мы в кроватях сейчас не лежали.
–Это точно. С меня тогда в знак благодарности бутылочка "Бойлера". Сегодня пойдёшь же гулять?
–Вадюх, я чё-то себя неважно чувствую. Хвораю. Надо отлежаться, чтоб потом быть заряженным, понимаешь?
–Да, ну лечить, – заботливо говорит он. -Я закину две баночки в рюкзак. В школе угомоним.
–Давай, спасибо.
–Выздоравливай мой алкогольный сновидец.
Пить пиво мне конечно же больше не хотелось. И вообще внутри была какая-то неприязнь ко всему спиртному. Грубое послевкусие, противоположное мягкому оригиналу, вызвало внутренний диссонанс. Громадная мысль буравила голов – я больше не хочу пить, от этого могут быть проблемы. Эта мысль смещала главенствующую позицию безразборного пития. Допился? Походу. Хватит!
Я был рад разговору с Питом, но в то же время он вызывал у меня раздражение. Его эта, уже переходящая в зависимость, привязанность к пивку и всему такому. Почему-то объекты «С» и «П» отрезка событий почти всегда стали пересекаться в точке «Алкоголизм». Может позавчера нам играючи повезло, а завтра мы по-настоящему попадёмся? Не… Я итак нахожусь в очень шатком положении. Нет. Чёткое «Нет»! Нужно, если не прекратить полностью, то хотя бы сбавить обороты. Или лучше стараться избегать приглашений на вписки. А может вообще не пить?!
Это трезвое утро с температурой и холодком болезни впервые мне приоткрыло глаза. Вспомнилось мамино любимое изречение: «Интерес выпить – удел слабых». Похмелье хуже любого зла. Воздержаться, проявить благоразумие, взяться за ЕГЭ! Сильный беспрерывный кашель перебил рассуждения. Отдышавшись, я опять подумал о Соне. Девочка-сон. Появилась одним вечером, поцеловались, влюбились, потерялись. Мне хотелось написать ей, но было страшно. Стыдно, горько. Меня поразил её сам жест, ведь мало кто помогал мне когда-либо… Соня. Скорее всего, я не напишу ей.
В которой раз утверждаюсь, что вписки не имеют тормозов. И влетев на всей скорости в последствия – надо платить. Ошибки нынче дорого стоят. Кто во всём виноват? Я уже ничем не смогу ей помочь. Прости, Сон… Я.
Было плохо, но ещё куда более терпимо. Тяжёлое настроение поднимало меня с кровати. Нужно было разгребать дела из "ВК", которые 3-й день ждали своего выполнения. Да, да свои тёмные дела.
Пропускаю пикантные диалоги с девушками, простите дамы, не до вас, у мужчины дела. Предложения с желанием купить у меня алкоголь удвоились. Парни писали: ”Саня, вот чувствуется, что не из под полы. Хочу ещё купить. Сразу 5…”, "Алекс, у меня днюха скоро. Все хвалят твой "Хеннесси". Возьму у тебя целую партию сразу, сколько там бутылок?", "Александр, мне тебя посоветовал Владимир, говорит ты надежный и цены у тебя очень демократичные. Можно сделать заказ на 2 шт.? Электронные деньги принимаешь?"
Можно подумать, что я какой-то скам или деловитый кавист, но я просто грамотный предприниматель. Всё-таки не зря я смотрел в 9-м классе "Бизнес Молодость". Ниша продажи алкоголя в школах школьникам и их друзьям из других школ пустовала, и я её занял. Пользуясь привилегией и хорошим спросом, мой сетевой маркетинг начал выходить на новый уровень. Совсем скоро я буду расширяться. У нас тут в центре лицей и 32-я есть. А сколько их ещё в Первомайском районе, а?
Если говорить на чистоту, то я вошёл во всё это случайно.
У отца был свой большой алкогольный магазин, и он частенько брал меня с собой на работу. Там я, смотря со стороны и слушая, вникал во все тонкости этого бизнеса: деловые звонки, общение с персоналом, разборки с инспекцией, покупка левой лицензии, ментовские прихваты, бандитский рэкет. Я видел всё и понимал увиденное с возрастом. Во многом, не отдавая себе отсчёт, я подсознательно перенимал некоторые модели поведения своего отца (фразы, положение рук, манеру говорить) в критических ситуациях. Тень отца вытаскивала меня из подростковых трудностей, учила думать. Вот так и проходил мой теоретический курс школы жизни у отца в магазине, который был оцеплен недоброжелателями и авантюрными, рискованными происшествиями.
Главным партнёром, поставщиком и просто дельным приятелем у отца оставался Алик. Мы ездили к нему на склад и загружали целыми контейнерами алкоголь. Этот человек в 93-м вытащил моего батю из очень крутой заварушки, когда к нам приехали питерские и хотели отжать местные пивные заводы, и забрать в придачу тогда ещё работавшую сеть ларьков «МИН НЕТ», хозяином которой был мой отец. Пара трупов, холодный лес и несколько новеньких мерседесов шибко подружили моего батю с Аликом. Вместе они очень круто поднялись. Ум отца и крепкий удар (в котором был целый Тбайт связей) Алика вершили колоссальные дела. Когда батя уехал, то и номер Алика куда-то пропал. Наверно, поменял симку.
К концу 10 класса я, по воле случая, встретил Алика в центре в стейк-хаусе "Торро". Бездумно проходил мимо этого заведения, отвлёкся на яркий отблеск золотых часов в окне, пригляделся на экзотическую внешность: огромные чёрные брови, посверкивающее серебро изо рта, нос дулей и каре. Этого человека я знал с малолетства. Он откусывал тапас с сёмгой и укладывал в рот жирный кусок поджаристого бифштекса. На эмоциях я забежал внутрь, прямо к его столику и радостно крикнул: "Алик, здравствуй!" С ним сидели какие-то смурные мужики в чёрном, которые сразу же схватились за верхний край брюк. Что-то щёлкнуло. Предохранитель?
-Стой! – завопил один из них. -Ты кто, сука?
Ствол сиял из-за стола.
Я поднял руки вверх и медленно повернулся к Алику.
–Алик, это же я Саша, сын Мирослава, разве так друзей встречают?! – обратился я к нему с ласковой укоризной.
–Саня…? – он внимательно посмотрел на меня. -Сашка, ух ты ж блин как повзрослел!!! Вова, бля, не пугай пацана, убери валыну.
Мужики примерили маски недоумения тогда.
–Сколько лет то прошло, Саня, – он обнял меня и долго хлопал по плечу. -Сколько воды утекло… Как же я рад тебя видеть… Сына одного из моих самых настоящих друзей.
Усадив меня за стол, он дал приказ бугаям пойти перекурить.
Алик спрашивал об отце, рассказывал о былом времени, вспоминал совместные с отцом темы-схемы. Заказанный в сласть «Чивас» подогревал на искренность его и меня. Разговорившись об элитном алкоголе и моей школьной жизни, прикончив предварительно полный стакан «Олд-фэшн», я смекнул предложить ему сотрудничать, толково объяснив Алику о желании школьников быть пьяными; я уверил его, что клиентов будет много. Он до последнего не хотел соглашаться, но я сказал ему, что хочу продолжить дело отца и создать алкогольную империю. И надо же мне с чего-то начинать…
Алик дал мне пробную партию с уговором, – если я её релизую полностью – мы станем неформальными партнёрами. Как и предполагалось, 20 бутылок разлетелись за полторы недели. Высококачественная подделка привлекала к себе немало жадного интереса. Акцизные марки в точности выглядели как настоящие.
-Алик, в чём секрет?
–У меня свои дизайнеры, мальчик. И качество по ГОСТу. Я бы в открытую работал, да лицензию не дают. Ебучая бюрократия.
Так я получил свои первые заработанные 10.000 тысяч рублей.
За месяц я монолитно закрепил за собой позицию торговца счастьем в нашей школе. Научился понимать процесс, сводить косяки к минимуму, улыбаться в конце сделки. Уважение ко мне выражалось просьбами продать товар подешевле. Пацанам я специально накручивал ценник, выбирал только «жирных» клиентов. Девочки же шли сами ко мне, скидки я наклеивал им вместе с поцелуями.
В любом бизнесе всегда присутствует риск. И в моём деле он тоже был. Один раз я крупно спалился прямо перед Татьяной Валентиновной, завучем по воспитательной работе. Всё так нелепо получилось: она заметила как я передаю кому-то характерно вытянутую ёмкость в пакете и сразу завела меня к себе в кабинет. Это были мои самые нервные и потные переговоры.
Татьяна Валентиновна сама по себе была очень позитивной и доброжелательной женщиной в возрасте. На все её слова я отвечал контр-аргументом, эмфатически: ”На мне свет клином не сошёлся, они и дальше пить будут! Покупать, где попало, травится. У меня гарантия качества хоть есть. Вы же знали моего отца. Человек слова! Давайте договоримся?” Я гнул свою линию до конца. Поставив всё на кон, я предложил ей откат. Взятку в 2 бутылки коньяка «настоящего Хеннесси V.S 1,5л» за лоббирование своих интересов. Мне было жутко страшно, ведь если я проиграю эту схватку, то всё рухнет. Она доднова отнекивалась, отказывалась. Я смирился. Уже, выходя из помещения, отрадный с хрипотцой голос пафосно произнёс: ”Саша, принеси завтра мне их. На пробу. Если понравится, то я буду с Хэнни по вечерам курить сигары”. Ес!
Везение мне сопутствовало. Если завуч оценила, то сомневаться в добротности уже не стоило. Я поставлял ей по две бутылки раз в две недели. Мой механизм теперь был продуман и просчитан. Тот факт, что я сам всё организовал заставлял меня идти дальше. Это было ни с чем непередаваемое чувство, когда ты внутри системы создаёшь свою систему и занимаешься чёрным бизнесом перед самым носом гимназии. Азарт! Нажива! Деньги!
Прочитав все деловые предложения, я подсчитал точное количество и позвонил Алику. Выполню это дело и спокойно займусь лечением. Отдохну.
–Алло, Алик, здравствуйте! Сегодня 35 бутылок, – делаю интервал для того, чтобы он записал. -Во сколько можно подъехать?
–Саша, давай часов в 12:00 подкатывай. Буду тебя возле склада ждать.
–Окей.
15 косых почти на кармане. Осталось только их забрать у тупых школьников.
Неспешно одеваюсь, выхожу на улицу как всегда расстёгнутым. Дышу прохладным ветром, лающе кашляю и иду на троллейбус. Ехать аж на самую окраину, до Свердлова. Вставляю наушники, звучит «Kevin Rudolf – In the city». Смотрю в окно. Троллейбус везёт меня прямо. Редуктор «тролика» по-родному тарахтит. Вылезшее солнце улыбается жителям. Вдалеке виднеются тучи и по прогнозу впереди 23 дождливых дня. Мой северный Лондон.