- -
- 100%
- +
Ах! Это-то раз плюнуть! Меня не раз садили в эти сырые погреба. Что ж, местный сборник гнилых продуктов, жилище крыс и сырости – приятно познакомиться, увидимся еще не раз!
Карета резко остановилась, от чего я чуть не нырнула на пол. Сегодня всё идет против меня, я уже привыкла! Да почему сегодня? Всю жизнь!
– Ты всегда такая неуклюжая? – выйдя из кареты, произнес парень, смотря, как я выбираюсь из этой громадной чертовщины.
– Только тогда, когда меня на рабском рынке продают, а так я сама балерина!
Ну, убейте меня! ну, не могу я не огрызаться! Это моё призвание!
О-ох, ё…
Это особняк Рэмольда? Богат парнишка, ничего не скажешь! Такие-то хоромы иметь не каждому дано!
Двухэтажное здание, сделанное исключительно из черного кирпича (крыша из красной черепицы). Так, на первом этаже я насчитала четыре окна (не знаю, сколько ещё сзади), на втором – пять. Также три балкончика на втором этаже.
Сад тут тоже шикарен! Никогда таких не видела!
За большими, серокаменными стенами расположилась небольшая дорожка из гравия, которая огибает большой, красивый фонтан. По бокам – ровно выстриженный газон, на котором растут деревья с какими-то странными плодами.
С заднего двора послышалось ржание лошадей. Видимо, где-то там расположен загон.
Вдруг откуда-то из-за дерева выбежал огромный, чисто-черный… волк!!! Это, правда, волк?! Никогда вживую не видела их! А на картинках они меньше в два раза…
– Айден. – Усмехнулся «мой хозяин», потрепав большую собачачину за холку.
Вдруг веселая, кажется, безобидная собачка обратила на меня внимание. Ага, ошиблась!
Волк тут же зарычал, а шерсть на загривке встала дыбом. Ой-ой! Мне хана! Снова!
– Айден, она со мной, успокойся. А-айде-ен! – последнее слово Рэм протянул так, будто выражая, что больше терпеть поведение пса не намерен.
Злобно фыркнув, волк снова завилял хвостом, забыв о моем скромном существовании.
– Айден… – прошептала я. – Это ведь не демоническое имя!
– Мне подарили его люди, в знак перемирия. – Пояснил Рэмольд, довольно идя впереди. – Но волки, да и вообще различная человеческая живность не может жить в Декаре, поэтому пришлось подпитать его собственной силой. Именно поэтому он ростом в холке под два метра.
А ведь, правда! Этот волк на пару голов выше меня! Он ростом, как полноценная, здоровая лошадь! Не, я и до этого заметила данную особенность, но посчитала, что так и должно быть! А оно вон как!
Так, что я заметила сразу же – это наличие всего одной служанки! Ни одного охранника, стражника и подобных персон. Аристократик совсем не боится, что его домик могут спереть прямо из-под носа? Честно – я бы так и поступила.
Именно этот вопрос (с другой формулировкой, естественно) я и задала Рэмольду.
– Айден – это самый страшный убийца всех миров. В нем очень большая сила ангелов и демонов, смешанных воедино. Одна капля его слюны может отравить половину населения Декара.
– Зачем под крылом держать такое опасное существо?! – удивилась я.
– Отличный охранник и компаньон. – Пожал плечами Рэмольд. – Тем более мне он ничего не сделает. Его сила заключается во мне, и она умрет с моей смертью. Тогда Айден станет обычным волком и тоже умрет, не перенеся атмосферу нашего мира.
– Но… откуда у Вас силы ангела?!
– Ты до сих пор не поняла, что я не демон? – ухмыльнулся парень.
– Поняла, но ведь полукровки не имеют магических сил!
– Я расскажу об этом позже, Кариэрра. – Охладил мой любознательный пыл Рэмольд. – Я уже ясно понял, что придется тебя учить. Несмотря на то, что ты довольно умна – этого не хватит, чтобы заинтересовать нашего убийцу.
И, наконец, мы зашли в особняк.
Первое, что вызвало моё удивление – запах ванили. Он, кажется, распространяется по всему дому. Приятное ощущение, ничего не скажешь…
Второе – это интерьер особняка. Сейчас мы находимся в прихожей. Освещается данная местность свечами, гордо стоящими в канделябрах. Возле камина стоит пара кресел вишневого цвета с огромными спинками, а между этими гигантами – малюсенький, стеклянный столик. Позади кресел расположился пятиметровый (в длину) диванчик, рядом с которым стоит черный стол. На этом столике стоит ваза с цветами и два бокала.
Также я сразу заметила три двери: напротив меня, слева и справа. Насколько я поняла, та, что напротив – ведет к лестнице на второй этаж, а две сбоку – в другие комнаты.
Угадала! Мы пошли прямо и вышли в просторный, светлый коридор, сделанный из мрамора. Через два метра от двери – красивая лестница, ведущая наверх, слева от меня окна, а справа – двери, ведущие в комнаты отдыха для гостей.
Когда я ступила ногой на первую ступеньку, то сердце забилось сильно быстро. Появилось ощущение, что я сейчас поскользнусь и упаду.
Ой, да что такое? Главное, работорговцев не боюсь, а лестниц – как самого могущественного серийного убийцу!
– Что с тобой? – спросил Рэмольд, уже поднявшись наверх.
Парень поставил локти на резную перекладину, что отделяла его от падения вниз. Я посмотрела вверх и чуть правее, наткнувшись на недоуменный взгляд демона. Угу, вот сейчас подумает, что я лестниц боюсь и засмеет!
– Кхм, ничего. – Ответила я, схватившись за периллу, начала подниматься вверх.
Ой, мама! Это не лестница, а место пыток! Ведь ступени реально скользкие, а перилла – тоненькие и, кажется, сломаются под моей рукой.
Так, вдох-выдох, я уже на пятой ступеньке. Ещё четыре… три… две… одна…
– Фу-у! – шумно выдохнула я, машинально отбежав от лестницы.
– Не думал, что такая дерзкая девчонка боится лестниц. – Усмехнулся Рэмольд.
– Я не боюсь, но это – монстр воплоти!
Мы прошли прямо, мимо семи комнат. Демон остановился возле огромной, белоснежной двери, идеально вписывающейся в интерьер мраморного коридора.
Это оказался кабинет аристократа. Огромный такой, темный кабинет. Вот интересно, у него все коридоры белые, а комнаты – темные?
Обои здесь темно-зеленые с узорами каких-то цветов, пол точно такой же. Над коричневым столом возвышалась большая картина, на которой изображена… одна роза? Бессмысленный рисунок. Слева и справа от парня, который уже разместился в черном кресле, стоят огромные, темно-коричневые монстры-шкафы, наполненные книгами.
Мне же демон предложил (или приказал) разместиться на бордовой кушетке, напротив его стола.
Почему у меня такое ощущение, что меня сейчас будут знатно ругать и надают ремнем по пятой точке?
– У тебя странная реакция на мой особняк. – Заметил Рэмольд, сцепив руки в замок. – Что тебя тревожит?
– Не знаю. – Честно ответила я. – Никогда не была в особняках, вот и волнуюсь, наверное. Стойте! Откуда Вы знаете?! о чем бы я не подумала, что бы со мной не случилось, что бы я не почувствовала – Вы всё знаете!
– Заглянув в чьи-либо глаза, я могу видеть то, о чем думает демон. Точнее, если ты видишь какие-то картинки или что-то придумываешь. Твоих мыслей я не слышу.
Возьму на заметку – выколоть себе глаза.
– Но как Вы увидели моё прошлое?
– Всё тем же путем, но через прикосновение к руке. Я увидел всё твоими глазами, что ты когда-либо запомнила.
– То есть, если я не помню – Вы не видите?
– Именно. – Удовлетворенно кивнул Рэмольд. – И меня сразу смутило то, что ты не знаешь своего настоящего возраста. Ты считаешь. Когда тебе сказали, что ты шестилетняя, ты начала считать.
– И насчитала двадцать лет. – Подтвердила догадку или просто знание демона.
– Скажи, как ты выглядела в детстве? Я не нашел этого в твоей памяти.
Ну, вот! Не приказ, а просьба. Ладно, я уже не настолько ненавижу своего нового хозяина. Ну, разве что хочу убить и сбежать, прибрав с собой его денежки.
– Не знаю. – Пожала плечами я. – В приюте не было зеркал, чтобы дети не видели, как они выглядят после побоев. Это может сломать ребенка, а испорченный товар никто не возьмет.
– Тебя били?
– А какое Вам дело? – нахмурилась я и тут же отвела взгляд. Нечего этому демоненку видеть мою… не столь веселую участь в приюте, угу.
– Кариэрра, посмотри на меня. – Тонкий приказ, и снова меня накрыло цунами чувств. Каких именно? Нет, дорогие мои, испорченные, далеко не удовлетворенности! Хочу придушить этого демона.
– Ладно, не хочешь – как хочешь. Скажи вот что… ты знаешь, как выглядишь?
Неожиданный вопросик. Очень-очень-очень неожиданный вопросик.
– Ну, у меня рыжие волосы, бледные руки и коричневые крылья.
– Ты боишься смотреть в зеркала… – Откинувшись назад, произнес Рэмольд. – Травма после жизни в приюте? Боишься увидеть обезображенное, покрытое шрамами лицо?
Сердце забилось быстрее. Настолько быстро, что я аж подавилась.
Даже не смотря в мои глаза, демон всё понял! Проницательный сукин сын! Ненавижу!
– Не стоит так злиться, Кариэрра. – Усмехнулся урод. – Не хотел надавить на больное.
Не хотел – но надавил! Да Вы гений, Рэмольд… кто ты там вообще? Не помню, в общем, какая у него там фамилия.
Тем временем, пока я уничтожала нового хозяина различными способами, не смотря ему в глаза, этот самый хозяин достал что-то из шкафчика и пододвинул ко мне.
Зеркало.
Глава 3
Я не знаю, сколько прошло времени. Сидя здесь, я промерзла до мозга костей, и ещё уже битый час помираю от скуки. Взгляд сам по себе уже второй раз направляется на пыльное фортепиано (да, пришло озарение, и я вспомнила, что фортепиано всё-таки отличается от пианино). Но я не умею играть! Да и что мне играть? Веселая мелодия сейчас вообще не в тему будет!
Злобно рыкнув, всё-таки встала с пола, скинув с себя гобелен. По коже пробежала новая партия мурашек, но я не обратила на них внимания, твёрдо идя к своей цели.
Провела кончиками пальцев по клавишам, собрав с них толстый слой пыли. Стало до боли в груди обидно за данный инструмент. Он ведь ещё пригож для использования, но его выкинули. Оставили в одиночестве, как нечто… заменяемое.
Да хоть закидайтесь помидорами! Да! я сравниваю себя с этим фортепиано, но… неужели это настолько зазорно?
Сев на твердый, холодный табурет, я положила ладони на музыкальный инструмент, будто пытаясь согреть своим присутствием. И всё же… я умею играть. Да, однозначно умею! Я знаю аккорды, ноты…
Словно вспомнив отрывок из детства, я пробежалась пальцами по клавишам. Небольшая, легкая мелодия. Сначала не поверила собственным ушам, но повторив эту мелодию, поняла, что всё же не нужно меня учить играть.
Пальцы сами по себе начали бегать по черным и белым клавишам. На весь подвал начала разливаться беспокойная мелодия, иногда сменяясь каким-то обманчивым спокойствием.
С губ слетел еле слышный шепот, под стать ритму мотива.
– To chióni eínai edó, eínai sto ntous, agapiméni mou… goiteía. To aíma échei kalýteri géfsi apó ta kókkina krasiá… pistévete… xérete… agápi…
Снова плавная мелодия и песня. Да, я пою… пою на неизвестном мне языке. Может, меня и смутил бы этот факт, но сейчас я с головой погрузилась в мир звучания и мне совсем не хочется оттуда уходить…
За спиной раздались громкие хлопки. Резко убрав руки от полюбившегося фортепиано, я развернулась к инструменту спиной, облокотившись на него руками.
Недалеко от меня стоял Рэмольд, подперев стену плечом. Он наблюдал за мной исподлобья с каким-то интересом и насмешливостью.
По коже пробежались мурашки от его взгляда. Закусив губу, я отвела глаза.
– Что это за язык, маленькая рабыня? – вдруг спросил он, подходя ближе.
Отдаляться было некуда, поэтому я аккуратно делала шаг за шагом влево, чтобы в итоге забежать за фортепиано. Когда парень остановился в шаге от меня, я рванула с места, но меня схватили за руку, развернув лицом к себе. Я с ужасом смотрела в один красный глаз демона и начала задыхаться от страха.
Рэмольд перекрыл мне одной рукой путь к побегу, а вторую потянул к сломанному крылу. Я перехватила его за рукав рубашки, одним лишь взглядом прося не трогать его, но парень лишь усмехнулся и всё же дотронулся до крыла.
Боль пронзила спину, расплываясь по всему телу. Я вскрикнула, но лишь на секунду, ведь всё сразу же прошло. Крылья скрылись, и теперь я была похожа на обычного человека.
– Откуда столько страха, Кариэрра?
А, правда, откуда? Почему я вдруг начала его бояться и вести себя, как (!) … рабыня…
К глазам подкатили слёзы. Я тут же провела «дыхательное успокоение», после чего решилась-таки ответить.
– Если я «провалю задание», Вы убьете меня? Вы ведь говорили, что не убийца…
– А как бы ты отреагировала на правду? – иронично изогнул бровь полукровка. – Да, я солгал. Каждый из нас когда-то убивал, но я делал это ради всеобщего блага.
Я попыталась отстраниться, но вдруг что-то оплело мои ноги и талию. Это оказался хвост. Длинный, чёрный хвост с белой кисточкой. Я открыла глаза…
То, что я потеряла дар речи – слабо сказано. Передо мной стоял всё тот же насмешливый, белокурый парень с короткими, растрепанными волосами, сложив руки на груди, вот только… его крылья! Правое крыло было смолисто-чёрного цвета, переливаясь на слабом свету. Левое же было идеально белое, прямо как волосы Рэмольда…
Я хотела что-то сказать, но мир как-то внезапно стал размытым, а потом и вовсе ушел из-под ног.
Открыв глаза, я обнаружила, что лежу в комнате, предоставленной Рэмом мне. Под теплым одеялом непривычно тепло и комфортно.
Я хотела ещё немного вздремнуть, но увидев знакомую фигуру возле окна, сон, как крылом смело. Блин, этот недодемон здесь?!
– Ты первая девушка, которая при виде меня утром – раздражается. – Хмыкнул парень, повернувшись лицом к кровати.
Не сомневаюсь. И что это за двусмысленные предложения, а?!
– Успокойся, я же не убиваю тебя. – Присев на край кровати, усмехнулся демон.
– А кто Вас знает? – тихо-тихо буркнула я, отодвинувшись назад.
– Я всё слышу, Кариэрра. – Скосив ехидный взгляд, произнес Рэмольд. – Скажи, почему ты так отреагировала, при виде моих крыльев?
– Потому что они черно-белые! – прикрикнула я. – Как такое вообще возможно?! Полукровки не имеют ни второй ипостаси, ни сил!
– Неужели, тебе не известен такой… демон, как Хеменайджело? – удивленно вскинул брови Рэм.
– А должен? – прыснула я, хмуро глядя в окно.
– Ты почти всю жизнь в рабстве и должна была застать время после войны. Да даже заключенные знают, кто такой Хеменайджело!
Это он меня сейчас глупой назвал? Ну не знаю я, кто такой этот демон со странным имечком. Ему-то какое дело?! Я свои шесть лет жизни не помню, а он мне про каких-то Айджелов втирает!
– А кто это? – тихо спросила я.
– Тебе, правда, интересно? – усмехнулся Рэмольд.
– Не спрашивала бы, если интереса не было б!
Парень схватил меня за руку и повел… куда-то. Честно, не знаю, куда. Мы шли коридорами, преодолели зло-лестницу и вышли в какую-то картинную галерею.
Здесь было очень много картин, но шли мы точно прямо, к самой огромной, закрытой черными занавесками.
Наконец, Рэмольд остановился, подойдя ближе к пятиметровой (а то и больше) картине. Тяжко вздохнув, парень щелкнул пальцами. В галерее поднялся ветер, сдув к чертям занавески.
На картине было изображено два демона. В смысле, один полукровка и вторая демонесса. У первого были длинные, белоснежные волосы, ярко-голубые глаза и очень привлекательные черты лица. На изображении ему лет… шестнадцать! Не больше! И крылья… Всевышний упаси! Они тоже черно-белые!
Демонесса же была… обычным демоном с серыми крыльями, темно-баклажанными волосами и привлекательными, карими глазами. На лице, кажется, двадцатилетней девушки красуется легкая улыбка.
– Кто это? – прошептала я.
– Хеменайджело со своей, на данный момент, супругой Кальенной. – Меланхолично произнес Рэм, из-под прикрытых век разглядывая пару.
– Но почему парень моложе своей супруги? И почему у него такие же, как у Вас, крылья!
– Хочешь узнать всё, что тогда было?
– Да-а!
Не знаю, почему, но данная тема меня очень заинтересовала! Я чувствую себя какой-то старушкой, отставшей от жизни. Нужно наверстать упущенное.
– Тогда ты согласна работать на меня? – усмехнулся парень, разбив в хлам мои и без того хрупкие ожидания. – Выбор за тобой, Кари. И поверь… – Рэмольд оказался возле меня, склонившись к уху. – Лучше тебе со мной сотрудничать.
***
Прошло два дня. Это были лучшие дни в моей жизни! Всё это время я, что и делала, так это сидела в комнате, ела, ходила в ванную и, признаюсь, ночью выходила из своей комнатушки. Куда ходила, спросите вы? В библиотеку и… подвал!
Насчет первой всё ясно, я ведь люблю читать, да и делать всё равно нечего, Рэмольд, кажется, забыл о моем существовании, но вот подвал! Честно, сама не знаю, почему меня туда тянет. А именно – к тому фортепиано.
Да, приходя в это холоднючее место, я играю на музыкальном инструменте и пою. И мне это нравится! Очень даже! Не знаю, откуда такой энтузиазм, но он есть и это факт.
Также я обдумывала слова Рэма. В тот день он дал мне выбор: стать сотрудницей или рабыней. Да, именно так. Думаете, если бы я отказалась от той интересной информации, то демон оставил бы меня в покое? нет, этим он намекнул, что я могу стать… хоть кем! Постельной грелкой, поломойкой или подарком какому-либо аристократу.
А вы что думали? Демоны жестокие существа! Тем более рабовладельцы. Да даже если так подумать – зачем Рэмольду никчемная девчонка, которая будет есть и спать, не выполняя свои обязанности?
И я решилась. Ну, пока не решилась, конечно! Я уже битый час стою возле кабинета полукровки, не решаясь постучать, но я решилась! Хах, глупо звучит…
– Чёрт! трусиха-трусиха! – продолжала упрекать себя.
Вдруг дверь раскрылась. И… угадайте, что? только учтите при этом, что я – всемирная неудачница!
Подумали? Проверяйте, правильно или нет!
Раскрывшаяся дверь прилетела мне в лоб, оттолкнув на полметра. Сидя на своей болезненной пятой точке, я потирала ушибленное место, смотря на демона. Тот сложил руки на груди, недоуменно глядя на меня.
Я согласна! Согласна стать твоим партнером! Я помогу найти убийцу!
– Я… сл… эм… ну…
М-да, видимо дверь отбила мои и без того глупые мозги. Ну, а как еще объяснить то, что я слово нормально сформулировать не могу?!
– Заходи. – Холодно бросил белокурый демон, пройдя к себе в кабинет.
И вот я, как нашкодивший демоненок, стою в кабинете строгого родителя, спрятав руки за спину, испепеляя взглядом кожаные ботиночки. А этот самый «родитель» даже и не пробует начать диалог! Он продолжает разбирать какие-то бумажки, забыв (наверное) обо мне.
– Я согласна. – Вздохнула я, но тут же задержала дыхание.
– На что именно, Кариэрра? – лениво произнес парень, подняв на меня свои разноцветные глаза.
– Ну, я… Вам… помогать… работать… эм…
Отложив бумаги в сторону, Рэмольд встал с места. Обойдя стол, он оперся копчиком о него, поставив руки у самого края. Пару минут парень просто смотрел на меня, после чего усмехнулся и сказал:
– Я знал, что ты примешь правильное решение, Кари. Но ты знаешь, что должна сделать, чтобы доказать свой настрой.
Ублюдок… тебе так нравится настраивать меня против себя? я знаю, что ты имеешь в виду… не зря же в твоем кабинете вдруг появилось большое зеркало.
И вот я стою напротив огромного изобритения самого низшего существа в мире. Позади меня стоит Рэмольд. Хоть глаза у меня и закрыты, но я всем своим естеством чувствую, как он ухмыляется.
Открыть. Глаза. Взять, и открыть глаза…
Вдох-выдох.
Быстрое биение сердца, причиняющее боль.
Плевать. Я должна. Должна сделать это!
Вдруг рука одного настырного демона легла на мой живот, а вторая на горло, заставив вздрогнуть.
– Открой глаза, Кариэрра. – Прошептал мне на ухо Рэмольд, вызвав мурашки.
Когда он такой, я боюсь его. Да, боюсь, и что? ведь он может сделать со мной всё, что угодно, я ведь рабыня, не более. Но черта с два я покажу свой страх!
Была – не была!
И я открыла глаза.
Если бы не сильное тело Рэмольда и руки, что держат меня, то я бы грохнулась на пол, отлетев на несколько метров.
Не в силах пошевелиться. Тяжело сказать что-либо. Невозможно оторваться… от себя.
Это… я? такого не может быть!
Длинные, огненно-рыжие волосы, чуть вьющиеся, спускаются аж до поясницы, светлая кожа, острый подбородок и скулы, пухлые, ало-розовые губы, аккуратный нос, темные брови с изящным изломом, глаза с опущенными уголками с ярко-горчичной радужкой (примерно так можно назвать этот цвет).
Ни единого шрама, раны, синяка… почему?
Выгляжу я лет на двадцать пять, не меньше, что очень странно, ведь из-за своего роста я считала себя совсем… крошечной, что ли?
– Теперь ты считаешь себя столь ужасной, как раньше? – также тихо произнес Рэмольд. Я наткнулась на его насмешливо-холодные глаза и сразу же отвела взгляд.
– Не знаю. – Прошептала я, опустив плечи. – Я не думала, что я… такая!
Прошло ещё минут… а, чёрт знает, сколько! Я всё ещё смотрела на себя, не могла оторвать глаз. Нет, не из-за того, что я какая-то красавица… просто… это я! так выгляжу я!
– Что ж, Кариэрра, ты хотела узнать ту историю о полукровке Хеменайджело. – Рассевшись в кресле, скрепил пальцы Рэмольд. – Кратко или подробно?
– Подробно… – всё ещё косясь на зеркало, произнесла я, сидя на кушетке.
– Это случилось более ста лет назад. В тот раковой день Хему было всего сто… шестнадцать лет, по человеческим меркам. Его мать работала на одного маркиза – Астера дин Сэна долгое время, поэтому демон первого ранга решил сделать Фериде подарок, отправив её сына в самую известную академию Декара. Там Хем впервые познакомился с сыном и дочерью Астера – Оболофаносом и Кальенной (первый имел второй, а дочь – третий ранги). С самого первого дня в академии Хеменайджело нажил себе врагов в лице сына Астера. Однажды они избили его до смерти и выкинули где-то в чаще леса. Молодой демон второго ранга погиб бы, если бы не нечто странное, приключившееся с ним в тот день. Он смог… излечиться. Да, Кари, не смотри на меня так, демон владел магией целительства.
– И что дальше? – увлекшись историей, спросила я.
– Он начал искать ответы и нашел их, в лице собственной матери. Оказалось, Хеменайджело – ангел. Он был рожден ангелами, после чего наделен демоническими силами.
– Но это невозможно! ведь от передачи ауры умирают!
– Хем был избранным, поэтому выжил и до шестнадцати лет рос полноценным демоном.
– Ого! А что дальше?
– Астер желал завладеть Декаром, после чего уничтожить другие расы. Полу-ангел полу-демон объявил войну Астеру, во время которой убил его. Ты даже не помнишь, как пострадал мир демонов?
– Нет…
– В общем, Хеменайджело стал легендой, женился на дочери врага, а её брата изгнал, если память не изменяет.
Вот это да! я, конечно, ожидала довольно странную и загадочную историю, но чтоб настолько! Не-е, мои нервишки к подобному не привыкли, даже после четырнадцати лет в рабстве!
Глава 4
Я не знаю, сколько прошло времени. Сидя здесь, я промерзла до мозга костей, и ещё уже битый час помираю от скуки. Взгляд сам по себе уже второй раз направляется на пыльное фортепиано (да, пришло озарение, и я вспомнила, что фортепиано всё-таки отличается от пианино). Но я не умею играть! Да и что мне играть? Веселая мелодия сейчас вообще не в тему будет!
Злобно рыкнув, всё-таки встала с пола, скинув с себя гобелен. По коже пробежала новая партия мурашек, но я не обратила на них внимания, твёрдо идя к своей цели.
Провела кончиками пальцев по клавишам, собрав с них толстый слой пыли. Стало до боли в груди обидно за данный инструмент. Он ведь ещё пригож для использования, но его выкинули. Оставили в одиночестве, как нечто… заменяемое.
Да хоть закидайтесь помидорами! Да! я сравниваю себя с этим фортепиано, но… неужели это настолько зазорно?
Сев на твердый, холодный табурет, я положила ладони на музыкальный инструмент, будто пытаясь согреть своим присутствием. И всё же… я умею играть. Да, однозначно умею! Я знаю аккорды, ноты…
Словно вспомнив отрывок из детства, я пробежалась пальцами по клавишам. Небольшая, легкая мелодия. Сначала не поверила собственным ушам, но повторив эту мелодию, поняла, что всё же не нужно меня учить играть.
Пальцы сами по себе начали бегать по черным и белым клавишам. На весь подвал начала разливаться беспокойная мелодия, иногда сменяясь каким-то обманчивым спокойствием.
С губ слетел еле слышный шепот, под стать ритму мотива.
– To chióni eínai edó, eínai sto ntous, agapiméni mou… goiteía. To aíma échei kalýteri géfsi apó ta kókkina krasiá… pistévete… xérete… agápi…
Снова плавная мелодия и песня. Да, я пою… пою на неизвестном мне языке. Может, меня и смутил бы этот факт, но сейчас я с головой погрузилась в мир звучания и мне совсем не хочется оттуда уходить…