Хендлер, или Белоснежка по-русски

Глава 4. Купальская ночь

Замечания Добрыни (Андрея Никитича, консультанта, прозванного так за отчество) зацепили Кирилла, поэтому он уже битый час сидел за компьютером и крутил 3D-макет будущего посёлка в Подмосковье, перетаскивая дома с места на место. Наконец устал и шумно выдохнул, запрокидывая руки за голову. Сидевший на диванчике Игорь, который всё это время копался в телефоне, откликнулся:

– Нашёл, куда посадить?

– Розу ветров? Не-а. Все карты районов противоречат друг другу. Если утверждать план по розе, получается уродство – я бы не купил там коттедж даже со скидкой.

Кирилл поднялся, потянулся с хрустом и подошёл к окну. В спину ему послышалось хмыкающее бормотание: Игорь явно смотрел какое-то развесёлое шоу:

– Вот и плюнь. Добрыня о розе пусть здесь рассуждает, где шоссе и ТЭЦ. А там, среди сосен, какой нахрен режим ветра? Твой садовник осенью хоть раз развёл костёр? Всё же вывозят.

– Соседи разводят… Разводили пару раз, пока матушка не сходила в гости.

Игорь фыркнул:

– Ну вот, видишь, человеческий фактор работает лучше природного обоснования.

Телефон Кирилла издал сигнал пришедшего сообщения, и ещё раз. Молодой человек не торопясь подошёл, взял в руки девайс:

– И эта туда же!

– М? – откликнулся вопросительно Игорь, и к нему на диван приземлился второй айфон:

– Нина прислала визитку матушкиной протеже-хендлерши, говорит, выпросила утром. Какая мне разница, кто она? Ауф, хочу крепкий кофе и пожевать, – Кирилл вышел.

Игорь же вытащил наушник, отложил свой телефон и взялся за чужой. Визитка с собакой была сфотографирована вертикально, пришлось повернуть, чтобы разобрать буквы. Но следом пришло ещё одно сообщение от домработницы Карамзиных, и Игорь машинально прочитал: «Кирюш, мне кажется, эта девушка действительно по делу. Возвращайся». Следующим загрузилось видео – Нина снимала откуда-то из окна второго этажа уличное занятие с собакой. Игорь подумал и стёр последние два сообщения, затем потянулся к своему телефону – набрал указанное имя в соцсети и погрузился в рассматривание чужих фотографий и комментариев.

Незнакомка жила у Карамзиных второй день, и Кирилл под разными предлогами, пока Нина делала выводы об опасности, ночевал у друга. Страннее всего было то, что Маргарита Павловна не настаивала на непременном присутствии сына за семейным ужином. Однако эта женщина ничего просто так не делала, поэтому привыкший к её интригам Игорь не переставал подшучивать над другом.

А девчонка попалась симпатичная, спортивная… Игорь с особенным интересом рассмотрел её фотографии в купальнике с отдыха у реки, увеличивая масштаб фотографии на фигуре. И всё же никаких особо элитных кадров, кроме как собачьих выставок с породистыми шавками и их высокомерными хозяевами, не было.

– Бедолажка, да ты из золушек! – хмыкнул Игорь, склоняясь к мнению домработницы, ибо до сего дня Маргарита Павловна приводила на «случку» с сыном только «породистых сук».

К тому же в статусе стояла пометка «В отношениях», и указана была дата с прошлого года без привязки к аккаунту возлюбленного. Игорь лениво полистал ленту, пока не наткнулся на фотографию хендлера Насти со смазливым парнем. Залез в комментарии и заржал с непосредственности френдов.

«Вау, какой мужик!» – лайк от хозяйки.

«Ух, знатный кобель! Как тебе удалось его приручить? Вы кажетесь идеальной парой, Насть!». Ответ Насти: «Терпение – мой главный инструмент))))»

«Поздравляю! Шикарно смотритесь». – «Спасибо!»

«Какой умный взгляд у Оскара, я в него влюбилась!» – «В Оскара невозможно не влюбиться. Он – лучший!»

И в том же восторженном духе, с поздравлениями, человек двадцать.

Листанул ниже – фотография руки с кольцом. Ещё ниже – видео с тренировки, где пёс послушно выполняет команды. Машинально ткнул в комментарии и в первом же наткнулся на знакомое имя – Оскар.

– Какие странные совпадения! – посмеялся Игорь, более внимательно разглядывая фото двух счастливых влюблённых. Если брачных планов у Маргариты Павловны на эту Настю не было, то зачем подтасовывать факты?

Из-за двери слышался голос Кирилла, разговаривающего с кем-то из сотрудников-мужчин, очевидно, заставшего шефа в приёмной.

Не откладывая дело в долгий ящик, Игорь набрал знакомый номер и терпеливо подождал, продолжая рассматривать фото-визитку на телефоне друга. Наконец, Маргарита Павловна откликнулась, вместо приветствия, знакомым раздражённым тоном:

– Слушаю тебя.

Нелюбовь была взаимной уже много лет, но обострившейся за последние года три-четыре благодаря роли разлучника на шоу «Десять золушек», где Артур и познакомился с Олькой. После всего имеющегося был ли смысл играть в простосердечие? Оттого Игорь сразу перешёл к вопросу:

– Добрый день, Маргарита Павловна. Это Игорь, – на том конце послышалось: «Угу, узнала». – Как ваше здоровье?.. Я хотел узнать, в силе ли ваше предложение?

– Какое ещё предложение? – забылась женщина или сделала вид, что не помнит.

– Ну, как же? Так сказать, посодействовать знакомству моего друга с вашей избранницей. Я слышал, у вас появилась интересная кандидатура, весьма необычная, я бы сказал. Дрессировщица. Кроме того, я поиздержался малость, ищу, так сказать, дополнительный источник пропитания…

Маргарита Павловна рассвирепела быстрее, чем Игорь ожидал, и взвизгнула в трубку:

– Только посмей, наглец!

– Подождите, но разве это не в ваших интересах? Или вы решили всё сделать самостоятельно, как всегда, – он был спокоен, но улыбка уже сама собой растягивала рот. Намёк на то, что все прежние усилия госпожи Карамзиной пошли прахом, она должна была понять.

Королева сделала паузу и сказала спокойно:

– Настя – моя гостья. Она дрессирует Фикса и учит меня. Что непонятного, Игорь? Она не кандидатура, как ты выразился.

Но он не отступал, пока не прозвучало самое главное:

– Значит, вы не собираетесь знакомить эту девушку с Кирой?

– Нет. Всё разнюхал? Скажи моему сыну, что я жду его сегодня на ужин, – и отключилась.

– Лицемерная грымза! – Игорь фыркнул в пустоту, вернулся к рассматриванию профиля хендлерши и обратил внимание на недавний перепост от незнакомой группы, организующей праздник на свежем воздухе. Перешёл по ссылке и заинтересованно начал читать условия участия.

За этим нехитрым делом его застал Кирилл, следом за ним секретарша внесла разнос с двумя чашками и бутербродами. Сорокалетняя помощница вышла, и Кирилл развалился в кресле напротив Игоря, дразня его кофейным ароматом и едой:

– Я понимаю, что свой геморрой от сидячки ты вылечишь в качалке, но диван бы пожалел. Как я буду объяснять продавленную яму в нём? Хоть бы пересаживался время от времени.

Игорь потянулся с довольной ухмылкой, мол, он делом важным был занят – нашёл увлекательное мероприятие, чтобы проветрить мозги.

– Ночь Ивана Купала? Ты серьёзно? – засмеялся Кирилл, услышав предложение и то, что друг успел зарегистрироваться и внести оплату. – Сегодня? Чур меня, чур!

– Ну, ты как не православный. Языческие традиции – вот это вот наше всё. Кстати, ты знал, что изначально история летнего солнцестояния была связана с персидским словом «кир», которое означало «огонь»? Вангую, ты просто обязан там побывать, Кир-рилл Дмитриевич. Вдруг тебя там торкнет вдохновение? И роза ветров благословит твой мятежный дух, – Игорь кругообразно осенил друга чашкой кофе. – Ничего не знаю. Там будут шашлыки, блэк-джек и девушки. Только надо заехать кое-куда, костюмы взять: у них славянский дресс-код.

Виртуальная страница мероприятия с фотографиями прошлого года и коротким видеороликом была поднесена к сомневающемуся Кириллу, но прозвучало волшебное заклинание: «Пиво и шашлыки», – и он согласился.

*****

Подруга Алёнка, исполнявшая обязанности одного из нескольких помощников в организации праздника, была в мыле. Ей хотелось спокойно посидеть с подругами на тренинге, посвящённом плетению девичьих венков, но без конца звонил телефон: несмотря на то, что регистрация была официально закрыта, звонили желающие приехать в обход правил. Раздражение Алёны было понятно: в этом году дали рекламу в соцсети, и теперь нужно было продумать не то, чем угощать более пяти сотен зарегистрированных и внёсших своевременно оплату участников, а тех, кто узнал о тусовке позже – от знакомых, или у кого вирусные перепосты только всплыли в ленте.

На собранную сумму уже купили продукты, но если позволить количеству увеличиться вдвое, то вместо праздника придётся метаться в местные магазины, до которых несколько километров от выбранного места. Алёнка притворно хныкала, возвращаясь с телефоном в руках: кто-то настойчивый вынес её мозг. Видите ли славянские рубашки закончились: «Костюмы леших подойдут?» Идиоты… Впрочем, пусть едут, так даже забавнее.

– Настырные такие! – подруга плюхнулась на каремат рядом с девчонками, перебирающими траву для венков под руководством знатока цветочной магии – Всеславы.

– Просто отключи телефон. Все, кто хотел, уже здесь или скоро приедет, – посоветовала Динка.

– Не могу: должны привезти столы для угощения, и атаман дорогу найти не может…

– Атаман, который заблудился? – фыркнула Динка, и на неё шикнули сидящие вблизи.

Для охраны мероприятия пригласили каких-то московских казаков. После всех официальных гуляний начиналось время, обозначенное в «меню», как купания и непотребства: пиво хоть и обещали безалкогольное, но по факту никто не будет в темноте проверять, кто что пьёт под шашлычок. Поэтому для порядка нужна была дюжина суровых мужиков с нагайками.

– Поставь хотя бы на вибрацию, – попросила Настя, – интересное же рассказывают…

Всеслава, женщина лет пятидесяти, называющая себя знахаркой, в самом деле выглядела соответственно своему увлечению – в цветастом народном костюме и говорила нараспев, очаровав четыре десятка девушек, сидящих перед ней на пригорке и готовых сплести магический венок, который притянет в этом году идеального возлюбленного.

– … Вплетаем цветок и загадываем качество вашего избранника, – вещала Всеслава, подавая пример и закрепляя сорванный стебель в своём венке: – «Добрый, как ромашка, мой милый…» Погладьте его мысленно, почувствуйте, как он к вам тянется… Ромашка восстановит вашу женскую силу, гармонизирует ваши отношения… Закройте глаза, девочки, нарисуйте его образ… вплетите мысли в ваш венок…

Динка, не взирая на присутствие Азамата, гуляющего где-то возле места для будущего костра и шашлыков, увлечённо плела венок, объяснив: «Не, ну а что, кудай буюрса, вдруг появится мой истинный… Или Аза перевоспитается. Надо хотя бы попробовать!»

Большинство девушек, приехавших специально на начало праздника – к тренингу, – охотно подчинялось процессу бытовой магии. Многие уже переоделись в нарядные белые длинные платья с вышивкой, и фотограф сновал тенью, фотографируя задумчивые, улыбчивые или любопытные лица потенциальных невест.

«Василёк вплетаю, тебя, любимый, призываю. Приди, приворотись, мне поклонись… – мысленно повторяла Настя, улыбаясь мыслям: хорошо-то так было, мило! Как будто в далёкое прошлое окунулась, почувствовала себя на месте деревенской девушки, искренне верующей в силу заговора. – Глаза бы ясные, васильковые… Или зелёные – ужасная редкость…»

Некстати вспомнилась Маргарита Павловна, обладательница зелёных глаз с карими крапинками по краю радужки, и Настя повела плечами: ещё не хватало думать об этом, фу… Алёна заметила недовольную гримасу подруги, молча спросила одними глазами: «Ты чего?» – но Настя качнула головой, мол, ерунда полезла в голову.

«А тебя, колокольчик мой, вестник радости, вплетаю за-ради защиты. Огради меня от обмана любимого… Честный пусть будет… Хотя бы рядом со мной… Изменит – придушу… или уйду сразу…»

«Мята-матушка, утешительница, разожги в нём чувства, разбуди огонь – чтоб любил меня сердечный, чтобы миловал да баловал и не по праздничкам, а каждый день…»

Всеслава попросила девушек представить поцелуй с воображаемым парнем, и Настя невольно посмотрела по сторонам. Кто-то послушно закрыл глаза и, видимо, унёсся в любовные грёзы, кто-то тоже озирался из любопытства, а Динка, дурачась, выставила губки-трубочку для поцелуя, и Настя кашлянула, подавляя смех.

– Вплетаем клевер… представляем, как кладём руки на его плечи. Клевер трёхлистный, огонь, вода и сердце в тебе, храни благодать да силу удачи…

«Толстого не хочу, с пивным животиком – буэ. Чтоб спортивный, худощавый…»

– Вплетайте остальные цветы, девочки, и не забывайте называть про себя качества… А чтобы быстрее нашёлся суженый, подумайте о том, что мы все не идеальны, и у каждого из нас есть недостатки… назовите милые черты, с которыми вы смиритесь… Ай-люли-мати, божьи благодати… – Всеслава запела, делая перерыв, чтобы напомнить: ромашка – для чистоты, василёк – от сглаза, папоротник (Наломали дикого в местном подлеске.) – для свершения чуда…

«Не проходи мимо, возлюбленный.

За порог моего дома заступай,

Семейное счастье с собой приглашай…»

«Конечно, нафантазировать можно что угодно. А ведь права Всеслава: идеальных парней не бывает, да и я сама не подарок… Весёлый пусть будет, с чувством юмора… весёлый шалопай… А готова ли я смириться с детской непосредственностью взрослого мужика? Хм…» – Настя слушала напевы Всеславы и невольно подчинялась её указаниям, сопровождающим плетение венков. Кое-кто уже примерял его длину к голове и скреплял концы лентой.

Ещё несколько минут, и Всеслава закончила, прочитав короткую молитовку-заговор, девушки повторили, а когда трижды прозвучало «аминь», зааплодировали тренеру.

Дальше по программе был небольшой перерыв, чтобы переодеться, перекусить или просто прогуляться по окрестностям. Через два часа, в шесть вечера, начинались состязания, и Алёнка умчалась встречать столы да атамана с казаками.

– Пошли, устроим фотосессию! – Динка потянула в сторону – подальше от толпы и ближе к речке, голубой лентой разбавлявшей июльскую зелень вокруг. – Пора обновить себяшки.

*****

Праздник тёк чинно и благородно ровно до того момента, пока не появились лешие. Хотя Алёнка и предупреждала об их незапланированном появлении, эти двое ряженых в закрытом охотничьем камуфляже мгновенно превратили традиционную вечеринку в нечто совершенно другое. То ли в новогодний детский утренник, потому что примчались с радостными воплями вырвавшейся на свободу нечисти и обещающей утопить всех подряд, если им не отдадут всех настоящих ведьм. То ли в ту часть свадьбы, когда гостям уже всё равно, где невеста и жених, лишь бы было весело. То ли в настоящий шабаш, ибо поднявшийся визг разбегающихся девушек ведущий праздника комментировал как само собой разумеющееся явление: у нечисти до сжигания чучела Морены ещё было время порезвиться всласть.

Насте показалось, будто незапланированные аниматоры не согласовывали с организаторами свои развлечения, а просто по ходу праздника договорились: один скучный конкурс от Алёнкиного шефа, следующий – от леших. Причина стала понятна, как только ведущий объявил, что лешие прибыли не с пустыми руками. И кто бы отказался от безвозмездного спонсорства? Поэтому фривольное поведение леших (а нечисти полагалось вести себя похабно) вызывало улыбки, смех, гогот, но не возмущение.

Так, два весельчака возникли как раз, когда парни перетягивали канат. Победившую команду поздравили, и леший, тот, что повыше, взвыл басом:

– А те-перь ве-е-едь-моч-ки, ах-ха-ха-ха!

– Кто ведьма?! Становись к канату! – вторил второй, старательно подражая.

Ведущий же картонно подыгрывал:

– Уважаемая нечисть, у нас здесь только честный люд!

– А если найду?! – и высокий леший ринулся в хохочущую толпу справа от себя, второй – в левую часть.

Актёры старательно обнюхивали, рассматривали и вертели девушек, отмахивающихся от «нечистых» рук, кого-то всё-таки вытянули и приставили к канату.

– А вот ещё одна! – удовлетворённо сказал высокий леший, оказываясь напротив Насти и словно бы внимательно, в течение двух-трёх секунд рассматривавший её лицо. И силком поволок за руку к канату.

На оба конца поставили по шесть девушек, седьмыми, схватившимися за последние узлы, стали сами парни. Или мужчины. Сложно было понять вообще, сколько им лет.

Настя оказалась между пятой девушкой и высоким лешим, пожалуй, более наглым, чем тот, другой. Мужчина словно бы случайно прижал Настю к себе, получил тычок в бок (на большее у Насти не хватило возможности) и хмыкнул:

– Я случайно! Всё только ради победы!

А когда ведущий махнул платком, и толпа заулюлюкала в тон визжащим «спортсменкам», мужские руки перехватили канат перед Настей, практически выдергивая его из её рук, и она оказалась зажатой между напрягшимся от физических усилий телом актёра и впереди стоящей девушкой.

Она попыталась выбраться, изворачиваясь, но хитрый леший держал её крепко одной рукой, а второй помогая своей команде вытянуть соперников за черту. Он словно бы ничего не замечал и вопил рядом с её ухом:

– Девчонки, по моей команде тянем! И-и-и-раз! Тянем, тянем, тянем!..

То ли перевес действительно оказался на стороне команды высокого лешего, то ли второй решил подшутить и подговорил своих резко отпустить канат – вдруг вся семёрка попятилась на Настю и повалилась под необузданный хохот зрителей в траву.

В голове успело мелькнуть: «Раздавят!..» – но леший каким-то хитрым образом её откинул в сторону и приземлился сверху сам.

– Живая? – как ни в чём ни бывало, приподнялся на локтях и подал руку.

– Иди к чёрту! – разум Насти понимал: всё происходящее – игра, и лешие вели себя фривольно со всеми девушками подряд. С другой стороны, всколыхнулась обида ребёнка, которого случайно и пребольно зацепили мячом.

Отряхнувшись, она отошла в сторону, рассматривая скособочившийся венок, из которого вывалилось несколько цветков. Высокий леший в эту минуту радостно вопил о победе и вручал шоколадки своей команде, а потом – проигравшей.

– Чего ты обиделась? – подошедшая Динка вытащила из распущенных волос подруги травинку. – Вон, все, как из бешеной карусели… Иди хоть свой приз забери.

– Пусть подавится! – буркнула Настя. – Весь венок мне поломал…

– Хы, на то он и нечистая сила!

Тем временем, официальный ведущий объявил новый конкурс для богатырей – кто больше выпьет квасу. Начали набирать желающих, которых оказалось много – на кон была поставлена упаковка безалкогольного пива «от наших спонсоров леших».

– Точно! Пить хочу! – прислушалась к себе Настя и отправилась к пригорку, где остались карематы после цветочного тренинга, сумки с привезёнными вещами и обувь тех, кто решил походить босиком.

Там, напившись минеральной воды и слушая отдалившиеся звуки игрищ, она заново переплела венок, водрузила его на голову и, отмахнувшись от прибежавшей Дины, сказала, что хочет немного посидеть.

– Смотри, я жду тебя… А-а-а! – подруга прислушалась к объявлению: – игра моего детства! О, май гад, я будто в прошлое вернулась! Настька, пошли играть в «Бояр»!

И умчалась – к выстраивающейся толпе «невест» перед аналогичной цепью потенциальных «сватов».

Впрямь было хорошо, весело. Настя улыбалась, слушая нестройный хор мужских голосов, вторящих знатокам детского фольклора:

– Бояре, а мы к вам пришли. Молодые, а мы к вам пришли!

День клонился к закату, и, кажется, расписание развлечений поменялось: костёр собирались жечь в восемь вечера, но ведущий объявил, что ещё немного поиграют перед главным священнодействием. Впереди шелестели камыши у озерца, но сейчас их шёпот не доносился до пригорка: гомон голосов играющих перебивал все природные звуки. И всё равно было хорошо – спокойно, как в детстве, когда собирались все деревенские, от мала до велика. От совсем маленьких до здоровых дылд, и играли в «Кошки-мышки», «Выбивалы», «Цепи» или просто перебрасывались волейбольным мячом…

Настя вздрогнула, когда рядом плюхнулся на траву леший.

– Я твой приз принёс, – сказал он, Настя повернула голову и поняла: это второй, не тот, что облапал её во время перетягивания каната. На каремат рядом легла плитка шоколада.

Глава 5. Гори, гори ясно!

Наказав секретарше всем говорить, что шефы отправились на стройобъект, Кирилл и Игорь покинули офис за два часа до окончания рабочего дня. Сегодня было чётное число, поэтому поехали на машине Игоря, тем более у него, кажется, были продуманы все детали маршрута, чтобы успеть на праздник: прокат костюмов, домой переодеться, а по пути заехать в гипермаркет и накупить призов. Общее бурное прошлое, богатое на вечеринки с конкурсами, возжелало тряхнуть стариной. Кирилл, в общем, не возражал, быстро заразившись идеей намечающегося нестандартного гуляния, и теперь ничто не должно было испортить настроения, поэтому от крюка домой, в Барвиху, отказались. Заехали в «свой» магазин одежды, где Карамзин купил футболку и джинсы, отказавшись от предложения друга одолжить свои вещи: