Сделка. Утонуть в наслаждении.

– Два дня назад, – прошептала я, как котенок.

– Интересно, – произнес Илья, и в его глазах зажглись озорные искорки. – Значит, тебе нужно потренироваться.

– Потренироваться в чем? – озадаченно смотрю на него, мои брови нахмурились от удивления.

– Сними свое белье, – Илья прожигает меня взглядом, и в его голосе звучит уверенность, смешанная с легким издевательским оттенком.

У меня аж челюсть отпала, я не могла сказать ни слова. Мозг отказывался обрабатывать информацию.

– Давай, девочка, выполняй, – Илья делает глоток шампанского, и его улыбка становится ещё более опасной.

Я пытаюсь вспомнить, что происходит, но в голову лезут только беспорядочные мысли. Он серьезно? Он хочет, чтобы я сняла белье прямо здесь, в этом роскошном ресторане?

– Илья, ты совсем с ума сошел? – выпалила я, но мой голос звучал неуверенно.

– Нет, я просто хочу убедиться, что ты можешь быть раскованной и порочной, – он откинулся на спинку кресла и с интересом уставился на меня. – Ты же хочешь быть моей хорошей девочкой, не так ли?

– Илья, пожалуйста, не надо, – прошептала я, но мой голос звучит слишком слабо.

– Докажи мне, что ты можешь быть свободной и расслабленной, – прошептал он, в его голосе звучала нежность, смешанная с властью.

Откидываюсь на спинку стула чувствуя, как по телу пробегают мурашки. Илья был не просто опасен, он был загадкой, которая манила меня с непостижимой силой.

Оглядываюсь – официант где-то затерялся. Медленно, словно в замедленной съемке, приподнимаю подол юбки, цепляю кружевное белье, тяну вниз, по ногам.

Черт! Он всё знал! С самого начала!

Мысль бьет набатом, сердце колотится, как бешеное. Сафронов – хищник, он продумал всё наперед, а я… я всего лишь пешка в его игре.

– Послушная девочка, – его голос – бархат, но в нем – сталь, угроза.

Встает, подходит ко мне. Вздрагиваю невольно. Его взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах.

– Пойдем, – приказ, короткий, жесткий.

Даю ему руку, следую за ним. Что он задумал? Не знаю. Но… тело уже ждет, предвкушает что-то… порочное, опасное, желанное.

Уборная. Зеркала, гранит, кафель. Запах дорогого парфюма.

Он прижимает меня к раковине, его тело – жесткая стена.

– Руки на раковину, – шепот, горячее дыхание на шее. – И без звука.

Руки на холодном мраморе. Его тепло – на моей спине, обжигает, заставляет дрожать. Глаза закрыты, но это не помогает.

Сердце – бешеная птица в клетке, мысли – клубок ниток, запутанный, хаотичный.

Илья… так близко… его дыхание – на шее, горячее, влажное. Руки скользят по спине, ласкают сквозь ткань блузки.

Облизываю губы, дыхание сбивается.

Взгляд в пол – на кафель, холодный, безжизненный.

– Ты моя, – рычит он на ухо, его зубы – на мочке уха, легкий укус. Всё сжимается внутри.

– Ты принадлежишь мне. Я могу делать с тобой всё, что захочу.

Его губы – на шее, влажные поцелуи – обжигающие, заставляющие мурашки бежать по коже.

Глаза закрыты. Его руки – на талии, сильные, властные.