- -
- 100%
- +
Проводив Идзуми-сенсея печально-испуганным взором, Ниджи снова поддалась безрадостным мыслям. Их выпускной окончен. Их жизнь изменится. Шайнингрилл наверняка найдет себе место в опергруппе. Скорее всего, там же устроится и Рэм. А что ждет ее?..
– Эй, ребята, смотрите! – воскликнула Шайни и остановилась.
Ученики вокруг радостно загудели, заметив привет от небесной богини. Многие схватились за гаджеты, чтобы сделать фото или 3D-панораму: через небо дугой прорезалась необыкновенно яркая радуга.
– Вот это круто! – одобрил Рэм и тоже поднял в небо смарт. – Привет от Матери, не иначе.
Ниджи улыбнулась краешком рта. Жаль, что теперь им троим не по пути.
12 мая 2025
– Что думаешь? – спросила Аой, когда Шайнингрилл Омниус покинула кабинет после собеседования.
Такеши посмотрел в листок с резюме выпускницы:
– Лучшие оценки на курсе, прекрасное владение водой и льдом, здоровье в норме. Спокойная, командная. Перфекционист. Она произвела на меня исключительно положительное впечатление. Правильно ли я помню, что она твоя кузина?
– Троюродная вроде бы. Или четвероюродная. Или дочь четвероюродной. У меня столько родственников, что их невозможно запомнить.
– Я считаю, что нам очень повезло. Омниусы редко «выходят в народ», все больше и больше удаляясь от жизни современного общества, но оно по-прежнему нуждается в их экспертизе и накопленных знаниях.
– Хорошо, что нам повезло иметь одну из них в качестве руководителя, – отметил третий участник беседы, весь разговор не отрывавший взгляда от электронной книги.
– И талантливейшего целителя из их числа тоже, – Аой вяло улыбнулась в ответ.
– Спасибо. К слову, красных нам сейчас не хватает, так что я, в общем-то, тоже «за».
– Значит, единогласно.
Шэдоу отбросил со лба свои длинные серебристые волосы и качнул головой:
– Мы даже не будем спрашивать мнения всей остальной команды?
– Мне достаточно вас двоих, – сухо отметила Аой. – Любимый племянник и мой лучший ученик. Чьего мнения мне еще желать?
– Вы все еще считаете меня своим учеником, сенсей? – спросил Такеши, и все трое засмеялись.
– Не хотите ли чаю, Аой-сама?
К сидевшим за столом подошел андроид. Его фигура была нарочито женской со всеми характерными изгибами. Сверхлегкий пластик тела облегала ткань темного костюма-двойки. На белоснежном шлеме светились прорези для несуществующих глаз.
– Да, Мидори, сделай две чашки чая и один капучино для Такеши-куна, пожалуйста, – ответила та.
– Вас поняла, – ответил робот без каких-либо интонаций, после чего покинул комнату.
– Прямо сейчас меня посетила немного странная мысль, – Такеши поправил очки. – В некотором смысле оказалось весьма удачно, что Мурасаки-сан не пробовалась в опергруппу. Выбрать между двумя талантливыми элементалистками стало бы сложной и в какой-то мере неприятной задачей.
– Увы, не знаком с обеими в достаточной мере, но, насколько я понял, Шайнингрилл сильнее, несмотря на то, что ее стихии менее разрушительны, чем огонь Ниджи, – протянул небесный, лениво тыкая в экран читалки.
– Зато Мурасаки-сан представляется мне более мобильной и быстрее ориентирующейся в незнакомой обстановке, – отметил Такеши. – Это имеет большое значение в нашей профессии, иногда даже решающее.
– Просто ты обожаешь древние самурайские семейства, – усмехнулся Шэдоу и потерял интерес к разговору.
– Кстати. Зачем ты спрашивал Шайни о Мурасаки? – в голосе Аой, обычно сухом и строгом, чувствовалось чуть больше эмоций. – Почему тебе так интересны ее планы?
– Ее судьба интересует меня не с тем подтекстом, на который ты так упорно намекаешь. Тебе не кажется странным тот факт, что целеустремленная и трудолюбивая студентка внезапно отказывается от предложенных ей перспектив?
– Не знаю. Мне она всегда казалась довольно мутной, хотя и неопасной. Возможно, провал в квалификационной работе сильно ударил по ее самолюбию, и она решила, что недостойна работы в МАПМЭ.
– Интуиция не может обманывать меня: здесь что-то кроется. Еще и ее тусклый друг, Рэм, тянет с работой в отделе снабжения. Я счел это подозрительным.
– Хм… Мне показалось, что Шайни очень испугалась твоего внезапного вопроса о местоположении подруги.
– Да, но Шайнингрилл Феломена Карен Омниус действительно ничего не знает о том, где она и чем будет заниматься. Удивительно, принимая во внимание их прочную связь.
– Быть может, она просто прикрывает ее? Раз уж их дружба настолько крепка.
– Могу сказать, что я уверен в честности юной Омниус.
– Ты зеленый, тебе виднее, – пожала плечами Аой.
Сенсей засмеялся:
– Многие переоценивают зеленых, ибо в наше время они малоизученная редкость. Меньше только синих, – в этом месте он сделал почти незаметную паузу. – Но я не умею читать мысли, Аой. Законы магии непреодолимы, и влезть другому человеку в голову невозможно.
– Тем не менее ты вызываешь именно такое чувство.
– Я размышлял на эту тему, чисто на уровне теории. Чтение чужих мыслей должно неизбежно делать меня фиолетовым, потому что это единственный тип крови, способный давать силы нарушать Непреложные Законы. Но оттенок клеток спектра не меняется после окончательного формирования в юношестве.
– Придется поверить, что ты не живешь в моей голове.
– Ты и так открытая книга, Аой, – вздохнул Шэдоу. – Прости, но не нужно быть ни зеленым, ни фиолом, чтобы понять, о чем ты думаешь на самом деле.
Та резко покраснела и возмущенно втянула ртом воздух, но ничего не ответила. Шэдоу поспешил добавить:
– И что в таком случае нам стоит предпринять, если поведение Мурасаки вызывает подозрение? Устроить за ней слежку?
– Сомневаюсь, что она действительно задумала что-то криминальное. Но у меня есть серьезные основания полагать, – Такеши прочистил горло, – что она отправилась в M.A.G.E.
– В таком случае нас ждет еще больше головной боли, – вздохнула Аой.
13 мая 2025
Съемная квартира оказалась значительно просторнее комнатушки в кампусе Академии. Только-только въехав, Ниджи сразу же вышла на балкончик за огромной дверью-купе. Эта сторона дома выходила на запад, в самый раз для потрясающих закатных видов. Жаль только, что солнце очень быстро скрывалось за большим количеством небоскребов.
Весенний воздух, даже трижды загрязненный бесконечными машинами, будоражил сознание. Квартира находилась в центре города, и Ниджи могла наслаждаться с двадцатого этажа всем тем, что она так любила: хаотичным движением траффика, яркими разноцветными вывесками, светом из соседних окон. Внизу толпились монолитные высотки в десятки, а то и сотни этажей. Ярким пятном светилась доминанта – бело-голубая телевизионная башня, в миле от которой разместился главный корпус Международной ассоциации профессиональных магов и экзорцистов. В закатный час это монументальное здание, царство стекла и прожекторов, выглядело особенно впечатляюще.
Сквозь частокол небоскребов прорастали то тут, то там зеленые парки, где деревья круглый год носили гирлянды. Виднелась и протекавшая через центр города река с несколькими мостами, среди которых переливался радугой самый знаменитый навесной мост мира – Сора-но-Сэки. Он не только знаменовал собой торжество футуристического дизайна, но и считался излюбленным местом у самоубийц Нью-Токио.
Да, определенно удачная квартира. Повезло, учитывая, что она согласилась на первую попавшуюся.
Ниджи вернулась в комнату и потянула за собой дверь. В мутноватом стекле ярко блеснул пирсинг нижней губы, и магесса задержалась взглядом на собственном отражении. Несмотря на восточную фамилию, во внешности Ниджи не было ничего азиатского: самурайский род Мурасаки уже давно состоял из одних европейцев. Тот, кто привык видеть Ниджи в форме Академии, не сразу бы узнал ее: темные брюки, бордовая обтягивающая кофта с серым болеро поверх. Неизменным остался высокий хвост из белоснежных волос.
У нее не было времени задерживаться здесь надолго. Девушка надела черную кожаную перчатку без пальцев и пояс с кармашками. Туда она вставила колбочки высотой в несколько дюймов: одну с дистиллированной водой и две с голубой, слегка светящейся жидкостью. Зажигалку, с которой Ниджи никогда не расставалась, она запихнула в карман болеро. Зашнуровав высокие берцы, девушка спешно вышла из дома.
Было довольно прохладно для мая, и Ниджи сразу же пожалела, что не взяла с собой какой-нибудь плащ. Уже начало темнеть, когда она дошла до торгового центра «Арена Сити» – именно там они договорились встретиться с Рэмом, чтобы составить план действий. Друг уже ждал ее у подсвеченного разными цветами фонтана. Он тоже выглядел непривычно без формы Академии: черно-белые кеды, узкие джинсы, кашемировая кофта, легкое пальто и длинный шарф в клетку.
– Квартира просто огонь, – вместо приветствия сказала Ниджи. – Как-нибудь приходи в гости.
– Рад, что понравилась. Мой приятель чуть не умер от счастья, когда узнал, что жилец нашелся так быстро.
– Нашла в холодильнике твой любимый Cherry Max. Держи, – Ниджи протянула другу баночку газированного напитка.
– Вот спасибо! К слову, разве не логичнее было бы встретиться в квартире?
– Не успокоюсь, пока не проверю ее на аудио- и видеофиксаторы.
– Да ты параноик!
– Ты бы тоже таким был на моем месте. Давай пройдемся по магазинам и сделаем вид, будто мы выбираем.. Ну не знаю, какую-нибудь тряпку.
– Давай, но зачем?
– Тут так шумно на распродажах, что нас невозможно будет подслушать. Сможешь же почувствовать приближение магов на расстоянии в такой толпе?
– Ну, я хоть и тусклый, все же кое-что могу, – улыбнулся Рэм. – Поехали тогда на третий этаж, одежда в основном там.
Минуя ряд торговых точек, старающихся перещеголять друг друга в обилии надписей о скидках, ребята поднялись на эскалаторе до нужной секции. По пути Ниджи внимательно вглядывалась в окружающих. По напряженному лицу Рэма она поняла, что он использует свою способность отслеживать магические следы.
Вокруг не было ничего подозрительного, хотя им довелось один раз встревожиться: окутанная аурой продавщица слишком ловко управлялась с развешиванием одежды. Желтая, студентка третьего курса. Использовать телекинез для таких случаев считалось неприличным, но, судя по всему, девушке очень нужна была подработка. На всякий случай они выбрали другой магазин.
Выпускники сделали вид, что внимательно перебирают кучу одежды в корзинке распродаж. Ниджи немного расслабилась и решила, что здесь они смогут все обговорить:
– Итак, что ты смог узнать?
– Сразу скажу, я все еще против этой идеи, но раз уж такое дело… В общем, мне удалось вытащить из кэша Magebook тему почти десятилетней давности… О, посмотри какой классный принт!
– Рэм!
– Ладно-ладно! В общем, в треде обсуждалось, кто лучший специалист по магическим татуировкам. Удивительно, но лидировала какая-то самоучка по имени Фрейя.
– Фрейя? Певица из Enchanters Band? Давно что-то про них ничего не слышно.
– Да, вроде она. Пишут, что она никогда не пользовалась типичными приемами для усиления способностей. Типа все сделанные ею амплифаеры уникальны. Вроде как она делала тату чуть ли не во все тело. Представляешь, какую силу они могут давать!
– Звучит не очень правдоподобно.
– Есть такое. Сейчас ей уже за тридцать и, скорее всего, она уже как минимум на этапе угасания. Расспросить бы ее все равно не мешало, но… – Рэм тут же скис. – Фрейя – член группировки M.A.G.E. Ты знаешь, как я к ним отношусь.
– Как любой сторонник порядка, который из принципа не переваривает тех, кто любит его нарушать.
– Ниджи, да они чокнутые! – Рэм в сердцах отбросил в корзину свитер, который только что держал в руках. – Ладно бы просто обычные хулиганы. Но там все помешаны на идее «свободы» для магов. И совершенно не думают о том, что эта «свобода» отбросит общество на несколько веков назад, когда чародеев со страху пересжигали на кострах!
– Это довольно спорная тема, Рэм.
– Ладно, отбросим идеологию. Они же просто опасны! Толкают на черном рынке черт знает что. Говорят, что их лидер, Файбер Хант, обрушил крышу на свою жену, которая ревновала его к этой самой Фрейе. А его сын считается чуть ли не машиной-убийцей. Там даже лекари, и то двинутые на голову.
– По-моему, ты сильно преувеличиваешь. Боевиков про магический криминал насмотрелся? Они же просто ребята, которым не по душе контроль со стороны МАПМЭ. А не какие-то монстры вроде фиолов.
– Ниджи, я понимаю, что тебе нужен не совсем стандартный специалист… Что ситуация вынуждает тебя идти против нас… Но… Но это не значит, что мне по душе эта затея.
– Кого «нас», Рэм?
– Ну… – он взъерошил свои волосы. – Я не имел в виду, что ты предательница, я просто… Просто…
– Ладно. Забей. Зачем только ты помогаешь мне, если тебе это противно?
– Не противно! Ты же мой друг, Ниджи! Ты мне важнее, чем вечные идеологические дрязги между МАПМЭ и M.A.G.E. И если тебе нужен человек из M.A.G.E., я найду его. Даже если Академия всеми правдами и неправдами скрывают информацию о них. Убьюсь, но найду.
– То есть ты еще не узнал, где может быть эта Фрейя?
– Пока нет. Но я выяснил, что их городская база – это паб. Паб, представляешь?
– А эти ребята начинают мне нравиться… Хм-м-м-м, а вот эту худи я даже возьму…
– Ниджи!
– Что?
Девушка двинулась к кассе, чтобы оплатить светло-серую толстовку с капюшоном. Ткань была очень приятная на ощупь, а посередине улыбалась мордочка панды – и как тут устоять? Тем более, на улице так похолодало… Купив обновку, ребята покинули павильон и спустились на нулевой этаж.
– Так где, говоришь, их паб? – спросила Ниджи.
– В трех кварталах отсюда. Можно пешком дойти, а то в метро спускаться дольше.
– Чудесно, сможешь найти?
– Навигатор может все.
~~~
Навигатор мог далеко не все. Ниджи и Рэм уже второй час кружили по району, но так и не видели заветной двери паба «Синяя кошка». Уже совсем стемнело, и если бы не толстовка с пандой, Ниджи бы точно замерзла. Отойдя на несколько миль от оживленного и яркого даунтауна, ребята оказались в крайне недружелюбных задворках однотипных многоэтажек. Кажется, городские власти пожадничали сделать в районе достойное освещение: одинокие уличные фонари едва ли позволяли нормально ориентироваться в поворотах, да еще и спросить дорогу было не у кого, точно все вымерли.
– Может, их какая-то хитроумная магия охраняет? Типа, завесы или что-то такое, – предположила Ниджи, свернув в очередной проулок. В темноте они все казались одинаковыми, но навигатор считал, что они там еще не ходили.
– Не исключено, на самом деле. К сожалению, вся моя чувствительность к магии ушла на торговый центр и еще не восстановилась.
– Я тоже ничего такого не чувствую.
– Давай дойдем до конца улицы. Если и там ничего нет, двинем по домам, – Рэм засеменил по дороге рядом с Ниджи. – Тут холодно, может, я все-таки тебе хотя бы шарф отдам?
– Не надо, – ответила та… и почувствовала, как резкой волной воздуха ее толкает вперед. Правая рука напряглась от жжения, и магическая аура бледно-голубым куполом закрыла ребят от внешнего мира. Ниджи оступилась и едва не упала от порыва энергии.
– Нихрена себе! – вскричал Рэм, инстинктивно прикрывая голову. Он увидел, как груда камней отскакивает от магической сферы. Должно быть, кто-то кинул им в спину эти булыжники телекинезом или силой стихии земли. Ниджи дернула наверх рукав свежекупленной толстовки и обнаружила, что на обратной стороне правого предплечья ярко светится ее татуировка из замысловатых вензелей. Аура защиты быстро погасла.
Они обернулись и увидели позади себя две женские фигуры в серых плащах с капюшонами. Их лица закрывали полумаски, но предполагаемые обидчицы словно нарочно стояли в тусклом свете фонаря, чтобы их было лучше видно.
– И что это, черт возьми, значит? – Рэм сделал шаг в их сторону, стараясь закрыть собой подругу.
– Впечатляет, Ниджи Мурасаки, – заявила одна из незнакомок. – Как раз то, что нужно госпоже.
Episode 2. #CD2756
«О, что вы, делать амплифаер совсем не больно. Так, покалывает. Самая большая проблема – найти чародея, который умеет делать татуировки. Я, будучи красным магом, получил умение, соответствующее моей ауре, – Морской шторм. Не очень полезно, зато эффектно [смеется]».
Из интервью Итару Кобаяши, мага и актера дорамы «Последний поцелуй»
Девушки в плащах бросились вперед. Одна из них взмахнула рукой – и по дороге побежала огромная трещина. Ребята отпрыгнули друг от друга, и через секунду на их прежнем месте прорвался гейзер из камней. Похоже, нападавшая владела как минимум стихией земли.
Ниджи щелкнула зажигалкой и взмахом руки отправила несколько огненных шаров в сторону нападающих, но те играючи увернулись. Красная снова взорвала асфальт, и друзья оказались еще дальше друг от друга. Вторая колдунья кинула искрящую сферу темной энергии в Рэма, но Ниджи удалось вовремя возвести огненную стену и защитить его. Пламя продержалось недолго: элементалистка в плаще очень быстро нейтрализовала его энергию. «Плохо, очень плохо», – пронеслось в голове у Ниджи. В Академии она привыкла сражаться больше со своими антиклассами, а достойного соперника по части привычного огня ей так и не нашлось.
Вторая магесса, вероятно небесная, бросила что-то под ноги Рэма, и его обвили удушающие корни дриады, впиваясь шипами в кожу. Ниджи кинулась на помощь, но земля снова прорвалась и ушла из-под ног. Колдунья, сковавшая Рэма, добежала до Мурасаки и ударила ее в грудную клетку. По телу прошелся покалывающий холод, и через секунду заклятье полностью обездвижило Ниджи.
Она никогда не была готова принять собственную смерть и всегда думала, что на пороге гибели будет истерично вопить и сопротивляться. Но, во-первых, она не могла пошевелиться из-за паралича, а во-вторых, ее разум пребывал в полном спокойствии. «Ну вот и все», – это было единственное, что сообщил ей мозг в этой безвыходной ситуации. Даже истошные крики Рэма не отдавались в ее сердце щемящим унисоном.
Нападавшая, уже занесшая было руку для добивающего заклинания, вместо этого окружила себя защитным энергетическим щитом. Секундой позже позади нее из черной, похожей на чернила осьминога дымки появилась наполовину бритоголовая девушка с кинжалом. Спасительница – явно из желтых – ловко телепортировалась назад, а затем снова налетела на соперницу, которая с трудом сопротивлялась столь стремительному натиску.
На вторую магессу, стоявшую напротив Рэма, несся с боевым кличем мужчина комплекции «шкаф обыкновенный». Она каким-то чудом избежала столкновения, затем долетела до своей напарницы и спасла ее от бритоголовой, помогая себе порывами магического ветра. Парень же принялся прямо голыми руками рвать душившие Рэма путы, и мало-помалу он ломал их сопротивление. Поняв, что расклад теперь не в их пользу, девушки в плащах поспешили ретироваться. Их исчезновение произошло так быстро, словно сама ночь поглотила их.
– Вот так-то! – победно воскликнула бритоголовая. – Здесь должна быть шутка про то, что они зашли не в тот район, но… Мы не говорим банальными фразами, да, Виктор?
– Извини, я немного занят, – тот одолел корни дриады и поймал в свои лапищи тусклого, который едва сохранял сознание.
– Вообще мы обычно не перетираем с Сестричками в такой агрессивной манере, – она повернула голову в сторону Ниджи. – Но на нашем районе и правда нельзя вот просто так взять и устроить пиу-пиу. А еще, – она посмотрела на глубокие асфальтовые трещины, – дорожные службы будут недовольны.
Паралич наконец-то отпустил Ниджи, и она прохрипела:
– Спасибо за помощь… Вы из M.A.G.E.?
– Все так. Меня зовут Ребекка, можно просто Бэкз. А это мой бро Виктор.
– Hola, – маг, распутавший Рэма, нес его, словно пушинку.
Незнакомец выглядел чуть старше тридцати и по телосложению был настоящим гигантом. На голове стояли торчком темно-русые волосы, а подбородок украшала бородка-эспаньолка. Орлиный нос и широкая челюсть придавали ему еще больше внушительности. «Оранжевый», – сообразила Ниджи, оценив его мощные физические способности.
А вот бритоголовую она уже видела, правда, лишь на экране монитора: перед ней стояла собственной персоной Ребекка Мэй, одна из постоянных участниц Олимпиады Шести Цветов – известного магического турнира, чьи трансляции били все рекорды по просмотрам. Странно было видеть ее так близко. Может, Ниджи это снится?
– Мы тут ваш паб уже пару часов как ищем, – пожаловалась она. – А нашли только этих психопаток.
– Паб? Ты про «Синюю кошку» что ли? Так а что искать, тут в двух шагах за углом. Мы почувствовали неладное, так сразу и выбежали. Ладно, давайте к нам, подлатаем вас почуть. Все медики уже отправились по домам баиньки, но эликсир какой сварганить можем и мы.
– У вас есть мед? Я могу сделать слабую лечебную настойку, – сказал Рэм.
– Если Даснор не продолбал принести шалфей, то можно даже и не слабую. Гоу, гоу!
Четверка двинулась обратно по улице, старательно перепрыгивая через разрушенные части тротуара.
– Так как вы умудрились не найти паб-то? – спросила Ребекка, нарочитое «р» в ее речи и смуглая кожа выдавали в ней уроженку с юга. – Мне интересно, сколько я таких образом клиентов теряю!
Магесса улыбнулась, и шрам на ее правой щеке стал в разы заметнее.
– Мы подумали, что паб скрыт магией.
– Скрыт магией? – захохотала Ребекка, и Виктор вторил ей грохочущим смехом. – Да у нас там заходи не хочу. На одних магах бизнес не построить так-то.
– Уж поверьте Бэкз, ее матушка – хозяйка заведения, – улыбнулся ее напарник.
Через минуту они увидели на углу перекрестка старомодный фасад «под дерево» с жизнерадостной вывеской «Синяя кошка». На входе висела табличка «Закрыто», но в окнах горел слабый красноватый свет. С открытием двери почувствовался приятнейший аромат жареной картошки.
Надо ли говорить, что они тут проходили раза три, но навигатор об этом не знал?
~~~
– Так. И чем вы привлекли внимание этих безумных баб? – спросила бритоголовая откуда-то из-за барной стойки.
– Понятия не имею, – вздохнула Ниджи и оглядела помещение.
Это был немалых размеров зал для игры в бильярд с десятком разномастных столов, каждый из которых подсвечивался лампами. Стойки с киями и потушенные LCD-экраны ютились на зеленых стенах, отдавая лидирующие позиции ретроплакатам про алкоголь, пин-ап и веселье. Со стороны бара в противоположном углу, почти у самого входа, бубнила странная музыка: не то джазовые пассажи, не то драм-н-басс.
Ниджи и Рэма усадили на просторный кожаный диван в углу зала. Рядом разместился Виктор, а Бэкз занялась поисками ингредиентов для зелья. Других посетителей не наблюдалось, что было странно для вечернего времени.
– Кто они такие вообще? – Рэм посматривал, как Ребекка перебирала баночки с сухоцветами.
– Серые Сестры, – ответил Виктор. – Магическая секта, полная религиозных заморочек.
– Я думал, это все страшилки для малолетних магов… – насупился тусклый.
– Без причины они не нападают, – заметила Ребекка. – Более того, не похоже, чтобы они хотели вас убить.
– Ну да, обычно у них это получается, – Виктор закатил глаза. – Профессиональные маги-ассасины, широкая шпионская сеть из тусклых, куча запрещенных ядов и прочих примочек. Все, как в фильмах, понимаете? Если Сестрам нужно кого-то убрать, это будет максимально быстро, эффективно и, главное, молча. Но эти вступили в прямой контакт. Как будто хотели взять живьем.
– Похоже на правду, – кивнула Бэкз, усаживаясь на диване с миской какой-то жижи в руках. – Их еще интересуют ценные артефакты. Может, у вас завалялась парочка?
– Откуда? Мы с Рэмом только-только окончили Академию. И никогда не видели ни одной Сестры.
– Ладненько, а нас вы зачем искали? Хотите стать энфорсерами?
– Нам необходимо найти мисс Фрейю. Поможете? – спросил Рэм.
– Фрейя…
Ребята из M.A.G.E. переглянулись. Виктор пожал плечами, и Ребекка продолжила:
– Она ушла от нас несколько лет назад. Боюсь, что никто из наших не в курсе, где она. Но зачем?
Ниджи заерзала на диване и уставилась на плакат, изображавший в пин-ап стиле волшебницу в неприлично короткой мантии и с остроконечной шляпой. Несмотря на то что новые знакомые ей понравились, Ниджи предпочла не терять бдительность и с осторожностью сказала:
– Мне нужна консультация по… по некоторым вопросам.
– Звучит загадочно, – послышался меланхоличный мужской голос.
Фразу произнес высокий молодой человек, который спускался по резной деревянной лестнице со второго этажа бара. Ниджи почувствовала запах табака – редкость в век популярности электронных сигарет. Парень был в джинсах и черной рубашке, несколько незастегнутых пуговиц на груди открывали вид на медальон, небольшой сине-зеленый камень с двумя треугольниками посередине. Слегка отрощенные темные волосы были наспех схвачены резинкой, пара прядок уже успели выбиться. Выглядел незнакомец сонным и недовольным.