Полина. Мечты сбываются
- -
- 100%
- +
– Если в общем, то это синяя желеобразная…
– Гелеобразная. – снова перебил меня Альбер.
– Мерцающая тёмно-голубая сетка, – продолжила я, – внутри серого марева.
– Муара.
– А за ней – змеи. Большие. Синие. С чёрными пастями. И, если Вы хотите подробно…
– Достаточно, я всё понял. – прервал меня Альбер. – Не прикасайтесь и отойдите как можно дальше.
– И что Вы поняли?
На меня накатила апатия.
Я отошла подальше от двери в сторону окна и села на пол, облокотившись спиной о стену. Я тоже всё поняла. Поняла, почему Альбер перешёл на «Вы».
Маска сброшена, и пялить её на себя я больше не собираюсь.
Будь, что будет.
…Но следующие слова Альбера меня в значительной мере порадовали.
– Я могу эту защиту убрать.
Ну, наконец-то…
– Только мне нужно попасть внутрь.
А эти – в той же мере огорчили. Меня снова охватило отчаяние.
– А попасть внутрь Вы не можете, потому что не можете убрать защиту.
Мне нестерпимо захотелось запустить чем нибудь в эту гадскую дверь. Вот хотя бы креслом. Если поднять смогу…
Я с сомнением поглядела на свои хилые ручки и перевела взгляд на дверь. Интересно: загорится или рванёт?
– Рванёт, Минна. Причём взлетит на воздух весь Шато.
О, мы продолжаем играть в прежнюю ролевую игру, где я снова и Пинна, и Минна? Да пожалуйста!
– То, что Вы, …мой учитель, не даёт вам права лезть мне в голову, Альбер.
– Вы говорите вслух, Пинна.
Ну что же – играем дальше…
– Вы лжёте.
Мне было уже так, во всех смыслах, не по себе, что было абсолютно наплевать на то, какое впечатление я сейчас произвожу: лишь бы отсюда выйти.
– И этим Вы меня весьма разочаровываете, Альбер.
А что – могу себе позволить: принцесса теперь я или кто? Побуду ею всласть, пока кто-нибудь дверь не откроет. С той стороны или, что выглядит в свете текущих событий более вероятным – с этой. Тот, кто изобразил такое, – я покосилась на дверь, в ответ полыхнувшую синим, – учился, по всему видно, не на заборах рисовать.
Я всмотрелась в собирающихся клубком в центре двери змей: они, все до одной, смотрели прямо на меня. И змеюк кормить чем-то надо? Вот и кормят их такими пиннами, заманивая этих дурёх в этот замок Синей Бороды.
Поэтому я, насколько смогла, уже своим голосом бодро и вдохновенно продолжила.
– Не отвечайте. И думайте, Альбер, думайте! Я не собираюсь так бездарно погибать после того, с каким трудом выжила.
Мне показалось, или незнакомец за стеной расстроено вздохнул?
Интересно, кем он на самом деле нашей Малышке приходится…
– И Вам же наверняка известно, что из любой, даже самой, на первый взгляд безнадёжной ситуации, есть, как минимум, два выхода.
Я снова покосилась на дверь и она снова подмигнула мне синим.
– А нас ещё даже не съели.
Не знаю, как вышло на самом деле: подбодрила я его или получилось всё наоборот. Но на этот раз Альбер довольно громко хмыкнул, хотя снова ничего не ответил. Значит, шутку понял. И значит, что и чувство юмора есть, и ментальность схожа.
Или опять – всё наоборот: он в предвкушении какой-нибудь изощрённой расправы. Как они тут, интересно, бесов изгоняют? Или не интересно? Нет, в результате, скорее всего, тебе будет совсем не интересно, Полина…
И я снова подумала о том, что никогда я не чувствовала себя такой беспомощной и слабой, и никогда мне не было страшно так, что сейчас обморок для меня пришёлся бы как нельзя кстати…
Молчание за дверью продолжалось, а мутило теперь меня уже исключительно от страха.
Я попыталась отвлечься, принявшись за рассуждения.
Итак.
Альбер перешёл в общении на «Вы», как только понял, что я не могу понять, что из себя представляет эта защита. Но его очень удивило, что я её вижу.
Но он, по моим ощущениям, всё же был ещё не до конца уверен, что я – не Пинна и не Минна. А когда дверь откроют, а случится это рано или поздно, всё окончательно прояснится. И притвориться болезной, скорее всего, не выйдет…
От этих рассуждений и, главным образом, от страха ожидания неизбежного и окончательного разоблачения, снова хотелось плакать. Желательно, на чьей-нибудь широкой и надёжной груди. Вот, например, той что за дверью… И слушать Его голос. И, если в отношении голоса вопросов не было, то с шириной груди всё еще было не ясно. Вдруг у них тут половой диморфизм проявляется в том, что самцы мельче самок? Я снова осмотрела своё немощное тельце. Не приведи, Хоспади.
Стало вдруг холодно и по полу потянулся непонятно откуда взявшийся сквозняк. Окно в зеркальном зале громко захлопнулось и сквозняк тут же исчез.
– Альбер? Почему Вы молчите?
– Думаю, как Вы и приказали, Ваше Высочество.
– Я могла бы выбраться через окно в будуаре. Там очень удобная для этого стена. И внизу под балконом газон.
Вспомнилось, как когда-то мы лазали по таким в Нойшванштайне, для какой-то рекламной акции: то вверх-вниз, то влево-вправо. А из снаряжения был один только страховочный трос, с единственным скользящим фалом. И без конца норовящие спихнуть тебя со стены назойливо лезущие прямо в лицо дроны с камерами… Вот как эти волосы, которые, очевидно, разделяя мои упаднические настроения, пытались на этот раз обниматься. Но делали это так неуклюже, что эти объятья снова грозили мне удушением.
– Под нами пять этажей и высокий цоколь.
– Я могла бы использовать тюль и постельное бельё, чтобы сделать верёвку.
– Вы не сможете разорвать ткани руками, а разрезать нечем.
– Откуда знаете?
Альбер снова хмыкнул, но снова не ответил. А я опять посмотрела на руки… Нет лучше вообще на себя не смотреть: потому что именно картина этой немощи и вызывает у меня в итоге все остальные гнетущие меня мысли.
И я продолжила, потому что сейчас от разговоров мне становилось легче. Или от Его голоса, за который цеплялось моё уже изрядно измученное прелестями новизны сознание.
– Комнат много и на каждом окне висит тюль. Он тонкий, но прочный.
– Вы не сможете его снять.
– Смогу. Правда, вместе с карнизами. Там есть такая волшебная верёвочка: дёрнешь за неё и…
Я ощупала голову. Шишки уже не было. Рассосалась… Чего не скажешь о моих проблемах.
– В первом этаже высота потолков втрое выше, чем в Ваших палатах.
Я подняла глаза к потолку. Облака парили на высоте метров семи, своды же уходили вверх ещё на пару метров. Или даже больше.
Облака кучковались, толкаясь, а крохотные зелёные молнии вспарывали с едва слышным шипением их пухлые бока. Вздрагивая от мелодичных раскатов грома, они роняли вниз золотистые капли дождя, которые, не пролетев и пары метров, тут же испарялись.
Я встряхнула головой и быстро умножила девять на три плюс девять на четыре. Плюс цоколь, толщина перекрытий, высота парапета. Прикинула количество тюля и сколько уйдёт на узлы. Посмотрела на своё немощное Тельце… И снова я зря это сделала.
– К тому же внешний контур Шато уже переведён в режим Цитадели.
Значит ли это, что до того, как внешний контур был переведён в этот самый режим, я могла отсюда сбежать? Шато… Ну, пусть будет Шато…
– Я слышу тебя, Пинна.
О, Божечки, снова глюк…
– Я не Глюк, Пинна, я твой Маленький Домик…
Он ещё и обижаться умеет? А ну, кыш!
Так вот: не могла ли я до этого спокойно спуститься…
Под окнами раздался устрашающий вой стаи голодных волков и тоскливый рёв загнанного быка. Да, сбегать, похоже – не вариант.
– Нет, Пинна, защитный контур всё равно уже стоял.
Развеял мои пустые мечты Альбер.
– А тогда как Вы сюда попали?
– Это уже не актуально. И с тобой мы этим путём пройти не сможем. Но здесь есть стационарный порт, соединяющий Шато с Императорским Дворцом. Как только он заработает, мы отправимся домой.
Домой… Я огляделась: а мне и тут уже нравится… Если бы не загадочный и злостный заточитель, и полное отсутствие еды. И ванна с бензиновой жижей.
Очередной бутон над моей головой с оглушительным треском лопнул и я подняла голову. Раскрывшись, цветок щедро осыпал меня своей пыльцой. Я облизала губы: вкус печенья с мандариновым вареньем. И с чем-то ещё, незнакомым.
– Мы не можем здесь остаться и по многим другим причинам.
Я вспомнила о предстоящей встрече с императрицей.
– Её Императорское Величество… что мне ждать от встречи с ней?
– Нам с Вами нужно будет подготовиться ко встрече не столько с ней, сколько с её свитой, если мне вдруг не удастся устроить вам встречу наедине.
– Это при условии, если я отсюда выберусь…
– Я над этим работаю.
Мне вспомнилось ещё одно имя, которое я услышала сегодня.
– Кто такая Алибеллиа?
– Её Императорское Величество Алибеллиа.
Альбер был краток и, очевидно, полностью сосредоточен на том, чтобы всё же снять эту защиту. Мне вспомнились змеи из-за сетки и по моей спине, медленно перебирая позвонок за позвонком, проползла капля холодного пота. Как змея.
Я передёрнула плечами.
Если кто-то эту защиту поставить сумел, значит снять её тоже возможно, – уговаривала я себя. Очень не вовремя в памяти всплыли кадры из фильма, где главный или не очень, не суть важно, герой перерезает вместо синего проводка зелёный…
– А у неё есть защита от взлома?
– Вы имеете ввиду, что защита может быть кодирована на конкретное Существо?
– Да. Наверное.
– Она и кодирована…
Он не договорил, имея ввиду, очевидно, Пинну.
– И Вам лучше выйти из комнаты для вашей безопасности: процесс вступает активную фазу. – сообщил Альбер.
А меня в этот момент вдруг посетило состояние полной уверенности в том, что всё будет хорошо. Волосы легли на плечи мягкими волнами, тошнота ушла, а тело перестало мелко и противно трястись.
– Выйдите в гардеробную или купальную: туда, что сейчас у Вас находится дальше от спальни.
Только не в купальную… это же он ванную имеет ввиду? А там эта бадья с бензиновой жижей стоит. Да и мимо зеркала надо идти.
Я сидела на полу возле стены на достаточно безопасном, по моему мнению, расстоянии от двери. На всякий случай отползла ещё на пару метров и, плотнее опершись на стену спиной, подняла глаза к потолку, услышав там какие-то новые звуки.
Облака из нежно-перламутровых сделались иссиня чёрными, а внутри них полыхали… Ну, пусть будут – зарницы. Послышался далёкий раскат уже самого настоящего грома.
– А у меня тут дождь собирается…
– Осталось немного, потерпите.
Хоспади, как жить-то хочется…
Из грозового облака вылетел размером с крупного упитанного котика белоснежный дракончик с желтым круглым животиком и, спикировав над моей головой, плюнул в меня синим пламенем. Волосы мгновенно сплели вокруг меня защитный кокон и благополучно это пламя впитали.
Ах ты, желтопуз толстопузый…
Дракончик то ли довольно, то ли раздосадованно крякнул, и снова нырнул в облака.
Довольные и счастливые, волосы снова самостоятельно сплелись в жгуты, затем в косу, и утихомирились окончательно. Я тоже облегчённо вздохнула.
Стена за моей спиной внезапно исчезла, и я упала на спину. Прямо к Его ногам.
Вернее, прямо к нему в руки, которые он подставил мне под спину.
Я смотрела и понимала, что – Да…, Да?, и Да!
Это был Он – мужчина всех моих девичьих грёз и потаённых желаний…
Пошёл дождь.
На этот раз он был достаточно прохладным. Наверное, для того, чтобы охладить мой неуместный и совершенно не подходящий к случаю пыл.
Глава III
Алибер
Пинна сбежала из дома и исчезла две декады назад. Если бы Алибеллиа лично не отслеживала всех детей Рода, мы вообще об этом могли бы не узнать. Отец её сообщить нам про побег не удосужился, а мать была уверена, что она в Академии на практике. Информация о том, что, благодаря в высшей степени выдающимся успехам Пинны, практика ей автоматически засчитывается в процессе учёбы, прошла, очевидно, мимо неё. Я понимаю, конечно – восьмой ребёнок…, но всё же.
Эмберт задействовал весь ресурс Императорской Власти, но тоже не добился никакого результата.
Я же неожиданно получил помощь оттуда, откуда не ожидал.
Анонимное послание указывало локацию дипломной работы Пинны: её Палатиум с собственным именем – Шато, на полигоне Имперской Академии Высшей Бытовой Магии.
Коммуникация с Искином Палатиума была активна, но все мои запросы оставались без ответа.
Я сканировал Пинну, но резонансный сигнал оказался крайне нечётким.
Но главное – Пинна была жива. Безусловно, истощена и слаба, но ещё бы: столько времени ото всех скрываться…
Экзамен Академии на «Сокрытие присутствия живого объекта в отдельном пространственно – временном континууме» можно экстерном засчитывать. Эмберт, как её наставник, может собой гордиться.
Я вышел в портальном зале кластера Созидания Сред Обитания и перешёл в сектор Зодчества. Искин, контролирующий Палатиум Пинны, на контакт по-прежнему не выходил, но, по ощущениям, подпитку своей непутёвой хозяйки планомерно производил. Прекрасно.
Я переместился сразу же в гостиную Пинны.
Защита личных покоев была выполнена безукоризненно. На дверь спальной добавлен дополнительный контур. Наложенный изнутри, снаружи он не просматривался, и тоже угадывался лишь на уровне ощущений.
Я удовлетворённо хмыкнул: войти будет проблематично.
Я начал детальное сканирование её физического тела: всё ещё слаба, истощена, обезвожена. Но гораздо хуже было наличие совершенно несвойственных Инитиал переживаний: страх, неуверенность, тоска…
Как только откроет, отправимся к Алибеллии, пусть в Имперторском Палатиуме поживёт.
А к папеньке её давно пора наведаться…
– Доброе утро, Пинна. – я задействовал ментальную коммуникацию.
Она услышала, но отклик был нечётким. Общаться явно не хочет. Яркими были только эмоции, и, надо сказать, снова не совсем ожидаемые: раздражение, удивление, испуг. Не узнала?
– Доброе утро, Малышка.
Немного смазанные и, признаться, весьма странной окраски, эмоции мечтаний…, удивление, разочарование. Кого же ты ждёшь, Малышка Пинна?
– Ты проснулась?
Я аккуратно пытался пробиться в её сознание.
– Позволь мне войти.
Кажется, удалось. Снова испугалась. Чихнула? Коммуникация слетела. Вот так, от одного чиха? Сильна… И самая талантливая на курсе Ментальной Магии.
– Нужно срочно поговорить. Впусти меня. – заговорил я вслух.
Алконост… Сирин… К кому это она там взывает?
– Шато?
Я снова попытался выйти на контакт с Искином Палатиума. Он меня слышал, но полностью игнорировал. Обиделся, что я без разрешения вошёл? Ну, извини: отвечать надо, когда запросы получаешь. А обстоятельства не те, чтобы в ваши игры сейчас играть.
– Пинна, Я знаю, что ты не спишь.
Снова страх? Та-ак. Я снова просмотрел защиту на двери на предмет изъянов. Идеальное выполнение. Эмберту благодарность, Пинне – зачёт.
– Пинна Луция Августа Регина Минор! Мне необходимо поговорить с тобой до того, как придёт Её Величество.
Вначале обрадовалась, и даже вздохнула с облегчением, а теперь снова боится. Сотворила что-то запретное? Я снова принялся её сканировать, но опять не смог пробиться. Закрылась? Благодарность Меа, Пинне – очередной зачёт.
Я попытался сдвинуть защиту на двери. Она ощерилась хищными мордами разъярённых Каттамонов. Высший уровень защиты Главной Цитадели? Кодированый на Пинну.
– Цитадель?
– Я ничего не знаю об этом, Алибер.
Неужели Эмберт докопался? И Малышку зачем -то научил… И теперь на пару так развлекаются?
– Пинна, не дури!
Пинна просто фонтанировала торжеством.
– Максимилиана Октавиа Минор. Я вхожу.
Какой то сложный микс переживаний… да её попросту мутит! Реакция на титул? Меня бы тоже от такого мутило. Папаша – тот ещё затейник. Ладно, Малышка, прости.
– А Вы – это кто?
Голос не Пинны?
– Шато? Кто это? Отвечай.
– Алибер?
– Ну наконец-то. Что у тебя происходит, докладывай.
– При всём уважении, Алибер, но… ты не уполномочен отдавать мне приказания.
– Можешь высказать претензии Главной Цитадели. Кто в спальне Пинны?
– Дом, то есть я, Шато, настроен исключительно на хозяйку. Поэтому никого другого здесь быть просто не может.
– Сними защиту, мне нужно к ней войти.
– Мне сложно в этом признаваться, …но я не сумею. Мне жаль.
– Мне тоже будет жаль такую игрушку ломать… Но придётся тебя демонтировать. Займусь лично. А Пинне другой Домик подарю.
Икнул, что ли? Как же быстро они перенимают привычки разумных.
– Ты ко мне несправедлив, Алибер…
– Не медля открой внешние коммуникации.
– Готово.
Я обратился к Монархам.
– Алибеллиа? Эмберт? Пробуйте связаться с Пинной. Режим конференция.
– Алибер. Она не принимает сигнал.
– Алибеллиа, подключи Цитадель. Шато, говори с ней тоже.
– Но…
– Я приказываю.
Одновременно со всеми я пытался пробиться в сознание Пинны, и, что теперь самое главное – удержаться в нём.
А не удаётся ни то, ни другое. Достойная смена растёт!
– Алибер?
– Цитадель.
– Шато в автономном режиме. Доступа нет. Пытаюсь восстановить контроль. Пинна коммуникацию отторгает.
– Алибер?
– Эмберт.
– Мы не можем удержать личную коммуникацию.
Я тем временем продолжал разговор с Пинной.
– Это я, Малышка.
– Вы с именем бы уже определились, что ли…
Устроила переполох, да ещё и насмехается. Какая же она ещё на самом деле малышка…
– Алибеллиа? Эмберт? Вы имеете отношение к происходящему в Шато?
Первым ответил Император.
– Нет. Императорские коммуникации заблокированы.
– Нет. – в голосе Алибеллии угадывалось тщательно скрываемое беспокойство. – Все допуски исключены. Шато полностью кодирован на Пинну.
Которой сейчас было очень плохо.
– Дальше я сам. Мне не мешать. Эмберт, проверь агентурную сеть у Дитты. Это она мне передала сведения о местонахождении Пинны.
Я снова заговорил с Пинной.
– Это я, Алибер, Малышка.
– А не могли бы Вы несколько уточнить?
Я на мгновение замер от смутной догадки. Быть не может…
Чтобы её исключить, имя, под которым меня знали в доме у Пинны, и следующие фразы я проговорил на языке её родины, затем на всеобщем.
– Леонор эрл Завистолькс. Ваш Магистр. К Вашим услугам, Ваше Высочество.
Судя по реакциям, речь ей привычна. Я снова попытался сканировать…, хоть что-нибудь. И снова почти безуспешно.
– Входите. – раздалось наконец из-за двери.
Отлично, доступ дала. Я снял защиту и попытался её открыть. Внутренняя защита кодирована была на Пинну и снаружи не поддавалась. Я мог бы её легко взломать, если бы внутри никого не было. Но сейчас, учитывая крайне возбуждённое состояние Каттамонов, такой риск был совершенно не оправдан.
– Шато, мне необходимо изображение покоев.
– Мне понадобится несколько секунд, Алибер…
– Хотелось бы несколько быстрее.
– Я пытаюсь… Готово.
Стена приобрела прозрачность.
Малышка сидела в кресле, развёрнутом к двери. Спинка прямо, ручки на коленях, волосики вздыбились и торчат во все стороны.
Малышка Пинна на тронуме…
Я невольно усмехнулся: пусть репетирует. Папашу, очевидно, убирать придётся. А ведь с ним всё было вполне нормально… Что-то мы упустили.
Картинка была настолько трогательна, что я почувствовал запоздалые угрызения совести. Пинна по сути своей ещё совершенно ребёнок, сбежавший из дома, а я… Нашёл массу более важных дел, вместо того чтобы всё бросить и выяснить, что у неё всё же случилось. Меня охватило чувство щемящей вины, и я с трудом подавил вздох. Да и устал я за эти циклы…
Я задействовал коммуникацию с Максом.
– Макс?
– Алибер.
– Послушай со стороны. Да и посмотри тоже.
– Использовать Слияние Сознания?
– Да.
Я стоял, упершись лбом в дверь, ведущую в спальню.
– Малышка, не до игр сейчас.
– Да неужели!
Пинна вскочила из кресла и заметалась по комнате. Весь дальнейший разговор напоминал какой-то бред.
– Где она выражений таких нахваталась, Ал?
Пинна тем временем снова села в кресло.
– Да входите уже!
– Защиту сними.
– Защиту? – она испуганно прижала руки груди. Мне даже показалось, что у неё сейчас случится обморок. Взглянула на дверь и, вскочив с кресла, с разбегу навзничь упала на кровать, раскинув в стороны руки и ноги.
– А что она у вас худая такая? Вы что, её совсем не кормите, Ал?
И сколько же она на самом деле без сознания находилась, если так истощена?
– Вам надо, вы и снимайте! – проговорила тем временем Пинна и закрыла глаза.
Облака тотчас выпустили явно увеличенную порцию эликсира. Интересная разработка… А ещё – содержащая эликсир пыльца в цветах, и птицы в качестве портаторов.
– Это её так от дождичка плющит, Ал?
Я сканировал остальное пространство внутри. Пусто. Но купель в купальной тоже наполнена эликсиром. Эликсиром Жизни? Откуда ему здесь взяться в таком количестве?
– Шато?
– Алибер?
– Ещё раз: что здесь произошло?
– Весь функционал был свёрнут, кроме функции поддержания режима ожидания и неактивной коммуникации с Главным Домом. Дальнейшие мои воспоминания настолько хаотичны и разрозненны, что мне не хотелось бы, пересказывая их, вводить тебя в заблуждение…
Макс моего разговора с Шато не слышал – мне нужен был независимый взгляд со стороны.
– Что думаешь, Макс?
– А почему ты сам не заходишь?
– Защита на двери поставлена изнутри и кодирована на Пинну.
– То есть снаружи не открыть?
– Эту – нет. Зачем бы я тогда дверь подпирал…
– Так пусть Пинна и открывает.
Я кивнул и проговорил.
– Защита наложена изнутри. И снимать её тебе, Пинна.
Пинна, медленно направилась к двери. Как только она приблизилась, защита предупреждающе загудела, проявившись во всей своей первозданной красе.
– Это то, о чём я думаю, Ал? Эту защиту ей не снять.
– Вот именно, Макс.
Пинна между тем спросила:
– Да, вижу. И как её убрать?
– Такую защиту можешь снять только ты, так ведь, Ал? С сопутствующими спецэффектами…
– Да
– И ты её не ставил… А окна?
– Внешний контур того же уровня. И тоже заперт и кодирован изнутри… И никаких посторонних следов, и никаких тайных ходов и скрытых порталов.
Я продолжил разговор с Пинной.
– Ты эту защиту не ставила.
– Нет.
– И ты даже не знаешь, что это…, но видишь. – перебил я её.
– Нет, не знаю, и да, вижу. А что, не должна?
– Не должна, Ал?
– Не должна, Макс.
– Пинна, …а что ты видишь? – спросил я.
– Вам подробно, или в общих чертах?
– Ал, а почему она с тобой на «вы»?
– Потому что это не Пинна, Макс.
– Альбер, а как Вы узнали, что я здесь?
– Она произносит твоё имя неверно, Ал.
– Потому что она его так услышала, Макс.
– Это уже третий мой вопрос, оставленный Вами без ответа, Альбер.
– Шато?
– Пытаюсь локализоваться и абстрагироваться от чужеродной структуры неизвестного происхождения: я по-прежнему не могу её распознать.
– На этот раз ответ для меня очень важен.
– Я получил анонимное послание. Ответил я Незнакомке.
– Что за послание, Ал?
– Дитта передала.
– А она где его взяла?
– Случайно нашла в старых бумагах.
И в этой истории с посланием странным и таинственным было всё. И, мало того, это послание каким-то непостижимым образом на меня воздействовало. И воздействие это распознать мне не удавалось.
– Расскажи о том, что ты увидела, Пинна.
Она начала рассказывать, а я окончательно убедился в том, что это всё же не Пинна.
– Достаточно, я всё понял. – прервал я Незнакомку. – Не прикасайтесь и отойдите, как можно дальше.
– И? – она отошла в сторону окна и села на пол. – Что Вы поняли?
– Ты перешёл на «Вы», и она поняла, что ты догадался, Ал.
– Я могу эту защиту убрать, только мне нужно попасть внутрь.
– А попасть внутрь Вы не можете, потому что не можете убрать защиту.