Гнев императора. Дальний путь

Зато как славно погуляли! Храт мечтательно оскалил клыки: таверна «Три Тролля» буквально сотрясалась от дикого рева егерей, казалось, каменные столы подпрыгивают в такт боевой песне провожающих в дальний путь товарища орков. Начало соревнования по метанию томагавков он еще помнил, но чем оно закончилось – уже нет. Но каким-то образом домой, в Замок Призраков, он все же попал, оказавшись прямо в постели эльфийской принцессы, откуда его с возмущенным визгом и криком: «Пьянь красномордая!» вышвырнули в коридор, где он благополучно заснул на холодном полу. Утром едва разогнулся, пришлось даже Цвет Здоровья кастовать, а то поясницу знатно простреливало. Под приятные и не очень воспоминания Храт не заметил, как уснул.

Санти выпало первое дежурство, поэтому он раскинул вокруг сторожевые магические нити и сел спиной к затухающему огню, вглядываясь в темноту. Судя по сканированию, хищников поблизости не было, поэтому скоморох не беспокоился – ведь самой главной опасности, людей, в этом мире просто нет. Он тихо улыбался, вспомнив, как подшутил над горожанами в свой последний день, преобразовав воду из водонапорной башни в крепчайшее вино, после чего уселся в небольшом скверике и принялся ожидать результатов своего хулиганства. Они не замедлили последовать – народ быстро понял, что течет из кранов вместо воды. К счастью, водопровод был еще редким и дорогим удовольствием, поэтому слишком много пьяных не оказалось, хотя возле фонтанов сбились настоящие толпы, причем все с какими-либо емкостями – бутылями или кувшинами. Через час грянуло настоящее веселье. А через полтора в скверик явился Кертал со своей железной дубиной и отловил попытавшегося было смыться шутника за шкирку. Но не стал ничего говорить, только тяжело вздохнул и укоризненно покачал головой.

– Как был шутом, так им и остался… – прошипел старик. – Иди-ка ты, твое величество, домой, и чтобы я тебя сегодня в городе больше не видел.

Спорить с мастером-наставником Санти не решился, слишком хорошо знал тяжесть его палки, поэтому быстро снял заклинание с водонапорной башни и ретировался в Замок Призраков.

– А все-таки шутка была хороша… – ухмыльнулся скоморох себе под нос. – И безвредная. Чего Кертал так разозлился-то?

Вскоре пришло время будить Лека, что Санти и сделал, сразу после этого завернувшись в плащ и мгновенно уснув.

Горец покосился на него, затем обошел лагерь, в котором все уже спали, и уселся на лесину. Он почти весь последний день перед уходом бродил в компании ненаглядной Элиа по городам империи, перемещаясь из одного в другой. И удивлялся, насколько сильно отличаются южные от северных, а западные от восточных. Но одновременно было и что-то общее. Наверное, сам дух Элиана, ощущение, что никого не оставят без помощи, если она потребуется. Под вечер Элиа затащила Лека в театр Форт-Талара, где в этот момент выступала знаменитая на всю империю группа трагика Довита, игравшая классические пьесы в новой обработке. Даже никогда не любивший подобное развлечение горец оказался впечатлен и расчувствовался. А затем они вернулись в замок и провели ночь вместе.

Позади раздались шаги – Энета будить не понадобилось, он сам встал, когда было нужно.

– Иди спать, наставник, моя очередь, – тихо произнес аристократ.

– Хорошо, – кивнул Лек и вернулся к костру, где немного посидел и все-таки лег спать. День, скорее всего, будет непростым. Почему-то ему казалось, что именно завтра удастся отыскать еще одного мага вероятности, а своим предчувствиям горец привык доверять.

Проводив взглядом наставника, Энет сел и тоже раскинул сторожевые нити в дополнение к уже имеющимся, над которыми перехватил контроль. Затем оперся спиной о ствол дерева. Читать он не решился – все-таки часовой. Хоть мир и безопасный, но мало ли.

Граф провел свой последний день в библиотеке Академии, где его нашел ректор, который еще вчера связался с императором и сообщил, что в одном из самых старых запасников неожиданно обвалился небольшой кусок стены, открыв нишу, где хранилась рукопись, написанная на неизвестном языке. Энет, вспомнив о Чтеце, обрадовался и вызвался разобраться с древним текстом.

– На первой странице небрежно нарисована эмблема Завоевателя, – негромко сообщил ар Новейн, положив небольшую ветхую книгу на стол.

– Вы же говорили, что это рукопись… – удивился граф.

– Рукопись, – подтвердил ректор, – но переплетенная, причем странным образом, страница и обложка словно срослись и стали одним целым. Да и материал, на котором она написана, нам неизвестен, не бумага и не пергамент, а непонятно что.

Энет задумчиво провел рукой над книгой и заметил:

– Фонит магией, но безопасной.

– Я тоже заметил, – кивнул ар Новейн. – Удачи вам. Прошу сообщить, если сможете прочесть, очень интересно, что же это такое и почему было спрятано.

И удалился.

Граф вставил в глаз монокль Чтеца и с трепетом открыл книгу. Древний артефакт сработал – ему показалось, что рукопись написана на родном лаарском языке. Прочитав первую страницу, Энет замер в ошеломлении – это оказался личный дневник Элиана Завоевателя, причем дневник, описывающий события задолго до прихода первого императора в этот мир.