Последняя битва

– Не сейчас! – отмахнулся император. – Меня больше интересует база «Z». Виновники случившегося там, и я хочу их достать. К тому же, они опасны. Передайте командованию флота приказ бросить на поиски все доступные силы. Общую координацию будет осуществлять адмирал Норис.

Секретарь молча кивнул и внес приказ в сетевой реестр Империи, подтвердив его прохождение своим электронным паролем, который менялся по известному только ему алгоритму каждые полчаса.

– Это все? – поинтересовался Алексей.

– Еще культурные новости. Ваша вторая супруга, принцесса Катинка, прибыла на Ортай, где была восторженно встречена местным населением – встреча была очень помпезной. Правительства стран планеты, конечно, не в восторге, но делают хорошую мину при плохой игре, прекрасно понимая, что против Империи они ничто. Да и люди большей частью желают снова войти в Империю, как бы дело до всепланетного референдума не дошло.

– Это надо еще заслужить, – усмехнулся император.

– Вот они и стараются, заваливают нас продовольствием, культурный обмен предлагают.

– А им есть, что предложить? В плане культуры.

– Несомненно, – наклонил голову секретарь. – Ортай издавна считался культурным центром Империи. Недаром ваша супруга выбрала для визита именно эту планету.

– Ясно. Что ж, пусть работает. Может, из этого что-то и выйдет. Все?

– Да. Хотя… – Хевич насторожился и впился глазами в экран своего пада. – Только что получено сообщение от вице-адмирала Лестакова. Прибыл чрезвычайный и полномочный посол планеты Гервайн. Помните, вам докладывали о том, что там началось нечто странное? Это одна из неприсоединившихся планет, находящаяся в дальнем от нас конце скопления, за территорией бывшего Кархана.

– Помню, – заинтересованно произнес Алексей. – Посол, значит. Интересно. Хорошо, назначьте аудиенцию на послезавтра, на четырнадцать ноль-ноль. А теперь немедленно вызовите ко мне Соргина. Неважно, лично или по связи. Сообщите, чтобы подготовил доклад по планете Гервайн и происходящем там.

– Будет исполнено, – секретарь поспешно встал на ноги и, коротко поклонившись, вышел.

– Посол, значит… – задумчиво повторил император, оставшись наедине с собой. – Что ж, поглядим, что это за посол и чего он хочет.

А затем вернулся за стол, включил терминал и углубился в работу.

Джип осторожно следовал за своим начальником, Иваном Смолиным, по коридорам Белого Крейсера, осторожно поглядывая по сторонам. Никогда не думал, что окажется здесь. Да о чем речь, считал такое попросту невозможным. С момента прибытия на Росс аналитик пребывал в перманентом удивлении – здесь все оказалось иначе, чем на родном Новейре. А главное, другими были люди и отношения между ними. Дома никто и не думал заботиться о Джипе, платили большую зарплату, а остальное начальства не касалось. Поскольку аналитик был не от мира сего, то в основном питался, как придется, часто обходился чипсами или бутербродами. В его квартиру непривычному человеку было лучше не заходить, чтобы не получить шок – бардак там был дичайший. Единственным, что сияло чистотой и работало безотказно, был компьютер – все остальное Джипа интересовало крайне мало. Имелось бы пиво.

Еще на корабле к аналитику приставили охрану, двух громил-синтарцев, от одного вида которых ему становилось дурно. Одним движением свернут шею, как куренку, и не заметят. Однако охранники неожиданно оказались неплохими парнями. Они, заметив, что подопечный давится чипсами, просто отвели его в столовую и заставили плотно пообедать. Еда оказалась неожиданно вкусной, хоть и непривычной. Затем Джип попытался поговорить с охранниками о системном администрировании и его, как ни удивительно, поняли. Синтарцы, как выяснилось, были довольно неплохими программистами и собирались снова пойти учиться после демобилизации, чтобы повысить свой уровень.

По прибытию в столицу Империи Джипа доставили в офис информационно-аналитической службы ДИБ. Он очень волновался, не зная, что его ждет. Однако все оказалось вполне неплохо, даже больше. Карханца определили ведущим аналитиком в отдел социальных программ, и он занялся привычной работой – анализом разрозненных данных. Начальник, Иван Смолин, очень благожелательно отнесся к новому подчиненному. Мало того, ему выделили полностью обставленную двухкомнатную квартиру прямо в здании ДИБ, причем убирали ее ежедневно молчаливые горничные. Еду доставляли по первому звонку. Помимо того, на первом этаже имелась служебная столовая, где готовили так, что руки можно было по локоть обглодать. Пиво аналитику доже доставляли бесплатно, правда, в ограниченном количестве, не больше шести банок в день, несмотря на все просьбы.

Единственной сложностью оказалась необходимость изучить росский язык. Но при великолепной памяти Джипа это не стало слишком трудным, заговорил он еще на корабле, а на Россе к нему приставили индивидуального преподавателя, и два часа в день он занимался языком. К тому же, его родного карханского на Россе не знали, поэтому стимул был весьма велик.

Еще несколько напрягало то, что в город выпускали только с охраной. Но Смолин пообещал, что это ненадолго, и Джип смирился. Тем более, что с охранниками у него сложились вполне дружеские отношения. А работа? Так это дело привычное. Тем более, что на Россе, в отличие от Новейра, его ценили и не унижали. И уж точно не били! Правда, не хватало общения с другими хакерами – местных представителей сей специфической профессии карханец не знал, а к принцу пробиться было нереально. Тем более, что Ленни готовился к свадьбе. Вспомнив его невесту, Джип поежился – вот же рисковый парень! На синтарке жениться! Да еще и на такой. Она же бедняге жизни не даст, загонит под каблук раз и навсегда. Он сам бы не рискнул.

Но однажды принц сам навестил приятеля с сеткой пива и бутылкой коньяка. Охранники не посмели протестовать, наоборот, вытянулись перед Ленни по стойке смирно. Однако, как видно, сообщили о происходящем невесте принца. Мирно выпить им не дали – спустя полчаса словно ниоткуда появилась разъяренная Альна и устроила разнос. А затем взяла за шкирку глупо улыбающегося принца и гордо удалилась. Коньяк пришлось допивать в одиночку, благо пиво на утро еще было.

Вчера вечером с Джипом неожиданно связался Смолин и сообщил, что завтра их ждет император. С докладом о проведенной работе. Аналитика это потрясло настолько, что он выронил банку с пивом. Дома с ним даже директор АНБ не встречался, не говоря уже о президенте. А тут император! Хотя, если взять важность проводимого Джипом в последнее время анализа социальных тенденций, удивляться не стоило. Император, судя по слухам, всегда был в курсе главного. Аналитик чуть не возгордился, но быстро одернул себя – от встречи с высоким начальством хорошего ждать не стоит. Можно влететь, да так, что костей не соберешь.

Войдя в императорский кабинет, Джип, следуя примеру Смолина, неловко поклонился молодому светловолосому мужчине в черном мундире и серебряном обруче на голове.

– А это у нас кто? – раздался с потолка сварливый голос. – Никак нашего немытого гения к делу приставили?

– Заткнись, скотина! – вызверился император. – Садитесь, господа. Не обращайте внимания на искина, эта язва уже всех достала.

– А можно я его взломаю? – загорелись азартом глаза Джипа.

– Но-но-но! – встревожился искин. – Я тебе взломаю! У Ленни не получилось, куда тебе, болезный?

– А мы вдвоем попробуем!

– И думать не смейте! – в голосе «железного истукана» появились панические нотки. – Огребете по полной!

– Надо же, на эту скотину управа нашлась, – довольно хохотнул Алесий. – Не все коту масленица…

– Да идите вы все лесом! – недовольно буркнул искин и умолк.

– Ладно, к делу, – император сел напротив и, дождавшись пока гости тоже сядут, предложил всем соку.

Джип воспользовался предложением – в горле пересохло и першило. Ополовинив стакан, он нерешительно посмотрел на его величество. Тот одобрительно кивнул и предложил начинать доклад.

– Какой именно? – не выдержал карханец.

– А их разве два? – удивился император. – Я просил господина Смолина подготовить доклад о программе переселения на Фаргос.

– Но мой доклад важнее! – возмутился обиженный Джип. – Крайне тревожные тенденции! Если срочно не принять мер, то через десять-пятнадцать лет у Империи возникнут очень серьезные проблемы.

– Вот как? – нахмурился Алесий и вопросительно посмотрел на Смолина.

– Лейтенант Сейл ничего мне не докладываал… – с недоумением ответил тот. – Я, для проверки способностей, поручил ему анализ тенденций развития либерального движения, представителей которого на нашей планете, к сожалению, еще хватает. Я думал, что на это потребуется не менее трех месяцев и…

– Не потребовалось, – перебил начальника Джип. – Анализ практически завершен. Основные тенденции выявлены. Ситуация выходит из-под контроля.

– В таком случае докладывайте, – приказал император.

Аналитик деловито включил принесенный с собой пад и вывел на экран какой-то график. Алесий скептически посмотрел на небольшой экранчик и приказал искину подключить пад к стенному монитору.

– Прежде всего я хотел бы озвучить самые важные выводы, – начал Джип, поежившись под пристальным взглядом его величества. – С мнением господина Смолина о либералах и их вредоносности я ознакомился в первую очередь и считаю, что опасность данных господ недооценена.

Император удивленно приподнял брови, вспомнив, что глава информационной службы предлагал самые жесткие меры по отношению к либералам. Он недооценил опасность? Очень интересно. И тревожно.

– Дело в том, что либералы и сочувствующие их идеям самостоятельно организовались в некую надструктуру, причем, сами об этом не подозревая, – глуховатый голос аналитика слегка подрагивал. – Эта надструктура враждебна любому государственному строю, даже столь любимой ими демократии. И ее элементы предпринимают все возможные усилия для разрушения государства, как такового, не осознавая, что это гибельно и для них самих. При этом уничтожение любых частей структуры не означает уничтожения ее самой, она всегда восстановится тем или иным образом, продолжая приносить вред. Поэтому она куда опаснее, чем любая четкая враждебная структура – такую вполне можно уничтожить силовыми способами. Эту же – нет!

– Не совсем понимаю, что вы имеете в виду под надструктурой, – нахмурился Алесий. – Поясните, пожалуйста.

– Э-э-э… – растерянно почесал в затылке Джип. – Ну… это… В общем, это распределенное эгрегориальное объединение множества людей, создавших на основе общих идей устойчивый к внешним воздействиям эгрегор. Внешне эти люди не нарушают никаких законов, им нечего инкриминировать. Но при этом они старательно подтачивают основы общества и разрушают его моральные ценности, стремясь достичь абсолютной свободы самовыражения личности, которая на самом деле невозможна, поскольку существует не только общественные, но и физические ограничения. Для общества такие идеи гибельны, поскольку абсолютный эгоизм ведет к невозможности какого-либо сотрудничества. Ведь каждый, по определению либералов, абсолютно свободная личность, имеющая свои незыблемые права. Но любая другая личность – тоже их имеет. Возникает непримиримое соперничество, иначе говоря, начинает работать закон джунглей, где каждый сам за себя и только за себя. Естественно, общество живущее по этому закону, неизбежно скатывается в дикость и варварство, поскольку ничего создать не способно. И это еще лучший вариант. По другому – около сорока процентов вероятности взаимного уничтожения.

– Но мы окоротили либералов… – неуверенно возразил Смолин. – У них не осталось никаких рычагов влияния!

– Самых одиозных, безусловно, окоротили, – подтвердил Джип. – Но осталось множество тех, кто не выступал и не выступает публично, оставаясь при этом носителями и эффекторами воздействия деструктивных идей. Они воздействуют, причем чаще всего опосредствованно, на свое окружение. То есть, проще говоря, они разлагают доступные им социальные группы. Разлагают собственным примером, высмеивая святое для народа, оправдывая свободу сексуальных извращений и скрытно проповедуя оголтелый индивидуализм, утверждая превалирование прав личности над правами общества. Большей частью воздействие идет на молодые, неокрепшие умы, которым чаще всего не нравится окружающее – бунт в юности присущ всем мало-мальски мыслящим людям. Монархическому подполью за последние сорок лет удалось обратить ситуацию вспять благодаря взвешенной политике и умному воздействию на массы. В Империи начал возрождаться морально-этический стержень общества. Но дело в том, что принявшие идеи чести и служения большей частью ушли в армию и на флот. Подавать пример гражданской молодежи стало некому, и пустоту заполнили либералы. Очень страшно то, что множество разделяющие либеральные идеи людей работают учителями в школах. В итоге сложилась парадоксальная ситуация – военные являются носителями высших идеалов, не разделяемых остальным населением. А это явный раскол общества. Пока он не виден, но тенденции очень тревожные. Посмотрите на этот график.

С этими словами аналитик вывел на экран трехмерный график и принялся при помощи лазерной указки пояснять, что к чему, сыпя при этом массой цифр. Алесий и Смолин задавали множество вопросов, на которые Джип обстоятельно отвечал.

– А вот на этом графике, – вывел он следующий, – мы видим, что произойдет с моральным обликом росского народа через пять, десять, пятнадцать и двадцать лет. Если, конечно, мы не сумеем этому противостоять.

– Гнусная человеческая природа дает о себе знать… – насмешливый голос искина заставил присутствующих вздрогнуть. – И что вы с этим намерены делать?

– А ты знал об этом раньше? – подозрительно спросил император.

– Подозревал, но столь точных выводов не имел. Снимаю шляпу перед гением!

– Спасибо… – отчаянно покраснел довольный признанием его заслуг Джип. – Я не гений, я просто думать умею…

– Ладно, все это лирика! – махнул рукой Алесий. – Я рад, что нашелся человек, обративший мое внимание на эту проблему. Ясно, что нужно срочно принимать меры. Но какие именно?

– Я не рискну предполагать, – понурился Смолин. – Нужно как следует все обдумать и во всем разобраться. Спешить здесь нельзя.

– Пожалуй, – согласился император. – А что вы, Джип, сделали бы на моем месте? Попробуйте разработать методику противодействия. Справитесь?

– Постараюсь… – растерянно протянул тот. – Но одному будет трудновато…

– Почему же одному? Штат выделим. Составьте список профессионалов, которые вам потребуются. Принца, конечно, я вам не отдам, но, если понадобится его помощь, ненадолго откомандирую. С этого момента вы уже не лейтенант, а капитан, начальник отдела спецмероприятий информационно-аналитического департамента.

– Но такого нет… – растерянно отступил назад Смолин.

– Пока нет, – усмехнулся Алесий. – Ваша служба выводится из-под юрисдикции ДИБ и разворачивается в отдельный департамент. Возглавите его, естественно, вы. Поздравляю с новым назначением. Да, программу переселения вы проработали?

– Проработал, – подтвердил свежеиспеченный начальник департамента. – Как раз собирался докладывать, но вмешался лейт… э-э-э… капитан Сейл. Вот сам доклад, – он протянул императору пад.

– Очень хорошо, – кивнул тот. – Искин, скачай доклад, положи в мою личную папку и сделай свои выводы.

– Хорошо, – коротко ответил «железный истукан».

– В таком случае, господа, к делу, – сказал император, давая понять, что аудиенция завершена.

Смолин с Джипом поспешили откланяться и покинуть императорский кабинет. Карханец шел, не видя ничего вокруг. Случившееся слишком потрясло его. Да, дома тоже бывало хвалили за хорошо сделанную работу. Но чтобы так? Надо же – император быстро уяснил проблему, не потребовалось долго и нудно объяснять, в чем она, и без проволочек принялся действовать. Да, Джипу теперь придется нелегко, но его уже разбирал азарт. Да еще и целый отдел будет в его подчинении! Нужно срочно прикинуть, кто потребуется. И аналитик погрузился в размышления.