Китайский новаторский марксизм. Сочинения Чэн Эньфу. Сочинения. Том 4

II. Некоторые основные проблемы построения экономики до начала реформ

(i) Неэффективная производительность труда.

Экономический рост обусловлен двумя факторами: увеличением затрат факторов производства и ростом производительности факторов производства. Но мы знаем, что ресурсы относительно дефицитны, и поэтому увеличение их вводимых ресурсов не может быть безграничным. В начале экономического развития целесообразно опираться на факторы производства, чтобы дать толчок экономике, и именно с этого момента началось наше экономическое строительство, тогда как для поддержания устойчивого экономического развития необходимо повышать производительность труда. Наш экономический рост был неровным, и после того, как экономика стала опираться на факторы производства, она не смогла своевременно включить более быстрый рост производительности труда. (См. прилагаемую таблицу. Статистика может быть неточной).

Международное сравнение роста совокупной факторной производительности

(ii) Экономический рост все больше ограничивается ресурсами.

Вторым фактором, влияющим на экономический рост, являются ресурсы. Если производительность факторов производства не растет, то единственным способом поддержания экономического роста является увеличение ресурсов. В реальной экономике потребление материалов на единицу ВВП становится все выше и выше, а мы – страна небогатая ресурсами на душу населения, и поддерживать все большую и большую экономику становится все труднее только из-за растущей неэффективности производства. Теория ускоряющегося числа – мультипликатора говорит нам о том, что как только в процессе экономического роста будут сокращаться вводимые ресурсы, экономика будет ускорять свое падение. Это говорит о том, что развитие нашей экономики все больше и больше подчиняется внутренним ограничениям ресурсов.

(iii) Уровень жизни населения повышается недостаточно быстро.

Экономический рост и мощь страны значительно возросли, однако повышение уровня жизни населения не успевает за ними. Основными причинами такого контраста являются институциональные и демографические факторы. Но, помимо этого, большое влияние оказала и наша экономическая политика. В результате реализации стратегии развития тяжелой промышленности в тот период масштабное развитие капиталоемких производств не позволило быстро переместить большое количество рабочей силы из сельской местности в города и инвестировать в промышленность из сельского хозяйства, игнорируя общий закон конверсии рабочей силы в процессе индустриализации. Наличие большого количества сельских рабочих и относительная отсталость производства потребительских товаров (в том числе и трудовых) являются ключевыми факторами, обусловливающими отсутствие значительного роста доходов и потребления жителей Китая. Это естественно по сравнению с постреформенным сценарием.

III. Изменения, обусловленные наличием проблем

(i) Повышение эффективности производства – усиление стимулов, реструктуризация отраслей и региональная политика.

Главным условием устойчивого экономического роста является повышение эффективности производства факторов производства, и реформы, начатые в 1978 году, исходили именно из этого соображения. По оценкам, половина из 8-процентного ежегодного прироста ВВП после 1976 года обусловлена ростом производительности труда, тогда как вклад роста производительности в период с 1953 по 1976 год составлял всего 0,6 %. Согласно анализу причин эффективности, это произошло в основном благодаря проведению следующих реформ.

1. Стимулы. Размер степени стимулирования является ключевым фактором, влияющим на темпы роста нашего сельского хозяйства и других отраслей экономики. Определенный механизм стимулирования совместим с определенной экономической ситуацией, изменилась экономическая ситуация, социальная среда, соответственно должны быть реформированы и стимулы, чтобы они имели устойчивую силу. С другой стороны, действие механизма стимулирования также имеет процесс снижения, или феномен «перевернутой U-образной кривой». В связи с бездействием некоторых механизмов и негибкостью системы, существовавшей до реформы, основной задачей того времени было усиление стимулов и повышение эффективности производства. В результате был начат ряд реформ, в том числе реформа системы ответственности домашнего подряда в сельской местности, децентрализация власти и прибыли на городских предприятиях, перестройка системы предприятий, развитие частной экономики, чтобы в конечном итоге создать социалистическую рыночную экономику с более динамичным механизмом стимулирования.

2. Корректировка структуры промышленности. Повышение эффективности использования капитала требует корректировки отраслевой структуры и перелива капитала из тяжелой промышленности в легкую. В первые годы после образования Китайской Народной Республики для быстрого достижения модернизации применялась стратегия «догоняющего развития». В то время считалось, что основным показателем модернизации является доля тяжелой промышленности, поэтому тяжелая промышленность развивалась частично за счет сельского хозяйства и легкой промышленности, и в тяжелую промышленность вкладывались большие капиталы; в период с 1953 по 1978 гг. в капитальное строительство тяжелой промышленности было вложено почти 50 % капитала, в то время как в легкую промышленность и сельское хозяйство – менее 6 % и 12 % соответственно. Несмотря на высокие темпы роста тяжелой промышленности (13,4 %), они не соответствовали значительно более высокому коэффициенту инвестирования. Напротив, в легкой промышленности темпы роста составили 9,1 %. Это свидетельствует о том, что отдача от одного и того же объема капитала в тяжелой промышленности значительно ниже, чем в легкой, не говоря уже о нарастающем дефиците капитала в стране. Для повышения темпов выпуска капитала логично обратиться к легкой промышленности, в частности к производству товаров народного потребления.

3. Пересмотр региональной политики. Повышение эффективности использования капитала требует корректировки региональной политики. В прошлом, в условиях социалистической идеологии равенства и подготовки к войне, для сокращения регионального разрыва большой объем капитала вкладывался в отсталые районы центральных и западных регионов и в строительство третьей очереди, причем более 55 % средств капитального строительства вкладывалось в развитие центральных и западных регионов, или почти две трети, если добавить нерегиональные, поскольку нерегиональные – это в основном тяжелая промышленность, которая также в основном вкладывается в центральные и западные регионы. С другой стороны, национальный доход, создаваемый на востоке страны, составляет более 50 %. Важнее то, что капитал, вложенный на востоке страны, приносит гораздо большую выгоду, чем в центральных и западных регионах. В 1978 г. сумма прибыли и налогов, созданная на 100 юаней капитала, составила 75,5 юаня в Шанхае, 35,8 юаня в Пекине, 41,76 юаня в Тяньцзине, 14,02 юаня в Сычуани и 7,69 юаня в Гуйчжоу. Потеря предельной выгоды, вызванная исключительно напряженной ситуацией с капиталом, была значительной. Исходя из этого понимания, после 1978 года вновь стали уделять внимание использованию сильных сторон каждого региона и вкладывать средства в восточные районы, где выгода была высокой. Так, доля капитальных вложений в восточный регион выросла с 37,0 % в 1953–1983 годах до 50,3 % в 1981–1990 годах.

(ii) Устранение ресурсных «узких мест» – повышение открытости для внешнего мира.

При увеличении масштабов экономики все более очевидной становится тенденция к сокращению факторных вознаграждений на периферии, а для поддержания экономического роста это требует более масштабных инвестиций и технологических инноваций. В этих условиях Китай мог только открыться внешнему миру, эффективно укрепляя свой экспорт и поглощая иностранные инвестиции. В результате тенденция все большей ориентации экономики на внутренний мир, вызванная «культурной революцией», наконец-то начала меняться, и к 1982 году Китай стал иметь значительное положительное сальдо торгового баланса, а поглощение иностранных инвестиций также увеличивалось с каждым годом. Еще одним аспектом открытости стало широкомасштабное освоение иностранного туризма в Китае. В то же время в 1980 г. Китай вступил в Международный валютный фонд (МВФ) и Всемирный банк, в конце 1984 г. установил деловые связи с Банком международных расчетов (БМР), в 1986 г. стал участником Азиатского банка развития (АБР), а с 1979 г. начал получать долгосрочные кредиты, синдицированные займы и экспортные кредиты от иностранных коммерческих банков, государственных учреждений и международных организаций, таких как МВФ и Всемирный банк. Все это способствовало дальнейшему экономическому росту страны.

(iii) Повышение уровня жизни населения – развитие поселковых и сельских предприятий, корректировка демографической политики и политики потребления.

Соответствующие статистические данные показывают, что в тяжелой промышленности на каждые 100 млн. юаней инвестиций приходится 0,5 млн. рабочих мест, что составляет лишь треть от аналогичного показателя в легкой промышленности, а на государственных предприятиях на каждые 100 млн. юаней инвестиций приходится 10 тыс. рабочих мест, что составляет лишь пятую часть от аналогичного показателя на негосударственных предприятиях; однако за период 1952–1978 гг. численность работников на предприятиях тяжелой промышленности увеличилась в 4,1 раза по сравнению с легкой промышленностью, а на государственных предприятиях – в 3,1 раза по сравнению с негосударственными предприятиями. В 3,1 раза больше, чем на негосударственных предприятиях. За эти 27 лет доля сельского хозяйства в объеме производства снизилась с 57,72 % до 32,76 %, то есть примерно на 25 процентных пунктов, а доля сельского хозяйства в составе рабочей силы – с 83,5 % до 73,3 %, то есть всего на 10,2 процентных пункта. Очевидно, что если доля сельскохозяйственного населения слишком высока, то и душевой доход должен быть не очень высоким, и единственным выходом является снижение доли сельскохозяйственного труда. Однако поскольку на городских государственных предприятиях и так было слишком много скрытых безработных, а развитие городов не позволяло обеспечить масштабный приток населения, появились поселковые и сельские предприятия. По данным статистики, с 1985 по 1992 год чистый прирост налоговых поступлений в бюджет страны составил 109,8 млрд. юаней, из которых чистый прирост волостных и сельских предприятий составил 52,83 млрд. юаней, или 48,1 %; от одной трети до двух третей внесистемных налоговых поступлений составили доходы волостных и сельских предприятий; почти 80 млн. крестьян перешли в волостные и сельские предприятия. Кроме того, одним из путей решения проблемы занятости городского населения и повышения эффективности работы предприятий является развитие городских коллективных и частных предприятий.

Кроме того, в условиях реформ правительство укрепило институты и политику контроля над численностью населения, проводит либеральную потребительскую политику, что также является важной мерой по повышению уровня и качества жизни городского и сельского населения.

IV. Основные выводы

Из приведенного выше анализа видно, что период с момента образования государства до 1978 года был периодом, когда экономика строилась с большими просчетами, но и достижения ее были беспрецедентными. Как отметил американский экономист Розман, после 1949 года «впервые в современной истории был установлен постоянный и устойчивый темп экономического развития Китая». Причем они были достигнуты на международном фоне империалистической блокады, разрыва китайско-советских отношений и высокого уровня иностранной безвозмездной помощи, а также серьезного недостатка опыта в строительстве.

После 1978 года большие успехи в реформировании нашей экономики были основаны не на полном отказе от прошлого, а на совершенствовании и развитии первоначальной экономической конструкции, преемственность которой прослеживается во многих областях. Например, что касается поселковых коллективных предприятий, то здесь начался подъем малых предприятий, находящихся в общественном ведении. К 1976 году их число достигло 106 тыс., а к 1980 году их было уже 187 тыс. Именно эти изменения привели к бурному развитию малых коллективных предприятий в 1980-е годы и заложили основу для последующего становления системы поселковых предприятий.

Также верно проследить исторические истоки экономической открытости. Действительно, наши руководители с самого начала ценили открытость, импортировав за первые 11 лет существования нового Китая машин и оборудования более чем на 5 млрд. долларов, из которых более половины составляли проекты полной фабричной промышленности, но почти вся помощь была предоставлена социалистическими странами. В 1979 г. Дернбергер отмечал, что даже Польша и Венгрия – четвертый и пятый доноры помощи Китаю – предоставили больше помощи, чем все некоммунистические страны. Только после разрыва китайско-советских отношений ситуация изменилась. Тем не менее темпы импорта комплектных заводов и оборудования быстро не снижались, и, пережив два тяжелых 1962–1963 года, страна вновь стала ввозить большое количество оборудования и технологий из Японии и Западной Европы. Лишь с началом «культурной революции» в 1966 году объем внешней торговли резко сократился. С 1972 года, когда между Китаем и США были установлены дипломатические отношения, Китай вновь стал в больших объемах импортировать зарубежный опыт и технологии, поскольку ситуация внутри страны и за рубежом стала более спокойной. Объем импорта технологий, включая комплектное оборудование, превысил показатели 1950-х годов.

В чем же причины столь длительного успеха реформ после 1978 года? Основная причина кроется в том, что реформы в Китае после 1978 г. пошли по постоянно расширяющемуся пути, точнее, реформы после 1978 г. были постоянно расширяющегося порядка. На самом деле реформа, как и любая другая вещь, имеет свой срок жизни и временные рамки своего воздействия, поэтому подход к стимулированию должен меняться. Например, введение системы ответственности за выполнение домашнего подряда в сельской местности и появление поселковых и сельских предприятий придали новый импульс экономике, а затем начался рост предприятий «трех столиц». Как мы все знаем, даже в рамках каждой из крупных реформ реформы постоянно развиваются, например, систему ответственности по семейному подряду можно разделить на три фазы: подрядная работа, подрядное производство и подрядный труд, и каждая фаза процесса от подряда на группу (производственную бригаду), подряда на рабочую силу до подряда на домашнее хозяйство. Реформа государственных предприятий также прошла четыре этапа, первый из которых был связан с «передачей власти и прибыли» предприятиям, второй – с повышением жизнеспособности предприятия, третий – с перестройкой механизма управления предприятием, четвертый – с реформой прав собственности. Реформа внешнеторговой системы также прошла несколько этапов: с 1978 по 1986 год, с 1982 по 1990 год и после 1991 года. Реформа финансовой системы прошла еще больше этапов и до сих пор продолжает рационализироваться. Именно непрерывная эволюция этих больших и малых реформ позволила сохранить динамику непрерывного экономического роста. В прошлом, например, перестройка 1961 года, хотя и позволила добиться многого, но, к сожалению, была подорвана «культурной революцией», и реформы не были продолжены, что привело к спаду экономики.

Одним словом, ключ к гораздо более быстрому экономическому росту в течение 20 лет после реформ, чем в течение 30 лет до них, заключается в том, что реформы продолжают углубляться и выходят на путь устойчивого и нормального развития.

3. Кризис парадигмы, осознание проблемы и обновление политической экономии

I. «Советская парадигма» и «Американская парадигма»8: Судьба двух парадигм в Китае

С момента образования Нового Китая развитие теоретической экономики в Китае в основном шло по двум основным направлениям: марксистской или социалистической политэкономии (включая «советскую парадигму») и западной экономики (включая «американскую парадигму»). Судьба той и другой в Китае в значительной степени определялась политикой, поскольку на них влияла эволюция общественного строя; до 1979 г. господствующей экономической теорией в Китае была «советская социалистическая политэкономическая парадигма», сложившаяся под влиянием сталинского «Учебника политической экономии (социалистической части)». Эта парадигма была наиболее активна в китайской экономической теории с конца 1950-х по 1978 год. С начала образования нового Китая и до 1957 года из-за сохранения «оригинальной школы Манна», представленной такими экономистами, как Ван Яньнань и Сунь Ефан, теоретические взгляды «советской парадигмы» и «оригинальной школы Манна» находились в противоречии и споре. Советская парадигма» и «оригинальная школа Манна», представленные такими экономистами, как Манфредо Фонг, одновременно конкурировали и дополняли друг друга, переплетались, и под влиянием политического мнения «советская парадигма» возобладала. После 1979 года произошли значительные изменения в экономической и политической жизни Китая, и «советская парадигма» сменилась «культурной революцией». С окончанием «культурной революции» «советская парадигма» постепенно сошла на нет. Марксистская школа в сочетании с практикой реформ в Китае внесла теоретические новшества и получила значительное развитие. В то же время «американская парадигма» стала очень популярной в китайской экономике, и ее развитие было чрезвычайно быстрым. Эти две школы имеют как сходства, так и существенные различия, что затрудняет их научный синтез и требует поиска новых теоретических точек роста.

В настоящее время теоретические экономические исследования ведутся как никогда активно, существует множество различных течений, однако зачастую не хватает последовательной теоретической базы для объяснения проблем переходного периода в Китае, в связи с чем раздаются многочисленные призывы к «кризису парадигмы». На наш взгляд, жизнеспособность экономических теорий зависит от их объяснительной способности и предвидения реальных экономических проблем. С этой точки зрения, как «советская парадигма», так и «американская парадигма» в китайской теоретической экономике сталкиваются с большими вызовами со стороны реальных проблем. Вместо того чтобы говорить, что «кризис парадигмы» – это кризис определенной теоретической парадигмы, важнее сказать, что китайская экономика переживает тотальный кризис всех видов «догматических» экономических теоретических парадигм, а теоретические «тотемные объекты», которым раньше поклонялись китайские экономисты, исчезли. Исчез «тотем» теории, которому поклонялись китайские экономисты, и на его месте возникла ситуация «спорят сто школ мысли».

II. Постановка проблемы: переосмысление китайской экономики

«Проблемное сознание» – это позитивная реакция на кризис экономической парадигмы в сообществе экономистов. Оно знаменует собой переход в работе китайских экономистов от самостоятельного подхода к теоретическому внедрению и подражанию к самосознательному или самостоятельному подходу к теоретическим инновациям, а также отражает отказ от догматизма и пробуждение субъективного сознания китайских экономистов.

«Проблемное сознание» включает в себя как поиск реальных экономических проблем, так и размышления о проблемах самой экономики. В первом случае речь идет о теоретической объяснительной силе, а во втором – о философии экономики. Реальность всегда бросает вызов присущей экономике парадигме, способствуя динамичному развитию экономической теории (в том числе смене парадигм), а также формируя отношения между экономистами, экономикой и реальными проблемами. Если Китай хочет построить новую систему политэкономической теории с китайской спецификой, он должен осмыслить и сопоставить влиятельные теории и доктрины, возникшие в Китае, включая теоретические предпосылки, допущения, методологические основы и саму теоретическую логику, с «чувством проблемы», и на этой основе преодолеть их.