Плохой коп и Заноза в жо…

Глава 8. Алекса

Вот мудак. Я злилась на него безумно. Да как он вообще смеет такое предлагать? Я, конечно, не недотрога, но и не шлюха ведь. Опускаться до уровня, чтобы торговать своим телом, я не собиралась. По крайней мере, не собиралась – до тех пор, пока не попала за решётку.

Меня завели в одиночную серую камеру, где стояли только кровать и унитаз, который не помешало бы помыть. Дверь захлопнулась, ключ повернулся в замке – и злость сменилась истерикой.

Стены начали давить. Дыхание сбилось, сердце застучало с бешеной силой. Кажется, это клаустрофобия. Всегда терпеть не могла маленькие помещения – а такие, безликие и серые, тем более.

Я забралась в постель, накрылась вонючим одеялом и разрыдалась.

Ругала себя последними словами. Ругала судьбу. И боялась даже представить, что так будут выглядеть ближайшие несколько лет моей жизни. А потом вспомнила Виктора, представила его реакцию – и стало ещё хуже. Нет, я не была готова к подобному. Слёзы текли, а вместе с ними – утекали и остатки моей гордости.

Лучше уж помучаться минут тридцать, час и забыть об этом унижении, чем страдать ближайшие годы.

Лишь бы этот мудак не обманул. Да уж, фамилия ему явно не подходит. Он кто угодно, но не ангел. Хорошо хоть не урод и целоваться умеет. Всё не так уж плохо. Могло быть и хуже. Точнее сказать – будет хуже, если он не поможет. Гораздо хуже.

***

Утром, после завтрака – который, к слову, оказался не самым плохим – я всё-таки решилась и попросила провести меня к комиссару Энгелю.

Меня слегка потряхивало. А вот он был спокоен, как удав. Как будто бы не делал мне никаких непристойных предложений.

Как только мы остались наедине, я сразу выпалила:

– Я согласна.

На лице Энгеля промелькнула ехидная улыбка, выводя меня из себя ещё больше. Ну, зато страх немного отступил. Офицер оторвался от компьютера и спокойно произнёс:

– И тебе доброе утро. Кофе будешь?

– Лучше вина, – буркнула я. – Хотя вряд ли оно есть в участке.

– Могу добавить коньяка в кофе, – как ни в чём не бывало ответил он.

– Тогда буду.

Признаться честно, я до последнего думала, что это шутка. Но мужчина подошёл к шкафу, открыл его и достал бутылку «Хеннесси». Причём не обычного, который продаётся в любом супермаркете, а какую-то фигурную, на которой большими буквами было написано X.O.

Подойдя к кофемашине на комоде рядом, он сделал мне бодрящий напиток и ливанул туда приличную порцию коньяка.

– Разве копам можно пить на рабочем месте? – спросила я, делая глоток обжигающего и столь любимого напитка. Настроение сразу стало немного лучше.

– Копам – может и нельзя. А вот комиссарам можно многое. Особенно, если об этом никто не узнает, – подмигнул мне мужчина.

Улыбка у него была красивая. Жаль только, характер говнистый.

Я очень долго пила кофе, оттягивая момент. Но всё хорошее когда-то заканчивается.

– Не передумала?

– А у меня есть выбор?

– Выбор есть всегда. Просто иногда он не очень хороший.

– Ну вот, сам и ответил на вопрос.

Энгель подошёл к двери, запер её на ключ и, сложив руки на груди, уставился на меня.

– Это ведь была не шутка? Верно? А то я уж понадеялась…

Он вновь улыбнулся, а потом совершенно неожиданно стянул с себя майку.

Кажется, эффект сработал: оторвать взгляд от его идеальных кубиков я не могла, жадно рассматривая каждую деталь. Татуировки были не только на шее, но и на левом плече, а так же на груди, подчёркивая рельефные мышцы. Красиво.

Я почувствовала возбуждение, пробивающееся сквозь страх.

– Насмотрелась? Теперь твоя очередь, – сексуально прошептал он, подходя ближе и наклоняясь к губам, но не целуя, заглядывая прямо в глаза.

По телу прошёл табун мурашек. Низ живота стянуло от желания. Вот так просто рухнуло всём моё сопротивление. А гордость заскулила где-то в сторонке.

– Ещё коньяка?

– Давай. Не помешает, – прошептала я, собирая мысли воедино.

Мужчина отодвинулся и отошёл. А мне сразу стало как-то неуютно. Захотелось, чтобы он вернулся обратно.

Когда он развернулся, я не смогла сдержать смешок: на всю спину у него были набиты крылья ангела. Этот парень явно очень любил свою фамилию и подчёркивал её всеми возможными способами. Спина была не менее красива, чем всё остальное, возбуждая меня ещё больше.

И я, смирившись со своей судьбой, поднялась с места и стянула с себя худи, оставаясь лишь в лифчике.

Глава 9. Алекса

– И джинсы тоже, – ухмыльнулся подлец, облизывая меня взглядом.

– Ты первый, – решила поддеть я.

Он лишь пожал плечами и потянулся к ремню, быстро расстегивая.

– Нет, стой, я пошутила, – выдавила из себя, отчаянно краснея. Я ещё не была готова к этому зрелищу.

Энгель рассмеялся и подал мне ещё одну приличную порцию коньяка. Я выпила её залпом, морщась от жгучего чувства. Отставила бокал и решилась. Была – не была. Быстро стянула с себя джинсы оставаясь в чёрных кружевных трусиках. Стало совсем уж неуютно. Но мужчина быстро сориентировался. Его рука нырнула под кружево, нащупывая самое чувствительное место на моем теле и поглаживая его. Смущение сразу отошло на второй план, заменяясь невероятно приятными ощущениями. Все-таки он —ангел, потому что я попала в рай. Как же это было хорошо. Тело расслабилось мгновенно, наслаждаясь этой игрой. Из уст вырвался первый стон.

Мужчина слегка подтолкнул меня ближе к столу, усаживая на него. Он приблизился к моему лицу, так что я почувствовала на губах теплое дыхание. Оно дразнило и щекотало. По инерции я потянулась к нему губами, но он отвернулся, подставляя щёку.

–Никаких поцелуев, – интимно прошептал он мне на ухо.

Наверное, стоило бы обидится, но я не могла. Мне было слишком хорошо. Спустя мгновение оргазм настиг меня – спина выгнулась, по телу прошла дрожь, я откинула голову, закатывая глаза и испуская стон, полный удовольствия.

В этот момент наглец поцеловал меня возле уха и слегка прикусил мочку. А потом отстранился и быстрым движением расстегнул ширинку, скидывая штаны с трусами на пол и доставая из кармана маленький квадратик. Разорвав упаковку презерватива зубами, он так же быстро и профессионально надел его на свой возбужденный член.

Я не смогла удержаться и опустила взгляд вниз. И рассмеялась…

Наверное, это не та реакция, что ожидает обнаженный мужчина в такой момент, но я ничего не могла с собой поделать.

– Это банка колы? – выпалила я, рассматривая татуировку на самом красивом месте мужского тела, на V-образной линии паха. Вид был одновременно сексуальным и смешным.

Мужчина слегка напрягся из-за моего смеха, но комментарий его расслабил, и он улыбнулся.

– Не спрашивай.

Я потянулась к банке колы, нежно поглаживая её пальцами, обрисовывая линии. Энгель перехватил мою ладонь и потянул слегка в сторону, укладывая на твердое мужское достоинство. Я провела по нему пальцами, наслаждаясь ощущениями выпуклых вен. Член был красив, как и всё в этом мужчине. Не знаю, где таких производят и из какой глины лепят, но Энгель казался нереальным, сошедшим с обложки журнала, ну или из моей самой откровенной мечты. Презерватив слегка мешал, не позволяя почувствовать нежную кожу, но все же был таким тонким и прозрачным, что не портил ни вид, ни ощущения мужчины.

Удовлетворённый моей реакций, полицейский подтянул меня ближе, убирая руку и буквально насаживая на свой член. И как-то сразу тело прострелило удовольствием. Его мужское достоинство было какого-то идеального размера, формы, ширины, как будто бы сделанное специально для меня. Оно задевало все эрогенные зоны, заставляя даже не стонать, а кричать от ощущений. Я никогда не чувствовала подобного с Даниэлем, вообще считала оргазм от проникновения кем-то придуманной сказкой. Но Энгель развеял все мои предрассудки, доводя меня до экстаза снова и снова. Движения его были резкие, глубокие, чувственные, я же просто извивалась в его объятиях, не в силах сдерживаться. Мечтая, чтобы это продолжалось вечно.

Мужчина прижимал меня к себе крепко и ласкал шею языком, прикусывая её, увеличивая тем самым и так неземное удовольствие. Я кончила раза три, прежде чем он прекратил сладкую пытку, получив свою дозу удовлетворения. После того, как он остановился, я упала ему на грудь, пытаясь отдышаться, медленно приходя в себя. На меня накатила такая слабость, что хотелось просто заснуть в его объятиях. Но комиссар не позволил этому случиться. Он резко отстранился, с совершенно безразличным выражением лица стянул презерватив, завязывая его в узел и закидывая в мусорку. Сразу стало прохладно, обидно и одиноко. И пока я пыталась оценить все то, что творилось у меня в душе, Энгель подошел к столу, взял несколько салфеток, протер свой член и равнодушно протянул мне упаковку.

Зло схватив коробку, я привела себя в порядок, сверля его яростным взглядом. Но мужчине было совершенно плевать, он по-военному быстро оделся и спокойно произнес:

– Одевайся и можешь быть свободна. Документы я уже всё оформил. Подозрения с тебя сняты.

Злость и обида затопили меня окончательно. Я резко вскочила со стола, мгновенно натягивая джинсы и кофту. Уже собиралась выходить, но тут до меня дошёл смысл его слов:

– Уже оформил? То есть, меня ни в чём не обвиняли? Ты просто так развёл меня на секс?! – прошипела я.

– Нет, не просто так. Подозрения и впрямь были, но все доказательства – косвенные. Если бы не вчерашний допрос, тебя бы отпустили. Но ты спалилась. Я подчистил твои показания и договорился с напарником о молчании. И будь уверена, подобные действия могут стоить мне карьеры. Так что я рисковал и плату затребовал не просто так. И да, я не сомневался в том, какое решение ты примешь. Поэтому документы подготовил ещё вчера.

После его слов в груди запекло. Я почувствовала себя грязной, использованной. Захотелось отмыться от сказанного. Как же, всё-таки, низко я пала. Глаза начало печь от подступающих слёз, я быстрым шагом направилась к выходу, лишь бы не разрыдаться прямо здесь, в кабинете полицейского. Там, где пару минут назад мне было так хорошо, как никогда в жизни.

Wie dumm ich bin! (Какая же я глупая!)

– Постой! – резко сказал Энгель.

Следуя приказу, я остановилась, уставившись в закрытую дверь. Он подошёл ко мне, протянул визитку и 50 евро. Я в шоке уставилась на деньги. Ещё больше унизить он меня не мог.

– Дёшево же ты оценил мои услуги, – прошипела я, даже не думая притрагиваться к деньгам.

– Это на такси. И визитку возьми – вдруг опять влезешь в неприятности.

– Ставка такая же? – вызывающе спросила, хватая деньги.

– А ты не нарушай закон, – ухмыльнулся он. – Тогда и платить не придётся.

Я зло сверлила его взглядом, размышляя, что бы выкинуть этакого, чтобы выбесить, но не переборщить. Как назло, ничего в голову не лезло. А потом мой взгляд зацепился за открытую бутылку коньяка. Я нагло схватила её и произнесла:

– Это я забираю. За моральный ущерб.

И выскочила из кабинета до того, как успела услышать его протест.

***

Ехать домой не хотелось. У нас и так с Даней всё было не очень хорошо последнее время. А после сегодняшней измены мне вообще было стыдно ему в глаза смотреть. Хотя… У меня не было выбора. Да и вообще, он сам во всём виноват. Я только из-за него и ради него пошла на новое дело. Если бы не это – то и от тюрьмы не пришлось бы отмазываться. Украденные деньги, я, кстати, всё-таки ему успела передать. Оставалось надеяться, что теперь его ноги в безопасности, а мне больше не придётся рисковать своей свободой и честью, от которой, в общем-то, уже ничего не осталось.

Идти до дома было не менее пятнадцати километров, поэтому шла я целую вечность, медленно попивая коньяк и давясь слезами. Сдерживать себя больше не было необходимости. На прохожих мне было глубоко наплевать – как, впрочем, и им на меня. Зато настроение с каждым глотком становилось всё лучше и лучше. В конце концов я опьянела настолько, что мир начал плыть перед глазами. Слёзы сменились истерическим смехом, а ноги уже заплетались.

И в какой-то момент возле меня остановилась патрульная машина.

– Добрый день, уважаемая, предъявите документы.

– Я ничего не нарушила, – ответила просто, даже не подумав доставать Ausweiß (внутренний паспорт-карточка).

– Вы находитесь в общественном месте в состоянии алкогольного опьянения.

– Ну и что? Имею право! Я ведь ни на кого не нападаю, ничего не нарушаю, – алкоголь – шикарное зелье храбрости.

– А я считаю, что вы представляете угрозу.

– Мало ли что вы считаете! Типа форму нацепил и стал выше других?! Нихрена ты не лучше. Такое же дерьмо, как и все, только прикрытое законом, – а вот это уже из меня вылезала агрессия на Энгеля. Всё, что я не высказала ему, теперь летело в сторону патрульного.

– Вы хамите полицейскому при исполнении и отказываетесь предъявить документы. Прошу, пройдёмте со мной, – мужчина жёстко взял меня за руку чуть выше локтя и потащил к машине.

– Finger weg! (Пальцы убрал!) – рявкнула я, вырываясь.

Полицейского это задело. Он весь подобрался, скрутил меня и потащил к машине. Но алкоголь в моём мозгу уже успел отключить здравый смысл – и я ударила служителя закона локтем в солнечное сплетение. Мужчина согнулся пополам, отпуская меня. Правда убежать я не успела: подлетел его напарник, тыча в меня пистолетом и крича:

– Руки за голову! Вы арестованы!

Shit happens (англ. Дерьмо случается) – и кажется, со мной чаще, чем с другими. То ли я проклята, то ли просто какая-то неправильная. Больше сопротивляться я не стала, позволив надеть на себя наручники и запихнуть на заднее сиденье машины. Полицейский завёл автомобиль, собираясь вновь посадить меня в камеру.

«Это какой-то бред. Мне что, там мёдом намазано? Не успела выйти – как опять отправляюсь в то же место. Жизнь точно надо мной издевается!»

Возвращаться в тюрьму не было никакого желания. Эйфория, вызванная коньяком, давно спала. Остались лишь усталость, головокружение и тошнота. Хотелось, чтобы меня просто оставили в покое.

– Парни, у меня в кармане визитка криминал-комиссара Энгеля. Позвоните ему, пожалуйста.

– Зачем? – не понял молодой патрульный.

– Энгеля? – не поверил его старший коллега, явно зная, о ком идёт речь. – Макса?

– Макса? – переспросила я. – Наверное… Я не знаю его имени.

На душе стало ещё более противно. Сегодня он отымел меня прямо в кабинете, а я даже не знала, как его зовут.

– Наберите его, пожалуйста. Скажите, что задержали Александру Кастински.

Всё. Это был фиаско. Полный финиш. Я положила голову на окно машины и устало прикрыла глаза, смирившись с очередным позором.

Глава 10. Макс

– Энгель, – грубо произнёс я, поднимая трубку. Кто это мне звонит? Настроение было ни к чёрту. Вроде бы получил, что хотел, но внутри осталось горькое послевкусие. Странно и неожиданно.

– Криминал-хаупткомиссар Энгель? Это патрульный Райнер. Мы задержали девушку, её зовут Александра Кастински. Она просила позвонить вам. Вы знакомы?

– Быстро, однако, – ляпнул я, расплываясь в улыбке.

– Что вы сказали? Простите, я не расслышал.

– За что задержали, спрашиваю, – как ни в чём не бывало, ответил я.

– За пьяный дебош и хамство полицейскому.

– Ахаха… – рассмеялся я в трубку. – Это она умеет. Коньяк ещё остался?

Короткая заминка, а потом мужской голос на том конце трубки произнёс:

– Немного, совсем на донышке.

– Понятно. Вы где? Я сейчас подъеду. Девушку не оформляйте. Я сам.

– Как скажете, сэр.

– Райнер? Верно. Спасибо, что позвонили. Сочтёмся, – произнёс я и положил трубку. А сам с предвкушением засобирался на выезд.

***

Состояние Александры было даже хуже, чем я предполагал. Она была абсолютно пьяна, даже двух слов связать не могла. Удивительно, что вообще смогла добиться того, чтобы мне позвонили. Договорившись с коллегами, я подхватил девчонку на руки и посадил в машину.

Настроение моё, которое ещё недавно приподнялось, вновь упало. Что мне делать с неадекватной девушкой – я не знал. В итоге решил завезти её домой, а плату за это потребовать позже. Всё равно никуда она от меня не денется.

Сначала Алекса молчала, а увидев знакомый двор, напряглась и произнесла:

– Я не хочу домой.

Я припарковался на обочине и зло спросил:

– Я похож на таксиста?!

– Почему ты на меня кричишь?

– Потому что ты нажралась, как свинья! – выплюнул я, сожалея, что вообще поехал за ней. Проспалась бы в камере, а потом я бы с ней поговорил.

Девчонка отвернулась к окну и поджала под себя ноги, обнимая колени. В душе что-то зашевелилось, но я это успешно проигнорировал. Не было настроения сюсюкаться.

– Выходить собираешься? И вообще, не ставь грязные ноги на кресло, оно дорогое, – буркнул я недовольно.

– Оно и так уже безнадёжно испачкано. Я вся грязная, – ответила Алекса, захлёбываясь слезами.

Подобная реакция меня поразила, честно говоря, я растерялся. Никогда не любил женские слёзы. Злость сразу сошла на нет, захотелось успокоить нерадивую занозу. Я протянул руку к девушке, поворачивая её голову аккуратно в свою сторону. Её глаза были красные, по щекам текли слёзы, оставляя мокрые дорожки. Но даже в таком виде она была очень красива. Что-то в груди защемило. Тяжело вздохнув, я сказал:

– Мы не сделали ничего плохого. Ты не замужем, я не женат. Нам обоим понравилось. В чём тогда проблема?

– Вообще-то у меня есть парень… – прошептала она.

– Тебе девятнадцать, – поморщился я от её комментария про парня.

– И что?

– Да ничего, он может и первый, но вряд ли последний.

– С чего ты так решил? – дерзко спросила она.

– Почему ты не хочешь домой? – ответил вопросом на вопрос.

Слегка утихшие слёзы полились с новой силой. Я ничего не говорил, просто ждал.

– Не хочу его видеть. Он меня обворовал, – сказала она, а потом слёзы сменились истерическим смехом. – Обворовал воровку. Ха-ха-ха.

Теперь она смеялась и плакала одновременно, захлёбываясь водой. А я просто ждал, позволял ей выговориться.

– Он украл мою мечту… – прошептала Александра, сжимаясь в клубок, как котёнок.

– Какую мечту? – решил спросить я, потому что и в самом деле было интересно.

– Я хочу стать певицей, – улыбнулась она, но улыбка быстро сползла с её лица, – хотела. Теперь у меня больше нет денег на это.

– Деньги можно заработать. Ты петь-то умеешь? – скептически спросил её.

– Конечно! – вытерла слёзы девчонка.

– I'm so tired of being here… Suppressed by all my childish fears… – затянула она знаменитую песню Evanescence. Голос у неё был прекрасен, звучала она не хуже оригинала. Сильно, эмоционально, нежно. Я заслушался, наслаждаясь не только красотой пения, но и тем, как изменилась сама Алекса. Она пела не для меня, а для себя. Успокаиваясь и расслабляясь. Слёзы высохли, а выражение лица стало каким-то отстранённо-мечтательным.

Песню прервал телефонный звонок. Чертыхнувшись, я поднял трубку и вышел из машины. Звонили с работы. Коротко переговорив и дав указания, что делать, я вновь сел в машину. И с разочарованием понял, что Александра заснула.

– И что мне с тобой делать? – как-то совсем уж безнадёжно спросил я вслух. Это был риторический вопрос. Я попытался разбудить её, но совершенно безуспешно. Слишком много алкоголя и эмоций за день. Нести девушку на руках в квартиру, где наверняка находится её обдолбыш, – не хотелось. Так всё станет только сложнее и хуже. Поэтому, тяжело вздохнув, я завёл машину и поехал к себе домой.

Когда мы приехали, я собрался вытащить Алексу из машины, чтобы донести в квартиру. На удивление эта задача оказалась не простой. Я был сегодня на личной i8, и доставать оттуда спящего человека было очень неудобно: мешали двери, открывающиеся вверх, и лежачие сидения. Пока я разбирался со своей ношей, девушка проснулась и начала ругаться на меня за то, что я мешаю ей спать. Захотелось плюнуть на всё и оставить её в машине, но совесть не позволила.

Потом к тяжёлым словам присоединились ещё и кулаки, окончательно выводя меня из себя. Хорошо, что движения были пьяными и вялыми. Полноценно ударить у неё не получалось. Иначе я бы точно психанул и бросил бы мелкую заразу прямо посреди улицы, ну или отвёз бы обратно в участок.

В итоге, злой как чёрт, я всё-таки занёс её в квартиру и хотел положить на диван – отсыпаться. Но тут ей резко стало плохо, она, прикрывая рот рукой, произнесла:

– Меня тошнит.

Scheißdreck! (дерьмовая грязь!) – выругался я про себя и чуть ли не бегом направился в туалет, сгружая свою новую знакомую возле унитаза. Наблюдать за тем, как её рвёт, я не собирался – малоприятное зрелище. Поэтому пошёл переодеваться и стелить на диване.

Через пару минут звуки из туалета затихли. Я вернулся в уборную и увидел приотвратительнейшую картину: колючка заснула, положив голову на сиденье унитаза. Выругавшись ещё раз, я подхватил девчонку, от которой несло далеко не духами, кое-как стянул с неё одежду и понёс в душ. Вот только как помыть тело, которое даже на ногах стоять не может?