Клятва воина

– Как только все нужные маги проснутся и перекусят, – ответил Верховный, слегка удивившись моему раннему появлению.

– Кто тебе нужен? – Я решил как можно скорее вытащить этот маскарад на подмостки.

– Кто-нибудь, разбудите Вилтреда, – приказал Планир через плечо, не сводя с меня глаз.

– Я уже не сплю, Верховный, – сварливо ответил старик. В одной руке он держал настой, от которого шел пар, другой потирал скрюченные пальцы, как будто хотел унять боль. – Что я должен делать?

– Гадание, – бросил Планир. – Зар, ты где?

– Здесь. – Узара так зевнул, что затрещала челюсть, и, состроив гримасу, дрожащей рукой потер глаза. – Извините, похоже, я вчера слегка перестарался, расчищая фарватер. – Он небрежно кивнул мне, но, присмотревшись к моему лицу, заметно вздрогнул.

– На что это ты уставился? – рассердился я.

– Думаю, большинству из нас немного жутко видеть, как мерцают твои глаза, – ответил за Узару Верховный маг.

От его спокойных слов я оторопел.

– Мне никогда не встречалось описание такого эффекта, – раздался сбоку голос Тонина. – Впрочем, в тех документах не было никакого намека и на все эти чудеса со снами.

Деловито зашнуровав испачканную чернилами куртку, ментор принял охапку пергаментов от услужливого ученика, в котором я узнал его протеже, Паррайла, энсейминского парня с копной жестких волос, которому, на мой взгляд, еще полагалось ходить в учениках. Слишком молодо он выглядел, чтобы носить серебряное кольцо-печать, которым Ванам награждает своих ученых.

– Спасибо, что согласились так рано взяться за гадание, Верховный, – добавил ментор. – Я очень ценю эту любезность.

– Где Налдет? – Вилтред сердито огляделся по сторонам. Молодой маг живо протолкался сквозь отряд наемников.

– Зачем я вам нужен?

– Надо создать связь. – Планир закатал рукава.

Тем временем Шив водрузил на грубо сколоченный стол широкую, не меньше длины руки в поперечнике, серебряную чашу. Налил из мехов обычной речной воды, щелкнул пальцами, и чаша наполнилась изумрудным светом, который озарил благоговейные лица молчаливо столпившихся вокруг наемников. Я подавил злое желание послать сих воинов куда подальше с их любопытством.

Вилтред положил ладонь на край чаши, и теперь она замерцала смешанным голубым и зеленым светом. Узара кивнул Планиру и тоже положил руки на стенки. Зелено-голубой круг приобрел желтоватый оттенок. Налдет вытянул руки над водой ладонями вниз, и красноватый отсвет согрел крутящийся цветовой узор. Вода вращалась все быстрее и быстрее, водоворот затягивал прозрачный свет в головокружительную спираль, пока Планир не погрузил обе руки в центр этого колодца. Чаша зазвенела, как большой храмовый колокол. Наемники вокруг зашевелились и зашептались, но серые стальные глаза Планира твердо удерживали мой взгляд.

– Смотри внимательно и скажи мне, что ты узнаешь.

Верховный маг простер руки, из них восстал образ – круг в пустом воздухе, окаймленный беспрестанно меняющимся узором магических цветов. Среди ранних утренних туманов видение в круге поражало своей четкостью. Оно менялось и словно кружило над землей, пока не возникли спокойная гладь дельты и корабль магов, стоящий на якоре. Я лихорадочно заморгал. Глаза клялись, что я перемещаюсь, но уши утверждали обратное, а бедный желудок корчился, болтаясь где-то посередине. Я никогда не страдал морской болезнью, но теперь дал себе зарок с большим пониманием относиться к тем, кто подобно Ливак испытывал муки при первых же ее признаках.

Река в магическом зеркале понеслась прочь, ее русло сужалось, берега становились круче, белые буруны разбивали зеленые воды течения. Пологие луга вдоль берегов сжимались, а лес все ближе спускался к самой кромке воды. Я поймал себя на том, что качаюсь и клонюсь, в то время как мои глаза убеждали меня, что я лечу над этим пейзажем, лечу высоко, будто птица, но без всяких усилий. Тщетно пытаясь заглянуть за край образа в том волшебном полете, я был так поражен абсолютной невозможностью этого, что едва не прозевал нужное место.

– Вернись назад, там, на ближней стороне, вход в ущелье! – Я сражался со словами в тот миг, когда воспоминания Темара вырвались из плена и необъяснимая потребность спешить наполнила меня страхом.

Планир на мгновение закрыл глаза, и образ в колдовском видении повернулся крутом. Шепот со всех сторон подтвердил, что не меня одного замутило от этого зрелища. По велению магии солнце осветило узкую теснину, полускрытую папоротниками и гибкими побегами кустов. По каменистому дну бежал говорливый ручей, он спешил затеряться в главном потоке.

– Где находится это ущелье? – сурово спросил Планир, внимательно глядя на видение.

– Чуть выше по течению от рудного поселка, – ответил я, прежде чем понял, что знаю ответ. – Темар и Ден Феллэмион привезли уцелевших на лодках, а затем увели к рудникам, подальше от причалов.

Снова хлынул поток воспоминаний: крики, плач, вспышки гнева раздосадованных людей, которым больше нечего было терять и они ополчались на тех, кто так безжалостно гнал их ради их же спасения.

– Мы знаем, где это, Зар? – вновь раздался требовательный голос Планира.

Молодой маг с мрачным от натуги лицом вливал свою силу в заклинание.

– Да! – выпалил Узара.

Планир хлопнул в ладоши, и неземное видение исчезло, оставив только яркий след в глазах. Наемники начали расходиться, кое-кто, задумавшись, спотыкался о незамеченные препятствия; в их тихих разговорах проскальзывали любопытство и опасение.

– Верховный! – Калион протолкался к нам, его толстые щеки тряслись от досады.

– Мастер Очага! – вежливо приветствовал его Планир.

– Почему меня не разбудили? Разве я – не лучший выбор для скрепления связи и…

– Верховный! – настойчиво окликнул Планира Шив, и все повернули к нему головы. Маг все еще склонялся над серебряной чашей, колдуя теперь в одиночку. – Я решил спуститься по реке и пройти в обе стороны вдоль побережья. И только поглядите, что я нашел!

Столпившись вокруг, мы уставились в чашу. Сияющая вода показывала три корабля. Они легко покачивались на спокойных прибрежных водах, стоя на якоре чуть в стороне от узкого залива, который я узнал из столкновения Темара с украденным «Лососем». Я поднял голову: лица вокруг были мрачны.

– Именно там эльетиммы напали на корабли колонии, – сообщил я.

Тонин задумчиво кивнул, сверяясь со сложенным в несколько раз пергаментом.

В чаше каждый кораблик казался игрушечным. Вот только на игрушках не бывает крошечных фигур, движущихся по палубам и снастям, во всяком случае, за пределами Хадрумала.

– А это не может быть обманом? – Я внезапно припомнил иллюзии, творимые Ледяными Людьми год назад, и их ужасные последствия.

– А почему это должен быть обман? – призадумался Планир. – В конце концов, им неоткуда знать, что мы здесь.

– Ты в этом уверен? – Расталкивая всех локтями, Отрик пробился к Верховному магу. – А они не последовали сюда за нами?

– Не думаю, – покачал головой Планир. – Ты не мог бы увеличить радиус, Шив, и показать мне побережье? Да, смотрите, тот лагерь выглядит хорошо обжитым. По-моему, это база для разведки внутренних территорий. Будь добр, Шив, вернись к кораблям. Спасибо. Обратите внимание на те паруса, они явно временные, а теперь посмотрите на днище того корабля, с низкой осадкой. Видите, как оно обросло?

Верховный маг обвел глазами собравшихся вокруг чаши.

– Я бы сказал, эта экспедиция провела здесь все лето, составляя карту и проводя изыскания. А это значит, что интерес эльетиммов здесь не менее насущный, чем наш. – Он посмотрел на меня. – Если мессир Д'Олбриот захочет восстановить здесь колонию, ему придется кое-кого выселять.

– Думаю, мы были бы не прочь оказать сьеру такую услугу, – вставил Калион.

– Это враг, да? – Отпихнув мастера Очага в сторону, Эйрест навис над чашей и скорчил гримасу, когда толстяк попытался вернуть себе место, но вскоре передумал.

– Спасибо, что присоединился к нам, – с легкой иронией приветствовал воина Планир.

– Что вы намерены с ними делать? – не отступал наемник. – Судя по величине кораблей, людей там раз в пять больше, чем нас. Если они нас найдут, мы все отправимся торговаться с Полдрионом.

– Далеко они от нас? – обернулся Планир к Шиву.

– Не больше чем в горсти дней плавания.

– Слишком близко. – Верховный маг поморщился. – Думаю, ты прав, командир. Нельзя оставлять их у себя за спиной. Они могут узнать, что мы делаем.

– Вы собираетесь просто убить их? – ужаснулся Тонин.

– А ты, никак, против? Может, назовешь хоть одну убедительную причину, чтобы их щадить? – с вызовом спросил Эйрест. – Они прикончат нас, не моргнув глазом, если найдут!

Ученый смутился и умолк, но вид у него был недовольный.

– Принятие таких решений – только часть цены за получение мест за самыми высокими столами. – Калиона эта перспектива ничуть не огорчила. – В этом и заключается искусство государственного управления, ментор.

– Сейчас я выведу ублюдков из игры. – Отрик простер руки над чашей, и глаза его полыхнули голубым огнем.

– Я не хочу всполошить их раньше времени, – предостерег Планир, дотронувшись до его руки. – Используй ветер и волну, работай с Шивом и просто выброси те корабли на скалы. Этого пока хватит.

– И никаких драконов? – Мастер Туч посмотрел на высокого Планира, как драчливый терьер на мастифа.

– И никаких драконов, – непререкаемым тоном подтвердил Верховный маг.

Ливак незаметно пробралась ко мне, когда все с беззастенчивым любопытством наблюдали, как два мага склонили головы над водой – седую взъерошенную и черную, с аккуратной косичкой. Шив явно перенял эту моду у наемников, я видел у них подобные косички.

Небо над кораблями потемнело. Тучи примчались с океана в завихрениях белого, потом серого, потом угрожающего черного цвета. Громоздясь друг над другом, молнии начали вспыхивать внутри темных башен пара без звука грома – странное зрелище. Зеленые водовороты течения закружились среди мирных голубых вод, дергая за якорные канаты, и корабли стали качаться и вставать на дыбы, а белые зубы пены кусали их со всех сторон. По палубам забегали крошечные фигурки, беря рифы на парусах. Они воевали с рвущимися из рук тросами, как вдруг на них обрушился град, и фигурки вздрогнули от его ледяных ударов. Вода подернулась рябью; волны отрывали суда, закрепленные на морском дне, и неумолимо гнали их в свирепые объятия береговых скал.

Ливак, стоявшая рядом со мной, вдруг пошатнулась.

– Прочь с дороги, потаскуха!

Пораженный грубостью Вилтреда, я поднят голову, и три события случились в одно мгновение.

Ливак выхватила кинжал и ринулась на старого мага, но тут же упала навзничь, сбитая вспышкой красного огня Калиона. Вилтред, игнорируя их обоих, сжал свои костлявые руки вокруг тощей шеи Отрика; его стремительный бросок опрокинул и чашу, и стол. Релшазский маг не отличался внушительными габаритами, но для Отрика он был достаточно крупным, ибо дерзкая личность мастера Туч обитала в маленьком, хоть и жилистом теле. Вилтред мгновенно повалил Отрика на землю и подмял его под себя, стараясь раздавить поверженному горло.

Я оглянулся на Ливак. Она махала обожженными руками и выглядела ошеломленной.

– Ты цела?

– Его глаза, Раш, его глаза!

Едва разобрав ее сбивчивые слова, я шагнул к Вилтреду, схватил за волосы и запрокинул ему голову. Глаза старика были заполнены безликой чернотой.

– Эльетиммская магия! – закричал я.

Только я это вымолвил, как дикая боль сковала мои руки, затем голову и бросила меня на колени. С треском пронзив воздух, вспыхнул янтарный свет, его удар швырнул меня в сторону, и я увидел сквозь слезы Вилтреда, бьющегося в силках заклинания, сотканного Планиром.

– Тонин, сделай что-нибудь! – яростно закричал Верховный маг.

Тут же по золотистым лучам побежали голубые огни, и у него загорелись рукава. Планир скривился от боли, ругаясь шепотом, но Вилтреда не отпустил.

Ментор рассыпал по росистой траве свои пергаменты и стал отбрасывать их в разные стороны, пока Паррайл не выхватил один листок из этой беспорядочной кучи. Слегка запинаясь, ученые вдвоем начали читать заклинание. Ливак протянула мне руки, и я помог ей встать, сам едва держась на ногах. Краем глаза я заметил, что Шив и Налдет бегут к упавшему Отрику, а Калион плетет круг волшебного алого пламени вокруг Верховного мага и Вилтреда, из последних сил бьющегося с магическими узами. Крик разорвал утренние туманы, вспугнув птиц с окрестных деревьев, и старик внезапно рухнул – вся магия исчезла, остался лишь запах гари, да град вопросов сыпался со всех сторон.

Планир бросился к упавшему Вилтреду, поднял его на руки. Убийственный гнев на лице Верховного мага противоречил тому, как он нежно щупал пульс старика и слушал его дыхание. Ментор Тонин лихорадочно шарил в кармане, но, когда отыскал свой пузырек, в снадобьях уже не было нужды.

– У нас получилось? Мы успели его вернуть, прежде чем сердце не выдержало? – Понимая тщету своего вопроса, ученый обращался больше к себе, чем к окружающим.

Планир только покачал головой.

«Берегитесь захватчиков!»

Голос Темара так громко прозвучал в моей голове, что я не мог поверить, будто никто его не слышал. Испуганный, я вскочил на ноги, предав забвению свое беспокойство о судьбе Вилтреда.

– Берегитесь эльетиммов! – проревел я.

Всего одно мгновение – и фигуры в черных мундирах выскочили прямо из воздуха с обнаженными мечами, алчущими поживы. Их бледная сталь враз обагрилась кровью изумленных жертв. Наемники, захваченные врасплох, бросились отражать эту неожиданную атаку, но не сразу поняли, что эльетиммы устремлялись мимо их клинков, дабы рубить всех подряд ученых и магов.

Я помчался к Планиру, Ливак держалась рядом. Наемники, возглавляемые Минейром, рванули к нам, чтобы защитить чародеев, окруживших своего Верховного мага. Тонин метнулся было к одной из своих учениц – ее васильковые глаза, остекленевшие и безжизненные, слепо уставились в голубеющее небо, а юное лицо уже окутала смертельная бледность, – но два наемника свирепо перехватили его и потащили с собой.

– Держись позади меня, глупец! – Минейр толкал плачущего ментора в руки испуганного Паррайла. – Она мертва, теперь вам нужно спасать себя!

Парни Минейра стальным кольцом окружили магов и, выставив клинки наружу, рубили захватчиков, а те снова и снова бросались вперед, не обращая внимания на удары сзади, и легко расставались с жизнью, побуждаемые одной целью – убить магов.

Я парировал размашистый удар, метивший в мои колени, и ударом снизу отсек эльетимму кисть. В это мгновение наши взгляды встретились, и я увидел лишь безумие и ненависть в тех выпученных, льдисто-голубых глазах. Жизнь с кровью вытекала из его раны, но Ледяной островитянин все равно вырвал из-за пояса кинжал и ринулся мимо меня, пытаясь заколоть Шива. Когда мы боролись, поскальзываясь в крови, Ливак неслышно просунула руку в это гнусное объятие и пырнула мерзавца в живот. Эльетимм одеревенел в моих руках, голова его дернулась назад, на бескровных губах запузырилась пена. Я отбросил его от себя, мертвого, прежде чем он ударился о землю.

Огромный пламенный столб поднялся в небо. Это Калион поджег землю вокруг себя, и кучка запаниковавших ученых вцепилась в его фалды, когда огонь жадно лизнул их сапоги. Горсть эльетиммов, не испепеленных заживо пламенем, окружили его, ища любую брешь. Но Лессай и его воины внезапно выросли сзади, чтобы выместить свою досаду и бешенство на тех, кто столь коварно застал их врасплох.

А через несколько минут голос Эйреста прогремел на весь лагерь, каменные стены которого послужили столь же ненадежной защитой для нас, какой были и для Ден Ренниона.

– Кто-нибудь из врагов еще жив? Нет? Убедитесь!

– А ну, парни, поднимите ваши задницы на стены! – громогласно потребовал Минейр.

Следом раздался суровый крик Лессая:

– Найдите своих напарников, проверьте, кто ранен, и сосчитайте убитых!

Резкий лескарский говор зазвучал со всех сторон – наемники спешили принести раненым воды, перевязочный материал и мазь. Я крепко обнял Ливак, когда она убрала в ножны свои кинжалы, и мы огляделись вокруг, ища Хэлис и Шива. Они были вместе. Хэлис одним быстрым движением оторвала его окровавленный рукав, и маг ужасно побледнел.

– На мне и то меньше швов, чем на тебе, чародей, – заметила она с грубоватым сочувствием, смывая кровь с рваной раны над его запястьем. – Не знаю, кто учил тебя держать клинок, но он оставил серьезную дыру в твоей защите. Придется дать тебе несколько уроков!

– Оставь это! Шив, иди сюда! – Торопясь к нам, Планир на ходу подхватил с земли помятую серебряную чашу; ее край теперь представлял собой неправильный овал. Верховный маг провел над ней рукой, и остатки утреннего тумана всосались внутрь, образуя лужицу на грязном дне.

– Твою руку. – Планир сжал пальцы Шива, все еще скользкие от крови. Обожженные запястья Верховного мага воспалились и кровоточили под обгорелым полотном рубахи.

Многоцветная вспышка высекла образ из поверхности воды: залив, где эльетиммы стояли на якоре, скалистый мыс в брызгах прибоя, деревья, мягко покачивающиеся на ветерке, и никакого признака ни лагеря, ни судов.

– Чтоб их чума взяла! – выругался Верховный маг. – Тонин, иди сюда!

Дрожащий ментор всмотрелся в чашу и развел руками.

– Они еще там и как-то прячутся или ушли в другое место? – допытывался Планир.

Тонин снова безнадежно развел руками.

– Не могу сказать, Верховный.

– У нас в отрядах трое мертвых и горсть раненых, двое тяжело, – подошел к ним Эйрест. – Что с учеными?

Несчастный Паррайл выглянул из-за плеча Тонина, слезы оставили бледные потеки в саже на его лице.

– Они убили Кейра и Левию, ментор…

– Сколько у вас раненых? – жестко перебил его Эйрест.

– Шестеро. – Паррайл прерывисто вздохнул. – И еще двое мертвы, Алери и Мера.

Я вздрогнул. По моим подсчетам выходило, что двое из каждых трех ученых пали или ранены. А ведь я полагался на них, на их знания, чтобы освободиться от тирании Темара.

– Что с магами? – Эйрест посмотрел вокруг и выругался. Оглянувшись, я увидел Калиона – он стоял на коленях у неподвижного тела младшего из двух магов, что так прилежно сопровождали его на корабле; имя юноши я так и не запомнил. Когда толстяк встал, лицо его было опухшим и багровым от ярости, которая сулила эльетиммам страшное возмездие.

– Снимите Шаннет и ее девицу с корабля! – приказал Планир, опуская и руку Шива, и гадальную чашу. – Эйрест, разверни свои отряды, чтобы обезопасить лагерь, пока мы работаем. Калион, будь так добр, иди сюда. Вы с Шаннет создадите барьер и маскировку над этим местом. Можете привлечь всех, кроме меня, Узары и Шива.

Калион кивнул, его глаза запылали решимостью.

– Ничто не проскользнет мимо меня, кроме пепла, развеянного по ветру!

– И я тебе в этом помогу, – прохрипел Отрик, потирая трясущейся рукой темно-лиловые синяки на шее.

Верховный маг круто повернулся и устремил повелительный взгляд на Тонина.

– Ментор, кто твой самый сведущий ученик из тех, что еще живы и невредимы?

– Думаю, Паррайл, – нетвердым голосом произнес Тонин.

– Тогда собери остальных, ранены они или нет, и сплетите любое заклинание, которое могло бы скрыть или защитить нас от эфирной магии, – решительно приказал ему Верховный маг. – Принимайтесь за дело немедленно!

– А зачем тебе парень? – спросил ментор, вороша тем не менее свои пергаменты.

– Ты идешь вверх по реке, ученый.

Паррайл разинул рот, но Планир уже повернулся ко мне.

– Райшед, нам нужно найти ту пещеру, и быстро. Вы с Шивом возьмите корабль, возьмите Зара и столько наемников, сколько вам сможет выделить Эйрест. Эльетиммы скоро будут здесь. Раз они пересекли океан, значит, у них есть магия, чтобы справиться с непогодой, поэтому ждать их следует в любой момент. Мы с Отриком и Калионом довольно долго сможем удерживать устье, но чем скорее вы найдете колонистов, тем лучше для всех!

Я почувствовал ликование Темара, рвущегося из своего заточения.

– Конечно, Верховный, – через силу ответил я.

– Я помогу тебе ее разведать, и мы попросим у Минейра кого-нибудь из его парней, – предложила Ливак. Она держала руку Шива, пока Хэлис штопала его рану. – Иди, Раш, найди его, пока мы заканчиваем здесь.

Как мне сказали, так я и сделал. Солнце только поднималось над верхушками деревьев, а корабль уже был готов к плаванию. Я стоял на палубе, глядя на усадьбу Ден Ренниона, – ни одной головы не виднелось среди зелени, хотя я точно знал, что лучники терпеливо ждут на каждом надежном участке стены, чтобы послать смертоносный ливень стрел с зубчатых парапетов. Равно невидимая, магия Калиона окружала всю усадьбу щитом стихийного огня, как заверил меня Шив, сила Планира раскинулась под нашими ногами, а искусства Отрика парили высоко в небе на свежем ветру. Паррайл несколько раз проверил эфирный заслон, пытаясь связаться со своими коллегами, и каждая неудача только ободряла его.

– А ты уверен, что все делаешь правильно? – строго спросила Ливак, пока я старался придумать, как бы тактичнее задать этот же вопрос.

Но Паррайл не обиделся.

– Совершенно уверен, сударыня, – ответил он культурным языком Селеримы, крупнейшего торгового города Западного Энсеймина. – Я один из самых опытных практикующих этого искусства, как мы пока понимаем его, – добавил он с простодушной гордостью.

– Ты знаешь, что нужно делать, чтобы оживить этих колонистов? – поинтересовался я, стараясь не выказывать своего отчаяния.

По крайней мере Паррайл оказался старше, чем я думал сначала, увидев его младенческое лицо, вьющиеся каштановые волосы и вздернутый веснушчатый нос. Печальные карие глаза ученого сказали мне, что он уже привык к такого рода реакции.

– Я продолжу изучать наши теории, пока мы плывем, – важно заверил он меня, прижав к груди богато инкрустированный сундучок Тонина.

Слово «теории» содержало некий беспокойный привкус, но тут уж ничего не поделаешь. В конце концов, разве этот малый не заслужил серебряное кольцо за свою ученость? Я махнул Хэлис, а та кивнула наемникам, ждущим с ней на причале. Как только они сбросили в воду канаты, удерживающие судно, я поднял руку, сигнализируя Шиву, который стоял рядом с капитаном у румпеля. С убранными парусами и выстроившимися вдоль бортов наемниками с луками наготове, корабль, бросая вызов течению и отливу, заскользил вверх по реке, сначала медленно, затем быстрее; пенный гребень у его носа мерцал зеленым светом.

– Теперь мы должны покончить с этим, да будет воля Аримелин, – пробормотала Ливак и протянула мне чашку настоя.

Я глотнул обжигающей жидкости, смакуя бодрящую терпкость трав.

– Ты уверена, что хочешь в этом участвовать? Я бы понял, если б ты решила держаться в стороне от всякой эфирной магии…

– И остаться с Планиром? Чтобы меня зарезал какой-нибудь эльетимм, возомнивший себя элдричским человечком, или поджарил чересчур увлекшийся Калион? – Ливак покачала головой. – Лучше сыграть в руны с одним из демонов Полдриона на бесплатный проезд в Иной мир!

– А что, идея занятная, – фыркнул я и сделал еще глоток. – Но я рад, что ты со мной. Ведь пока мы плыли сюда, ты меня избегала.

– Мне было над чем подумать. – Ливак устремила взгляд на сужающуюся речную излучину. – Нужно было решить, настолько ли сильно я тебя хочу, дабы мириться с тем, что с тобой сейчас происходит.

– И ты хочешь?

– В данный момент – да. – Ее глаза оставались жесткими. – И я уж прослежу, чтоб эти проклятые чародеи сделали все возможное, окончательно и бесповоротно вышвырнули Д'Алсеннена из твоей головы.

Несмотря на всю серьезность нашего положения, я почувствовал себя абсурдно счастливым. Глядя, как речные берега скользят мимо, одновременно незнакомые мне и знакомые Темару, я мог только радоваться ее решимости, ибо мне становилось все труднее и труднее затыкать пробоины в моей защите от Д'Алсеннена.

Мы достигли ущелья, когда солнце садилось за мрачные мшистые утесы на высоком берегу. Капитан осмотрительно провел корабль в прозрачную заводь – гравий шумно заскреб по днищу.

– Куда теперь, Шив? – спросил я, как только оба мага и Паррайл подошли к нам.

– Понятия не имею. Место, без сомнения, то самое, но я не обнаружил никаких пещер. – Он пожал плечами. – Я гадал: нет ничего, совершенно ничего.

– Что-то мешает мне проникнуть под поверхность на дальней стороне ущелья, – задумчиво молвил Узара. – Что бы это значило?

– Паррайл? – Я обернулся к молодому ученому, который испуганно прижал к груди какой-то пергамент.

– Прости, – запинаясь, выговорил он, – прости, но я не нахожу ничего необычного.

– Как и следовало ожидать, раз это место укрыто от эфирной магии. – Большую часть презрения Ливак удалось сдержать. – Будем следовать руководству Узары. Верил, Тави, вы с нами!