- -
- 100%
- +
– Кажется, капает за этой стеной!
– Отойди-ка... – Кентавр повернулся к стене лучшей своей половиной и лягнул.
Кусок стены обвалился. Теперь звук стекающей по камню воды стал громче.
– Дай-ка я пролезу в дыру. – Бинк поднялся. – Если мне удастся набрать горсть воды...
Честер снял с плеча свернутую кольцами веревку и затянул петлю на поясе Бинка.
– На всякий случай... Кто знает, что там, в темноте. Если ты провалишься куда-нибудь, то я, по крайней мере, смогу тебя вытащить.
– Хорошо! – кивнул Бинк. – Подай-ка мне фонарь!
Он протиснулся в отверстие, слез с кучи обломков и очутился в просторной пещере неправильной формы. Дол под небольшим уклоном уходил в темноту. Оттуда и доносился звук текущей воды.
Осторожно ступая и волоча за собой веревку, Бинк двинулся вперед. Звук воды становился искусительно громким, а жажда – нестерпимой. Бинк внимательно прислушался, стараясь по звуку определить, где течет вода. Исследования эти привели к расщелине в полу, и он посветил туда фонарем. Теперь наконец он увидел внизу блеск воды.
Он уперся плечом в край расщелины, протянул пальцы, и они коснулись воды.
Но как поднять воду наверх?.. После недолгого раздумья он оторвал полоску ткани от уже разорванного рукава и опустил ее в воду. Дав ткани напитаться, Бинк вытащил полоску.
И вдруг вдалеке послышалось тихое пение. Бинк тревожно напрягся. Неужели сюда добрались демоны озера? Вряд ли – ведь они были обитателями именно озера, а не пещер, я, как признался сам хозяин замка, совершенно ничего не знали о том, что расположено ниже него. Стало быть, поет кто-то из жителей пещер. И не исключено, как раз владелец магического фонаря.
Пока он высасывал из намоченной тряпки воду, пение стало намного громче. До Бинка донесся аромат свежих цветов.
Чистая прокладная жидкость лилась ему в рот – никогда он еще не пил такой вкусной воды!
Затем произошло нечто странное. Бинк смутно ощутил легкое головокружение. Но – вовсе не такое, что вызывает тошноту и слабость, а наоборот: на удивление приятное. Он мгновенно почувствовал себя снова здоровым, бодрым и сильным, полным душевной свежести. Ах, какая превосходная вода!
Он снова спустил тряпку в расщелину, чтобы набрать воды для Честера. Конечно, это очень примитивный и жалкий способ напиться, но лучше уж так, чем никак.
Лежа с опущенной в расщелину рукой, он снова услышал пение. То была нимфа. Голос ее нельзя было считать совершенным, но все-таки он звучал молодо, приятно и радостно. И по телу Бинка пробежала сладостная дрожь.
Он вытащил тряпку и положил на пол пещеры. Потом взял фонарь и пошел на голос. Тот доносился откуда-то из-за источника, и вскоре веревка на поясе Бинка туго натянулась. Он развязал ее, бросил на пол и пошел дальше.
Теперь он заметил луч света, вырывающийся из трещины. Поющая нимфа находилась за стеной. Бинк тихо опустился на колени и прильнул глазом к трещине.
Она сидела на серебряном стуле, сортируя содержимое бочонка, наполненного драгоценными камнями. Камни ярко сверкали, бросая на стены разноцветные отблески. Она была типичной нимфой, с длинными обнаженными ногами, едва прикрытыми легкой юбочкой, с тонкой талией, пышной грудью и невинным лицом с большими глазами. Ее волосы сверкали, подобно драгоценностям в бочонке.
Бинку не раз доводилось видеть нимф, похожих на нее. Каждая из них была связана с деревом, скалой, ручьем, озером или горой. Но все они были настолько похожи одна на другую лицом и фигурой, что их красота стала расхожим сравнением. Казалось, некий Волшебник установил идеал женской красоты и распространил его для украшения по всему Ксанту, привязав каждую нимфу к местным достопримечательностям, чтобы это распределение оказалось равномерным. Так что и в этой не было ничего особенного. Зато драгоценные камни составляли, несомненно, феноменальное богатство.
Но на камни Бинк бросил лишь мимолетный взгляд – его глаза не отрывались от нимфы. Она... он ощутил к ней... восторженное обожание.
«Да что я тут делаю?! – вдруг спросил он сам себя. – Почему торчу тут, когда Честер хочет пить?!» И в ответ на собственные вопросы он лишь тоскливо вздохнул.
Нимфа услышала его вздох. Она настороженно подняла глаза, прервав свою простенькую мелодию, но увидеть его не смогла. Недоумевая, она тряхнула своими девичьими локонами и вернулась к работе. Скорее всего, она решила, что чей-то вздох ей послышался.
– Нет, я здесь! – крикнул Бинк, сам удивившись своей решимости. – Я за стеной!
Она завизжала (о, даже визг ее оказался на удивление приятным), вскочила и побежала прочь. Бочонок опрокинулся, драгоценности рассыпались по полу.
– Погоди! Не убегай! – громко позвал Бинк и с такой силой ударил кулаком по стене, что она треснула. Он отбил еще несколько кусков, расширив отверстие, и, спрыгнув вниз, в пещеру, поскользнулся на жемчужинах, но устоял на ногах.
Он застыл и прислушался. В пещере держался странный залах. Этот залах напомнил Бинку атакующего дракона, который вот-вот тебя настигнет. Он нервно огляделся, но никакого дракона не увидел. Было тихо. Почему же он не слышит топота ее убегающих ног?
Он подумал немного и догадался: она, разумеется, могла испугаться и убежать, но вряд ли бросит свои сокровища. То есть – у них есть охрана. А скорее всего, нимфа спряталась за углом и теперь наблюдает за ним из своего укрытия.
– Пожалуйста, мисс! – позвал Бинк. – Я не собираюсь причинить тебе зло. Я хочу лишь...
«Обнять тебя, поцеловать и...» – да, такая мелькнула мысль. Потрясенный, он оборвал ее на середине. Он ведь женатый мужчина! С какой это стати ему взбрело в голову преследовать эту странную нимфу? Надо немедленно возвращаться к Честеру, принести ему воды...
Но эти трезвые мысли опять улетучились. О, нет!
Сомневаться было нечего: он влюбился. Да-да, он напился из источника и влюбился в первую же увиденную женщину! Выходит, то был Источник Любви!
Но почему талант позволил ему напиться?
Ответ был печально очевидным, и ему даже захотелось, чтобы эта мысль больше никогда не приходила в голову. Талант не принимал во внимание как его чувства, так я чувства остальных – он защищал только его физическое, личное благополучие. И он, талант, по-видимому, решил, что жена представляет некую опасность его благополучию и поэтому отыскал для него другой объект любви. Талант не удовлетворился тем, что временно разлучил Бинка с женой, и теперь намеревался сделать разлуку постоянной.
– Я на такое не пойду! – вскричал он. – Я люблю свою Хэмели!
И это была правда. Любовные зелья не отменяют существующих отношений. Так что теперь он любил и нимфу – она была намного доступнее.
Неужели он вступил в конфликт со своим талантом? Он, Бинк, обладал этикой, которой, очевидно, у таланта нет; он – цивилизованный человек, а тот – примитив. Кто здесь возьмет верх?
Бинк боролся, однако преодолеть воздействие Любовного Источника не смог. Знай он заранее, куда ведет его собственный талант, он бы как-то воспротивился ему – во всяком случае, не напился бы из первого попавшегося источника. Но теперь он оказался жертвой непреднамеренного поступка. Ладно, он еще посчитается со своим талантом, когда подвернется соответствующая возможность...
В магии все честно.
– Нимфа! Выходи и назови свое имя! Или я украду все твои драгоценности!
Получив в ответ полное молчание, он поставил опрокинутый бочонок и принялся собирать в него рассыпанные драгоценные камни. Каких здесь только не было! Алмазы, жемчуг, опалы, изумруды, сапфиры и много-много других. Откуда нимфе подвалило такое сокровище?!
Тут нимфа не выдержала и выглянула из-за поворота тоннеля. И сразу Бинк ощутил мимолетный задах лесных цветов.
– Это – мое! – решительно заявила она.
Но Бинк продолжал подбирать камни.
– Мне нужно это! – Голос ее слегка дрожал.
– Как тебя зовут? – спросил он.
– А тебя?
На сей раз Бинк ощутил залах жука-оленя, несмело выглядывающего из чащи.
– Я ведь первым спросил! – Надо было занять ее разговором, пока не подвернется возможность вскочить и поймать.
– Но ведь я тебя не знаю.
О да, тут натуральная женская логика. Прекрасно! Ему нравится ее логика... Он знал, что это – эффект любовного зелья, но его очаровала ее манерность.
– Меня зовут Бинк.
– Очень приятно. А меня – Перл. Нимфа Перл, если ты настаиваешь на полном имени. А теперь верни мне камни.
– С удовольствием, мисс Перл... За твой поцелуй.
– За какую нимфу ты меня принимаешь?! – Это возражение было типично в манере нимф. Теперь от нее донесся запах дезинфектанта с хвойным маслом.
– Надеюсь узнать. Расскажи о себе!
Она немного отступила, не доверяя ему.
– Я – простая горная нимфа. Моя обязанность – сажать драгоценные камни. Сажать их в землю так и в таких местах, чтобы гоблины, драконы, люди и прочие жадные существа смогли их потом откопать.
Бинк наконец ощутил смешанные запахи занятых тяжелой работой людей и гоблинов.
– Все это очень важно, – продолжала нимфа, – потому что эти существа станут еще более дикими, чем сейчас. Работа в шахтах дает им хоть какое-то занятие.
Выходит, вот как драгоценные камни оказываются в нужных местах. А Бинк всегда гадал, как это проделывается.
– Но где ты их берешь?
– О, они, конечно же, появляются с помощью магии! Бочонок никогда не пустует.
– Неужели?
– Видишь, он уже переполнен камнями, которые ты подбираешь. Напрасное занятие.
Бинк удивленно взглянул на бочонок. Так и есть! Он-то считал, что бочонок пуст, – даже не заглянул в него, потому что все внимание было – на нее.
– Не знаю, куда мне девать эти лишние камни, – произнесла она с игривым раздражением. – Чтобы посадить один, уходит обычно целый час. А ты разбросал сотни! – Она топнула симпатичной маленькой пяткой – ей хотелось как можно более впечатляюще выразить свое раздражение.
Что правда, то правда: нимф создавали ради внешности, а не ради эмоций.
– Так ведь это ты сама рассылала их, когда убегала! – притворно возмутился Бинк. – А я всего лишь пыталось их собрать.
– Все равно ты виноват! Потому что напугал меня. Что ты там делал за стеной? Там никого не должно быть! Это место специально отгорожено. Вода... – Она вдруг посмотрела тревожно: – А ты не...
– Да, – ответил Бинк. – Мне очень хотелось пить, и я....
Она снова завопила и убежала. Нимфы очень пугливы от природы, так что – все в порядке вещей.
Бинк продолжал свое занятие – складывал не помещающиеся в бочонок драгоценности в кучку рядом с ним. Он знал – нимфа вернется! Он был до определенной степени противен сам себе и отлично понимал, что надо бы немедленно уйти – это было бы самым правильным. Однако не уходил – никак не мог пересилить себя. К тому же он ощущал себя ее должником – следовало, по мере возможности, навести здесь нарушенный порядок. А кучка камней становилась все более внушительной.
Нимфа снова выглянула из-за угла.
– Если бы ты просто ушел, я сама собрала бы...
– Не уйду, пока не соберу все, что рассыпалось! – упрямо отозвался Бинк. – Ты сама сказала, что виноват я.
Он положил на вершину холмика огромный, как яйцо, опал – холмик сразу осел, во все стороны покатились камни. То есть, все надо было начинать сначала.
Нимфа приблизилась на несколько шагов.
– Нет... ты был прав, а не виноват. Я их рассыпала. И уж как-нибудь соберу. Ты же... ты лучше уходи. Пожалуйста.
Ноздри Бинка защекотал залах пыли, словно табун кентавров промчался по выжженной солнцем дороге.
– Твой магический талант! – воскликнул Бинк. – Запахи!
– Какой еще талант? – она совершенно откровенно обиделась. Запах пыли сменился запахом горящего масла.
– Так ты хочешь сказать... ты пахнешь тем, что в данный момент чувствуешь?
– А, это! – Масло незаметно превратилось в духи. – Это да. А у тебя какой талант?
– Не могу сказать.
– Но я ведь про свой не утаила! Это не честно!
Тут она подошла достаточно близко – Бинк выпрямился и схватил ее. Она опять очаровательно закричала и стала вырываться, но – без особого усердия. Да уж – такие они, нимфы – с ними не всегда просто, но всегда восхитительно!
Он прижал ее к себе и крепко поцеловал в губы. Обнимать ее было необычайно сладостно; губы были вкуса меда. И пахли медом.
– Не очень-то вежливо! – упрекнула она, когда их губы разомкнулись, но вид у нее был не очень сердитый. Теперь она пахла свежевскопанной землей.
– Я люблю тебя! – сказал Бинк. – Уйдем отсюда вместе.
– Не могу, – ответила она, издав залах только что скошенной травы. – Мне надо делать свою работу.
– Но и мне – мою.
– А что у тебя за работа?
– Я ищу Источник Магии.
– Но он ведь, говорят, где-то очень глубоко, в направлении центра земли... словом, где-то там. Тебе не пробраться туда. Там – драконы, гоблины, крысы...
– Нам все это не в диковину.
– Зато я к ним не привыкла! И боюсь темноты! Я не могла бы пойти туда, даже если бы...
По-видимому, она хотела сказать «если бы и пожелала». По той простой причине, что она, увы, не любила его. Ведь она не пила воду любви!
Бинку пришла в голову весьма предосудительная мысль:
– Сходи к источнику и напейся из него. Напьемся имеете! Тогда мы сможем...
Она стала отчаянно вырываться. И – он отпустил ее. Больше всего на свете он сейчас не хотел бы причинить ей боль!
– Нет, я не могу позволить себе любовь! Я должна сажать драгоценные камни.
– Но что же делать мне? Едва я тебя увидел...
– Тебе нужно выпить антидот, – посоветовала она, издавая залах зажженной свечи. И Бинк понял, какая тут связь: свеча, вероятно, сигнализировала ее яркую идею.
– А есть разве такой антидот?
– Ну конечно, должен быть! – убежденно сказала она. – На каждое заклинание существует равное по силе контрзаклинание. Где-нибудь обязательно есть. И тебе нужно просто найти его!
– Знаю, кто может его найти! Мой друг Кромби.
– У тебя есть друзья? – удивилась она и запахла вспугнутой птицей.
– Конечно, есть!
– Я имела в виду – здесь, под землей. Я думала, что ты тут – один.
– Нет. Я искал воду для себя и для Честера. Мы...
– Честера? А я уже решила, что твоего друга зовут Кромби.
– Честер – кентавр. А Кромби – грифон. Есть еще и Волшебник Хамфри, и...
– Волшебник?! – Она была поражена. – И вы все вместе ищете Источник Магии?
– Да. О нем хочет знать Король.
– Так с вами еще я Король?
– Нет! – Ах, какая же она непонятливая, подумал Бинк, уже почти выходя из себя. – Король поручил мне возглавить поиски. Но у нас вышли неприятности, мы разделились...
– Наверно, лучше всего показать тебе, где настоящая вода, – решила она. – И – еда. Вы наверняка голодны.
– Да! – сказал он, протягивая к ней руки. – Мы будем рады оказать тебе взамен какую-нибудь услугу...
– О нет! – воскликнула она и отпрыгнула в сторону, соблазнительно тряхнув своими прелестями; от нее сразу запахло горящей ореховой древесиной. – Ни за что, пока ты не примешь антидот!
Вот именно.
– Мне и в самом деле пора вернуться к Честеру. Он будет тревожиться!
Она на мгновение задумалась.
– Бинк... Мне очень жаль, что так все вышло... Приводи своих друзей – я постараюсь накормить их. Но потом вам надо будет уйти...
– Да, конечно, – ответил он, направляясь к дыре в стене, которую сам недавно пробил.
– Нет, не сюда! – крикнула она. – Обойди вокруг – все время по коридору!
– Но я тут не знаю дорог. И света у меня нет. Видимо, придется вернуться назад по веревке.
– Ни в коем случае!
Она взяла свой магический фонарь – двойник найденного Бинком – и крепко ухватила его за руку.
– Я знаю все залы вокруг. Мы отыщем твоего друга...
Бинк откровенно страдал от того, что его ведут, даже несмотря на опьянение любовным зельем, он различал в ней черты, достойные похвал. Она определенно не была пустоголовой нимфой вроде тех, что связаны с морской пеной или диким овсом; она обладала чувством цели, долга и достоинства. Несомненно, ее такой сделала ответственная работа по размещению драгоценностей. И тем не менее, несмотря ни на какие зелья, ему нечего делать рядом с ней! Она права: как только они будут сыты, следует немедленно оставить ее...
А как будет действовать любовное зелье? И как долго?.. Он знал: одни заклинания довольно краткосрочны, зато были и такие, что сохраняли свою силу в течение всей жизни человека.
Они покрушили по лабиринту пересекающихся коридоров, и скоро добрались до Честера. Тот все еще караулил вход возле пробитой им дыры.
– А вот и мы! – подал Бинк голос.
Честер от неожиданности подпрыгнул так высоко, что чуть не достал потолка пещеры.
– Бинк! – Он приземлился сразу на все четыре копыта. – Куда ты запропастился? Что случилось? Кто эта нимфа?!
– Честер, это – Перл. Мисс Перл – Честер, – представил он их друг другу. Я... – Он запнулся.
– Он выпил любовное зелье из Источника Любви! – радостно доложила она.
Кентавр сделал движение, выражавшее полнейшую досаду.
– Тайный враг нанес новый удар!
Подобная мысль не приходила Бинку в голову. Вне всякого сомнения, это было самым разумным объяснением случившегося! Талант не предавал его, но он и не защитил от очередной нефизической опасности. Выходит, очко в пользу врага! Как теперь Бинк может искать Источник Магии, когда его сердце привязано к нимфе?
Но сердце его было привязано и к дому, где его ждала жена. И на поиски он отправился отчасти и по причине проблем с ней. Так что... придется с этим уживаться.
– Если мы сможем снова объединиться с Кромби и Волшебником, то Кромби, может быть, сумеет указать направление на антидот, – сказал Бинк.
– Так где остальные твои друзья? – спросила Перл.
– В пузырьке, – ответил Бинк. – Но мы не можем общаться с ними напрямую, а лишь через посредство осколка зеркала. Подожди, я тебя сейчас познакомлю! – Он порылся в кармане, отыскивая кусочек стекла. Но – не нашел. Он поднял глаза. – О, нет... Да, я потерял осколок! – Он вывернул карман: в нем обнаружилась дырочка – явная работа острого осколка...
– Понятно, – произнес кентавр.
– Может быть, найдем их как-нибудь иначе? – ошеломленно пролепетал Бинк. – И не сдадимся, пока не сделаем этого...
– Да, ты правильно мыслишь, – хмуро кивнул Честер. – Но нам, я полагаю, придется взять с собой и нимфу...
– Зачем?!
– Объект противочар должен быть рядом где-то – так эти штуки работают. Ты полюбил первую женщину, встреченную после того, как выпил эту воду. И разлюбить ее должен таким же способом.
– Я не могу пойти с вами! – возразила Перл, хотя и смотрела на Честера так, словно, подобно Сирене, хотела, чтобы он покатал ее на своей спине. – У меня очень много работы!
– А много ли ты сделаешь, если Бинк останется здесь? – поинтересовался Честер.
Она по-женски развела руками и передернула плечами, выказывая неудовольствие. И наконец проговорила:
– Идемте ко мне – вы оба! Там все решим...
Жилище нимфы оказалось столь же привлекательным, как и она сама. Несколько прилегающих друг к другу пещер были сплошь устланы коврами – ковровый мех рос прямо на полу, поднимался по стенам и покрывал потолок – лишь дверной проем был свободным от этого прекрасного мха. Во всем был необыкновенный уют. У нимфы Перл не было ни стульев, ни столов, ни кровати – она могла в любое время с комфортом расположиться где угодно.
– Надо будет заняться твоей одеждой, – сказала она Бинку. – Все подрано...
Тот осмотрел себя. Да! Промокшая в водовороте, а затем – в озере одежда уже более или менее высохла, но тут и там зияла дырами.
– Другой у меня нет...
– Можешь хотя бы почистить ее, – сказала она. – Зайди в туалет и положи ее в очиститель. Времени это займет немного.
Бинк отправился в указанную комнатку и раздвинул ширму. Очиститель тут же отыскался: то был похожий на очаг альков, сквозь который проходил теплый воздух, обдувая его тупику и шорты. Оставив одежду, он подошел к небольшому бассейну с проточной водой. Скала над ним была отполирована до блеска – истинное зеркало! О, женское тщеславие всегда нуждается в зеркале!
А собственное отражение привело его почти что в шок: он был во много раз грязнее своей одежды! Волосы спутались и слиплись, борода отросла до уродливой длины. Лицо и часть тела покрывала корка грязи, налипшая, когда он валялся на берегу, а затем пролезал через дыры в стенах пещер. Сейчас Бинк вполне мог сойти за юного людоеда. Не удивительно, что нимфа так испугалась его!
Он побрился острым лезвием меча – магической бритвенной щетки здесь не оказалось; после чего хорошенько умылся и причесался. Вынув из очистителя одежду, он увидел, что она вымыта, высушена и выглажена – тут определенно поработало нечто большее, чем просто теплый воздух. Разорванный рукав оказался настолько аккуратно зашит, что никакого шва не было видно.
Уж не циркулирует ли по этим пещерам магическая пыль, – подумал Бинк, – расширяя функции предметов вроде очистителя? Похоже, у нимфы имеется немало магических удобств, и живется ей весьма комфортно. А привыкнуть к такому стилю – нет ничего проще...
Он тряхнул головой. Это, подумал он, нашептывает любовное зелье, а не здравый смысл! Надо быть начеку, внимательно следя за своими размышлениями и перехватывая те, что могут таить угрозу. Он – не подземный житель, и обязан уйти, чтобы завершить свою миссию. Уйти непременно, хотя здесь и останется частица его сердца...
Он не спеша и аккуратно оделся, предварительно сунув в очиститель и сапоги. Как жаль, что вместо сапог на берег не выбросило бутылочку с Волшебником!
Когда он показался из туалета, нимфа Перл посмотрела на него с удивленным восхищением.
– Вот как! Ты, оказывается, красивый мужчина!
Честер криво усмехнулся.
– Ну да, раньше это трудно было заподозрить, – сказал он. – Может быть, мне тоже умыться и полежать в очистителе?
Они дружно, хотя и несколько сконфуженно рассмеялись...
– Мы должны отплатить тебе за гостеприимство и за помощь, – сказал Честер, когда смех постепенно затих.
– Мое гостеприимство бесплатно – плата лишь оскорбит его, – заявила Перл. – А мою помощь вы получили, кажется, не спрашивая моего желания. За рабский труд не платят.
– Нет, Перл! – взволнованно выпалил Бинк. – Я ни к чему не стану тебя принуждать, не буду причиной твоей печали!
Она смягчилась.
– Ладно, Бинк... Ты выпил воды любви, но не причинишь мне вреда. Но раз уж мне выпало помочь вам отыскать друзей, чтобы они нашли противозаклинание для тебя, то – так и быть: я постараюсь. Хотя это и оторвет меня от дел...
– Мы охотно поможем тебе с твоей работой! – пылко пообещал Бинк.
– Вам не справиться. Во-первых, вы ничего не смыслите в сортировке драгоценных камней, а во-вторых, не знаете, где и каким образом их нужно размещать. А если бы и знали, то сверловщик не стал бы с вами работать – так или иначе.
– Сверловщик?!
– Да. Моя рабочая лошадка. Он проникает сквозь скалу и достигает того места, где нужно оставить тот юн другой камень. Только я могу им управлять – и лишь когда пою. Он работает за песни – больше ему ничего не нужно.
Это было поразительно. Бинк и Честер обменялись вспыхнувшими неподдельным интересом взглядами.
– А я покажу тебе нашу музыку, когда мы пообедаем, – пообещал Честер.
Еда у нимфы оказалась странной, но отменной. Она подала самые разные виды грибов, которые, как она объяснила, растут с помощью магии и не нуждаются в свете. Некоторые из них напоминали драконьи отбивные, а другие – ломтики картофеля, срезанные с горячего картофельного дерева. Десерт оказался очень похожим на шоколадный пирог – такой округлый, мягкий и пикантный, что едва не скатывался с блюда. У Перл нашелся также похожий на мел порошок, который хорошо растворялся в воде, отчего получалось превосходное молоко.
– Знаешь, – прошептал Честер Бинку на ухо, – а тебе могла ведь попасться и нимфа похуже после того, как ты утолил жажду...
Что тут было ответить? Выпив магической воды он бы, по всей вероятности, полюбил и гарпию, не обратив ни малейшего внимания на ее уродство. Ведь любовное зелье действует не избирательно и абсолютно равнодушно к последствиям. Какая бессовестная магия!
И действительно (это он понял с ужасом), как раз различные такие источники существенно повлияли на историю Ксанта. Они заставляли скрещиваться исходные немагические виды, производя гибриды вроде химер, гарпий, грифонов... да и кентавров тоже. Кто скажет, что это – плохо? Каким был бы сейчас Ксант без тех же благородных кентавров?.. Однако лично Бинку глоток такой воды принес огромные неудобства. Если рассудить рационально, то ему, разумеется, нужно остаться с женой, но если эмоционально...
Честер напитался и сосредоточился – появилась магическая флейта и радостно заиграла. Перл прямо-таки застыла, принимая в себя серебристую мелодию, петом стала подпевать. Ее голос не мог сравниться с флейтой по чистоте, но очень приятно дополнял ее.