- -
- 100%
- +
Демон одобрительно взглянул на нее.
– У тебя лошадиный зад, но разумная головка.
– Все кентавры такие, – согласилась она.
– А что ты думаешь обо мне?
– Что ты – абсолютное воплощение непристойности.
Бинк застыл от ужаса, а Демон расхохотался. Его хохот оглушительно разнесся по залу. Магически разубранный дворец задрожал, в воздухе замелькали обломки, но ни один никого не коснулся.
– А знаешь, – заметил Гранди, – ты изменился – как я.
– Изменился, как ты? – Бинк покосился на него. – Ну конечно! Пока его магия просачивалась наружу, пропитывая весь Ксант, часть нашей культуры проникла внутрь самого Демона, сделав его немножко похожим на нас. Не так ли? Потому-то ему так удобно именно здесь. Пожалуйста – он научился смеяться! У него уже есть зачатки чувств.
– И это означает, что он может откликнуться на прямой вызов, – догадалась Чери. – Можешь вызвать его?
– Попробую! – Он кивнул и, когда веселье Демона исчерпало себя, сказал: – Демон, я знаю способ защитить твое уединение. У нас есть Магический Камень, который раньше использовали как Щит для обороны всего Ксанта от вторжения чужеземцев. Мы ценили свое уединение не меньше, чем ты – свое. Ничто живое не способно пройти через Щит. Мне нужно лишь сказать о тебе нашему Королю Тренту – он установит его тут, и никто больше не сможет сюда спуститься. Щит служил нам целый век, а теперь послужит тебе. И тогда будет совершенно все равно, кто про тебя знает, – любой дурак, попытающийся к тебе пробиться, будет автоматически умерщвлен.
Демон задумался.
– Идея привлекательная. Но мышление и мотивации людей мне почти незнакомы. Как я могу быть уверен, что ваш Король выполнит твою просьбу?
– Я знаю, что выполнит, – твердо проговорил Бинк – Он – хороший и честный человек, опытный политик. Он немедленно поймет необходимость зашиты твоего уединения и примет нужные меры.
– Насколько ты в этом уверен? – Демон вопрошающе смотрел на него.
– Готов поставить свою жизнь.
– Твоя жизнь ничтожна по сравнению с моим удобством, – назидательно и совершенно серьезно сказал Демон.
– Но мой талант важен, если судить по нашей шкале ценностей, – возразил Бинк. – Он станет действовать в моих интересах и побудит Короля...
– Твой талант для меня – ничто. Я могу обратить его в противоположность, просто щелкнув пальцами. – И Демон в самом деле щелкнул пальцами. Раздался звук, похожий на взрыв бомбы-вишни. Бинк с ужасом ощутил, как внутри него что-то произошло. – Однако твой вызов меня заинтриговал. Он включает определенный элемент случайности, который не может появиться, когда вызов бросаю я сам Следовательно, я должен позволить себе удовольствие до определенной степени заменить другого. Ты сказал, что готов поставить жизнь на свою способность сохранять мое уединение. Вообще-то это несущественно, потому что твоя жизнь уже завершилась, но – я согласен. Заключаем пари?
– Да! – кивнул Бинк. – Если таким образом можно спасти моих друзей. Я готов на любые...
– Бинк, мае это не нравится, – сказала Чери.
– Вот – испытательный полигон. – Демон указал на огромное круглое углубление, появившееся по мановению его руки. Вертикальные каменные стены его были слишком высокими и гладкими, чтобы по ним взобраться; по окружности располагалось шесть дверей. – А вот и незваный гость. – В углублении, в самом его центре, на полу появился монстр – минотавр с головой, хвостом и копытами быка и телом очень сильного человека. – Если он выберется из этой камеры живым, то нарушит мое уединение. Ты должен остановить его, если сможешь.
– Идет! – крикнул Бинк и спрыгнул на арену, на коду выхватывая меч.
Минотавр равнодушно посмотрел на него.
Возвращение магии ободрило Бинка – он снова ощутил себя сильным (а слабаком он и не был никогда). Мускулы рук выпирали сквозь драную рубашку; тело было сбалансированным и послушным. Меч повиновался ему на редкость хорошо, он теперь опять был легким; зачарованное лезвие сверкало.
Но что это?.. Монстр, кажется, решил не доставить ему удовольствия от схватки?.. Вот он резко повернулся на копыте и зашагал к дальнему от Бинка выходу.
Бинк бросился вдогонку.
– Повернись и сражайся, как положено бойцу! – крикнул он, не желая наносить удар в спину.
Однако монстр не отозвался и побежал. Но Бинк оказался проворнее его и перехватил минотавра уже возле самого выхода. Он дернул его за хвост, заставив врезаться в стену. И тут же приставил меч к его горлу.
– Сдавайся!
Минотавр странно замерцал всем телом и... превратился в огромное насекомое с гигантскими клешнями, жалом и мандибулами. Испуганный одним только этим видом, Бинк шагнул назад. Он, получалось, приготовился сражаться с магическим монстром, который мог по желанию принять любой облик! Задача оказалась гораздо более серьезной, чем он, до своей наивности, мог вообразить.
Какой же он был болван, когда угрожал своему противнику мечом и предлагал сдаться! Наверняка, в случае проигрыша, это существо, как и сам Бинк, обречено умереть. «И его надо убить быстро, пока он не убил меня!» – мелькнуло в голове Бинка. Или пока он не вырвался отсюда, что приведет к тому же исходу.
Пока он соображал, насекомое заспешило к выходу. Размахивая мечом, Бинк кинулся за ним. Но противник следил зорко – следил своими страшными глазами на стебельках. Да, теперь это уже был огромный слизняк, ползущий по скользкой дорожке. Меч Бинка просвистел над головой слизняка, не причинив тому никакого вреда.
Однако он двигался быстрее любого натурального слизняка, даже очень большого. Бинк перепрыгнул через него и первым оказался у двери, загородив проход. Он тщательно прицелился, держа рукоятку обеими руками, и рубанул противника по голове, готовясь раздвоить его по длине. Но... клинок зазвенел, отскочив от панциря улитки. Монстр опять изменился, избрав простейший вариант для защиты. То ли ему было некогда, то ли не хватало воображения.
Бинк не дал ему времени задуматься и тут же нанес удар в отверстие панциря. На сей раз он попал – прямо в большую зеленую медузу. Лезвие прошло насквозь, не особенно потревожив этот комок слизи. Бинк высвободил меч, потянув его вверх, и с отвращением встряхнул клинком. Как можно убить кусок желе?
Он принюхался и узнал исходящий от существа запах: лимон. Лимонное желе. Съедобное или нет? И можно ли уничтожить монстра, съев его?
Пока он размышлял, монстр превратился в пурпурного стервятника, величиной с человека. Бинк метнулся к нему, пытаясь поразить, пока тот не улетел за пределы досягаемости... И поскользнулся на оставшейся кляксе желе. Какая сокрушительная случайность!
Случайность? Нет – это сработал его собственный талант, переключенный Демоном по небрежности на свою противоположность! Да, теперь эти кажущиеся случайности всегда будут работать против Бинка! Он сам стал своим злейшим врагом.
Но ведь он прекрасно справлялся с противниками, когда его талант почти целиком отключила магия Мозгового Коралла! А сейчас ему нужно свести к минимуму всякий элемент случайности. Талант никогда не проявлял себя открыто (это было запрещено ему) и терпеливо ждал возможности сработать. Значит, все, что Бинк станет делать, должно быть настолько филигранно продумано, чтобы для случайности не осталось никакой лазейки. И тогда талант не сможет действовать против него.
Птица не улетела, а побежала к центру арены. Бинк поднялся на ноги и направился следом, внимательно следя за каждым своим шагом. Вот камешек, о который он мог споткнуться; вот еще лужица слизи... Да, в первый раз он поскользнулся именно из-за беспечности. Надо избавиться и от нее!.. Но почему бы птице не взять да не улететь, пока Бинк так осторожно приближается к ней?
Скорее всего потому, что этот монстр не был Волшебником. Каждая принимаемая им форма имела приблизительно ту же массу и, по всему, была не способна летать. Хороший талант – ничего не скажешь, – но все же не из выдающихся; у него – определенные пределы. Король Трент мог превратить муху в хефаламфа, а червяка – в летающего дракона; размеры и функция не имели значения. Этот же монстр меняет только форму, но – не способности. Прекрасно!
Бинк стал подкрадываться к стервятнику, внимательно наблюдая за каждым его движением в сторону выхода. Чтобы убежать, ему необходимо повернуться к Бинку спиной и подставить, таким образом, ее под удар. Это уже не включает никаких элементов случайности! И потому – здесь его талант не мог ему помешать. В ранней юности, когда Бинк и не подозревал о своем таланте, он научился действовать самостоятельно, полагаясь исключительно на свои силы, а недавние события, когда его талант был то ли нейтрализован, то ли полностью устранен, помогли восстановить прежние навыки. И монстру все-таки придется сражаться, а не рассчитывать на случайный промах Бинка.
Неожиданно противник стал человеком – крупным и сильным дикарем с всклокоченными волосами и в драной одежде. В руке он держал сверкающий меч, и было видно что он умеет с ним обращаться. Лицо дикаря показалось знакомым...
Да это же... это же его собственная копия! Монстр явно поумнел и решил выставить меч против меча.
– Достаточно честно! – воскликнул Бинк и пошел в атаку.
Как он и предполагал, фехтовал монстр плохо. Он мог походить на Бинка лицам и фигурой, но – не сражаться, как он. Скоро схватке конец!
Бинк сделал финт, зацепил меч противника и выбил из рук. А затем – прижал его к стене, готовый прикончить.
– Бинк! – отчаянно воскликнул за его спиной женский голос.
Бинк узнал его – Перл! Перл, вызванная чарами Демона! И она, конечно, появилась в самый неподходящий момент. Тут определенно сработал его вывернутый наизнанку талант, вмешавшись как раз вовремя, чтобы спасти противника. И если Бинк не начнет действовать немедленно...
– Бинк! – снова крикнула она и прыгнула на арену, бросаясь между ним и монстром. От нее пахло летней грозой. – Ну почему ты не остался в безопасном месте, подальше от этих пещер? – Тут она изумленно замерла. – Вы – оба Бинки?!
– Нет, он – монстр! – сказал монстр, опередив Бинка. – Он хочет убить безоружного!
– Какой позор! – вспыхнула Перл, возмущенно обернувшись к Бинку. Гроза превратилась в ураган, и от нимфы запахло пылью, дождем со снегом и битым кирпичом. – Изыди, монстр!
– Идем отсюда, – сказал монстр, беря ее под руку и направляясь к выходу.
– Чтоб ее раздуло! – крикнула сверху Чери. – Уберите отсюда эту дуру-нимфу!
Но Перл осталась возле хитрого монстра – она вела его в безопасное место. Она не предполагала, что идет к собственному несчастью, размеры которого не могла даже вообразить. Бинк точно окаменел, не в силах заставить себя действовать против нимфы.
– Бинк! Если ты его упустишь, она тоже умрет! – завопила Чери.
Это вывело его из оцепенения. Бинк догнал удалявшуюся пару, обхватил их и повалил на землю. Он собирался разъединить их, пронзить мечом монстра, а затем объясниться с нимфой.
Но – распрямившись, он увидел, что перед ним уже две нимфы: монстр принял облик Перл... И их было невозможно различить...
Он вскочил на ноги с мечом наготове.
– Перл! Назови себя! – потребовал он.
Монстр вряд ли был достаточно умен, чтобы додуматься до такой хитрости сам – мысль о столь коварной смене внешности наверняка ему подсказал талант Бинка. Бинк не дал ему возможности подловить себя на случайности, поэтому он стал действовать в пользу монстра. Совпадения бывают самыми неожиданными!
– Я! – одновременно крикнули обе нимфы, поднимаясь с пола.
О, даже голоса одинаковые!
– Перл! Я сражаюсь с лукавым монстром, то и дело – меняющим облик! – Он обращался сразу к обеим. – Если я не убью его – он убьет меня. Или – или. Мне нужно знать, кто из вас он?
Если, разумеется, монстр мужского пола. Бинку пришлось это предположить, потому что он не хотел убивать женщину.
– Он! – воскликнули обе нимфы, указывая друг на дружку. В воздухе растекся запах тухлой капусты. Обе попятились – и от него, и друг от друга.
Все хуже и хуже! Теперь его талант накрепко вцепился в своего хозяина, твердо решив не дать ему победить. И все-таки Бинку нужно убить монстра, никак не повредив Перл. Он уже не мог себе позволить тыкать мечом наугад.
Нимфы направились к разным выходам. Обеих было уже не поймать – поздно! От выбора Бинка зависела и его судьба, и судьба его друзей, но злосчастный талант наверняка не позволит ему выбрать правильно. И неважно, кого он выберет – он так или иначе ошибется. В любом случае. Но и не делать выбора – значит, тоже погубить себя.
Бинк понял, что единственный надежный выход – убить обеих. И монстра, и нимфу-женщину, которая его любит. Кошмарное решение!
Если только он хитростью не вынудит монстра выдать себя.
– Ты монстр! – крикнул Бинк и бросился на нимфу, что была справа.
Она кинула взгляд через плечо, увидела его с мечом и завопила от смертельного ужаса. И Бинк сразу же ощутил концентрат этого ужаса – сильный залах драконьего дыхания.
Он описал мечом дугу, не тронув прикрывшуюся руками нимфу, и метнул его во вторую, которая успела добежать почти до выхода, в ту самую, что была, по его мнению, истинным монстром.
Но нимфа рядом с ним от страха взмахнула руками и задела руку Бинка в тот момент, когда он метал оружие, – меч пролетел мимо цели. Так и есть – опять сработал его талант: воспользовался другом Бинка, чтобы он не поразил врага!
Но то еще был не финал. Монстр, заметив приближающийся меч, бросился в сторону и... угодил прямо под него. Клинок насквозь пронзил грудь – таковы были сила броска и скрытые в мече чары.
Монстр упал. Два невезения подряд исключили друг друга.
А Бинк тем временем прыгнул к Перл и повалил ее на пол.
– Прости, – сказал он. – Я был вынужден это сделать, чтобы убедиться...
– Ничего. Все в порядке, – отозвалась она, с трудом поднимаясь.
Бинк помог ей, подхватив под локоть. Но глаза нимфы не отрывались от мертвого или умирающего монстра. Любопытно, какова его естественная форма?
Монстр не изменился – он и сейчас выглядел в точности, как Перл, – полногрудая, с тонкой талией, пышными бедрами, идеальными ногами и блестящими волосами... А торчащий из груди меч продолжала омывать кровь. Странно... Если монстр смертельно ранен, то почему он не видоизменяется?.. А если жив, то что ж не поднимается и не пытается убежать?
Перл шагнула в сторону.
– Пусти, Бинк, мне нужно почиститься, – сказала она.
Сейчас она ничем не пахла.
Ничем не пахла?
– А ну-ка запахни чем-нибудь! – повелительно возвысил он голос и крепко схватил ее за руку.
– Отпусти, Бинк! – крикнула она и рванулась к выходу.
– Запахни! – рявкнул он, выворачивая ей руку за спину.
И внезапно оказалось, что он держится за хищное дерево. Лианы стали изгибаться, подобно змеям, норовя обхватить его, но в них не было цепкости и силы настоящего дерева. Молниеносным приемом Бинк прижал щупальца к стволу...
Дерево стало приземистым морским змеем. Бинк попытался заломить ему голову... Змей превратился в двухголового волка, челюсти которого защелкали возле самых ушей Бинка. Он сжал общую шею этих голов сильнее – он был согласен ради победы пожертвовать и ухом... Волк превратился в злобно рычащую исполинскую тигровую лилию, и Бинк начал ломать ее стебель...
Наконец монстр стал колючим кактусом. В лицо и руки Бинка впились острые иглы – но он не отпустил противника. Боль была ужасной, однако он знал, что если даст врагу хоть малейшее послабление, тот трансформируется в нечто такое, что невозможно будет схватить, а то и талант его подстроит очередную каверзу и позволит противнику ускользнуть. К тому же Бинка переполнял гнев: из-за этого подлого существа он убил ни в чем не повинную нимфу, которой не повезло лишь потому, что она его любила. А ведь он думал уже, что все несчастья позади...
О, какой страшной силой, оказывается, мог быть его талант!
Руки и лицо Бинка кровоточили, одна из игл чуть не проткнула глаз. Но он продолжал стискивать кактус с яростной ненавистью, пока из него не потекла белая жидкость.
Существо расползлось лужей вонючей слизи – Бинку не за что больше было его удерживать. Тогда он принялся раздирать слизь руками, расшвыривая ее по арене большими комками и растаптывая их ногами. Сможет ли монстр выдержать такое ужасное расчленение?..
– Довольно, – произнес Демон. – Ты одолел его.
Он небрежно махнул рукой, и Бинк внезапно снова стал здоров и чист, без единой царапины на теле. Одновременно каким-то неведомым чувством он понял, что и талант его возвратился в прежнее состояние. Демон проверял его, а не его талант. Да, Бинк победил! Но – какой ценой?!
Он подбежал к лежащей Перл – ему тут же припомнилось, как некогда так же беспомощно распростерлась на земле Хэмели, получив похожую рану... Хэмели в тот раз ранил Злой Волшебник, а сейчас виновником стал он, Бинк.
– Ты желаешь ее? – спросил Демон. – В таком случае, забирай с собой.
И Перл тут же поднялась живой и невредимой, и запахло гортензиями, как будто ее только что обрызгали целительным эликсиром.
– О Бинк! – воскликнула она и... убежала с арены.
– Пусть идет, – мудро заметила Чери. – Только время способно залечить невидимые раны.
– Но как же я могу допустить, чтобы она думала, что я намеренно...
– Она знает, что ты не хотел причинить ей вреда, Бинк. Или поймет, когда поразмыслит спокойно. Но она также знает, что ей не суждено остаться с тобой. Она – существо пещер, и открытость верхнего мира приведет ее к полной растерянности и беспомощности. Даже не будь ты женат, она не смогла бы – ради тебя – покинуть свой дом. А теперь, когда ты в безопасности, ей нужно уйти.
Бинк долго смотрел в ту сторону, куда скрылась нимфа...
– Как жаль, как невероятно жаль, что я ничего не могу сделать!
– Оставь, Бинк, ее в покое, – твердо произнесла Чери. – Она должна сама устроить свою жизнь.
– Отличный лошадиный совет, – согласно кивнул Гранди.
– Я разрешаю тебе выполнять работу, о которой мы говорили, – сказал Демон, глядя на Бинка. – Выполнять по-твоему. Меня не волнуют ни ты, ни твое благополучие, но – я уважаю условия пари. От вашего общества я хочу лишь одного: никто не должен проникать в мои владения. Если подобное случится, я буду вынужден принять меры, о которых вы, несомненно, весьма пожалеете. Например, я могу стерилизовать поверхность вашей планеты сплошной полосой огня. Ну – и так далее... Итак, выразил ли я свои условия в форме, доступной для усвоения твоим примитивным интеллектом?
Бинк вовсе не считал свой интеллект примитивным по сравнению с интеллектом Демона. Да, конечно: он – существо всемогущее, но вряд ли – всезнающее. Однако в данный момент, по всей вероятности, не следует указывать на это.
Бинк не сомневался, что Демон способен и может уничтожить всю жизнь в Ксанте, – если разнервничается, когда его потревожат. Поэтому и в личных интересах Бинка, и в интересах всего общества – сохранить его уединение и следить за тем, чтобы всякие идиоты (вроде него самого) ни коим образом не лезли в Демону. Нет сомнения, что талант Бинка позаботится и об этом. О чем демон, безусловно, осведомлен.
– Да! – решительно и спокойно ответил Бинк.
Внезапно его подстегнула новая настойчивая мысль.
– Демон! – сказал он. – Твое уединение будет гораздо более полным и комфортным и охранять его будет легче и приятнее, если под ногами не станут путаться всякие там пропавшие Волшебники или маринованные кентавры.
– Бинк, ты – гений! – встрепенулась Чери.
– Ах, этот Волшебник... – Ксант протянул руку сквозь потолок и вытащил отвратительный скелет. – Этот, что ли? Если хочешь, я его оживлю!
Когда у Бинка прошел первый шок, он увидел, что для Хамфри скелет великоват.
– Вроде – не этот, – не без облегчения пролепетал он. – Поменьше... Примерно, как у гнома. И, конечно, чтобы живой...
– Может быть, этот? – Ксант на сей раз сунул руку в стену и извлек... Доброго Волшебника Хамфри – помятого, растрепанного, но живого.
– Ты вспомнил обо мне как раз вовремя, – буркнул Хамфри, хмуро озираясь. – Там, под грудой камней у меня уже кончался воздух...
Затем Демон сунул руку сквозь пол и достал... Честера, упакованного в блестящий пузырь озерной воды. Когда он поставил кентавра на дол, пузырь лопнул, н вода мгновенно испарилась.
Честер удивленно огляделся.
– Так, значит, ты отправился без меня купаться! – сурово проговорила Чери. – Я, как дура, сижу дома, нянчу твоего жеребенка, а ты в это время шляешься...
– Я шляюсь как раз из-за того, что все время ты тратишь на жеребенка! – сумрачно отозвался Честер.
– Прошу вас, не надо... – Бинк страдальчески сморщился.
– Не лезь! – прошептала ему Чери, подмигнув. И сразу же набросилась на Честера. – Да потому, что он – такой же, как и ты! Я не могу помешать тебе рисковать твоим дурацким хвостом, не могу отвадить от всяких никчемных и опасных авантюр, потому что ты – уже большой и глупый жеребенок! Но у меня, по крайней мере, есть он, чтобы напоминать о...
– Если бы ты обращала на меня хоть какое-то внимание, я поменьше бы лез в эти, по твоим словам, никчемные авантюры и больше бы сидел дома! – досадливо огрызнулся Честер.
– Ладно! – сказала Чери. – Я стану уделять тебе больше внимания, лошадиная голова...
Арена растаяла; они все оказались в небольшой, уютной комнате, но это, похоже, никого уже не удивило.
– Ты слышал? – Чери требовательно смотрела на своего супруга. – Ты мне нужен.
– В самом деле? – Честер взирал на нее и с сомнением, и с благодарностью одновременно. – Для чего нужен?
– Да для того, дуралей, чтобы сделать еще одного жеребеночка! Такого, который будет похож на меня. И ты смог бы с ним гулять...
– Вот это правильно! – согласился он, просияв. – Не начать ли нам прямо сейчас? – Тут он словно вспомнил, где находится, смущенно огляделся и даже покраснел. – Гм... по-видимому, чуть попозже...
– С Четом ты тоже смог бы как-нибудь прогуляться, – продолжала она. – Помог бы ему отыскать его талант. – Ей наверняка было нелегко произнести это слово, но, во всяком случае, голосом она себя не выдала.
Честер был крайне изумлен.
– Его та... Неужели ты...
– Ах, брось, Честер! – Она фыркнула. – Сам ты можешь ошибаться десять раз на дню. А я – неужели у меня нет права хотя бы разок ошибиться?! Я вовсе не утверждаю, что мне это ой как нравится! Но если уж магия передается у кентавров по наследству, то – что ж! Мне просто придется смириться, только и всего. В конце концов, магия тоже кое на что годится. Вот, пожалуйста: она мне вернула тебя! – Она помолчала, искоса поглядывая на супруга. – Знаешь, я не отказалась бы немножко послушать флейту...
Удивленный Честер вытаращился на нее, затем – на Бинка... Ему стало ясно, что тот проболтался.
– По-видимому, это можно будет устроить, – ответил он сдержанно. – Где-нибудь в достойном уединении. Как-никак, а мы все же – кентавры.
– Какой же ты упрямец! – сказала Чери, махнув на него хвостом.
Бинк улыбнулся: когда Чери усваивала урок, то это у нее получалось замечательно!
– Хоть все это и было очень скучно, – проговорил Демон, – но, как я вижу, теперь ситуация устраивает всех. И если вы готовы исчезнуть и никогда больше не появляться...
Однако Бинк еще не был полностью удовлетворен. К тому же, он не вполне доверял Демону. Ну откуда у того вдруг такое великодушие?
– Ты в самом деле, – спросил он, – не будешь иметь никаких претензий, если тебя навсегда отгородят Щитом от нашего общества?
– Бы не в состоянии отгородить Щитом меня! – заявил Демон. – Я есть Источник Магии. Вы можете отгородиться лишь сами. А я буду наблюдать и вмешаюсь, когда пожелаю. Разумеется, скорее всего – никогда, потому что ваше общество меня очень мало интересует. Как только вы уйдете, я про вас забуду.
– Ты хотя бы отблагодарил Бинка за то, что он тебя освободил! – укоризненно напомнила Чери.
– Я отблагодарил его уже тем, что сохранил ему его ничтожную жизнь, – сказал Ксант.
Можно было подумать, что Демон раздражен, но – Бинк знал, что это совсем не так.
– Он заработал свою жизнь! – возмутилась она. – Ты ему должен гораздо больше!
– Не выводи его из себя! – негромко и настороженно предупредил Бинк. – Он может превратить нас в ничто, просто моргнув.
– Даже не моргая, – согласился Демон, и его веко слегка дернулось.
– Знаешь что! Бинк тоже мог оставить тебя гнить в пещере еще тысячу лет! И – тоже не моргнув! – бесстрашно крикнула Чери. – Но он этого не сделал, не оставил! Потому что у него есть то, чего тебе никогда не понять! У него есть – человечность!
– Кобыла... Ты заинтриговала меня, – проворчал Ксант. – Верно, что я всемогущ, но не всеведущ. Но полагаю, что могу понять человеческие мотивы, если сосредоточусь.