- -
- 100%
- +
– Э…хм, – удивительная у Вас семья, – поразился зельевар, – как же, позвольте узнать, Вам удалось…вырваться, мисс?
– Я долго разговаривала со своим тренером – это маггловский учитель физкультуры…
– Мне известно значение слова «тренер», – холодно произнёс Северус.
– Прошу прощения, сэр, многие не знают. И он сказал, если судьба даёт шанс, надо непременно им воспользоваться. Потому что лучше жалеть о том, что произошло, чем о том, чего не случилось.
– Удивительно мудрый у Вас тренер, мисс…
– Да, мне с ним очень повезло, хотя он говорит, что всё как раз наоборот…Он же помог мне деньгами, и провожал меня на «Хогвартс-экспресс» тоже он.
– И Вы решились…
– О нет, профессор, сэр, я долго сомневалась! А потом увидела во сне…Вас…
– Меня? – Северус решил, что это какая-то нелепая шутка, но глаза Принц вдруг засветились таким неподдельным счастьем:
– Да! Вы протянули мне руку, она была …такая крепкая, надёжная и…тёплая… (зельевар смутился), а потом Вы…Вы… улыбнулись мне, – щёки девочки порозовели.
– Но как Вы связали этот сон с Хогвартсом, – внезапно севшим голосом, досадуя на себя, выдавил Северус.
– Ваша мантия, сэр. Вы были одеты так же, как и тот забавный старичок, который уговаривал моих родителей отпустить меня в школу колдовства.
– При распределении, – зельевар постарался, чтобы его голос прозвучал ровно, без эмоций и излишнего любопытства, – Вы долго занимали Распределяющую шляпу…
– Я рассказала ей о Вас и Шляпа решила, что мне надо в Слизерин, но, – Принц ещё ниже опустила голову, – я сказала, …я просто была уверена, …что такой…обязательно в Гриффиндоре…я узнала про Гриффиндор в поезде, …шляпа никогда не ошибается…была права…, – девочка измельчила злосчастные корешки до состояния неосязаемости.
(Зачем ты её об этом спросил?! Да провалиться бы сквозь землю!)
– Но вы же понимаете, мисс Принц, это только сон. В снах мы склонны истолковывать события…э-э-э, несколько превратно…
Внезапно Принц подняла голову, в глазах её стояли слёзы:
– Простите меня, профессор, я виновата, – закричала она в лицо ошеломлённому Северусу, – нельзя было это говорить. Мама всегда повторяла мне, что правда – это не то блюдо, которое любят заказывать!
Зельевар подошёл ближе, кончиком волшебной палочки приподнял подбородок зарёванной ученицы, заглянул ей в глаза:
– Мисс Принц, – торжественно начал он, – я прошу Вас дать слово, что вы никогда, никому и ни при каких обстоятельствах не будете рассказывать своих снов. Любых. С участием известных, либо неизвестных Вам личностей. Это не просто неосторожно с Вашей стороны, но и небезопасно. Не только для Вас, но и для участников Ваших снов – магический мир не игрушка, которую можно наигравшись отбросить прочь: каждая линия жизни здесь тесно связана со всем миром, каждая судьба предопределена и ошибка – любая – может привести к смерти. Не разбрасывайтесь так неосторожно своими тайнами.
Девчонка молча кивнула, словно заворожённая его голосом и взглядом чёрных глаз, похожих на огромные тёмные тоннели:
– Да, сэр, я поняла, кажется…
– А если поняли – заканчивайте своё задание. И ещё один совет напоследок: будьте благоразумны, мисс – не разбрасывайтесь и тайнами, доверенными Вам.
***
Глава 4. Никогда не дружи со Слизерином
Сегодня гостиная Гриффиндора была до отказа заполнена учениками и Тиана осторожно проскользнула вдоль свободной стены к лестнице, ведущей наверх. Здесь она столкнулась с близнецами и Анджелиной, которые нарядились так, словно отправлялись в гости к Снежной Королеве.
– Куда вы? И что вообще здесь происходит?
Джордж махнул рукой:
– Долго рассказывать! Одевайся и быстрей вниз – мы подождём тебя, но недолго – надо успеть занять хорошие места на трибуне.
– Сегодня отборочные для гриффиндорской квиддичной команды, – пояснила Анджелина после того, как Принц, вихрем промчавшись по спальне, наскоро похватала первые попавшие под руку вещи и таким же вихрем скатилась по лестнице.
– А…?
– Объяснять долго, – выкрикнул Фред, – сейчас сама всё увидишь.
Близнецы и Анджелина жадно ловили каждое движение потенциальных игроков.
– Жаль, что первокурсников не принимают в команду! – Раздосадованно воскликнул Фред.
– А почему? – Заинтересовалась Тиана.
– Не знаю. И никто не знает. Но это – закон.
– Наверное, боятся, что первокурсники могут получить травму, свалившись с метлы, – продолжала рассуждать Принц.
– Да ерунда все эти травмы, – отмахнулся Фред, словно Тиана была какой-то чрезвычайно назойливой пчелой, неопасной, но приставучей, – мадам Помфри вылечит все эти глупые травмы на раз-два-три! И снова будешь, как новенький – вспомни Паркинсона с его зубами. А уж если дело доходит до чего-то жутко серьёзного, – Фред понизил голос и говорил сейчас совсем тихо, хотя на трибунах до их разговоров никому и дела не было, – отравления там, или какого-то проклятия, тогда зовут Снейпа – он же тёмный колдун. Перси рассказывал, что не было ещё ни разу случая, чтобы Снейп не справился…
– Тёмный колдун?!
– Ну да. Все тёмные колдуны и ведьмы учились в Слизерине. А ты не знала?
– Откуда?! Ты забыл, наверное, что я – маггла?! – Последние слова девочка выкрикнула так яростно, что на неё обернулись сидящие в предыдущих рядах.
– Да тише ты! Ты не маггла, а магглорождённая. Это – разные вещи. И не надо так кричать, словно в тебя угодил бладжер.
– А самое главное – никогда ученики других факультетов не дружили со Слизеринцами! – Поддержал брата Джордж.
– Почему? – Растерялась Тиана, – что в этом плохого?
– Во-первых, все слизеринцы – мерзкие и подлые, а во-вторых, они и друг с другом-то дружить не умеют – их раздувает от гордости за свои чистокровные семьи – никак не определятся, какая из них знатнее.
– Да я бы лучше с древесной лягушкой подружился, чем со слизеринцем, – добавил подсевший к компании Ли Джордан, услышав последнюю фразу Фреда Уизли.
За эмоциональным обсуждением никто не заметил, как Тиана покинула трибуну.
Девочка безуспешно пыталась усмирить бурю, бушующую внутри, но буря не сдавалась, и маленькая маггла в отчаянии залилась слезами. Как всё было просто дома и как непонятно здесь! Злобные коварные слизеринцы, из которых потом вырастают тёмные колдуны… («Никогда ученики других факультетов не дружили со Слизеринцами!» – Вспомнила она слова Джорджа). Какая же я дура! Придумала красивую сказку про добрых волшебников! А они ни разу не добрые!
Тиана не видела, куда идёт – слёзы застилали глаза – и, как и следовало ожидать, – в кого-то врезалась. Крепко так. С размаху. Но это было ещё не самое плохое – по самому наиподлейшему стечению обстоятельств, объектом, в который врезалась девочка, оказался не кто иной, как Снейп.
Девочка приготовилась услышать очередную гневную тираду зельевара, но что-то вдруг взорвалось внутри, наверное, наивная сказочка разлетелась на тысячу мелких кусочков, и Тиана закричала:
– Да, это я толкнула Вас! Лучше убейте меня сразу, я больше не выдержу Ваших нравоучений – они разбивают мне сердце!
Гриффиндорка зарыдала. Ей было всё равно, что скажет декан Слизерина и сколько баллов он снимет с факультета за её непослушание. Сегодня же она соберёт вещи и навсегда покинет этот угрюмый Хогвартс, кишмя кишащий интригами и тёмными колдунами. Вот только…почему Снейп молчит? Девочка открыла глаза. Зельевар, осторожно оглядевшись по сторонам, аккуратно ухватил Тиану за предплечье и переместил под арочный свод пристройки. Внимательно глядя в глаза обычно жизнерадостного, а сейчас такого несчастного колобка, он спросил:
– Вас кто-то обидел, мисс Принц?
И от этого вопроса, и от того, что декан Слизерина повёл себя вопреки ожидаемого, плакать захотелось ещё больше:
– Да! Да! – Закричала девочка, хаотично размахивая руками перед носом Северуса, – все! Все вы меня обидели! А больше всех я сама себя обидела!!! Я придумала! Я всё себе придумала! Нет никакого волшебного королевства!.. И нельзя дружить со Слизерином!.. Какие же вы все…, – Тиана махнула рукой, отвернулась и уже из-за спины продолжила:
– Дома я – ведьма, здесь – маггла. Как с этим жить? Как мне жить, профессор Северус? – Внезапно девочка развернулась и взглянула в лицо зельевара своими зелёными глазами, – Вы позвали меня в Хогвартс, но не сказали, как жить…
Северус нахмурился. Как это всё знакомо… Рассказать о том, что он тоже испытывал подобное когда-то? Растерянный полукровка, погрузившийся в изучение тёмных искусств, чтобы доказать, что тоже чего-то сто́ит в волшебном мире.
– Каждый ищет свою дорогу сам. Ошибается, возможно, но сам, чтобы не было соблазна обвинить кого-то в своих бедах…Скажу одно – с Вами заключён магический контракт при рождении, это значит Вам суждено жить среди магов. Чем раньше Вы это примете, тем лучше для Вас. Держитесь, мисс Принц, у Вас крепкий характер.
***
Наутро, рядом с улыбающейся рожицей, которую Тиана намеревалась снять, кто-то прикрепил цветок чертополоха – символ стойкости и упорства. Кажется, девочка догадывалась, кем был этот кто-то.
Наступил ноябрь – холодный и промозглый. Тиана никак не могла понять, почему руководство школы выбрало именно этот месяц для соревнований по квиддичу – как можно было удержаться на холодной и скользкой метле, да ещё при этом уворачиваться от бладжеров, бросать квофлы…Девочка поёжилась, только представив себе, что оказалась на поле, а кому-то предстояло сегодня там играть!
На поле вывалилась команда Слизерина в форме цветов своего дома – все как на подбор высокие здоровяки. Команда Гриффиндора явно проигрывала им в росте и комплекции.
– На поле команда Слизерина – шесть лет без поражений! Знаменитый рекорд Хогвартса! – Заорал комментатор, которым был опять-таки слизеринец.
Ли Джордан не моргая, уставился на комментатора. Если бы взгляд обладал способностью прожигать дыры, самодовольный слизеринец уже напоминал бы сито.
– Акэль Мортимер уже семикурсник. На будущий год место комментатора освобождается. Я обязательно поговорю с МакГоннагал.
– И, конечно же, наш непревзойдённый капитан, – продолжал надрываться комментатор, – Маркус Флинт!
На трибуне слизеринцев зааплодировали. Флинт улыбнулся, обнажив страшные кривые зубы.
– На месте команды Гриффиндора, я бы уже поворачивал обратно.
– Вы не на месте команды Гриффиндора, Мортимер, – пресекла обидные речи МакГоннагал.
Первокурсникам достались не очень хорошие места – выгодные ряды заняли более расторопные учащиеся старших курсов, но даже со своего места Тиана могла видеть насколько грубой и нечестной была игра слизеринской команды. Особенно отличался Вудроу Барнет – один из загонщиков, настолько огромный, что Тиана удивлялась, как он смог уместиться на метле. Барнет неотрывно находился у гриффиндорской команды и постоянно размахивал битой, не заботясь о том, куда попадёт, поэтому гриффиндорцам приходилось уворачиваться не только от бладжера, но и от биты Барнета, что было не так просто, и один из гриффиндорских загонщиков уже получил битой по лицу. Ворота Гриффиндора защищал расторопный третьекурсник Оливер Прут, который, зорко глядя по сторонам в ожидании квофла, успевал раздавать советы и указания пролетавшим мимо игрокам своей команды. Фред сообщил по секрету, что на будущий год капитаном команды, скорее всего, выберут его.
Старший из близнецов Уизли обладал столькими тайнами и секретами, что Тиана испугалась, что однажды его мозг взорвётся, не поместив очередную особенно тайную тайну или невероятно секретный секрет. Впрочем, хранителем чужих тайн Фреда можно было назвать с очень большой натяжкой: он щедро делился ими со всеми желающими слушать, наверное, действительно опасаясь за здоровье своего мозга. Узнавая от Фреда очередную «страшную тайну», девочка успокаивала себя тем, что эти тайны не были совсем уж тайнами, так, секретиками до поры, ну и ещё тем, что она-то никому про них не расскажет.
Внезапно раздался крик и одновременно с ним на слизеринской трибуне засвистели и заулюлюкали, а над квиддичным полем загремел голос комментатора:
– Растяпа-Прут, дырявый котёл, – такими эпитетами сегодня обзаводится вратарь команды Гриффиндора за поразившую всех нас несостоятельность в игре.
– Замолчите, Мортимер, – воскликнула МакГоннагал. Подобрав полы мантии, она быстро спускалась вниз.
Гриффиндорцы яростно завыли. Тиана посмотрела, куда указывал Фред: загонщики Грифиндорской команды осторожно опускали на землю Прута – лицо у него было залито кровью.
– Тролль поганый, – яростно кричал кто-то, потрясая кулаком в сторону Барнета.
Оказывается, он специально караулил вратаря и, якобы промахнувшись по бладжеру, неожиданно нанёс Оливеру сокрушительный удар. Этим немедленно воспользовался гончий слизеринской команды, забросив квофл в никем не охраняемое кольцо.
***
Глава 5. Тебе здесь не место
Все остальные матчи Слизерина были похожи на первый так, словно их делали под копирку. На последний, Слизерин-Хаффлпафф, Тиана не пошла – не было смысла, когда результат уже предугадан, тем более, учитывая реплики, которыми обменялись старшекурсники, у команды Хаффлпаффа уже давно не было сильных игроков.
Матч завершился достаточно быстро, и когда Тиана по уже сложившейся привычке спускалась в кабинет Филча, в коридор ввалилась толпа раздувшихся от гордости слизеринцев. Впереди шагал Флинт, потрясая кубком школы. Увидев одинокую первокурсницу Гриффиндора, толпа обрадовалась удачно подвернувшемуся развлечению.
– Эй, с каких это пор грязнокровки шастают по нашему подземелью? – напыжился Нобилис Нотт.
– Надо сказать Филчу, чтобы получше отмыли полы после этой помоечной крысы, – завизжала его сестра.
Тиана понимала, что один в поле не воин, помощи ждать было неоткуда, поэтому избрала выжидательную тактику: в волшебном мире, бывает, неожиданно случаются настолько волшебные происшествия…Удивительно, но она повторяла про себя: «Пивз, миленький, ну где же ты? Со своими прекрасными чернильными пульками и навозными бомбочками!». К огромному сожалению, у Пивза, вероятно, нашлись дела поважнее.
Загонщик слизеринской команды Барнет с выражением крайней брезгливости на тупом лице двумя пальцами ухватил гриффиндорку за воротник мантии:
– И вообще – валила бы ты из Хогвартса – тебе здесь не место.
– Что ты таскаешься за профессором Снейпом, гадина? Надеешься, что у тебя когда-нибудь, возможно, наверное, получится какое-нибудь зелье? И профессор похвалит гриффиндорскую дурочку? Не надейся – у таких как ты мозгов не хватит, – изливалась ядом Тэнэбра.
– А может, она в него влюбилась? – Начал кривляться самый неприметный слизеринец, которому от Тианы частенько перепадало в регулярных стычках противоборствующих факультетов. Но сейчас девчонка была одна против целого факультета, и паршивец понимал, что может глумиться безнаказанно.
– Наш декан не такой дурак, чтобы отвечать взаимностью какому-то вонючему грязнокровому выродку! – Громогласно, словно он снова комментировал матч, заключил Мортимер. Его голос, и так достаточно громкий и зычный, прозвучал отчётливо ещё и потому, как оказалось, что внезапно наступила полная тишина.
– Продолжайте, Мортимер. Мы внимательно Вас слушаем, – Снейп сказал это негромко, в свойственной ему манере, но Акэль вдруг словно уменьшился в росте и севшим голосом прошептал:
– Да я просто хотел сказать, сэр, что подземелья – это вотчина Слизерина…
– Совершенно с Вами согласен, Мортимер, поэтому прошу не создавать толчеи и организованно, как и подобает студентам факультета, который в очередной раз выиграл кубок школы, направиться в свою вотчину.
Слизеринцы потянулись ко входу в свою гостиную. Барнет отпустил воротник гриффиндорки и, брезгливо сморщив лицо, вытер пальцы о полу мантии.
– Профессор, – заюлила Тэнэбра, – я как раз ждала Вас, чтобы задать несколько вопросов. Понимаете, я обожаю зельеварение и хочу достичь максимальных успехов в этом предмете…
Северус заметил гриффиндорку:
– Вы что-то хотели спросить, мисс Принц?
Нотт перекосило от злости. Усилием воли она удерживала на лице оскал, имитирующий улыбку.
– Боюсь, мои вопросы помешают достижению максимальных успехов, сэр. Тэнэбра не сможет сварить преображающее зелье и никогда не станет красавицей.
Широко и максимально радушно улыбнувшись слизеринке, Тиана быстро удалилась. Только завернув за угол, она остановилась и, прислонившись к стене, перевела дух. Внезапно из-за пыльной портьеры вынырнул Пивз. Кривляясь, он запустил в девочку куском мела, но не на ту напал – гриффиндорка ловко перехватила злосчастный кусок и запустила обратно:
– Где ты был, когда был так нужен? Предатель! Предатель! – Яростно выпалила она ошеломлённому полтергейсту и побежала прочь.
– Сафсем сумасечая пейвокласька, – озадачился полтергейст, вновь скрываясь за портьерой.
***
– Мы ещё посмотрим, кому здесь не место, – яростно бормотала гриффиндорка, торопясь по коридору в свою гостиную, – и профессор тоже хорош – воспитал стаю…
Здесь она задумалась. Когда-то она спросила у отца, в чём же состоит счастье. Он указал на стаю собак, прибившуюся к автомастерской. Эта стая приняла замурзанного несчастного пса. Через неделю он отъелся и держался уверенно. Отец тогда сказал: «Чтобы стать счастливым надо найти свою стаю»…
Хорошо сказано. Вот только как её найти, если справа у тебя магия, а слева – обычная маггловская жизнь. Она не встретила на первом курсе Гриффиндора ни одного магглорождённого. Никого с кем можно было бы обсудить эту проблему. Хорошо детям из волшебных семей – у них-то всё просто, как взмах волшебной палочки. Девочка решила не ходить пока в гостиную. В конце концов не пристало спортсменке плакать из-за ерунды.
На пути оказался туалет для девочек. Тиана проскользнула внутрь и неожиданно обнаружила, что она не одна – с края кабинки на неё внимательно смотрела толстенькая прозрачная девочка в очках.
– Зачем ты сюда пришла? – Закричала та, – ещё одна, чтобы дразнить и издеваться?
– Тебя тоже дразнят? – Участливо спросила Тиана, – как тебя зовут?
– Я Миртл, – ответила девочка-привидение, – все зовут меня Плакса Миртл, когда хотят обидеть.
– А когда меня хотят обидеть, называют грязнокровкой, – поделилась Принц.
– Ой, – оживилась Миртл, – меня тоже звали грязнокровкой, – она помедлила, – эти, из Слизерина.
– И как ты при этом поступала? – Поинтересовалась Тиана.
Миртл смутилась:
– Я обижалась и плакала, потому что была глупой, – резко выкрикнула она, – а те, кто дразнил, смеялись и дразнили снова. Им это очень нравилось – дразнить того, кто не может ответить.
– Спасибо тебе, Миртл, – оживилась Тиана.
– За что? – Удивилась девочка-привидение.
– Ты такая умница, – похвалила она ошеломлённую Миртл, – нельзя показывать недругам свои слабости! До свидания! Мы ещё посмотрим, кому здесь не место!
Принц шла по коридору в гостиную, улыбаясь так, словно и не было этой отвратительной сцены в подземелье Слизерина, а, напротив, словно студенты Слизерина, все до единого, даже их декан, скинулись ей на огромный шоколадный торт.
***
Глава 6. Чертополох
«Рождённый под знаком чертополоха обыкновенно дерзок, злопамятен, упрям и высокомерен. В то же время, обладая сильной волей, всегда достигает желаемого. Его уважают, но чаще остерегаются или даже боятся. Предпочтительно приложить все необходимые усилия, чтобы не обзавестись врагом, в лице рождённого под сим знаком»
(Из древне-магического гороскопа «Спутник травника»)
Сегодня удача явно улыбалась Тиане – ей удалось сварить на редкость правильное зелье, да ещё быстрее всех. Девочка наполнила флакон, очистила котёл от остатков и, держа флакон в вытянутой руке, торопливо направилась к столу профессора. Но…
Звон разбитого стекла, шипение разлившегося по полу зелья…
– Жирная слизеринская корова, – яростно запричитала Принц, – что ты здесь топчешься своими копытами!
Тэнэбра Нотт в ответ сладко улыбнулась.
– Профессор, Нотт нарочно толкнула Принц, чтобы она выронила флакон, – в один голос завопили близнецы.
– Уизли, минус пять баллов каждому, – невозмутимо произнёс Северус.
– Делать мне больше нечего, как прикасаться ко всяким маггловским выродкам, – надменно произнесла Тэнэбра, – а потом отмываться придётся целый час.
– Но это же несправедливо, сэр, – почти плача, сказала Принц, – Уизли сказали правду, за что Вы их наказали?
– Перестаньте будоражить класс, мисс Принц, минус пять баллов за ненадлежащее поведение, – почти прошипел декан Слизерина.
Гриффиндорка повернулась к нему лицом:
– А сколько Вы дадите Слизерину, за то, что Нотт толкнула меня? Плюс двести пятьдесят? – Вызывающе выкрикнула девочка.
(Девчонка права, сто раз права: твои слизни распоясались и с наслаждением плавают в сиропе вседозволенности. Признайся хотя бы себе – ты не можешь осадить их, ты – грозный декан Слизерина! Останови это непотребство, пока ниточки власти ещё не выскользнули из твоих пальцев: оштрафуй эту нахалку Нотт – она сделала это нарочно, да и грифы успокоятся. Ах, если бы всё было так просто. На рождественские каникулы эта банда чванливых чистокровок посетит родственников. И о чём отпрыски благородных семейств расскажут в первую очередь? О том, что декан их дома предал традиции Слизерина. Слишком много стоит на кону, чтобы вот так легко разбрасываться отличной репутацией тёмного колдуна).
Не получив ответа, Принц решила ударить больнее:
– Так вот, значит, как Слизерин выходит вперёд в конце года! Не удивлюсь, что и в квиддиче вы побеждаете, подло ударив в спину!!!
Это было той самой правдой, которую отказываешься признать и принять, во всяком случае, не из уст какой-то сопливой гриффиндорской девчонки, и Северуса было уже не остановить:
– Если Вы настолько криворукая, мисс Принц, что удержать флакон для Вас проблема, берите метлу и отправляйтесь помогать мистеру Филчу. Вам там самое место! – Злобно выкрикнул зельевар.
Класс оцепенел. Затихли даже слизеринцы. Притаившись за своими котлами, они с наслаждением ожидали развязки.
Принц расправила плечи так широко, словно собиралась взлететь, высоко подняла голову и направилась к выходу.
– Мисс Принц, Вы не убрали рабочее место, – мстительно бросил ей в спину Северус.
– Я за метлой, сэр, – голос девочки был тихим, подозрительно спокойным и твёрдым, – не волнуйтесь, класс будет блестеть, – закончила она и вышла.
– Что замерли? Сдать ваши работы немедленно, – почти шипел Северус.
Не надо было даже смотреть на лица учеников, чтобы понять, что этот раунд он проиграл. Вот ведь дрянная девчонка! Ладно грифы, теперь от своих слизней шуточек не оберёшься. А он-то хорош – как там у магглов «связался чёрт с младенцем?» Вот только младенец оказался зубастым, а чёрт старым и хромым… Да где уже эта чёртова Принц!!! Северус неожиданно понял, что даже не знает её имени, да ведь никто и не называет её иначе, как Принц. Осознание необходимости знать её имя – вот сейчас, немедленно, навалилось почти физически, сдавило виски… Зачем ему имя? «Может, чтобы попросить прощения за свою мерзкую выходку?» – Шепнул откуда-то робкий голосок, – «Ещё чего! Я – учитель! Провинилась – будь добра исправить! В чём провинилась? В том, что Гриффиндорка? Кому ты мстишь, Северус, остановись! Она – не Лили! Но глаза! Эти огромные, зелёные глазищи, Мерлинова борода! Не могу я смотреть ей в глаза! Я растворяюсь в них, ощущая себя жалким и робким первокурсником. Как тогда…О, Лили, почему ты не отпускаешь меня?! Что с тобой, Северус? Ты до сих пор боишься показаться слабым?»
Услышав вдалеке шаги, зельевар выглянул в коридор. По каменному полу торопливо семенил Филч, осторожно держа в руках поднос с дымящимся чайником. Какого чёрта он пьёт чай в кабинете в это время? Дождавшись, когда Филч скроется, Северус осторожно подошёл и заглянул в приоткрытую дверь. Так вот кому Аргус принёс чай: на жёстком стуле сидела грустная Принц. На щеках её располагались дорожки от слёз, а на коленях – миссис Норрис. Девочка, всхлипывая, рассеянно гладила кошку, та тёрлась своей облезлой мордочкой о мокрую от слёз щёку…и…мурчала!!!
– Вот, выпейте чаю, Тинни, – произнёс Аргус ласковым (ласковым?!) голосом, – хотите, я помогу Вам?
– Спасибо, мистер Филч, – голос девочки наливался силой и уверенностью, – Вы просто волшебник.
– Да что Вы, мисс, – голос Филча задрожал, – я – сквиб, … если бы я мог…
Девочка обняла Аргуса и очень твёрдо произнесла:
– Я, как видно, тоже.
Филч испуганно отшатнулся, а она, глядя прямо перед собой, продолжала:
– Сегодня профессор Снейп сказал при всех, что я – полное дерьмо.
– Он не мог так сказать, – испуганно произнёс Филч, – я знаю профессора давно, он, конечно…