Самая оригинальная история (невыдуманные истории для взрослых)

Ненавижу бюрократов

В городах России, которым присвоено почетное звание «Город Герой» за проявленные мужество и отвагу в годы Великой Отечественной войны по Указу Президиума Верховного Совета СССР от 1965 года, должны были установить памятные стелы.

Однако в городах-героях Смоленске и Мурманске, которым присвоено это почетное звание, стелы не установлены. По моему мнению, руководству СССР было не до этого. Оно занималось перестройкой, в результате чего развалился Советский Союз. А руководители России, которые в соответствии с принципом правопреемственности обязаны были исполнить свой долг перед жителями Смоленска и Мурманска, по разным причинам тоже не удосужились сделать это. Руководители времен девяностых годов занимались реформированием («прихватизацией») в пьяно-бандитском угаре России, а руководители времен нулевых годов создали гипербюрократическую систему власти. Ни тем, ни другим было не до увековечивания героических городов.

Работая с некоторыми выдающимися российскими скульпторами, я неоднократно обращался к руководителям городов Мурманска и Смоленска и даже к губернаторам с предложением установить памятные стелы в подведомственных им городах. Однако получал практически трафаретные ответы: нет денежных ресурсов.

Собрав большую переписку с такими руководителями городов-героев, я обратился в администрацию Президента России с официальным письмом с просьбой обязать соответствующие инстанции федерального уровня установить стелы в Смоленске и Мурманске.

И здесь, к своему большому огорчению, столкнулся с вопиющим проявлением бюрократизма. В своих обращениях к руководителю администрации Президента и даже к Президенту я настойчиво аргументировал необходимость решить вопрос со стелами на федеральном уровне. Несмотря на важность вопроса, ни одно из моих писем не достигало адресата: они просто переправлялись в администрации Мурманской и Смоленской областей. Таких писем я написал не менее пяти.

Отчаявшись, я написал письмо сопредседателю Общероссийского общественного движения «Народный фронт «За Россию»» Говорухину С.С. с просьбой ознакомить лично Президента России с моим предложением установить стелы в городах-героях Смоленске и Мурманске.

Однако мое обращение, к моему удивлению, было переправлено сразу в администрацию Президента России, и, как я потом узнал, Говорухин С.С. не был ознакомлен с ним.

«Ну, переправили, и слава Богу! Может, чиновники администрации Президента прислушаются к мнению «Народного фронта»?» – подумал я.

И, видимо, не напрасно так подумал. Вскоре пришел официальный ответ из администрации Президента, в котором содержалась некоторая надежда на решение вопроса. Там говорилось, что мое предложение переправлено в Министерство регионального развития РФ, которое обещало включить установку стел в городах Смоленске и Мурманске в план мероприятий подготовки празднования семидесятилетия Победы в Великой Отечественной войне 1941– 1945 гг. Я даже обрадовался.

И напрасно! Через три дня Указом Президента России это министерство было упразднено. Я позвонил в министерство и разыскал ответственное лицо, которое готовило письмо в администрацию Президента России по их запросу в соответствии с моим предложением. Мне было сказано, что министерство передаст свои полномочия другим министерствам, а куда попадет мой вопрос – неизвестно. Мне предложили обратиться в Организационный комитет «Победа», созданный по указу Президента No 417 от 25.04.13 г., и там должны помочь, поскольку этот комитет возглавляет сам Президент России.

На следующий день я разыскал этот Организационный комитет и даже пообщался с одним из его сотрудников, который однозначно заявил, что денежными средствами комитет не располагает, и предложил мне обратиться к руководителям Смоленской и Мурманской областей.

«Круг замкнулся. Приплыл, – подумал я, – за что боролся, на то и напоролся. Да здравствует бюрократизм!»

05.10.14

Черемуха не отцвела, черемуха исчезла

Мое детство прошло в поселке Белые Берега под Брянском. Через поселок протекает река Снежеть, впадающая где-то в районе Брянска в Десну. Неподалеку есть железнодорожная станция Снежецкая. Получается, что в этом местечке, многими называемом жемчужиной Российской Федерации, все ассоциируется с белым.

По преданию название поселка связано как минимум с двумя вещами. Во-первых, берега реки Снежеть белые – песчаные. Вовторых, в период цветения черемухи они покрываются свисающими вплоть до воды белыми цветами. Идешь весной на лодке будто под белыми сводами живого тоннеля.

Другой важной и уникальной примечательностью этих мест является четыре температурных уровня воды. В озере или водохранилище он один – средний. В протекавшей канавке – горячая вода, в русле Снежети в лесном массиве – очень холодная, а в трех километрах вверх по реке два источника или родника с ледяной водой, и, как считают местные жители, целебной. Не знаю, как сейчас, а раньше люди лечили себя от похмелья неопределенной дозой самогона, они садились в лодку и добирались по реке до первого или второго родника и выпивали стакан целебной водицы, после этого организм приходил в порядок.

В начале шестидесятых годов XX века мы с ребятами пошли как-то на рыбалку в ночное.

Ночью у костра не спалось, одолевали комары. Светало. У меня был маленький перочинный ножик. Идя вдоль реки, я приметил небольшое деревце черемухи, усеянное черными терпкими ягодами. Что меня толкнуло, может, журчание реки, может, запах черемухи, дурманящий и будоражащий, вырезать ножичком на стволе дерева что-нибудь значимое для меня, двенадцатилетнего мальчишки. И я очень аккуратно вырезал: «1962 год. Вова+Римма. Коля+Нина. Олег+Галя». Никому из ребят об этом не рассказал.

Прошло около десяти лет. Приехав на родину и встретившись с друзьями детства, я решил поделиться своей «тайной», как с героями моей подписи на дереве, так и с еще несколькими друзьями детства. Те, чьи инициалы были в надписи, важничали, остальные пребывали в режиме зависти. Все – и те, и другие благодарили меня за нестандартный подарок. Надписи стали большими, набухшими.

Потом при встречах практически каждый вспоминал о памятной надписи на черемухе, рассказывал, что был на этом месте даже с членами своей семьи. Мне было приятно слышать об этом.

Я и сам время от времени навещал мою самую любимую черемуху – один, со знакомыми и близкими. Многие мне говорили, как здорово, что в детстве я воспитывал в себе такое качество, как способность мечтать. Я отнекивался, говоря, что не надо из меня делать философа.

Спустя много лет я со своей тетей посетил это знаковое для меня место. Однако моей черемухи уже не было. Тетя сказала, что весной было очень сильное половодье и вода размыла берега, повалилось много вековых дубов. А что же спрашивать с маленькой черемухи?

Мне стало очень грустно, но ненадолго, потом все-таки даже радостно, что это случилось со мной.

06.10.14

Бред после наркоза

Осенью 1983 года у меня разболелся зуб мудрости, и я обратился в университетскую поликлинику к стоматологу. Сделали снимок, и врач принял решение – зуб удалять. Но, к сожалению, ничего не вышло. Новокаиновая блокада результата не имела. Адская боль мешала что-либо делать с зубом, поэтому меня направили в вышестоящую профильную организацию – челюстно-лицевой госпиталь для ветеранов войны.

Осмотрев меня в госпитале, врач решила удалять зуб под общим наркозом. Анестезиолог сделал свое дело профессионально. Помню, я смотрел в окно: на дереве расположилось огромное количество ворон, которые резко превратились в черные ромбики, и я уснул.

Придя в себя после операции, я услышал громкий хохот собравшихся вокруг врачей. Через некоторое время они разошлись. Со мной осталась только мой лечащий врач. Она сказала, что зуб удален и показала мне его. Затем дала мне рекомендации дальнейшего лечения.

Не знаю, почему, может, под влиянием наркоза или из любопытства я спросил врача, почему они так дружно громко хохотали, может, я вел себя во сне недостойно? Объяснил, что для меня это имеет большое значение, поскольку я работаю преподавателем и должен знать, чем «живет и дышит» подкорка моего мозга.

К удивлению, врач довольно подробно рассказала о моем поведении при отходе от действия наркоза. Она подчеркнула, что впервые столкнулась с таким пациентом.

По ее словам, выходя из наркоза, я крыл пятиэтажным матом президента США Рональда Рейгана за его антисоветскую политику. Защищал наши вооруженные силы в лице сил противовоздушной обороны за сбитый ими южнокорейский пассажирский самолет, нарушивший наше воздушное пространство. Говорил, что это происки агрессоров-империалистов, которые завели на нашу территорию не пассажирский самолет, а его муляж, что шел он без пассажиров и пилотов, то есть на автопилоте. Иначе говоря, все подстроили наши враги-империалисты (надо отметить, что, когда специалисты-подводники обследовали утонувший лайнер, там не было обнаружено останков ни пассажиров, ни пилотов).

«Затем вы стали рассказывать анекдоты, – продолжала врач, – причем очень смешные. Особенно мне понравился про рыбаков».

Мне стало неловко перед интересной женщиной, не рассказал ли я чего-нибудь из запрещенного, о чем я и спросил ее. Врач меня успокоила: «Что касается анекдотов, все было прилично, без мата, но в рассказе о самолете мата было много, и это, с моей точки зрения, обоснованно. Совсем эти американцы обнаглели!»

Из анекдотов, «рассказанных» мною в бреду, вот вам один – про рыбаков.

Ловят два рыбака рыбу. У одного клюет, у другого нет. Тот, у которого не клюет, подходит к тому, у которого клюет, и спрашивает: «На что ловишь?» «На червя», – отвечает везунчик. «А я на мушку, и у меня не клюет», – произнес невезунчик. На следующий день опять у того же рыбака клюет, а у другого нет. Опять тот, у которого не клюет, спрашивает того, у которого клюет: «На что сегодня ловишь?» «На мушку», – отвечает рыбак. «А я на червя, и у меня не клюет. А как ты угадываешь?» – спрашивает невезунчик. «Утром, когда просыпаюсь, смотрю на член. Если он расположился справа, ловлю на червя, а если слева – на мушку», – ответил рыбак. «А если он находится в эрекционном состоянии?» – спрашивает невезунчик. «А если в эрекционном состоянии, зачем идти на рыбалку?» – последовал ответ.

Я бы давно забыл этот анекдот, если бы не удаление зуба мудрости под общим наркозом.

06.10.14

О несостоявшемся суициде

Он в нее влюбился мгновенно. Она вышла из метро и волшебной походкой прошла мимо. У него не возникало подобного ощущения несколько десятилетий, и он не ожидал, что в его пятидесятилетнем возрасте может произойти такое. Оказывается, может, если это произошло. Дважды он побывал в браке, но в обоих потерпел неудачу. После чего разочаровался в женщинах и не стремился к серьезным отношениям. А тут такое! И сразу же сработал инстинкт захватчика.

Он нагнал объект вожделения и вежливо произнес: «Извините, пожалуйста, вы свободны?» Объект от неожиданности покраснела, но, тем не менее, не растерялась и тоже вежливо ответила: «Вообще-то я в браке, но, можно сказать, свободна, поскольку муж несколько раз изменял мне, и мне надоело его прощать, чтобы сохранить брак. Если бы не квартирная ситуация, я бы давно развелась».

Наш герой любил театр, и у него в портмоне было два билета на концерт очень известного певца. Он показал ей билеты. «Может быть, они окажутся счастливыми для нас. Я свободен де-факто и де-юре», – констатировал он. Она доброжелательно улыбнулась и согласилась составить ему компанию на представление. Обменялись телефонами, распрощались.

С посещения концерта у них началась бурная жизнь. Она часто приезжала к нему. Он великолепно готовил и баловал ее разными яствами. Отношения развивались весьма поступательно.

Однако это не было семьей. Они жили и ночевали в разных местах, и это их не устраивало, особенно ее. Если с ним у нее все было в порядке, то дома, с мужем, происходили систематические разборки, выяснение отношений, бесконечные претензии друг к другу.

В одну из встреч она попросила помочь ей в ведении бракоразводного процесса. Он отнесся к этому серьезно. Нашел высокопрофессионального адвоката, договорившись о сравнительно небольшой оплате его услуг. Дал любимой на это денег и на другие судебные издержки тоже.

Почувствовав серьезность намерений возлюбленной строить с ним совместную жизнь, он стал делать ей подарки, да еще такие, какие многие мужья не дарят своим женам. Купил ей дорогую шубу, много красивых вещей, пообещал в случае развода погасить ее долю кредита за квартиру, то есть, как говорят в народе, открыл перед ней все свои карты.

Наступил день слушания дела в суде. Но на процесс никто не явился – ни супруг, ни ее адвокат. Она стала все реже ему звонить. Он обеспокоился и поставил вопрос прямо: «Что произошло? Почему не состоялось заседание суда?»

Она стала его успокаивать, утверждая, что ее намерение развестись с мужем остается в силе, но требуется некоторое время, чтобы все прошло более-менее спокойно.

Они стали встречаться все реже и реже и, наконец, вообще перестали. Он стал нервничать, нарушались их договоренности. А она заявила ему, что к ним приехала ее престарелая свекровь, с которой она сейчас занимается, поэтому полностью погружена в решение ее проблем.

Он недоумевал: «Два раза разводился, сталкивался с проблемой «теща», но с проблемой «свекровь» столкнулся впервые».

Ситуация приобрела форму неопределенности. Она убедительно утверждала, что разводиться решила бесповоротно. Тогда почему этого не делается, и причем здесь свекровь?

Он решил с ней встретиться и объясниться. Но она все откладывала, не говоря о причинах. Он настоял сделать это хотя бы по телефону. И был весьма поражен ее объяснениям.

Получив повестку в суд, ее супруг открыл балконную дверь, вышел на балкон и, обратившись к ней, решительно произнес: «Или прямо сейчас в присутствии моей матери ты отказываешься развестись со мной, или я выброшусь с двенадцатого этажа». Ей ничего не оставалось делать, как пожалеть законного супруга-бабника. Она была родом из рязанских мест, а как поется в песне: «Женщина скажет: «Жалею тебя»».

Она предложила тайно встречаться, остаться в качестве его любовницы. Он подумал-подумал и вспомнил слова своего деда: «Самая хорошая любовница – это замужняя женщина, которая не собирается разводиться с мужем». Вспомнил и согласился на ее предложение.

26.10.14

Эффект от моего творчества

Любой человек не может равнодушно относиться к результатам своего труда, творческий человек – тем более. Если чье-то творчество нравится людям, то участник творческого процесса, несомненно, находится если не на седьмом небе от удовлетворения, то, по крайней мере, в осознании того, что жизнь в определенной степени удалась.

Скажу откровенно, такого душевного состояния я не испытывал, поскольку мои рассказы до сих пор не опубликованы. Но микроудовольствие мне удалось испытать несколько раз, когда я отдавал некоторые свои «произведения» в набор.

Запомнились мне три особо ярких случая. Первый, когда я сдал набирать большую часть своей рукописи в коммерческую машинописную организацию, там работали опытные машинистки. Когда я пришел за отпечатанным текстом, директриса поведала мне, что машинистка, выполнявшая мой заказ, впервые за пятнадцать лет работы внимательно читала то, что печатала, и даже не один раз. Раньше с ней такого не случалось, печатала чисто механически, не вникая в содержание работы.

Я спросил у директрисы: «А как она реагировала на некоторые довольно спорные моменты моего повествования?» И услышал в ответ то, что меня удивило: «Она не считает, что у вас есть «неприличные» вещи. Ей все очень понравилось, все жизненно и реально».

Второй раз я услышал слова одобрения от другой машинистки, которая не просто печатала, но правила и немного редактировала тексты. Возвращая мне рукопись, она сказала: «У вас большое будущее!» Я был поражен такой оценкой: «Какое у меня может быть большое будущее, если мне уже достаточно много лет? Вы решили сделать мне комплимент». Она, довольно молодая особа, твердо заключила: «Да вы и внешне, и внутренне являетесь совсем молодым и зрелым мужчиной. Поэтому не спорьте со мной по поводу вашего большого будущего». Я не стал с ней спорить, ведь она меня не обидела.

Третья машинистка, молодая аспирантка одного из университетов Москвы, поразила меня больше всего. Она была очень занята. Днем работала, вечером готовилась к сдаче кандидатских экзаменов (минимумов), возвращалась домой вечером, обычно после девяти. Она согласилась выполнить заказ по печатанию моих рукописей и правке. Договорились, что за месяц она все сделает, каждый вечер, после трудового дня перед сном будет набирать по одному рассказу.

Через некоторое время девушка позвонила мне и стала рассказывать о ходе работы с моими рукописями. «Вы представляете, я страдала бессонницей, долго не могла заснуть. В голове все время прокручивалось все, что происходило в течение дня. Но печатая ваши рассказы, я умирала со смеху. Вся усталость уходила в никуда, и в таком состоянии я моментально засыпала и всю ночь спала, как Илья Муромец на печи, богатырским сном. Стало даже жалко, что скоро эта работа закончится, что я тогда буду делать со своим сном? Не пить же снотворное, которое, ничего хорошего не принесет».

Честно говоря, от такого неожиданного откровения я оторопел. И, чтобы удостовериться, что признание девушки не лесть или, еще хуже, лицемерие, я задал ей, с моей точки зрения, очень провокационный вопрос: «А некоторые мои очень жесткие рассказы тоже влияют на вас благоприятно с точки зрения сна?» «Отвечу прямо, – сказала она, – некоторые рассказы, например про атаку роя ос на рыбалке, действительно, весьма жесткие и даже, можно сказать, граничат с неприличием. Но они взяты из реальной жизни, уникальны по содержанию, поэтому тоже действуют благотворно на состояние души и даже будоражат воображение».

«А как же вы, взбудораженная, спокойно засыпаете?» – съязвил я. «Засыпаю спокойно, потому что это очень смешно и при этом происходило в реальной жизни», – парировала она.

«Верной дорогой идете, товарищ начинающий писатель!» – с удовольствием подумал я.

01.11.14

Не могу не покаяться

Каждый человек совершает ошибки – существенные и несущественные. Очень здорово, когда человек это осознает и находит возможность ошибку исправить. Но часто бывает так, что время прошло и исправить ошибку уже при всем желании просто невозможно. Тогда на душе становится тяжело, а порой и невыносимо. Но жизнь придумала для избавления от чувства безысходности, что что-то поправить в жизни нельзя, покаяние. Оно помогает уйти от самобичевания и страдания.

Мне было лет десять. Я дружил с мальчишками старше себя. Видимо, работал инстинкт самосохранения и защиты, ведь я рос без отца. В детстве те, кто старше тебя, кажутся вполне авторитетными и надежными ребятами.

Однажды с другом, который был старше меня на пять лет, я проходил мимо частного дома своей родной тети. У них с мужем был замечательный сад, полный спелых яблок, груш и слив. Мой друг, наполовину русский, наполовину кореец, предложил забраться в сад и «позаимствовать» яблочек. Он не знал, что это – владения моей тети, о чем я ему рассказал и предложил зайти к ней, что она непременно угостит нас яблоками. Друг согласился.

Тетя с дядей встретили нас очень радушно. Они собрали и намыли целый таз спелых яблок и усадили нас трапезничать на балкон, рядом с которым росли две яблони – белый налив и коричное. Мы принялись опустошать тазик, детские организмы требовали витаминов, а взрослые ушли заниматься своими делами. Закончив с яблоками, я предложил другу поблагодарить моих родных и попрощаться с ними. Но тот остановил меня и, оглянувшись по сторонам, стал срывать свисавшие над балконом яблоки и засовывать их за пазуху. Я сказал ему, что это некрасиво, но друг не реагировал. Набрав яблок, он потихоньку вышел на улицу через сад, сказав, что никто не узнает.

Я оказался в неловком положении, между двух огней – с одной стороны, родственники, которых я люблю и которые любят меня, с другой – друг, с которым не один раз лазили по чужим садам (но здесь-то свои, родные люди). И я проявил слабость: поблагодарил их за угощение и вышел на улицу, решив больше не дружить с этим мальчишкой.

Через несколько дней на озере я случайно встретился со своими двоюродными братом и сестрой – детьми тети и дяди. Как же мне было стыдно слушать выговор, вполне справедливый, старшей двоюродной сестры по поводу украденных яблок. В голове метались мысли, чтобы как-то вернуть те самые яблоки на место, на яблони рядом с балконом же. Но поезд ушел, исправить ошибку было невозможно. Единственное, что я сделал, это промямлил: «Я так больше не буду».

Настроение было испорчено, и поделом. С этим другом я больше не водился.

02.11.14

Поздние сожаления

Осенью 1968 года в Доме культуры МГУ на улице Герцена (ныне Большая Никитская) состоялась встреча студентов с известным актером Савелием Крамаровым. Зал был полон. Очень интересно актер рассказывал о своем творчестве. Раскаты смеха то и дело сотрясали стены ДК. Крамаров обладал очень сильной комической энергетикой.

В конце встречи ведущая предложила задавать актеру вопросы. Зрители замерли в ожидании. Никто не решался его спросить. Ведущая повторила предложение и только хотела объявить об окончании вечера, как я в полнейшей тишине крикнул: «Женат?»

Что тут произошло! Зал взорвался от хохота, это длилось более минуты. Когда наступила тишина, актер спокойно ответил: «Женат. Я что, не человек?» Зал бурно зааплодировал, встреча закончилась. А мне стало неудобно. Я винил себя за бестактность. Казалось, что обидел человека своим вопросом. «Ну и что, что у него глаз косит, выглядит на экране придурковатым и от одного только его вида людей разбирает смех. Он же – человек и его любят таким, какой он есть», – мысленно рассуждал я, переживая, что поступил недостойно.

Когда впоследствии мне приходилось видеть на экране этого выдающегося актера, то я вспоминал этот случай, и становилось грустно.

Артист эмигрировал в США, а потом в результате тяжелой болезни ушел из жизни. О нем появилось несколько документальных фильмов, из которых я узнал, что именно в 1968 году его брак с первой женой трещал по швам и вскоре закончился разводом.

Скажу честно, от этого мое сожаление достигло предела, но исправить что-то и упокоить себя уже не представлялось возможным. Невозможно обратиться с извинениями к человеку, которого, как мне представлялось, я, разумеется, обидел, поскольку человека уже нет в живых.

Кто-то скажет: «Да брось ты, ничего страшного не произошло! Ты задал вопрос, а он ответил. Ну что здесь такого неэтичного?»

Может быть, ничего… Тогда почему воспоминания об этом случае возвращаются ко мне вновь и вновь?

В том же 1968 году, точнее 30 декабря, мы, группа студентов-однокурсников, прилично выпив, приехали на празднование Нового года в тот же Дом культуры.

Новогодний бал был в полном разгаре. На площадке огромной парадной лестницы расположился оркестр. Музыка звучала везде. Студенты разбрелись по залам. Кто-то забрался на территорию оркестра, «помочь» играть или дирижировать, кто-то пытался танцевать. Лично я тоже с удовольствием бы потанцевал.

Однако мне не везло. Все девушки почему-то отказывались со мной танцевать. Меня это огорчало, если не сказать бесило. Зашел в туалетную комнату. Посмотрел в огромное зеркало. Вид, вроде, опрятный – гладко выбрит и надушен, хороший костюм, нормальная прическа. Я вышел на балюстраду огромного зала и остановился в раздумье.

Так, как вкопанный, простоял с полчаса. Вдруг кто-то сзади положил мне руку на плечо, и я услышал женский голос: «Олег, потанцуем?» Я обернулся. Это была наша новенькая студентка, мастер спорта по художественной гимнастике, очень симпатичная и изящная девушка.

Мне очень хотелось танцевать, да и отказать даме, тем более знакомой, было бы странным. Мы танцевали без перерыва больше часа. Потом я проводил ее домой. Мы шли пешком, километров десять по морозу – от Моховой до района Медведково. Потом до утра целовались в подъезде ее дома. Когда открылось метро, мы попрощались и договорились встретить Новый год вместе. Мы были молоды и счастливы.