Не лучшее время для знакомства

– Макс! – Ава сползла с кровати и опустилась на колени. Если он схватит ее, она не сможет вырваться. Макс пошевелился и тихо застонал. Нет, он не сможет ничего ей сделать. Надо бежать, но прежде попросить служащих отеля вызвать службу спасения. Его отвезут в больницу, где помогут настоящие врачи.

Макс повернулся к ней и потянулся к ее руке.

А если все, что он сказал, правда? Она отлично знала, что лаборатория была засекречена. И те двое мужчин с автоматами в ее доме… Макс ее спас.

– Я скоро вернусь, – прошептала она и бросилась в ванную.

Схватив полотенце, она намочила его под струей ледяной воды и вернулась в комнату. Взяв бутылку воды и подушку с кровати, опять склонилась над Максом.

Он с трудом перекатился на спину, но был в сознании.

Прижав два пальца к шее, она проверила пульс – учащенный. Положив на лоб полотенце, она приподняла его голову и подсунула подушку.

– Вы сможете сделать глоток воды? У вас что-то болит?

– Таблетки, – едва слышно произнес он.

Опять таблетки.

– Какие таблетки, Макс?

Он приподнял руку, но она безвольно упала на пол. Ава вспомнила, что он говорил о таблетках в кармане.

Ощупав один, затем второй карман в брюках из грубой ткани, она нашла квадратную коробочку. Это оказалась упаковка из-под освежающих дыхание леденцов. Ава открыла ее и по запаху сразу поняла, что это совсем не ментоловые конфетки.

На дне лежали пять круглых синих таблеток.

– Эти? – спросила она, показывая коробочку Максу.

Подбородок его вжался в грудь. Ава высыпала все таблетки себе на ладонь.

Макс поднял палец.

– Одну? – поняла его Ава.

Он издал странный шипящий звук, что, видимо, означало «да».

Она осторожно взяла таблетку двумя пальцами и положила ему в рот, затем поднесла к губам бутылку воды и приподняла его голову.

Макс жадно сделал несколько глотков, а потом закрыл глаза и раскинул руки.

Ава смахнула с его лица несколько прядей темных волос и протерла лицо полотенцем.

Макс не шевелился. Грудь его равномерно поднималась и опускалась. Вскоре лицо стало не таким бледным, как несколько минут назад, а привычного цвета легкого загара, и он перестал дрожать.

Что же за волшебные синие таблетки? Она понюхала одну из них и задумалась. Может, он наркоман? Употребление галлюциногенных препаратов может привести к параноидальным мыслям.

Макс резко открыл глаза и попытался сесть.

– О, нет, – остановила его Ава. – Вам только что было так плохо, лучше еще полежать.

– Это быстро проходит. Я в порядке. – Убрав с плеча ее руку, он сел, прислонившись спиной к стене, и быстро допил оставшуюся воду.

– Я была готова звонить в 911.

– Не стоит. – Он сжал ее запястье. – Никогда не звоните в полицию.

Сердце едва не остановилось. Надо было бежать отсюда, пока оставался шанс.

Глаза Макса стали совсем темными. Он отпустил ее так же неожиданно, как и схватил.

– Простите. Я вас напугал.

Ава молча встала и поспешила пересесть на кровать.

– Мне жаль, что с вами такое произошло, но я ничем не могу помочь. Необходимо, чтобы вас осмотрел врач. А я поеду к своей семье и сообщу в ЦРУ о том, что случилось в клинике.

– Вы ведь тоже врач. – Макс прищурился.

– Не совсем, и вы прекрасно понимаете, что я имею в виду. Вам надо пройти обследование.

– Вы хотели сказать, мне надо к психиатру.

– Я…

– Вы мне не верите. И боитесь меня. Думаете, я сумасшедший. – Он рассмеялся глухо и совсем не весело.

– Происходит что-то странное, Макс. Лаборатория уничтожена, два человека в моем доме пытались убить меня – или вас.

– Нас обоих.

– Ладно, возможно, обоих, но кому я понадобилась? Я ничего не знаю и знать не хочу.

– Вы правы. – Он поднялся с пола, двигаясь, как обычно легко. – Вам надо поспать. Завтра я отвезу вас в аэропорт.

– А вы?

– Я продолжу заниматься тем же, чем раньше.

– Чем же?

– Вы сами сказали, что ничего не хотите знать, – поддел он ее с хитрой усмешкой, а затем бросил на кровать подушку и расправил плечи, словно специально демонстрируя мускулистый торс, обтянутый черной футболкой. – Не хотите принять душ? Мне это необходимо, но могу пропустить вас вперед.

– С удовольствием, но готова подождать.

Ава вытянула ноги и опустила голову.

Переступив через ее ноги, Макс скрылся в ванной комнате.

Ава вздохнула и поднялась. Она может сбежать, взять такси и оказаться в аэропорту до того, как он выйдет из душа.

Макс стоял в ванной, упираясь руками в стену и опустив голову. Теплая вода стекала по спине. Когда он выйдет, ее, скорее всего, уже не будет в номере. Все правильно. Она уверена, что он чокнутый, как ему доверять? И ее нельзя за это осуждать.

Если Ава останется, значит, она ему поверила, возможно, даже захотела помочь. Кажется, она действительно ничего не знала о таблетках, хотя и работала вместе с Арноффом. Нет, не может быть, ей должно быть что-то известно об этих синих таблетках, которые стоят между ним теперешним и сумасшедшим убийцей, каким стал Саймон. Он предупреждал, что не стоит резко бросать их, но тот был упрям. Говорил, что не желает больше иметь ничего общего с «Бурей» и не позволит ей собой управлять.

Макс поднял голову, и вода полилась на лицо. Может, он все же совершил ошибку, посмев выступить против «Бури»? Когда он отказался от последнего задания, Фостер заподозрил, что он все знает. Оказалось, не все. Им с Саймоном не могло прийти в голову, что отказ от сыворотки окажет такое воздействие на мозг и тело.

Макс выключил воду и взял полотенце. Хорошо, что ему удалось спасти доктора Уитман – Аву – от Саймона. Упертый придурок. Кто и как объяснит это теперь его невесте Нине?

Макс вытерся насухо и обернул полотенце вокруг талии. Надо несколько часов поспать, а потом все обдумать. Можно связаться с Просперо, но надо сначала понять, кому он может доверять на этом этапе.

Макс толкнул дверь и увидел Аву стоящей посреди комнаты и разглядывающей что-то лежащее на ладони. Она резко повернулась к нему, и он поправил сползающее с бедер полотенце.

– Вы еще здесь?

– Думали, сбегу?

Он посмотрел на висящую через плечо сумку и кивнул:

– Да.

Она протянула руку, и он увидел свои драгоценные таблетки.

– Что это? Они имеют характерный запах.

– Так и должно быть. – Он опять поправил полотенце и посмотрел через плечо на разбросанную в ванной одежду. Нельзя оставлять ее с этими таблетками в руках одну. Вдруг ей придет в голову попробовать. Она, скорее всего, решила, что он наркоман.

Ава сжала таблетки в кулаке.

– Почему вы так говорите?

– Они содержат сыворотку, которую вы вводите нам четыре раза в год. Вы этого не знали?

Все краски разом сошли с ее лица. Она приоткрыла рот и смотрела на него широко распахнутыми глазами.

– Зачем принимать дополнительные дозы?

– Чтобы стать сильнее, быстрее, умнее. Ведь сыворотка изобретена именно для этого.

– Вы знали, что это, когда начали принимать таблетки?

– К тому моменту как они появились, нам было все равно, из чего они состоят. Мы жить без них не могли.

– Они вызывают привыкание? – Она взяла одну и повертела, рассматривая.

– Большее, чем вы думаете, – ответил Макс на выдохе.

– Так расскажите мне, Макс. Я должна все знать. Поэтому и осталась.

Она стянула с плеча сумку и бросила ее на кровать.

– Часть меня верит в то, что вы рассказываете. В лаборатории было все слишком секретно, поэтому я могу предположить, что ваша дикая версия имеет право на существование.

– Позвольте мне сначала надеть штаны. – Макс глазами показал на полотенце.

Ава опустила глаза, и щеки ее запылали.

– Разумеется. Я никуда не уйду.

Он вернулся в ванную, сбросил полотенце и прислонился лбом к холодному зеркалу. Надо побриться и привести себя в порядок, впрочем, нельзя сказать, что раньше, до появления в его жизни Авы, он совсем не следил за собой.

Натянув военные штаны, Макс вернулся в комнату.

Ава сидела на стуле, поджав под себя ноги, глаза горели, подсвечивая бледное лицо.

Он хорошо знал это лицо, изучал его во время каждого визита в клинику. Встречи с доктором Авой Уитман были единственным светлым временем в его мрачных буднях. Теперь Макс был уверен, что она понятия не имела, какие делала им инъекции. На первый взгляд, казалось странным, что врач не знает, каков химический состав лекарства. Но только в этом случае все сказанное ею имело смысл. «Буря» выбирала наиболее уязвимых. Они использовали разнообразные методы, например, шантаж. Аву же предпочли держать в неведении, наверняка доктор Арнофф пресекал все ее вопросы напоминанием о том, что она работает на Управление и что деятельность их засекречена.

Она была хорошим врачом. Он вспоминал ее прикосновения, когда она проверяла состояние его жизненно важных внутренних органов, а потом, весело улыбаясь, вводила сыворотку, медленно убивавшую его.

Ава кашлянула:

– Синие таблетки содержат в малых дозах сыворотку Т-101, верно? Тогда зачем вы до сих пор их принимаете?

– Приходится.

– Все дело в привыкании? Но можно попытаться перебороть зависимость. Я могу вам помочь, у меня есть кое-какой опыт.

Макс вскинул брови:

– Это больше, чем зависимость. Я не могу бросить. Вы же видели, что случилось с Саймоном.

Она заморгала и чуть наклонилась вперед.

– Саймон сломался. Напряжение, стресс, возможно, «промывка мозгов» – он не выдержал.

– Нет, Ава, причина в… Т-101, как вы ее называете. После отказа от сыворотки начинается разрушение организма. Был еще один агент. До Саймона. Он совершил самоубийство. В «Буре» все списали на посттравматическое расстройство, он по ошибке убил ребенка во время операции. Теперь я не уверен, что это было ошибкой.

– Адам Бельчик. – Ава подтянула колени к груди и обхватила их руками.

– Верно. Мне казалось, вы тогда еще не работали.

– Не работала, но слышала о нем.

– Он первым решил отказаться от лекарств и заплатил за это. У него была семья, поэтому он покончил с собой раньше, чем смог им навредить.

– Поэтому вы говорили, что нельзя делать резких движений? Нельзя в один день отказываться от синих таблеток, как сделали Саймон и Адам, надо постепенно снижать дозу.

– Именно. – Он кивком указал на маленькую коробочку, в которой хранилось его спасение от внезапного безумия. – Я попытался сократить дозу до одной таблетки в день, и у меня получилось. Тогда я попытался обойтись половинкой, но пока не выходит.

– У вас осталось всего пять. – Ава покосилась на коробочку и подняла глаза на Макса.

– Уже четыре. Четыре таблетки – четыре дня.

Ава попыталась вытянуть ноги, покачнулась и едва не упала со стула.

– И что же будет через четыре дня?

Макс пожал плечами:

– Я совершу нечто похожее на то, что вы сегодня наблюдали, и… меня убьют, или я сам застрелюсь… пока меня не достали люди «Бури».

– А если они достанут?

– Меня уничтожат. Или превратят в зомби и заставят до конца дней работать на них.

Ава сложила руки на животе.

– Должен быть и другой вариант. Если мы найдем таблетки, вы сможете день за днем снижать дозу и, наконец, избавиться от зависимости. Возможно, вы слишком рано начали принимать по половине таблетки.

– Где мы достанем таблетки? Вы сами сказали, что в лаборатории их нет. Я там тоже ничего не нашел.

Ава несколько раз щелкнула костяшками пальцев.

– Макс, должен быть какой-то антидот.

– Почему вы так думаете? «Буря» не собиралась избавлять нас от зависимости.

– Вас нет, но доктор Арнофф испытывал Т-101 на себе.

Макс вытаращил глаза:

– Вы уверены?

– Уверена. Он сам говорил мне, что испробовал сыворотку на себе. Уверял, что чувствовал себя супергероем – сильным, непобедимым, половым гигантом. – Она покраснела до корней волос. – Извините, но это его слова.

Половым гигантом? Макс сам давно не был близок с женщиной, поэтому не мог судить об этой стороне вопроса.

– Значит, он просто обязан был разработать препарат, нейтрализующий действие лекарства.

– Именно – антидот.

– Возможно, мы делаем поспешные выводы. – Макс несколько раз глубоко вздохнул, стараясь унять внезапное волнение. Жизнь научила его не слишком верить в чудо. – Может, Арнофф и не думал об антидоте, собирался просто снижать дозу, пока не исчезнут физический эффект и зависимость от таблеток.

– Возможно и такое. Но таблетки все равно должны где-то быть. – Ава встала и переместилась на кровать. – А как же другие агенты? Вы не думали объединить усилия и все вместе объявить войну сыворотке?

Макс усмехнулся и покачал головой.

– В чем дело? Вы смеетесь первый раз за весь вечер, а я ведь даже не шучу.

– Я представил себе, как все агенты «Бури» сидят вокруг огромного костра и передают друг другу кусочки таблеток.

Улыбка сползла с ее лица.

– А такое возможно?

– Я не знаю и половины агентов.

– Я знаю.

Он странно на нее посмотрел:

– Но вы не знаете имен, адресов, а многие сейчас наверняка на задании.

Ава улыбнулась:

– Вы будете удивлены, узнав, сколько мне о них известно.

– Не буду. – Она точно лучик солнца в этом темном мире. – Но мы не можем постучаться в дверь и попросить их отдать таблетки. Если только они уже не стали сами что-то подозревать, как я и Саймон.

– Об этом я тоже хотела поговорить. – Ава легла на кровать, повернулась на бок и подперла голову рукой. – Как вы с Саймоном обо всем догадались?

– У нас появились кое-какие проблемы, например, галлюцинации после лечения. В моем случае они были связаны с воспоминаниями. Я слишком много помнил об операциях. Кроме того, насаждаемые воспоминания никак не стыковались с моими собственными. Однажды мы с Саймоном стали сопоставлять факты и затеяли эксперимент с таблетками.

– Саймон не пришел ко мне на последнюю проверку. Ему не вводили сыворотку.

– Он сам так решил, я пытался его отговорить. – Он уронил голову на руки и погрузил пальцы в волосы. Что же они скажут невесте Саймона?