Последнее шоу в стриптиз-клубе

Глава 3

Холодок пробежал у нее по спине, руки покрылись гусиной кожей. Она с ужасом смотрела на Алексея. Тот выглядел невозмутимым, только синие глаза стали почти черными.

– Что там написано? – хрипло, с трудом выговорила она, откашлялась и спросила: – Кто написал записку?

– Какая-то женщина по имени Татьяна. Ее… изнасиловали и превратили в секс-рабыню.

– В секс-рабыню?! Она называет имя насильника?

Алексей бросил мятую салфетку на стол.

– Никаких имен она не называет. Но, по-моему, ясно, кто занимается торговлей живым товаром…

Бритт снова разгладила салфетку и прочла черно-красные буквы в углу:

– Клуб «Ябеда»? Сергей?

– Думаю, да.

– Почему моя сестра могла оказаться в опасности? Д-думаешь, они и с ней… пытались так поступить?

– Думаю, им хватит ума не пытаться продать в рабство американку, у которой есть родственники. Но, возможно, твоя сестра знакома с Татьяной. Татьяна обратилась к ней за помощью. Лианна могла очутиться в опасности только из-за того, например, что Сергею стало известно о записке.

Бритт прикусила губу. У них с Лианной не осталось близких родственников, а до последнего времени они общались не слишком тесно… Откровенно говоря, Бритт не очень-то стремилась дружить с сестрой.

– Не понимаю… – Незнакомые буквы начали расплываться: глаза Бритт наполнились слезами. – Я добровольно устроилась на работу в клуб… У меня на глазах туда зашла группа девушек; среди них были и официантки, и танцовщицы. Никто их не погонял, ни к чему не принуждал…

Алексей провел пальцем по салфетке.

– Может быть, эта Татьяна работала в другом месте. У них не один клуб.

– У кого – у них?

– У родственников Сергея. Помимо «Ябеды», они владеют рестораном и банкетным залом в районе Ван-Найс. Там могут происходить и другие дела.

– Сегодня одна официантка упоминала о банкетном зале…

Алексей сжал челюсти; он до того разозлился, что Бритт показалось, из его ушей вот-вот пойдет дым. Он заранее навел справки. Он знает владельцев клуба! Может быть, он поможет ей найти Лианну!

– Ты поэтому пришел в клуб? Расследуешь торговлю людьми?

– Нет.

– Но теперь, когда тебе известно о… – Бритт ткнула в салфетку, – ты можешь предъявить им обвинения. Можешь рассказать полиции о моей сестре.

– Теперь, когда мне стало известно о… скажем, еще одной стороне их деятельности, я могу воспользоваться тем, что знаю, в своих целях. Подключать полицию на данном этапе нецелесообразно. Полиция лишь спугнет Сергея и его родственников и вынудит их уйти глубже в подполье. Мы ведь даже не знаем, кто такая Татьяна и где она сейчас.

Глубоко вздохнув, Бритт сложила руки на столешнице.

– Если ты поможешь мне найти сестру… предупреждаю, я не верю, что она умерла! Так вот, если ты поможешь мне, я помогу тебе.

– Ты поможешь мне? Интересно, чем? – Он удивленно поднял брови.

– Я работаю в клубе и собираюсь там остаться. Постараюсь выяснить, кто такая Татьяна. Я передам тебе все, что мне удастся узнать, а ты, используя свои возможности, поможешь мне разыскать Лианну!

Сцепив длинные пальцы, он заметил:

– Ты подвергаешь себя опасности, работая в «Ябеде». Откуда ты знаешь – может быть, Сергей и Ирина уже установили, кто ты такая на самом деле?

– А тебе действительно кое-что о них известно… Откуда ты знаешь Ирину?

Он только отмахнулся:

– Бритт, ответь на мой вопрос!

Алексей говорил без акцента, но ее имя произносил с долгим «и»: «Бриит». Ей это нравилось. Ей все в нем нравилось.

– Во-первых, Ирина не знает, что я – Бритт Дженсен. Повторяю, для них я – Барби Джонс из Нью-Йорка, симпатичная и никому не известная.

– А если они уже навели справки о Лианне Дженсен, известно ли им, что у нее есть сестра Бритт, которая очень похожа на их новую официантку Барби?

– Лианну все знали как Ли, и потом, у нас с ней разные фамилии. Она Лианна Ло.

– Она китаянка?

– Наполовину. После того как мои родители развелись, мама… как бы это выразиться… пошла вразнос. Скажем так: она поняла, что отцом Лианны был некий мистер Ло, только из-за черт ее лица. – Бритт щелкнула пальцами. – Но это совсем другая история.

– Значит, вы с ней не очень похожи?

– Для обычного человека – нет. Поверь мне, Ирина не заметила сходства между мною и Ли-Ло.

На этот раз губы Алексея дернулись.

– Твоя сестра поэтому назвалась Ли?

– Да. – Бритт постучала по телефону и полистала несколько снимков. – У Лианны своеобразное чувство юмора, она склонна к богемному образу жизни.

Она развернула телефон, чтобы Алексей мог посмотреть фото.

– Вот моя сестра Ли-Ло.

– Да, трудно догадаться, что вы с ней сестры – по крайней мере, судя по внешности. – Несколько секунд он рассматривал лицо Лианны, потом стал задумчиво рассматривать татуировки у нее на плече. Вдруг он стукнул ладонью по столу рядом с телефоном. – Удали все фото сестры из телефона.

Бритт ахнула, схватила телефон и прижала его к груди.

– Не могу! У меня так мало ее фотографий!

– Загрузи их на свой компьютер, а отсюда удали. Если кто-нибудь в клубе найдет твой телефон или случайно заглянет… или если даже ты покажешь другим еще какие-нибудь снимки и они увидят портреты Ли, на твоей легенде можно будет поставить крест.

– На моей… легенде?! – Она схватила его за руку. – Значит, ты согласен на мое предложение?

Он пожал плечами:

– Насколько я понимаю, ты не уйдешь из клуба, если я тебя попрошу, так что уж лучше попробовать договориться с тобой. Но ты не должна подвергать себя лишней опасности – хватит разнюхивать! Так или иначе, ты попадешься. У Сергея всюду камеры. И ни в коем случае никого не спрашивай ни о Татьяне, ни о Ли, просто внимательно смотри и слушай. Будь начеку!

Она крепко сжала его руку.

– Идет, договорились. А ты поможешь мне найти сестру?

– Да, и начать собираюсь с того, что осмотрю ее вещи. Они у тебя или по-прежнему в ее квартире? – Тыльной стороной ладони он вытер лоб. – Только не говори, что ты поселилась у нее на квартире!

– Я не такая дура. Да, я заплатила за нее просроченную арендную плату и еще за несколько месяцев вперед… на всякий случай, если она вернется, а себе сняла небольшую студию в Западном Голливуде. Я ничего не тронула в квартире Лианны, если не считать этого. – Двумя пальцами она взяла салфетку из «Ябеды» и сунула в сумочку. – Повторяю, она была среди ее счетов, которые я взяла с собой.

– Ты больше не возвращалась к ней в квартиру?

– Нет.

– Что-нибудь еще? – вернулась официантка с кофейником; она принесла и счет.

Алексей посмотрел на Бритт; та покачала головой.

– Спасибо, ничего не надо.

Повесив сумочку на плечо, Бритт смотрела, как Алексей отсчитывает купюры из той же толстой пачки, которую он доставал, чтобы дать чаевые стриптизерше.

Алексей подтвердил ее худшие опасения, связанные с сестрой, теперь на стороне Бритт появился таинственный русский американец, обладающий обширными познаниями и обширными ресурсами.

– Пойдем, мое солнышко!

Вот уже второй раз он так назвал ее. Бритт понятия не имела, что значат эти слова, и не хотела знать, но Алексей Иванов может называть ее как угодно, лишь бы помог ей.

Бритт медленно ехала по убогому кварталу, в котором жила сестра, выискивая место для парковки и поглядывая в зеркало заднего вида. Ни у кого из клуба «Ябеда» нет оснований за ней следить, но искушать судьбу ни к чему. Она объехала вокруг квартала и остановилась не перед домом сестры, а перед соседним, таким же обветшалым.

Выйдя из машины, она огляделась. Присмотрелась к пожилой паре, с собакой, и молодому латиноамериканцу, стоящему на тротуаре рядом с машиной, из которой гремела музыка.

Ежась от холода – с океана дул резкий ветер, несмотря на конец июня, а небо было закрыто облаками, – Бритт зашагала по тротуару. Повернув за угол, направилась к розовому оштукатуренному дому, в котором жила Лианна. Взбежала по лестнице на второй этаж. В коридор выходили шесть дверей, квартира Лианны располагалась посередине. Бритт отперла сначала один замок, потом второй, услышала шорох за спиной, и сердце у нее екнуло. Круто развернувшись, она уткнулась лицом в широкую грудь Алексея.

– Скорее, пока нас не видят! – Он распахнул дверь и втолкнул ее в квартиру.

Бритт заперла за ними дверь, а ключ спрятала в карман.

– Здесь все как было? – Алексей обошел небольшую гостиную.

– Да. – Бритт осмотрела скудную мебель, задержавшись взглядом на нескольких картинах маслом, прислоненных к стене. Одна картина стояла на мольберте у окна.

– Твоя сестра… художница? – спросил Алексей.

– Да, и я не сомневаюсь, что она не бросила бы просто так свои работы.

– Ее картины что-нибудь стоят? – Алексей наклонил голову набок, словно пытался понять, что означает хаос на холсте.

– Возможно. Она уверяла, что продала несколько картин на уличной ярмарке.

– Где лежали счета и салфетка с запиской?

Бритт подошла к кухонному уголку и постучала по столешнице, служившей также столом.

– Вот здесь. Здесь лежало три конверта со счетами, салфетку засунули в один из них.

Он выдвигал ящики, открывал шкафчики.

– Судя по всему, она забрала с собой почти всю кухонную утварь и посуду.

Бритт фыркнула:

– То же самое и копы сказали! Напрасно я убеждала их, что, если у Лианны и была кухонная утварь и посуда, то совсем немного.

– Может быть, она знала, что ей грозит опасность, и съехала сама?

– Только на это я и надеюсь с тех пор, как ты перевел записку… Но почему она не связалась со мной?

– Может, боится? Не хочет впутывать тебя?

– Да, это похоже на Лианну, но я взяла с нее слово, что она позвонит мне, если ей что-нибудь понадобится.

Скрестив руки на груди, Алексей прислонился к столешнице.

– Почему вы с ней не дружили? Потому что вы – только сродные сестры?

– Мы не росли вместе. – Бритт водила пальцем по узорам на столешнице. – Из-за наркозависимости нашу мать лишили родительских прав, когда мы были маленькими. Меня взяли к себе родственники отца, Лианну брать они не захотели. Сестру отправили в приемную семью.

– А что твой отец?

Бритт пожала плечами, надеясь, что он все поймет, хотя и понимать было нечего.

– Хочешь осмотреть остальную квартиру?

Он вернулся в гостиную. Снял подушки с дивана и показал ей монету в двадцать пять центов.

– Смотри, она возмещает то, что ты заплатила по ее счетам! – Он бросил монету ей, и Бритт поймала четвертак одной рукой.

– Сестре ничего не нужно мне возмещать. Я просто хочу, чтобы она вернулась.

Он продолжал осматривать вещи Лианны в гостиной. Задержался перед картинами.

– Не так плохо! Какая экспрессия… Они передают сильные чувства – гнев, ужас, безнадежность.

– Ты способен так много разглядеть в мазках темной краски?

– Должно быть, все дело в моих русских корнях. – Его губы изогнулись в улыбке. – Что еще ты можешь рассказать об этой комнате? После прошлого раза, когда ты здесь была, ничего не пропало?

– Ничего такого я не заметила. По-твоему, ее квартиру обыскивали?

– Возможно, ее обыскали до тебя или до того, как здесь побывала полиция. Хорошо, что Лианна спрятала записку в счета. Наверное, она не сомневалась, что никто не захочет рыться в ее счетах.

– Никто, кроме меня… – Бритт хлопнула себя по лбу. – Лианна знала, что я заберу конверты со счетами и заплачу за нее, поэтому положила среди них записку, чтобы я точно нашла ее!

– Если люди Сергея не видели записку Татьяны, скорее всего, они вообще о ней не знают. Хотя можешь не сомневаться: они наверняка заметили, что Татьяна и Ли подружились.

Бритт сцепила руки.

– Господи! Надеюсь, Лианна самостоятельно выбралась отсюда, почувствовав опасность. Но почему она не позвонила мне?

– В полиции пробивали ее телефон?

– Он выключен. Сестра всегда покупала дешевые телефоны с предоплатной системой расчетов. Она каждый раз звонила мне с другого номера.

Алексей в последний раз осмотрел гостиную и направился к спальне. Заглянул в пустую ванную, где на крючке криво висело полотенце.

– Здесь что-нибудь есть?

– Нет, и копы за это уцепились.

Слегка подтолкнув его, она прошла в ванную и открыла шкафчик над раковиной.

– Все чисто. И в душе ничего. Хотя… похитителю ничего не стоило сложить все ее туалетные принадлежности в один пакет и вынести отсюда!

– В спальне то же самое? – Алексей ткнул пальцем через плечо в маленькую комнатку, развернулся и направился туда.

– Чемоданов нет. – Бритт вошла в спальню Лианны следом за ним. – Хотя, может быть, у Лианны вообще не было чемоданов.

Он распахнул покосившиеся дверцы стенного шкафа. На деревянной палке висело всего несколько платьев.

– Но ведь здесь не вся ее одежда? У большинства женщин в гардеробах гораздо больше всего.

Она стояла рядом с Алексеем, радуясь, когда он касался ее своим плечом, но его замечание вызвало у нее ужасную мысль. Что, если у него кто-то есть? Жена, подружка, у которой много вещей?

– Она… н-носила много разной одежды с довольно странными аксессуарами – шляпы, шали… – Бритт прищурилась и посмотрела на полку над вешалками. – Ничего этого я здесь не вижу.

Алексей сделал шаг назад, и она, чуть отстранившись от него, снова получила возможность связно мыслить. Она ведь даже не знает, кто такой Алексей Иванов и чем он занимается.

Присев на край кровати, Алексей открыл дверцу единственного ящика тумбочки. Полез внутрь и показал свою находку – несколько пакетиков презервативов.

– Неужели женщина уедет с приятелем, не захватив их с собой?

– Вот именно, – согласилась девушка и склонилась над его плечом, чтобы осмотреть ящик. Она тут же об этом пожалела. – А без этого? – Бритт ткнула пальцем в сексуальные игрушки, которыми была набита тумбочка. – Не уедет женщина с прия телем, не захватив таких игрушек с собой!

– Да, наверное. – Алексей сдвинул брови и склонил голову набок.

Бритт закрыла ящик коленом и обхватила себя руками.

– По-моему, пора забыть рассказ о бегстве с приятелем, хотя надеюсь, что из квартиры она вышла сама… Конечно, приходится снова задаться вопросом, почему она не связалась со мной. Ведь наверняка понимала, что я буду за нее волноваться.

– А раньше ее беспокоило то, что она заставляла тебя волноваться? – Алексей встал с кровати и сдернул покрывало.

– Не очень… Зачем ты это делаешь? Что ищешь?

– Пятна крови. – Он вернул покрывало на место.

Бритт ахнула и опустилась на край кровати.

– Если кто-то в самом деле похитил Лианну, ее схватили не здесь, а в другом месте. Когда управляющий домом впустил сюда полицию, здесь не было ничего необычного. Если бы было, полицейские отнеслись бы к моим словам серьезнее.

– А может, ее похитили отсюда, а потом прибрали. – Он тяжело положил руку ей на плечо. – Извини, что сказал про пятна крови. Иногда я забываю, что говорю с сестрой Лианны. Я не привык работать с… гражданскими.

– А с кем ты привык работать? – Бритт вскинула голову, и их взгляды встретились.

Вдруг оба застыли. Во входной двери щелкнул замок. Алексей сжал ее плечо и нагнулся к самому уху:

– В шкаф!

Она оцепенела; Алексею пришлось схватить ее за руку и стащить с кровати. Он втолкнул ее в стенной шкаф, втиснулся следом, захлопнул дверцы и достал из кармана куртки пистолет.

Алексей мягко подтолкнул ее к задней стенке, прикрыв ее платьями Лианны. Вдохнув запах духов сестры, Бритт едва не зарыдала. Должно быть, она пискнула, как перепуганный зверек, потому что Алексей приложил палец к губам. Потом присел в складках платьев Лианны и двумя пальцами осторожно расширил щель между створками шкафа.

Хлопнула входная дверь. Бритт вздрогнула и машинально прижалась к Алексею. Его тепло успокаивало. Кроме того, с такого ракурса она лучше видела спальню Лианны. Может, управляющий домом что-нибудь проверяет? Из коридорчика послышались тяжелые шаги, и в спальню вошел мужчина. Бритт вцепилась в рукав кожаной куртки Алексея. Она едва не вскрикнула, узнав Джерома. Тот рухнул на кровать и зарыдал.

– Ли, прости меня!

Бритт и Алексей сидели тихо, не шевелясь.

Джером накрыл лицо подушкой и обхватил ее руками. Его тело сотрясалось от рыданий. Потом, очевидно выплакавшись, он отшвырнул подушку и уставился в потолок.

Пролежав в раздумьях еще минут пять, Джером встал. Вытер лицо подолом футболки. Потом разгладил покрывало и взбил подушку перед тем, как положить ее на место, в изголовье кровати.

Огляделся, и Бритт невольно теснее прижалась к Алексею, когда взгляд Джерома упал на шкаф.

Алексей напряг мышцы. Если Джером подойдет к их укрытию, придется вырубить его до того, как он узнает его или Бритт.

Но Джером не подошел к шкафу, он вышел из спальни. Через минуту открылась и закрылась входная дверь; в замке щелкнул ключ.

Бритт по-прежнему не могла шелохнуться.

Алексей отодвинулся от нее.

– Он ушел!

Бритт безвольно прислонилась к стенке шкафа.

– Что это значит? По-твоему, Джером убил Лианну? И за это просит у нее прощения?

Распахнув дверцы стенного шкафа, Алексей глубоко вздохнул. В стенном шкафу было душно.

– Не знаю. – Он махнул рукой в сторону кровати. – Как, по-твоему, он не в первый раз сюда приходит?

– Да, наверное. Видимо, для него это что-то вроде ритуала. Он как будто удовлетворяет потребность искупить свою вину.

Алексей удивленно поднял брови.

– Мне показалось, что он плакал!

Бритт пожала плечами:

– В настоящей жизни я психолог, специалист по вопросам семьи, брака и отношений с детьми.

– Значит, у тебя сколько угодно времени для того, чтобы вести свое расследование. Где твой кабинет? Ты так и не сказала, где живешь, хотя, насколько я понимаю, не в Лос-Анджелесе.

– Шарлотт, Северная Каролина – кстати, ты мне многого о себе не рассказал. – Бритт захлопнула дверцы шкафа.

Он отошел от нее, с трудом отогнав желание зарыться пальцами в мягкие пряди ее волос.

– По-твоему, вина, которую тут… искупал Джером, – результат убийства?

– Не знаю. Захочет ли убийца, чтобы кто-то увидел, как он катается по кровати жертвы, оставляя следы своей ДНК? И какой, кстати, у него мотив? Пару раз Лианна говорила, что бармен славный малый – и больше ничего.

– Может быть, другого мотива и не нужно.

Алексей перешел в гостиную и приподнял створку жалюзи, чтобы посмотреть на тротуар перед домом Лианны.

– Все чисто.

– Хочешь сказать, он надеялся, что они будут не просто друзьями, а чем-то большим, но Лианна хотела и дальше поддерживать платонические отношения?

– Такое бывает.

– Значит, исчезновение Лианны никак не связано с семьей Сергея, «Ябедой» и Татьяной?

– Ты как будто… разочарована.

– Разочарована, что мою сестру убил влюбленный бармен, а не русские торговцы живым товаром? Я хочу одного: вернуть ее живой и невредимой. Хочу знать, что она жива. – На последнем слове голос Бритт дрогнул, она закрыла лицо руками, и светлые волосы упали ей на запястья.