Кера. Землянка на десерт

Машка быстро уцепилась за мою рубашку, чтобы не отставать, а бабушка тихонько поковыляла за нами.

– Куда мы пойдем? На вокзал?

– Да, переночуем на остановке скоростного поезда. А утром решим, что делать.

– А там есть туалет? – тихо уточнила сестренка.

Она шла опустив голову. Как и всех нас, ее съедали глухое отчаяние и страх.

– Да там небольшое здание с залом ожидания. Думаю, одну ночь проведем там.

– Как твое собеседование прошло? – наконец опомнилась бабушка.

– Не знаю…

Говорить, что мне отказали, не хотелось. Я боялась, что эта новость просто раздавит их.

– Вроде хорошо себя показала. Завтра сообщат, наверно, – соврала я и улыбнулась.

– Я помолюсь, чтобы взяли, – вздохнула бабушка и потерла старую рану на ноге, из-за которой хромала. – Эх, жаль, мне отказали в работе учителя, а то я могла бы преподавать историю Земли или наши языки.

– Да бабуль, никому наши знания тут даром не нужны, – запальчиво произнесла Машка.

Мы все понимали, но вслух не решались произносить. А ребенок произнес, и так это горько прозвучало, что и без того одолевавшее отчаяние начало нарастать. Мы опустили головы и дальше пошли молча.

Большинство тяжелых работ на Лензусе выполняли роботы или андроиды. Зачем использовать дорогостоящий труд висов, если железяки не будут уставать, уходить на больничный, брать отгулы?..

Так, машины с искусственным интеллектом трудились на заводах, мыли полы и даже оказывали услуги интимного характера.

Люди же в основном занимались ремонтом роботов и следили за ними. Поэтому на Лензусе не требовались специалисты со средним техническим образованием. А на каждую вакансию подобного рода устраивались конкурсы.

На вокзал нас пустили без проблем, но вот уснуть я так и не смогла. Все думала о том, как поступить. На глаза снова попалось объявление о наборе младших техников.

Кажется, я уже настолько отчаялась, что придется согласиться на работу в училище. Плюсы определенно имелись. Платит ВКУ нормально. Аванса хватит, чтоб погасить долг и снять что-то более приличное на длительный срок. Семью не депортируют и, возможно, меня немного подлечат. По договору медицинское обслуживание входит в их обязанности. Поэтому, может быть, мне выпишут какие-то таблетки на корабле.

Я посмотрела на спящую седую бабушку. Она мой план не одобрит. Закатит скандал. Но какой у меня выбор? Тараканий доктор сказал, что без лечения я умру. Так какая разница, где умирать? По мне, так лучше уйти, выжав из сложившихся обстоятельств максимальное количество бонусов.

Да и вернуться на непригодную для жизни Землю и умереть там – полнейшая глупость! Уж лучше прогнуться, но выжить. Лучше стать мессалиной, чем из-за собственной гордыни допустить смерть близких людей. А если я все же пострадаю во время учений или умру, то моя семья получит хорошие выплаты по страховке. В случае благополучного возвращения, после всех расчетов, возможно, останется немного средств на врачей и терапию.

Так что выходило, у этой работы гораздо больше плюсов, чем минусов.

Я решительно сжала кулаки и, едва рассвело, поехала устраиваться на работу, пока мои не проснулись и не заподозрили ничего плохого.

Собеседование проходило в здании, где располагалась приемная комиссия в Военно-космическое училище. В самом центре города.

Мы сюда приезжали, чтобы погулять и хоть немного разнообразить свой быт. Красивые скверики в окружении пышных елей, яркие цветочные клумбы, кустарники радовали глаз. Так что я сразу знала, куда мне идти. Заодно захватила китель моего ангелочка. Возможно, тут найдут его хозяина.

У стойки регистрации собралась небольшая очередь. Я заняла место и уселась на сиденье. Ко мне тут же пододвинулась томотерианка с мышиными ушками. Симпатичная блондиночка с отличной фигуркой. Выглядела она, в отличие от меня, очень презентабельно. Красивая, стильная одежда по местной моде. Обтягивающий комбинезон яркого оранжевого цвета со вставками из прозрачного материала, укороченная курточка и громоздкие ботинки.

– Первый раз тебя тут вижу… Новенькая? – спросила девушка и доброжелательно улыбнулась.

– Да, – немного неуверенно произнесла я, совсем не зная, как вести себя дальше.

– Ладно. Не тушуйся. Все когда-то оказываются здесь в первый раз. Я, кстати, Эльма. Эльма Кусимаола. Томотерианка… – представилась девушка и протянула руку для рукопожатия.

Я сжала ее маленькую ладошку с острыми коготками и тоже представилась.

– Лукерья, или просто Кера. Землянка. Но ты вроде это уже и так поняла.

– Угу. У вас запах особенный, – повела мышка носом. – Боишься?

– Есть немного. Сама знаешь, что в народе говорят про эту работу.

– А не всем слухам стоит верить. Это дело сугубо добровольное. На шаттлах всегда есть андроиды, оказывающие услуги интимного характера. Сама понимаешь, во время долгого перелета мужчинам нужно разряжаться, сбрасывать пыл. С девушками оно, конечно, приятней. Мы же не бездушные машины. Поэтому там есть свои обычаи. Если дама не против близких отношений, то носит специальный браслет. Висы же такие услуги хорошо оплачивают, так что никто внакладе не остается. Им удовольствие, а нам дополнительная премия.

Мышка хихикнула и откинула свои волосы назад, кокетливо вытягивая шейку.

– То есть если я не хочу, то могу просто не носить браслет.

– Да, а еще рекомендую записаться в команду старшего техника Рыркова. Он своих подчиненных гоняет так, что времени не остается ни на какие шашни. Если хочешь набраться опыта и быть подальше от всего и всех, то тебе к нему.

– Благодарю за совет! – просияла я.

И чуть не обняла на радостях мышку. Это же стало решением всех моих проблем! Всех страхов.

– Да не за что… – отмахнулась томотерианка.

Мы еще некоторое время болтали и перед тем, как настала ее очередь, даже обменялись контактами.

Так что, когда меня вызвали, все мои сомнения исчезли. Руки и ноги перестали дрожать, и я уверенно вошла в кабинет.

За большим столом у окна сидел уставший вис, который даже не отреагировал на мое приветствие. И лишь когда я села на стул, он посмотрел на меня мутными глазами.

По спине пробежали мурашки. Его расу опознала сразу. В брошюре, выданной на звездолете во время нашего отбытия с Земли, было очень мало информации о леамвинах, в сети тоже. Но я хорошо запомнила, что главным отличительным признаком являлись белесые глаза. То, что на Земле назвали бы бельмом, для них считалось нормой. Леамвины почти слепые, но благодаря острому чутью, слуху и псионическим способностям прекрасно обходились и без этого органа чувств.

Я сглотнула подступивший к горлу ком. И кто знает, какие у них способности… Может, он телепат! Вдруг он все обо мне узнает и я не подойду?!

Да, каким образом представитель элиты оказался на простом собеседовании?!

– Имя, фамилия, раса, возраст и образование? – оборвал мои мысли вис.

От страха я едва заикаться не начала.

– Лукерья Анисимова, землянка, почти девятнадцать лет. Прошла курсы младших техников.

– Опыт?

– Нет.

Мужчина скривился, будто съел червяка.

– Подтверждающие документы? – уточнил он еще более холодно и недовольно.

Я протянула руку с браслетом для сканирования.

Мужчина одобрительно кивнул. Затем вытащил из ящика браслет и положил передо мной.

– Это средство индивидуальной защиты избавит вас от нежелательных последствий половых контактов, – буднично сообщил леамвин.

Я невольно покраснела. Так вот что за браслет… Как неловко! Такие личные темы я даже с бабушкой не обсуждала, не то что с посторонними.

– А если я не собираюсь, ну… – Сказать дальше неприличное слово было стыдно. Но я все же собралась с духом. – Если я не буду спать ни с кем, мне все равно положен браслет?

Леамвин, кажется, подавился воздухом. Он странно кашлянул, а когда поднял голову и посмотрел на меня, я едва не закричала и чуть не упала со стула. Скорее всего, так отреагировал бы любой человек на моем месте, когда его попытались просканировать пять ужасных глаз!

То, что я приняла за морщинки усталости, оказалось веками. Жутко и неприятно! Хотелось сбежать или закрыться от этого чудовища. Леамвин теперь смахивал на демона из наших легенд. Брр!..

– Допустим, не обязательно, – протянул вис и прищурился. – Но вдруг передумаете? Вдруг вам понравятся кто-то из курсантов и вы не устоите пред их обаянием?! Что вы тогда будете делать?

Мне захотелось закричать, мол, я девушка приличная, и вообще – никогда и ни за что. Но… Но судя по лицу виса, кажется, он сильно сомневался в этом. Поэтому я так и не раскрыла рта, просто взяла браслет и сунула в рюкзак.

Далее леамвин распечатал контракт и попросил подписать его.

Из-за неприятной беседы вчитываться в договор я не стала. Быстро поставила подпись, получила аванс и уже хотела свалить, когда поняла, что так и не вернула китель.

– У вас еще есть вопросы? – иронично вздернув бровь, спросил вис, когда я замерла у выхода.

– Да, – неуверенно начала я. – Вчера во время поездки на Сизвон мне помог один из курсантов и случайно забыл свой китель. Может быть, вы вернете его владельцу.

Я расстегнула молнию и вытащила из рюкзака куртку ангелочка. Леамвин встал из-за стола и подошел ко мне.

– Действительно, китель принадлежит нашему курсанту. Хорошо, я передам. Впрочем, вы могли бы и сами это сделать.

Я покачала головой.

– Боюсь, у меня не будет свободного времени.

В действительности мне как-то неловко было перед ангелочком. Да и что я ему скажу? «Эй, привет! Помнишь пьяную девушку в космопорте, которая врезалась в тебя?! Так вот, это я. Возвращаю твой китель!» Ну уж нет. Хватит с меня позора. Хочу поскорее забыть этот инцидент, а не быть предметом насмешек во время работы.

Я торопливо покинула здание приемной комиссии ВКУ и пошла снимать жилье для Машки и бабушки. Выбрала квартиру недалеко от центра города, чтобы родные чаще выходили гулять и дышать свежим воздухом. Конечно, это была крохотная каморка, в полуподвальном помещении. Но там имелось все необходимое для жизни. Нам она вполне годилась.

По пути на вокзал я заглянула в Центр помощи эмигрантом, сделала отметку о приеме на работу в ВКУ и облегченно выдохнула, когда меня и мою семью сняли с очереди на депортацию. Хоть одной головной болью меньше!

Бабушка и Машка встретили меня обеспокоенными лицами.

– Я получила работу, – сразу обрадовала их.

Сестра подскочила, восторженно закричала и обняла меня. Бабушка утирала слезы платочком.

– Вы извините, что ушла рано утром, ничего не сказав. Не думала, что задержусь. Но мой космофон разрядился, а мне так не терпелось узнать о результатах собеседования, что я как проснулась, так сразу побежала проверять почту. А там выяснилось, что мне надо приехать в их представительство, заключить договор и… получить аванс! – На последних словах я сделала театральную паузу. – Так что теперь мы не бездомные.

Я достала ключ-карту и помахала ей.

– Да когда ты все успела! – усмехнулась бабушка.

А сама сложила ладошки на груди, облегченно вздохнула и перекрестилась.

– Как ты там говоришь? Встанешь пораньше – шагнешь подальше? Так что я все успела, даже в ЦеПЭ заскочила. Собирайте чемоданы, поехали домой!

Эти слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Мои рассмеялись и даже пустили слезу от радости. Сестра еще и прыгала, хлопая в ладоши. Я не могла насмотреться на их улыбки. И понимала, для моей семьи неведение будет лучшим вариантом.

Однажды мы обсуждали эту идею, и бабушка очень грубо отрезала тогда:

– Мы не для того уезжали с Земли в такую даль, чтобы снова вернуться к войне. Даже слышать не хочу о том, что одна из моих девочек будет рисковать собой, будет спать с курсантами за кредиты и, возможно, подвергаться насилию. Не надо нам таких денег! Это неподобающая работа для честной девушки.

Машка же, одиннадцатилетняя сопля, мало что понимала, но бабке поддакивала, подливала масла в огонь, хотя по большей части боялась, что я умру, как отец или мать, которых ей так и не довелось узнать.

Но их смех и спокойствие дороже всего на свете. И я нисколько не жалела о своем выборе и лжи во спасение. Именно с такими мыслями я отправилась в день вылета в космопорт. Знала бы, чем все обернется, десять раз бы подумала!

Я приехала в космопорт чуть раньше, чем положено. И сразу прошла к месту сбора. На взлетной площадке собралось много народу. Экипаж грузил вещи, а чуть в стороне шла перекличка и распределение.

Под навесом за столом сидел тот же самый вис, что проводил собеседование, а рядом с ним курсант. Он делал пометки в головизоре и заносил информацию в базу данных.

Я заняла очередь. Среди нанятых младших техников оказалось очень мало парней. Подавляющее большинство девушки самых разных рас: томотерианки, кепотки, хоссомалийки, аллуданки, даже мои соотечественницы нашлись. Объединяло их одно: отличная совместимость и привлекательность. Мне аж неловко стало. Я на их фоне выбивалась. Даже на Земле среди своих меня сторонились. А тут и подавно будут. Окружающих оттолкнет не только моя внешность, но и прикид. Я не покупала себе еще ничего с момента переселения. И, кажется, беднее меня была только церковная мышь.

– Фух, еле успела! – вместо приветствия воскликнула моя знакомая.

– Доброе утро, Эльма, – улыбнулась я.

– Ничего себе тут очередь!.. – вздохнула она, оглядывая выстроившихся за мной висов.

– Да, я давно пришла, поэтому одна из первых.

– А можно я с тобой пройду, не хочется стоять под солнышком, – попросила томотерианка и сложила ладошки в молитвенном жесте.

– Я-то не против…

– А мы – да! – возмутились девушки, стоящие позади, и буквально начали испепелять взглядом, смутьянку. – Мы все хотим выбрать себе место получше. А кто опоздал, сам виноват! Так что давай-ка, Эльма, иди в конец. Нечего новенькой лапшу на уши вешать!

Эльма закатила глаза.

– Злые вы! – Она обернулась и совсем как ребенок показала язык девушкам. – Подождешь меня? А то одной скучно стоять, а так познакомимся поближе, – попросила томотерианка перед уходом.

Я кивнула. Мне и правда было интересно узнать побольше о предстоящей работе, да и просто поболтать с ровесницей.

– Следующий, документы, – гаркнул вис, обрывая нашу беседу.

Я поспешила приложить свой браслет, чтобы удостоверить личность.

– У нас пять свободных старших техников, к кому желаете быть прикрепленной? – уточнил курсант и показал мне список.

Я увидела там фамилию рекомендованного Эльмой виса и радостно сообщила:

– В группу Рыркова, пожалуйста!

– Вы уверены? – переспросил курсант.

От удивления он приподнял брови и округлил глаза.

– Вот дура, будет теперь пахать до седьмого пота… – зашептались позади.

Я же сжала ладони и подтвердила свой выбор. Сами они пустоголовые, продавать свое тело – это мерзко.

Не обращая внимания на косые взгляды и шепот, я прошла к Эльме. Девушка не скучала. Она старательно высматривала курсантов.

– Красавчики, да? – сразу спросила она у меня.

Толкнула плечом, указывая на группу висов.

– Это авенары. Они элита! Посмотри, какая у них развитая мускулатура! И на лицо!.. Просто отвал башки! Ох, мать моя полевка! Как вижу их, так сразу хвост унять не могу.

Я оглянулась. И правда, ее тоненький хвостик нетерпеливо мотался из стороны в сторону, как у собак от радости. Я едва сдержала смех.

– Вот что значит генная инженерия и селекция! С ними сравниться могут разве что дракониды. Но они не вступили в Альянс и редко выбираются за пределы своего сектора, – продолжила восхищаться томотерианка.

– Вот смотрю на тебя и не понимаю, кто кому еще доплачивать должен?!

– Поэтому я и люблю свою работу! – хихикнула Эльма.

Я все же не удержалась и тоже стала рассматривать курсантов. Авенары и правда выделялись, как породистые мустанги среди ослов. Эффектный экстерьер, сила, мощь. Леамвины на их фоне казались бледными молями со своей почти белой кожей, светлыми волосами и такими же блеклыми глазами. Разве что некоторые представители томотерианцев могли посоперничать с ними за первое место. Пока рассматривала висов, обнаружила, что среди них имелись и девушки.

– А что, в училище берут не только мужчин?

– Берут всех, но смотря куда. В синей форме – это элита галактических войск, будущая опора и надежда Альянса, борцы. В народе их называют демонами пустоты. Потому что почти все курсанты этого факультета обладают сверхспособностями.

– А ты откуда знаешь?

– Не первый год здесь работаю, так что успела обзавестись полезными знакомствами.

Эльма важно задрала носик и улыбнулась. Верилось мне в это мало. Если обзавелась такими знакомствами, тут бы больше не работала.

– В фиолетовой форме старшие техники и их протеже. Но ты их тут не увидишь, они все на корабле. Кроме одного… – Эльма показала пальцем на палатку. – Небось, выслуживается. В зеленой форме десантники. Но они так, бластерное мясо. А в красной форме пилоты.

– И, как я понимаю, ты нацелилась на элиту?

– Зачем размениваться по мелочам? – ухмыльнулась девушка.

Эльма явно знала себе цену. Но меня такое отношение немного пугало. Я не отрицала право каждого на выбор своего пути. Только мне он казался скользким, сомнительным и рискованным. А в глазах томотерианки, наоборот, легким и быстрым. И для Эльмы решающим фактором в выборе мужчины были не чувства, а размер кошелька. Уверена, даже если курсант будет страшненьким, но пообещает ей купить планету, то она без раздумий прыгнет к нему в койку. Ничего не скажешь – деловой подход.

А я… Да я даже целовалась всего один раз, и то в щечку! И для меня отношения между мужчиной и женщиной всегда являлись сокровенными. Я мечтала, что обязательно встречу свою любовь, и это будет раз и навсегда. Как в сказках. Пускай это наивно и глупо, пускай мои взгляды считаются отсталыми, но я ни за что не отступлю от них. Я хочу добиться успеха своими мозгами и усердной работой, чтобы мои родители, моя семья гордились мной!

Очередь двигалась быстро, так что мы и сами не заметили, как подошел черед Эльмы.

– Почему, раз я последняя, меня ставят к Рыркову? Я против. Я хочу к Памил. Поменяйте меня с кем-нибудь, – возмутилась томотерианка и хлопнула ладошкой по столу.

– Не обсуждается! – гаркнул леамвин и открыл все свои пять глаз.

Я слегка присела от шока и неожиданности. А Эльма будто видела такое сто раз – хмыкнула, сложила руки на груди и недовольно вильнула хвостом.

– Ну, нет так нет… Зачем сразу кричать и силой кидаться? – высказалась она.

Когда помощник ее записал, томотерианка демонстративно откинула волосы с шеи, схватила меня за руку и потянула в сторону собирающейся толпы.

– Тоже мне командир нашелся! – бурчала она. – Теперь все время пахать придется как проклятой.

Эльма протащила меня мимо группы курсантов как буксир. И все же я заметила среди них моего ангела. Он оживленно беседовал с девушкой и совсем не интересовался происходящим. А вот его однокашники повернули головы и странно повели носами.

– Ну, что ты еле идешь?! Давай скорее, сейчас будет построение, речь, представление персонала и распределение кают.

Эльма словно не замечала, что привлекает к себе внимание. Хотя может, именно этого она добивалась. Яркая внешность плюс эксцентричность – хорошая стратегия. Но мне не нравилась моя вовлеченность в этот цирк. Совсем не хотелось быть уродливой подружкой, на фоне которой она будет сиять. Я вырвала руку и поправила выбившиеся из кос волоски.

– Эй, ты чего? – возмутилась она.

– Приказа строиться не было. Куда лететь как оглашенным. Собьем или врежемся в кого-нибудь ненароком. К тому же я не такая сильная и выносливая, как ты. У меня уже бок колет, и я совсем не поспеваю за тобой. Если ты сильно торопишься, беги одна, – чуточку приукрасила я.

Бок у меня не колол, но вот дышалось уже тяжело. Эльма недовольно поджала губы и закатила глаза.

– Хорошо, пойдем помедленнее, – сдалась томотерианка. – Ты и правда какая-то бледненькая и слишком худенькая. Денег на еду совсем не хватает, да?

Я понуро опустила голову. Признаваться в своей несостоятельности тяжело и стыдно. И, кажется, Эльма это поняла.

– Да не переживай. У меня похожая ситуация. Отъешься. На звездолете отлично кормят и витамины дают. А после разживешься деньжатами и забудешь о голоде.

– Да уж понятно, что сюда идут не от хорошей жизни.

– Это да. Подавляющее большинство висов в младших техниках эмигранты с разных планет. Как ты понимаешь, я тоже. Вот, например, та розоволосая аллуданка – Кассия, сирота. Она выросла в приюте, на окраине галактики. И вариантов, как быстро улучшить свою жизнь, получить гражданство, у нее не так много. А парень в очках справа от нее. Это Лео. Он из отсталого мирка, и у него очень большая семья, которую надо кормить…

– А ты? – полюбопытствовала я.

– И я эмигрантка. Но буквально месяц назад получила гражданство. Я уже могу найти работу и поспокойнее. Но получать так же много, как здесь, навряд ли буду, да и… – Эльма запнулась, словно чуть не проговорилась, и поспешила перевести тему. – Кстати, ты заметила, как парни на нас посмотрели? Мы им определенно понравились. Я уверена, уже сегодня получим предложения.

Я поморщилась. Эльма говорила об этом как о великом событии. Как о чем-то прекрасном. Хотя на самом деле все сводилось к банальному удовлетворению самых низменных инстинктов. Без каких-либо чувств и ухаживаний.

– Ты же знаешь, меня это не интересует.

– Извини, забыла! Значит, мне больше достанется, – подмигнула Эльма и, приобняв меня за плечи, повела к месту построения.

В это время прозвучал сигнал, и началась нудная речь о важности практики, ответственности, пожелания удачи. Произносил ее леамвин, проводивший собеседование. Серьезная шишка – куратор второго курса факультета борцов. Сайшен Фушигос – воин альфа-класса в отставке. А по нему и не скажешь. Обманчивая внешность. Но для меня было важно познакомиться с непосредственным начальством – висом Рырковым. Им оказался дедок томотерианец неопределенного возраста. Седой или просто у него такая масть, мне было сложно понять. Но взгляд у мужика оказался такой суровый, что Эльма мигом скисла. Она присела за спинами товарищей, обхватила голову руками, а потом достала крем и начала мазать свое лицо, причитая, что от такого яркого солнца и волнения ее кожа потускнеет.

Через час все закончилось, и мы пошли на звездолет. Он сильно отличался от гражданских крейсеров. Начиная с того, что стартовал он не с орбиты, а прямо с Лензуса. И нам не приходилось добираться до станции на орбитальном лифте. Более мощная начинка и оборудование, внешние орудия, щиты. Почти полное отсутствие окон и минималистичный дизайн. Все самое необходимое без излишеств вроде бассейна, бара и ночного клуба.

Каюты мне понравились, несмотря на аскетичность. Две койки друг над дружкой, стол, два стула, тумба и шкаф. Все при необходимости убиралось в стену. Вместо окна стояла голограмма зеленого леса. Душ, конечно, был общим, и в него ходили по расписанию. Но даже такие условия гораздо лучше тех, которые предлагались в общежитии для эмигрантов, в котором мы жили несколько месяцев.

Поселили нас с Эльмой в одну комнату. Приятельница обрадовалась, а я пока не поняла. Я кинула свой рюкзак на нижний лежак и поспешила в грузовой отсек к начальству, дабы выслушать разъяснения должностных обязанностей.