Звездный дракон
- -
- 100%
- +
Корлакис сунул руку в карман пальто Стэнтона, вытащил пластиковый сверток и швырнул его на землю.
– Это твой клинок, Джон. Подними его.
Стэнтон сделал, как ему было сказано. Что за игра началась теперь? Он с кинжалом против мистера Крана?
– И пистолет ему верни.
Корлакис удивленно уставился на Пелтера, но тут же вынул из кармана куртки импульсник.
– Только сначала вынь заряд.
Вытащив зарядную капсулу, он протянул пистолет Стэнтону, а капсулу передал Ариану. Тот развернулся и забросил заряд подальше, через черную топь. Джон проводил ее взглядом и увидел, что капсула упала где-то посреди травы. Над тем местом, где она приземлилась, поднялась туча насекомых. Стэнтон воспринял это как очередной знак удачи. По всей видимости, зарядная капсула угодила в гнездо местных шершней.
– Не сомневаюсь в том, что вы с Джарвеллис что-то замыслили. Я тебе доверял, Джон. Ты мне даже нравился, – сказал Пелтер.
– Ты никого не любишь, кроме себя, и даже это уже не так. Посмотри, на кого ты стал похож.
Ариан поднял руку и провел ею по лицу, но поняв, что делает, резко отдернул руку. Стоявший за его спиной Кран подался вперед. Стэнтон заметил, что кейс стоит на земле. Вот оно как, значит. Зачем же ему импульсник и клинок?
– Потому что я считал тебя другом, Джон, я отпускаю тебя. Просто уходи. Убирайся с глаз моих.
Стэнтон огляделся по сторонам. Ему определенно пришел конец. Он гадал, позволит ли Пелтер ему добраться до того места, куда упала зарядная капсула, или сразу пошлет Крана за ним в погоню. Джон убрал импульсник в кобуру, развернулся и трусцой побежал по топкой прибрежной земле. Инстинкт выживания, не раз спасавший его, уже брал свое. Ему даже было немного стыдно из-за этого, но он ничего не мог с собой поделать. Через минуту он добрался до полосы, где росла трава. Вовсе не в осиное гнездо угодила капсула, а в развилку между двумя крупными листьями, выглядевшими так, словно они сделаны из расплавленного пластика. Стэнтон взял капсулу, зарядил ею пистолет. Оглянувшись назад, он увидел только Дюсаша, Корлакиса и мистера Крана. Корлакис держал лазерный карабин, уперев его прикладом в бедро. Объяснений не требовалось. Стэнтон развернулся и направился к далекому лесу, с каждым шагом набирая скорость.
Чем дальше он уходил от леса, тем тверже становилась земля под ногами. Папоротники и прочие травянистые растения сменились чем-то вроде приземистого вереска. Посреди зарослей пролегали узкие звериные тропки. Стэнтон добежал до места, где рядом лежали три монолитных валуна, остановился и оперся рукой о шершавый камень, покрытый мелкими кристалликами и отпечатками окаменелостей. Он бросил взгляд назад. На берегу озера ничего не происходило. Кто-то стоял и смотрел ему вслед, но с такого расстояния он не мог разглядеть кто.
Джон отправился дальше. Нужно было бежать как можно быстрее, чтобы уйти подальше, пока Ариан не заскучал и не пустил по его следам мистера Крана. Но может быть, он и не собирался этого делать? Смешно. С каких пор ему знаком оптимизм?
Лес, судя по всему, состоял из адаптированных хвойных деревьев. Приближаясь к лесу, Стэнтон разглядел деревья лучше и понял, что по форме они похожи на сосны, но при этом на ветках висели прозрачные красные плоды размером с кулак. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что хвоя представляет собой плоские «лезвия», а стволы выглядят так, словно их сложили из листов ламината. Пробегая между этих стволов, он снова обернулся. От берега озера за ним двигалась долговязая фигура. Джон помчался дальше, удивляясь тому, сколько энергии он способен выжать из своих накачанных мышц.
Бегом, бегом между деревьями, по хрустящему серому ковру опавшей хвои. Может, вынуть пистолет, взвести курок и подвести дуло под подбородок? Неизвестно, что задумал Пелтер, а так, но крайней мере, вышло бы быстрее. Но эту мысль он отверг. Бежать по земле между деревьями было легко.
Стэнтон поискал глазами какое-нибудь укрытие, но тут же выругал себя. Кран обязательно услышит его хриплое дыхание, даже его сердцебиение. Справа донесся шум быстро текущей воды, и Джон прибавил шагу, надеясь, что это его шанс на спасение. Пришлось взбираться вверх по склону. Он снова оглянулся: Крана не было видно, но, возможно, андроид отправился в обход. Стэнтон сейчас менять направление не мог. В беге по прямой у него не было ни малейшего шанса победить, Кран бегал быстрее и не нуждался в передышках. Одна надежда была на реку.
Вскоре Джон оказался на склоне и увидел внизу быстро и мощно текущую воду. Он побежал вниз к тому месту, где вдоль берега лежали каменные глыбы. Хвойные деревья здесь сменились дубами с синеватой листвой. На земле валялись желуди, похожие на птичьи яйца. Обернувшись, Стэнтон получил новый повод прибавить шагу: между деревьев вприпрыжку бежал Кран. Андроид двигался довольно быстро, но из-за своего большого веса увязал в хвое. Вот! Вот оно! Его вес! Достигнув камней, Джон обернулся и выхватил импульсник. Полная капсула – больше пятидесяти выстрелов. Он очень старательно прицелился и потянул спусковой крючок.
Белое пламя быстрым потоком пролетело к андроиду. Кран успел подпрыгнуть, но выстрел отбросил его назад. Заряд угодил в пальто. Во все стороны полетели дым, пламя и клочки ткани. Андроид приземлился, поскользнулся, Стэнтон еще несколько раз попал в него, и Кран рухнул на спину. Это дало несколько секунд преимущества. Джон нырнул в реку.
Вода оказалась ледяной, но он этого почти не замечал, а, изо всех сил работая руками и ногами, поплыл вниз по течению. Позади послышался громкий всплеск. Оглянувшись, он увидел плывущую по воде шляпу и не удержался от злорадной ухмылки. Кран продолжил погоню, забыв о том, что изготовлен из закаленного керамаля. Оставалось надеяться на то, что река глубока. Джон с удвоенной силой заработал руками, представив, что Кран топает по дну следом за ним. Шум впереди становился все сильнее. О счастье! Это был водопад.
Попытка отплыть к берегу не удалась, течение уже было слишком быстрым. Его подтащило к поросшему тиной камню, заволокло за его край в белую пену. Стэнтон полетел ногами вперед, надеясь, что так сумеет хоть немного смягчить падение.
Джон упал в глубокое холодное озеро и ушел под воду, шипящую и пузырящуюся, будто тоник в стакане. Задыхаясь, он вынырнул на поверхность прямо под водопадом и оглянулся. Позади него что-то тяжело ударилось о воду. Стэнтон посмотрел вперед – там река широко разливалась по каменным плитам, – быстро поплыл, и вот его рука уже коснулась одного из камней. Еще несколько гребков – и оказалось, что он на мелководье. Он встал, вынул импульсник и побрел по воде так быстро, как только мог. Может быть, настало время подвести дуло пистолета под подбородок? Один выстрел, а у него осталось заряда еще на десять… Взгляд назад. Из воды поднялась бронзовая рука и схватила плывущую шляпу. Андроид-придурок. Мистер Кран вышел из озера и расправил поля шляпы. Стэнтон развернулся и встал к нему лицом.
Говорить было нечего. Смотрел Пелтер на него глазами Крана или нет, но Джон не будет молить о пощаде. И будь проклято все, если он собрался сдаваться. Пытаясь отдышаться, Стэнтон ждал Крана, сжимая импульсник в опущенной руке, тот шел, по-птичьи вертя головой.
Когда андроид приблизился на расстояние в пару метров, Стэнтон поднял пистолет и выпустил все оставшиеся заряды. Кран немного наклонился вперед. Каждая порция ионизированного алюминия вызывала краткую вспышку на бронированной груди – и крошечные вмятинки. Когда капсула опустела, Джон швырнул пистолет в андроида. Медная рука схватила оружие, сжала и сломала пистолет и отшвырнула обломки в сторону. Вот и все. Кран шагнул к Стэнтону, тот попытался ударить его ногой по колену. С таким же успехом он мог бы попробовать пинком сломать вековой дуб. Андроид ухватил его за куртку на груди, поднял в воздух и швырнул. Джон упал на спину на мелководье и ударился позвоночником о камни. Он попытался подняться, Кран тут же оказался рядом. От удара, который андроид нанес ему тыльной стороной ладони, Стэнтон отлетел и рухнул ничком на сырую хвою на берегу. Что толку сопротивляться?
Черный ботинок подцепил его и перевернул на спину. Кран наклонился над ним и устремил на него взгляд ничего не выражающих черных глаз. Точно так же убивать могла глыба металла. Медная ручища ухватила его за горло и снова оторвала от земли.
Может быть, глаза? Может быть, он мог хотя бы испортить эту игрушку Пелтера?
Джон быстро повернул на пальце кольцо работы Тенкиана. Натянулась штанина, и кинжал выскользнул через прореху, которую проделал раньше. Зелень хвои отразилась от желтого чейнглассового лезвия, рукоятка кинжала скользнула в ладонь. Стэнтон размахнулся, нацелившись на глаза Крана, но андроид резко сжал его запястье другой рукой. Кончик лезвия замер всего лишь на расстоянии ширины ладони от этих мерзких черных глаз. Кран моргал и ничего не делал, а потом вдруг неожиданно отпустил шею жертвы. Стэнтон вскрикнул, потому что весь вес андроида пришелся на его правое плечо.
Кран вынул клинок из пальцев Джона, а его самого небрежно отбросил в сторону. В рукоятке кинжала работы Тенкиана отчаянно мигали огоньки, она явно всеми силами пыталась ударить андроида током. Кран же к электрическим разрядам был нечувствителен, но его привлекли симпатичные огоньки и красота оружия. Он сжал клинок двумя пальцами и долго не отрывал от него глаз. Стэнтон лежал на земле и пытался отдышаться. Судя по всему, правое плечо у него было вывихнуто, а еще сломано несколько ребер. Убегать теперь никакого смысла не имело. Он просто ждал неизбежного.
Кран покончил с длительным изучением кинжала работы Тенкиана и аккуратно убрал его в карман пальто. Он посмотрел на Стэнтона, прижал к губам указательный палец, а потом перешагнул через него и удалился в лес.
Левая нога у нее чертовски болела. Внутри скафандра она чувствовала скопление чего-то горячего и липкого. В каком-то смысле она жалела о том, что герметичная прослойка между бронированной обшивкой и внутренним костюмом была настолько надежной. Будь это не так, ей бы не пришлось уже двадцать минут задыхаться. «Лирик» исчез, Джон или погиб или мог вот-вот погибнуть – наверняка Пелтер об этом позаботится, – а она даже не могла снять гермошлем, чтобы поскорее умереть, настолько надежно он был пристегнут. Джарвеллис болталась в космосе над Виридианом и видела, как обломки ее корабля сгорают в атмосфере – когда слезы не застилали глаза.
Древняя кольцеобразная орбитальная станция плыла всего в нескольких сотнях метров в стороне. С трудом повернувшись, Джарвеллис разглядела свет в самой глубине станции, за полуразрушенными структурными элементами. Но и эта цель для нее была недостижима. Она успела израсходовать все топливо в двигателе скафандра, чтобы улететь подальше от места взрыва. «Уходи», – успел сказать ей Джон. Она его хорошо расслышала – в тот самый момент, когда открыла наружный люк и включила двигатель. Диск пламени рассек корабль прямо под ней, а потом ей в спину ударила взрывная волна, ее перевернуло раз, другой, третий. Наверняка по бедру ее ударил какой-то обломок чейнгласса. Одна почувствовала не один удар, но только чейнгласс мог пробить керамалевую броню.
Мало-помалу слезы высохли, и Джарвеллис снова попыталась связаться хоть с кем-нибудь с помощью встроенной в скафандр рации. И снова получила в ответ молчание. Возможно, рацию повредили электромагнитные волны, распространившиеся после взрыва. Правда, была использована планарная взрывчатка, она таких волн не давала. Они, скорее всего, стали следствием одного из вторичных взрывов – например, тогда, когда взрывной диск рассек пополам гиперпространственный двигатель. Конечно, со временем с Виридиана должны были прибыть спасательные корабли, но уже будет поздно. Оставалось два варианта: умереть медленно внутри скафандра или… Джарвеллис опустила руку и отстегнула от ремня лазерный резак. Нет, шлем им вскрыть не удастся, потому что чейнгласс автоматически поляризуется. Нужно было направить резак на сердце. По ее подсчетам, пробить скафандр резак мог примерно за минуту.
И все. Никаких больше слез, никакой тоски. Все пропало, осталась только она. Потом… потом Джарвеллис вспомнила о том, что внутри нее зародилась новая жизнь, и из-за этого все стало еще хуже.
Она посмотрела на зажатый в скафандровой перчатке лазерный резак – матовый цилиндр с кнопкой на одном конце.
«О, Джон…»
Она приставила головку резака к груди и нажала на кнопку. Точка контакта озарилась красным светом, вокруг образовалось оранжевое облачко из испаренного керамаля. Будет резкая боль, потом быстрая смерть… Лазер просверлил броню, но ожидаемая боль не пришла. Джарвеллис ощутила удар по груди, ее руку отбросило. Обернувшись, она увидела, как обломки лазерного резака летят по космическому вакууму сверкающим шлейфом.
– О, черт, черт…
Воздуха у нее осталось на пятнадцать минут, полоска индикатора неумолимо опускалась вниз. Она понимала, что произошло. Соприкоснувшись с вакуумом, герметик затвердел. Лазер прорезал его, но потом не выдержал давления воздуха внутри скафандра и разлетелся на куски. Но этим дело не кончилось. Вот почему эти древние скафандры со временем заменили на более модернизированные. Затвердевая, герметик, изготовленный на основе эпоксидных смол, терял огнеупорные свойства. Под воздействием прилива воздуха разогретая добела эпоксидка попросту взорвалась.
– Прощай, Джон, – проговорила Джарвеллис и подумала о том, что тени по краям поля зрения – это следствие резкого падения давления воздуха внутри скафандра. Нет, это элементы гигантской конструкции на фоне Виридиана. А в следующую секунду женщина ударилась о стену внутри кольца орбитальной станции. Счетчик воздуха показывал «ноль», дышать было нечем, но все же у Джарвеллис хватило юмора, чтобы оценить иронию судьбы.
21
Антифотонное оружие (АФО). В данном случае термин «антифотонное» употреблен неправильно, а виновато в этом пропагандистское ядро Иовианской организации сепаратистов (а если не они, значит, кому-то очень хотелось выдать желаемое за действительное). Из этого оружия вылетает пучок протонов, которые разгоняются силовым полем до скорости, почти приближающейся к скорости света. Отчетливая лиловая вспышка или луч не являются – как в том нас пытаются заверить некоторые выдумщики – неким сказочным «темным светом». Это всего лишь флуоресценция, вызванная столкновением протонов с молекулами воздуха. В абсолютном вакууме пучок протонов невидим. Вышеупомянутым выдумщикам не помешало бы знать, что стрельба из протонного оружия – дело серьезное и что обычно в результате возникает изотопное загрязнение. Так что плохие ребята не просто исчезают в лучах элегантной лиловой вспышки.
Гордон. «Как это делается»Мейка смотрела на дисплей, на котором демонстрировался вид шахты, ведущей к артефакту. Кормак увидел Карна, себя самого, Ганта и Сенто – со спины. Вверх по туннелю поднимался паукообразный дозорный.
– Господи Иисусе! – вскрикнул Гант.
Кормак ждал, когда раздастся его приказ стрелять по пауку. Но Мейка остановила кадр, как только странное существо стало видно самым крупным планом.
– Я скачала эту копию записи из памяти Эйдена, – сказала Мейка, не оборачиваясь.
– И какие у вас впечатления?
– Это пугает и завораживает.
– Все вместе, – сухо выговорил Кормак.
Она обернулась к нему.
– Если бы я не знала, что туннель возник вследствие плавления и сжатия горной породы, я бы сказала, что это существо каким-то образом прорыло его, что это было нечто вроде его природного убежища до того, как упала температура. Туннель четко подходит под его размеры. Если бы не лед, этот «паук» смог бы взбегать вверх намного быстрее.
– И вы утверждаете?
– Утверждаю обратное: существо было специально разработано для этого туннеля. Этот охранник был специально сотворен для этого места.
Биолог прошла мимо Кормака к длинному столу, на котором были разложены доставленные Торном обломки существа, обитавшего под землей. Она взяла серебристую лапу.
– Против энергетического оружия на самом деле защититься невозможно, но это существо обладало максимально возможной защитой: «шкура» наделена отражательной способностью и способностью эффективно распределять тепло. Кроме того, бронирующие свойства оболочки позволяли ему выстоять против почти любого огнестрельного оружия. – Она указала на экран. – А его размеры, как я уже говорила, очень хорошо подходили для передвижения по туннелю.
– Машина это или живое существо, – проговорил Кормак, припомнив другую беседу с биологом, – оно не эволюционировало здесь.
– Нет. Оно не наделено способностью к размножению. Существо было изготовлено. И во многом поразительно напоминает драконидов. У него нет ДНК, оно пользовалось репликацией белка.
Ян задумался. Опять дракон?
– Вы только что сказали насчет того, что туннель мог быть его естественным жилищем до того, как на планете похолодало. Что вы имели в виду?
Мейка положила на стол серебристую лапу и взяла другой обломок «паука» – приплюснутый овоид с ребрами с одной стороны.
– Это одна из его ступней. Очень похоже на завершение конечностей таких ящериц, как обитающий на Земле геккон или шранк с Цирцеи. Идеально приспособлена для того, чтобы хвататься за каменные стенки туннеля при том, что на них нет льда. – Она положила ступню на стол. – Кроме того, судя по результатам тех анализов, которые я успела сделать, существо приближалось к порогу выживания. Если бы температура упала ниже ста шестидесяти градусов по Кельвину, оно бы впало в спячку. Еще ниже – неминуемая смерть.
– Но дракониды как-то выживали, – возразил Кормак.
Мейка обвела взглядом коллекцию частей тела «паука».
– Организм этого существа был не настолько сложным. Оно не обладало способностью к адаптации…
– Возникают вопросы. – Ян перевел взгляд на дисплей. – Зачем охранялся артефакт? Кто поставил там охранника? Кто бы это ни был, он не знал о грядущем похолодании. Существо было помещено в подземелье до аварии на рансибле. А вот дракониды… Были ли они посланы сюда для того, чтобы забрать артефакт? Такова ли была цель дракона? – Он покачал головой. – Если так, то почему был уничтожен рансибль?
– Думаю, тут замешан кто-то другой, – сказала биолог.
– Почему вы так считаете?
– Из-за артефакта. Я просматривала диалоги дракона с людьми и другие документы. Вспомните, когда вы летали на Астер Колору – этот двухкилометровый периметр? Дракон не пользуется машинами. Все, что изготавливает он, более сложно, это живое. Этот артефакт произведен не в соответствии с технологией дракона.
– Да… Может быть… но паук-охранник? Мы ходим по кругу. Каждая находка, каждое объяснение вызывает все новые и новые вопросы…. «Гибрис», чем сейчас занят дракон?
– Дракон производит разрушения на планете. Сейчас у нас нет «картинки», потому что в результате первого взрыва был уничтожен зонд.
Обратившись к Мейке, Ян сказал:
– Вот у кого я надеюсь найти какие-то ответы, какими бы зашифрованными они ни оказались.
– Дракон обычно лжет.
– Порой даже из вранья можно что-то выжать.
Кормак обвел взглядом огромный главный отсек – ряды ящиков из пузырькового металла, катушки и рулоны сверхпроводящих кабелей и пластин, массивные силуэты скайдоновских рогов в противоударной упаковке. Один из этих рогов убил женщину-инженера во время нападения дракона. Множество инженеров и рабочих, а также роботов занимались проверкой оборудования для установки рансибля, снимали показания приборов. Все пространство у дальней стены отсека занимал гигантский грузовой катер, его люки были открыты.
– Треклятый дракон, – процедила сквозь зубы Шален. Когда Ян спросил у нее, как дела, то по одному выражению ее лица понял, что она не радуется жизни.
– Есть повреждения?
– С рансиблем все в порядке, – сердито блеснула глазами старший офицер.
Кормак мысленно выругал себя. Неужели он стал настолько бесчувственным по отношению к смерти?
– Я очень огорчился, когда… узнал о…
– Ее звали Джентия. Она была чертовски хорошим инженером.
– Мне очень жаль.
– Что ты намерен предпринять? Тебя вообще по-настоящему хоть что-то интересует? Она погибла – ее, можно сказать, убили. Эта тварь могла нас всех прикончить, и, может быть, как раз этот мерзкий дракон и погубил всех жителей Самарканда. Так что Дарсон, вероятно, насчет него не ошибался.
– Ты всерьез предлагаешь мне арестовать чужака-психопата весом в полмиллиона тонн?
Шален на миг отвела взгляд. А когда посмотрела на Кормака, на губах у нее играла смущенная улыбка.
– Я сказала глупость.
– Понимаю, но ты хотя бы осознаешь те проблемы, которые стоят передо мной? Я… Да может быть, только поэтому…
– Да, – прервала его Шален. – И ты, и я тоже. Не будем об этом… Знаешь, чем занимался дракон как раз перед тем, как вышел из строя зонд?
– Он изрыгал пламя и разрушал горы, – с очевидным облегчением ответил Кормак.
– Верно, и не только горы. Он занял геостационарную позицию над местом взрыва рансибля. А я еще надеялась использовать какие-то из оставшихся там построек. Он и их с лица земли стер.
– Случайно?
– Наверное, можно и так сказать. Шахте тоже досталось: теперь она погребена под грудой щебня и расплавленной горной породы.
Неужели дракон на самом деле только изрыгал пламя?
Как бы то ни было, все прекратилось двадцать часов спустя.
– Оружие заряжено и готово к стрельбе, – невинным тоном сообщил ИР «Гибрис».
Речь шла о том оружии, с помощью которого, как в свое время намекал Карн, можно было бы извлечь из-под земли артефакт: то есть заряда хватило бы для того, чтобы взорвать и распылить два километра горной породы. Сейчас орудия были нацелены в ту сторону, откуда выплывал дракон, – на фоне тусклого солнца он напоминал боевую машину из далекого кровавого прошлого Земли.
Никаких особых проблем: на таком расстоянии столкновение невозможно, а энергетический импульс от дракона сюда долететь не мог.
– Откройте канал связи, – распорядился Ян. – Давайте поглядим, что ему нужно.
– Дракон летит с ускорением в три G, – сообщил ИР «Гибрис».
– Нового столкновения с ним нам не выдержать. – Старший офицер сокрушенно покачала головой.
– Дракон, если ты приблизишься больше чем на сто километров, мы откроем по тебе огонь. Это наша граница, – объявил Кормак.
– Дракон сбавляет скорость… двести семьдесят километров… двести пятьдесят…
– Если покажется, что он намеревается выпустить очередной импульс, все равно стреляй в него! – Кормак обратился к ИР «Гибрис», не закрывая канала связи – пусть дракон все слышит.
– Где он? Где он? – послышался из динамиков громоподобный голос дракона.
– О ком ты, дракон?
– Преступник! Где преступник?
– Мы ничего не знаем ни о каком преступнике. Мы прибыли сюда для того, чтобы выяснить причину разрушения самаркандского рансибля и последовавшей за этим разрушением гибели десяти тысяч человек.
– … сто пятьдесят километров… сто сорок…
Когда дракон заговорил снова, его голос звучал тише, спокойнее.
– Он убил ваших людей. Я пытался остановить это, Ян Кормак, но он бежал и убил ваших людей. – Д сосуд-темница должен был удержать его.
Кормак обернулся и вопросительно посмотрел на Карна.
– Сосуд-темница?
Инженер пожал плечами.
– Кого, интересно, понадобилось удерживать с помощью адамантия? Но уж если он выбрался, то это, я вам доложу…
На вопрос ответил дракон.
– В сосуде был заключен Творец. Его народ сотворил меня. Он и есть преступник… Вы бы, наверное, назвали его психопатом. Это энергетическое существо.
Кормак посмотрел на Шален.
– Психопат… Этот Творец… это он изготовил нано-мицелий, повредивший буферы рансибля?
– Он. Я уловил колебания, понял, что в этом секторе происходят какие-то аномалии, и, зная, что здесь находится сосуд-темница, послал сюда свои создания с помощью ваших рансиблей, чтобы они все узнали. Они попали сюда после того, как Творец удрал из своего сосуда. Он оставил после себя мицелий, мицелий разрушил ваш рансибль, и мои создания не смогли последовать за Творцом.
Кормак на некоторое время перекрыл канал связи и обратился к Мейке.
– Это согласуется с тем, что вы выяснили насчет паука-охранника. Я имею в виду – та самая технология, которой пользуется дракон. И если эта раса создала дракона, все выглядит правдоподобно.
– Правдоподобие – это еще не истина.
– Верно. И конечно, существуют ваши соображения насчет того, что способен, а что не способен создать дракон. – Ян многозначительно смотрел на нее.
– Это были… просто размышления, – призналась биолог, чуть скривив губы. – Сосуд для пленения какого-то существа, наделенного энергетическими способностями, вряд ли мог быть произведен на свет биологическими методами.