У русских за пазухой

© Крэйг Эштон, текст, 2023

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2024

Предисловие

Здравствуйте! Спасибо, что купили мою книгу. Я очень надеюсь, что она вам понравится.

Я думаю, что стоит сначала немного рассказать о себе и о книге. Меня зовут Крэйг, я приехал в Россию в 2003, чтобы учить ваш язык. Я влюбился в Санкт-Петербург и решил пожить у вас несколько лет, пока не выучу русский. До сих пор я тут.

Книга эта моя вторая, но ее можно читать, не прочитав первую. Она составлена из коротких рассказов про мою жизнь у вас. Я их написал для блога, поэтому тексты порой будут блогоподобненькие. Еще – я не исправил все ошибки. Книгу написал на русском, это не перевод. Поэтому язык в ней бывает не совсем русскообразным.

Я хочу передать, как русский язык и разговор на русском звучит для неносителя. Мне кажется, они передают ощущение легкого конфуза, который сопровождает меня с первого дня в вашей стране.

Цель этой книги – не только дать взгляд в Зазеркалье, но еще и открыть форточку в ум англичанина, живущего в России.

Правда, я немного волнуюсь, что некоторые главы могут быть вам не интересны. Если это так, пролистывайте не глядя!

В книге две смысловые части. Первая (бо́льшая часть) – о моих столкновениях с вами, вашей культурой и вашим языком. Вторая – об англичанах, о нашем языке и нашей культуре и об иностранных языках в целом.

О, и некоторые смайлики я оставил, чтобы лучше передать свои эмоции

Приятного чтения!

Предисловие II

Я начал учить русский в университете. В школе я изучал немецкий язык. Я очень любил немецкий. Так как у нас с немцами общие предки и английский – германский язык, для англичан немецкий немного родной.

Например, посмотрите на наши неправильные глаголы:

Swim, swam, swum

Schwimmen, schwam, geschwommen

Break, broke, broken

Brechen, broch, gebrochen

С немецким у меня легко получалось, и я учил его на пятерки, выигрывал призы, и преподавательница Frau Reynolds меня обожала.

Все было хорошо. Sehr даже gut.

Но потом я познакомился с русским…

С этой роковой встречи моя мотивация учить немецкий постоянно уменьшалась.

Все нейроны в моей голове просили дать еще русских словечек. Ночью после уроков я сидел у себя в комнате и читал своим нейрончикам короткие рассказы Чехова. Они слушали, визжали и требовали продолжения банкета. С тех пор они ежедневно кушают свое любимое лакомство.

Но не все нейрону Чехов. Бывает и великое деепричастие…

Ищущие знание нашли его зря

– Повторите за мной: защищающиеся, – сказала нам Кэтрин.

Никто за Кэтрин не повторил. У всех пошла защитная реакция: замерзнуть-молчать.

– За-щи-ща-ю-щи-е-ся, – Кэтрин повторила, храбро держа улыбку на устах. Она не в первый раз проходила это слово со студентами и вряд ли в последний.

– Какое первое слово? – спросил Лиам.

– Это одно слово.

В комнате поднялась испуганная дышь. У всех была одна мысль: «Не слово это, а языкосломка!»

– Просто попробуйте. Это же не первое ваше сложное русское слово.

Полностью согласившись, мы попробовали.

– Щижащиесияющиеся, – мы мягко свистнули, глядя в глаза Кэтрин с надеждой, что больше никогда она не попросит нас произносить эти звуки. И что их не будет в последнем экзамене через 3 месяца.

На нашу попытку Кэтрин ответила дипломатичным «мгм-м».

– И еще раз! Защищающиеся!

Через пять минут, когда каждый из нас успешно укусил свой язык, Кэтрин подошла к доске и начала объяснять это слово.

– Это причастие действительного залога, – сказала она, написав это словосплочетание на доске.

Наши опустошенные глаза взглядели вдоску, но увидели только вечно углубляющуюся темноту бездны.

– Причастие настоящего времени, и оно возвратное, – продолжала Кэтрин. – Функционирует как прилагательное.

Глагол, который играет роль прилагательного. Как ни удивительно, не самая странная концепция русского, с которой мы столкнулись.

– Смотрите, как оформляется: берем глагол, убираем «ть» и добавляем «ющ».

Тут она на нас посмотрела, чтобы проверить, что мы следим за ее словами. Мы в ответ сделали лицо very interesting, please, tell us more, но в голове уже начали придумывать, как объяснить родителям плохую итоговую оценку.

– Дальше мы добавляем окончание прилагательного, в этом случае у нас множественное число, поэтому «ие».

– Почему многочисленное число? – спросил я, увидев возможность выглядеть так, как будто я в основном понимаю.

– Множественное. И да, потому что защищающихся много.

– Защищающиеся «что»? Какое потом существительное?

– Ну, это в принципе и есть существительное.

Резко поднялась паникующая дышь и неровное биение разбивающихся сердец.

– Так… правильно ли я понял, что… это слово – глагол, который играет роль прилагательного и тем самым функционирует как существительное?..

– Да! – сказала Кэтрин с интонацией «десять очков Пуффендую!».

Но никакие очки никого бы не порадовали в тот момент.

Глагол, который прилагательное и существительное. Триптих русскоязычества.

Все засмолкли, в комнате царила ощутительная тишина и тревога.

– Есть еще и причастие страдательного залога, – продолжала Кэтрин.

«О, глагол тоже страдает, хоть что-то я понимаю под этим всем», – повздумал я.

– И оно тоже бывает в настоящем и прошедшем времени. Но это мы выучим завтра! – оптимистнула Кэтрин. – Сегодня я только расскажу, как они выглядят, так вам легче будет потом.

Сомневающиеся в ее словах студенты смотрели на доску, на все формы и на все свои страхи:

• Защищающий

• Защищающийся

• Защищавший

• Защищавшийся

• Защищая

• Защищаясь

• Защищен/ный

• Защищаемый

Восемь форм, умножаем на шесть падежей – в итоге три базиллиарда форм.

– О, и еще «защищав», но это герундий, это потом, – улыбнулась Кэтрин.

Три базиллиарда и один.

А вот проблемообещающее «потом»… На секунду мой мозг задал вопрос: «А что будет после потома?» Но я быстро его скинул в бездну (не вопрос скинул, а мозг). «Этот мостик пройдем/сожжем, когда/если дойдем», – решил я.

– «Защищающиеся» – синоним «те, которые защищают себя».

– А мы не можем просто так сказать? – кто-то спросил.

Грустные глаза Кэтрин нам передали, что так просто – нельзя. Русский же.

Ухты-пухты, короче. Эта грамматика – хорошая причина перейти на курс древнего санскрита. В ней заключены почти все страшные моменты русского как иностранного. Глагол + время, окончания прилагательных + падежи, действительный/страдательный залог, возвратный глагол. Точка невозврата для неготовых психик. К счастью, ты с ней столкнешься в самом конце университета, и концепция «невозвратные издержки» поможет найти мотивацию продолжать.

Скажу честно, Кэтрин, конечно, нас познакомила с этим материалом наилучшим способом. Но все-таки ощущалось это как в рассказе выше. Я даже помню, 20 лет спустя, в какой комнате мы сидели и как потолок выглядел. Это было шоком для системы. Русский язык бывает шокирующим, да-да.

Эта грамматика, в принципе, не так страшна, но! Большое НО: когда твоя карьера зависит от оценки, которая может зависеть от того, сможешь ли ты сказать «принадлежащая» в нужный момент, – это уже немного страшно.

К счастью, я достаточно быстро врубился и полюбил эту грамматику (и я не имею в виду, что она мне нравится. Я ее ЛЮБЛЮ! Когда вижу такое слово в тексте, улыбаюсь, в животе теплеется. Когда не вижу – скучаю). Могу ее использовать, в основном не ошибаясь. Мне легко писать, но произносить сложнее, и из-за этих «щуизуищуи» я выгляжу как конь, старающийся поцеловать кактус.

Я выучил русский по принципам «труд и время перетрут все» и «слезы камень точат». Русская грамматика перетерла 2/3 нашей группы…

Но я дошел!.. Или прошел дальше, чем бросившие. С каждым годом я люблю русский язык все больше. Не помню точного момента, когда «Не могу!» превратилось в «Люблю – не могу!», но… Помню то ощущение, когда все (ну, половина) встало на свои места (ну, или недалеко от).

Если вы учите другой иностранный язык, желаю вам полюбить его, это все облегчает. И если сможете влюбиться и в культуру тоже, то будете чувствовать себя в ней, как лягушка под легким дождем.

Вобла

– Ёж – птица гордая, понимаешь?

– Не совсем понимаю, – то есть вообще не понимаю. – Можешь объяснить, пожалуйста?

– Не пнешь – не полетит.

Wha… Who kicks a hedgehog??

– Да, понимаю, спасибо, – наврал я.

Он вытащил что-то из газеты «Правда», лежащей на столе, и протянул мне.

– Вобла.

«Ой, почему он ругается матом? Я его обидел?»

– Хочш?

– М-м-м, – ответил я неуверенно.

Мой ответ он принял как уверенное «да» и беспечно отдал мне воблу. Он это сделал манерой мастера-плотника, который передает другому мастеру-плотнику всем мастерам-плотникам понятный инструмент.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.