Солдат из прошлого. Генезис
- -
- 100%
- +
- «Я здесь. Смотрю, как ты справляешься».
-«Да уж, справляюсь, совета не будет, я так понимаю?»
-«Судя по тому, что ты предпочел остаться на месте, у тебя есть план. Поделись. По поводу пириков – у тебя с командирством пока не очень. Но отказываться от такого ресурса не следует. Делегируй свои полномочия тому, у кого это в крови».
-«Ты про солдата? Я сам об этом подумал».
-«Верю, но не очень. В бога поиграть не хотел? С такой братвой можно не только винные точки грабить».
-«Я в командиры не напрашивался. Говори, что мне делать, только быстрее, спецназ уже совсем рядом, мне надо подготовиться, подумать, что им говорить».
-«Спецназ… да тут целая армия. Значит план у тебя все же есть. Хорошо. С пириками решили – прикажи, чтобы шли вслед за солдатом и поступили под его командование до особых распоряжений, твоих, разумеется».
-«А солдат согласиться?»
-«Удивится. А потом сообразит. Он и сам понимает, какой из тебя генералисимус».
Гелик «подключился» к пирикам, отдал команду – найти солдата с девушкой и выполнять его команды, пока он не позовет их.
-«Остаешься, командир?» - спросил пирик, с которым у Гелика «получалось». Обращение на «ты» подсказало, что отношение к нему нормальное, во всяком случае, за дурачка не держат, Гелик успокоился и почувствовал себя более уверенно.
-«Так надо. Идите. Они мне ничего не сделают, я надеюсь. Моя мать им весь мозг вынесет. Если что, я вас позову».
Гелик не видел, как пирики ушли – просто перестал их чувствовать. Они с Котом остались одни, не считая кучи вооруженных людей в камуфляже, которые осторожными перебежками приближались со всех сторон.
- "Я так и не понял твоих намерений. Остаешься?"
- "Кот, я думал, мы с тобой останемся вместе?" – Гелик надеялся до последнего, что так и будет. Оказалось, зря. Не поспешил ли он со своим «геройством»?
-«Вот облом», - Гелик не скрывал разочарования.
- "Ты же не маленький и я тебе не нянька, чтобы возле тебя ошиваться без дела»
-«Я и не говорю… а какие у тебя дела?»
-«По-твоему я тут только из-за тебя?»
-«Ты же мой Кот», - воскликнул Гелик, но уже не так уверенно.
- «Если бы я был просто котом, вопрос о том, где мне быть – не стоял и твоя претензия была бы правомерной. Ты сам так решил. Впрочем, я и сейчас могу помочь – исчезнешь же, как и другие. Только думай быстрее – они тебя уже видели. Подброшу им версию о нечистой силе, сейчас это модная тема. С доказательствами пусть стараются без ансамбля – сами…».
- «Я понял, Кот. Я остаюсь. Я же накосячил и, если я не сдамся, они перероют все и найдут их».
- «Наивно. Но достойно уважения. Твое решение», - Гелик ощутил вибрирующее тепло и затем пустоту. Теперь он точно остался один. Не успев нарастающую погасить панику, Гелик инстинктивно окликнул пириков.
- «Нам вернуться?»
-«Н-нет, делайте, что я сказал, найдите их и будь с ними. Я справлюсь».
***
Позднее Гелик пытался анализировать, насколько осознанно он так поступил, имея возможность скрыться и пришел к выводу. Его роль изначально была вторичной. Все начало меняться после того, как он сам пошел за Солдатом, тем самым избежав клыков Иви. Но он чуть не убил собственными руками Макса, Солдата и Кристину и остался, чтобы прикрывать их, переключить все внимание на себя. Гелик хотел быть не только полезным, но и получить весомый повод для самоуважения. До полного принятия самого себя пока было далеко.
***
Оператор дрона, который патрулировал определенный квадрат местности на предмет пожаров и других подозрительных вещей, заметил нечто странное. В относительной близости от железнодорожных путей и электроподстанции, в пустынной местности, посреди поля, камера зафиксировала группу людей. Понаблюдав за ними немного, подозрительных перемещений и действий, кроме розжига костра и танцев, не отметил:
- Молодняк веселится.
Завершив облет квадрата, решил полюбопытствовать – как идут дела у компании, надеялся заполучить забористые кадры пикника, который к тому времени должен был вступить в новую стадию – разнузданной оргии, а вместо этого обнаружилось, что на месте костра, возле которого еще не так давно клубился народ, обнаружилась приличных размеров яма и в ней происходило непонятное шевеление.
- Нашли себе место для «групповухи»…
Приблизив изображение, он увидел воочию, как выглядит ад – копошащихся людей засасывало в воронку и перемалывало заживо. Камера звук не писала, да и сам дрон находился достаточно высоко, ниже не рискнул опустить из опасения лишиться прибора, за который нес материальную ответственность. На экране были отчетливо видны раскрытые рты – похоже, люди кричали, звали на помощь.
Оператор переключил внимание на другие объекты, но не увидел больше ничего подозрительного, вернулся к яме. В воронке все успокоилось. Его дежурство подходило ко времени, которое армейские негласно прозвали «собачьим часом» - мозг уже отключался, могло и померещиться невесть что. Внимание не фиксировало явной угрозы. На всякий случай решил удостовериться, что с ямой все в порядке, обычная заболоченная копанка. Возможно, за шевеление принял рябь на воде или камыши. Было непонятно, куда делся народ. Но они вполне могли за это время уйти – поблизости он видел строения дачного поселка или деревни.
Дрон начал снижаться. Оператор не отлипал от экрана, чтобы не пропустить момент опасности и все равно не заметил момент, когда на краю то ли ямы, то ли копанки, то ли воронки возникла девушка. Она сидела, опираясь на руку, и наблюдала за дроном.
-Чёрт, откуда..., - палец на джойстике дрогнул, приблизив изображение. На экране появился крупный план – глаза с расширенными зрачками, которые смотрели на него. Он мог поклясться, что успел рассмотреть в них свое отражение. Пристальный взгляд слегка гипнотизировал, с оператором, похоже, «играли».
- Ты кто? – парень не сразу сообразил, что вопрос адресован ему. – Подсматриваешь? - владелица глаз протянула руку и, хотя до дрона было не меньше десяти метров, щелкнула по нему. Прибор качнулся, его отбросило в сторону, затем он стабилизировался, трансляция продолжилась. Теперь незнакомку можно было рассмотреть полностью. Девушка была красива, портило то, что лицо и вся она была в каких-то темных пятнах.
-«Земля, глина или кровь..?» - оператор не пришел к однозначному мнению и пока размышлял, снова упустил момент, когда девушка исчезла. Он ошарашенно смотрел на опустевший пейзаж и чуть не упал с кресла, когда девушка появилась снова, погрозила пальцем и нырнула в чернеющую яму, будто в бассейн с водой. Дрон повисел над местом пару минут, поднялся вверх и взял курс на базу.
***
Придя в себя от шока, оператор захотел проверить – все ли удалось записать. Особенно переживал за крупные планы. Если «кашу из людей» еще можно было объяснить ветром и камышами, его собственное отражение в глазах странной незнакомки было лучшим доказательством того, что он не спал. Небольшое помещение диспетчерской заполнил отборный мат – нужные видеофайлы были удалены. Более того, успел вычистить и корзину, подсуетился, так сказать. Посидев в ступоре, очнулся и стал проверять снова. Но чуда не произошло – папка с сегодняшней датой была омерзительно пуста. Мозг начал понемногу вскипать. Все это не имело никакого объяснения. Первое желание было – всё скрыть, удаление рабочих файлов списать на усталость. Он уже продумывал то, как будет просить прощение в надежде на взыскание, только бы не увольняли. Выход был так себе, но на сердце немного полегчало. Решил напоследок еще раз проверить папку и - о, чудо – обнаружился один-единственный файл! Трясущимися руками открыл – на экране была та же рыжеволосая девушка, она снова погрозила ему пальцем и исчезла, повторив свой эффектный прыжок в пустоту.
Оператор перестал дышать, трясущимися руками потянулся с мышке, чтобы скопировать файл. Вместо этого тупо снова отправил его в корзину и почистил. Парень посмотрел на слови руки, будто держал ядовитую змею, затем потерял сознание.
Его обнаружили сразу – за диспетчерской велось наблюдение. Увидев оператора на полу, дежурный подал сигнал тревоги и вызвал медиков. Парня привели в чувство, но ничего внятного сказать в первые минуты так и не смог. Его отправили в медчасть. Оператор не хотел никуда идти, требовал сообщить начальству, что на него напали, надо немедленно отправить группу захвата, а также проверить все видеофайлы:
- Посмотрите, может что-то осталось! Она там была! Я ее видел! Она угрожала мне!
- Чем? – фельдшер, который его осматривал, пытался заодно выяснить обстоятельства случившегося, потому и спросил, когда услышал про угрозы – мало ли, вдруг на секретном объекте посторонние! – Чем угрожала? Конкретно – пистолетом, у нее была граната?
Парень стих, его плечи понуро опустились, он снова зачем-то посмотрел на свои руки и ответил, смущаясь, будто удивлялся сам себе:
- Нет, гранаты не было. Пальцем.
- Ясно. Проверить на запрещенные вещества, переведите в отдельную палату, на всякий случай.
Вскоре на базе было не протолкнуться – всех подняли по тревоге – кого надо и кого не надо. Требовалось изображать бурную деятельность, чтобы никому не пришло в голову сделать крайним кого-то из их смены – корпоративная заинтересованность в действии.
Дрон уже вернулся, его осматривали техники на предмет неисправности. На рабочем месте оператора, который устроил переполох, свое расследование вел старший офицер, начальник смены.
Войдя со свои помощником в небольшое помещение, все внимательно осмотрели – комната была изолирована и не имела непосредственного сообщения с улицей. Значит проникновение неустановленного лица через окно можно было исключить. Внутри все обыскали несколько раз. Ничего подозрительного.
Офицер подошел к экрану, уселся в кресло оператора и стал смотреть на экран, потом пошевелил мышкой – экран ожил – он увидел девушку, рыжеволосую, по выражению ее лица можно было подумать, что она ждала, когда же наконец кто-то догадается поинтересоваться. Убедившись, что ее заметили, она подняла руку и показала средний палец. Офицер протер глаза и снова впился взглядом в экран, но тот уже ничего интересного не показывал, если не считать плашку с сообщение, что систему надо перегрузить. Экран погас.
- Что с питанием? Проверить немедленно! – приказал он и сам полез смотреть, не выдернул ли случайно шнур, чтобы не позориться, если ремонтная группа обнаружит такую «неисправность». Вилка была на месте, как и другие кабели. На первый взгляд все было на своих местах. Явных причин сбоев в работе оборудования он не нашел. Посмотрел на своего помощника и спросил, глядя ему в глаза:
- Поклянись, что ты ничего не видел. Потому, что, если ты что-то видел, тебе лучше об этом сказать.
Будучи опытным человеком, он понимал, что его рассказ будет воспринят также, как и сообщение оператора.
-«Но баба-то была!»
Помощник покачал головой:
- Видел только вашу спину – вы загораживали экран.
- Я его нарочно загораживал? – офицер повысил голос, хотя и так было понятно – все так и было.
- Да нет, вы так сидели, а я стоял тут. Кресло то одно. Стоять рядом и смотреть вместе с вами приказа не было.
- «Вот и зря, вот и плохо, что ты не любопытный», - перспектива определенно не радовала. Посадив за рабочий стол перепуганного его немотивированным наездом паренька, офицер распорядился отправить незамедлительно в тот квадрат, где велись поиски, новый дрон, а лучше два и осмотреть все вокруг, включая окрестные территории.
- Съемку вести в максимально низкой высоты. Другой – фиксирует все, что делает первый. Задайте высоту с учетом того, чтобы потом мы не гадали, расшифровывая изображение. Никаких фантазий, только видеофиксация. Проверьте, убедитесь, что все работает! Будьте внимательны. Это может быть что угодно, вплоть до диверсионной группы.
А сам пошел в медчасть, еще раз поговорить с оператором, вдруг пришел в себя и сообщит что-то нормальное – заснул, отлучился, в общем, накосячил, только не эти бредни про девушку.
Войдя в палату, сразу обратил внимание, что парень сидит на кровати и раскачивается – плохой признак, шок еще не прошел, но взгляд осмысленный.
-Что ты видел? – спросил прямо с порога и понял, что вопрос удивления не вызвал, наоборот, обрадовал.
- Девушку! Я же сказал! Вы не верите.
- Опиши ее. Цвет волос, глаза – все, что запомнил. Или нет, начни с самого начала, до того, как ты ее увидел – что ел, пил, нюхал – все рассказывай.
-Товарищ командир..
- Выполняй приказ. Или я отдам тебя под трибунал.
- За что!
- Потом решим. Впрочем, у тебя есть шанс выйти сухим из воды, если мы сможем доказать, что попытки диверсии не было, что мы ее не про..ли, вернее, ты!
Парень посмотрел на командира чуть ли не со слезами и начал свой рассказ с момента, как впервые увидел компанию на поле. Дойдя до описания воронки и падающих в нее людей, остановился.
- Продолжать?
- Продолжай. Они в нее падали, их там … рассказывай все, что видел.
-… а потом она посмотрела на меня и погрозила пальцем, вот так – парень показал.
- Какой палец?
Парень посмотрел на свою руку и уверенно ответил:
- Этот! В смысле указательный.
-Не средний?
- Нет. Почему вы спрашиваете?
Вместо ответа, офицер несколько листов бумаги и ручку.
- Садись и пиши.
- Что писать? Про мясорубку или про девушку?
- Все пиши, - пробормотал офицер и тут же взорвался. - Что хочешь, то и пиши, умник!
Выйдя из медчасти, офицер связался со службой безопасности. Если его сочтут ненормальным, как и этого перца, это будет все же лучше, чем если он сам попадет под трибунал за то, что вовремя не сообщил о подозрительном инциденте. Офицер почувствовал тошноту. Ему уже хотелось сорваться и лететь туда вместе со всеми: осмотреть местность своими глазами, участвовать в задержании сотрудницы СБУ, если это была она, и хоть как -то прикрыть свой зад, который определенно подгорал.
Глава 6. Один за всех
Официальным поводом для тревоги и вызова спецподразделения на место, где была зафиксирована подозрительная активность неустановленных лиц или лица – количество не удалось определить - стало оперативное донесение. Исчезновение файлов видеонаблюдения квалифицировали, как возможное соучастие, что в свою очередь спровоцировало внутреннее расследование. Участившиеся диверсии и пожары на объектах военной и гражданской инфраструктуры давали основания предположить, что в указанном квадрате могла быть замечена одна из диверсионных группы, которая действовала в глубоком тылу с целью дестабилизировать обстановку и вызвать панику среди гражданского населения.
Несмотря на то, что уже наступило утро, окрестности дачи Макса напоминали гигантское лабораторное стекло, на котором словно под микроскопом изучали единственного то ли свидетеля, то ли преступника, то ли соучастника предполагаемого преступления. В том, что оно имело место быть, никто из присутствовавших при осмотре местности не сомневался – следы крови, обрывки одежды, клоки волос находились повсюду. Орудие преступления – топор со следами крови и отпечатками пальцев валялся там же. Но самой загадочной уликой стал телефон, который хоть и был поврежден и усилиями техников возвращен к жизни, содержал в себе нечто такое, что повернуло расследование в новое русло. Следователь, который вел дело, уже успел несколько раз проконсультироваться с наркологами и специалистами аффилированной психиатрической клиники.
Оказавшись в центре внимания, Гелик окончательно подрастерялся и держался исключительно на своем упрямстве. Он больше не чувствовал себя героем и спасителем своих друзей – сейчас больше подошло бы сравнение с несчастным хромоногим зайцем в окружении волчьей стаи, которые стояли вокруг и щелкали зубами, решая, кто первый перекусит ему горло. Он прилагал неимоверные усилия, чтобы не призвать на помощь свое тайное «войско».
- «Я не беззащитный обсос, я вам такое могу устроить!» - Гелик себя подбадривал, когда ему казалось, что следователь смотрит на него с явным презрением. Но откликнулись не пирики, а Кот.
- «Перестань», - его голос уже не был бархатным и дружелюбным, в нем слышался скрежет железных когтей по металлу. Гелик запаниковал:
- «Меня все предали, все, кому я верил. И бросили! Даже ты!»
- «Хватит. Возьми себя в руки. Будь мужчиной. Невозможно все время пробовать им быть, играться в это. Ты должен им, наконец, стать. Поймешь преимущества и успокоишься. Этих не зови - будет много жертв. Тем более, что они уже при делах, солдат их трудоустроил, как надо. Эту канитель разруливай сам. У них на тебя ничего нет. Видеозапись с телефона Иви к тебе не имеет прямого отношения. Все отрицай – не видел, не знаю. Не отказывайся от знакомства со всеми, кто там был. Настаивай – ты спал, а когда проснулся, увидел спецназ. Да, еще вот что, хочу предупредить, – Кот сделал многозначительную паузу. - Впереди много неприятного. Придется через это пройти. Что б не случилось, не теряй веры в то, что считаешь для себя главным. Не соглашайся на компромисс, если он тебе претит. Родственная вражда – война без победителей. Держи дистанцию, но не рви отношения, потом будет возможность хотя бы поговорить. Научись скрывать свои истинные чувства от близких. Это не двуличие, а осознанная необходимость. Только так можно обезопасить себя от ударов в спину. И еще, не болтай лишнего с теми, о ком знаешь меньше, чем они о тебе. Все. Я ушел. Встретимся».
- «Где? Как я тебя найду? Не уходи! Ты не можешь бросить меня», - Гелик «кричал» в пустоту и ответом ему была тоже пустота. Кот ушел. Исчез. Единственным осознанным желание было вернуться домой и убедиться, что Кот на месте и ждет его. Он же сказал – встретимся, значит имел ввиду, что будет ждать его дома.
Гелик вспомнил, как его брали – тогда он чувствовал себя намного увереннее – боялся, но не трясся, когда к нему со всех сторон начали подходить бойцы спецназа в балаклавах. Они молчали, только смотрели на него с настороженным вниманием: если бы Гелик сделал одно неверное (резкое) движение, они бы его подстрелили. Гелик сообразил - поднял руки с растопыренными пальцами – показал, что в них ничего нет.
- Грамотный, - одобрительно отозвался человек, которого Гелик не мог рассмотреть потому, что ему в глаза слепил прожектор. – Пакуйте красавца и на базу. Остальным – осмотреть здесь все. Перевернуть каждый камень, заглянуть под каждую кочку. Обращайте внимание на все, что может показаться необычным для этого места.
Через час Гелик уже сидел в кабинете следователя, который задавал ему одни и те же вопросы:
-Кто еще был с тобой? Где они? Почему ты остался один? Тебя бросили? Почему? Между вами был конфликт? Что там произошло? Среди вас была рыжеволосая девушка? Что вы можете сказать о траншее? Кто ее прокопал? С какой целью? Когда в последний раз ты видел рыжеволосую? На топоре твои отпечатки, как ты это объяснишь?
Следователю хотелось спросить много, о чем, например, как именно выкопали такую гигантскую траншею и каким взрывным устройством было повреждено железнодорожное полотно? Никаких следов взрывчатого вещества не обнаружили. Тогда чем!
Несмотря на все старания, установить достоверно, а не косвенно факт присутствия диверсионной группы пока не удалось, дело не двигалось с мертвой точки. Следователь уже тихо ненавидел этого «сопляка с дредами», который своим видом и манерой общения напоминал ему собственного сына – «Такой же долбоящер».
На все вопросы Гелик отвечал довольно спокойно: народу было много; куда все подевались, понятия не имеет; траншея и воронка, возможно, появились потому, что кто-то бросил в костер какую-то хрень - ее могли притащить с собой моховские, приятели Макса, хозяина дачи, они вместе занимались копом, вполне могли приколоться ради девчонок. Взрыва не слышал – был пьян. И т.д.
Гелику показали фотографию рыжеволосой девушки. Он, как и советовал Кот, признал ее сразу.
-Иви.
-Уверен?
- Это она. Такие рыжие волосы у нее одной во всем универе. Что это она делает? – Гелик изобразил удивление.
- Нам тоже интересно. Ты ее лучше знаешь. На что, по-твоему, это похоже?
- Не знаю, сидит в яме. Вообще-то я за ней не следил. Там были другие девушки, которые мне нравились больше.
- Правда? И как успехи? Удалось хоть одну…? – следователь подмигнул, надеясь расположить к себе парня, расслабить. Прием себя не оправдал.
-Нет, - ответил Гелик, даже не смутившись.
- Что так? – следователю такая реакция показалась нелогичной – мужчины реагируют так или иначе, дают пищу для размышления, а тут признался в своей «непопулярности» и не расстроился, может девчонки его не интересуют, кто их разберет, косички на башке, на мужика не похож.
-Сначала никто не дал, - продолжал откровенничать Гелик. - Потом напились. Мне с пьяными не интересно.
-Гурман, - процедил следователь. – Что ты на это скажешь.
Гелик напрягся и не ошибся – ему показали фрагменты видео, которое снимала Иви.
-«Выронили. Плохо. Теперь будет плохо».
-Что происходило на поляне? Что или кого тут сожгли, а перед этим разделали топором?
-У вас воображение… С чего вы решили, что тут кого-то сожгли?
-А то, что предварительно расчленили, тебя не смутило? Расскажи про это, тогда. И вот еще, - следователь бросил перед Геликом фотографию с прядью обгоревших рыжих волос.
-«Логика понятна – девушку расчленили и сожгли. Следы на топоре мои, значит это я. Других вариантов у них нет. Буду, как советовал Кот, все отрицать. Без тела нет дела».
-Клок волос. Дальше что?
- Ты нам скажи.
-Не знаю, что сказать.
- Как объяснишь?
-Про волосы? Возможно, Иви причесалась, волосы выкинула в костер.
- Так и подумал, что ты это скажешь - а еще она при этом обожгла руку, потом решила, зачем ей такая рука, попросила ее отрубить, ты просьбу исполнил и бросил руку в костер, подумаешь, новая вырастет. Ты это хотел сказать? – следователь смотрел на Гелика, как удав на кролика, мечтая перед тем, как сожрать, выдавить из этого «поганца» хоть каплю правды. Но «кролик» был вредным и кроме «дерьма» ничем порадовать следователя не хотел.
-Вы из меня какого-то маньяка делаете. Я таракана на кухне убить не могу, а вы хотите, чтобы человека, бред.
-На топоре твои отпечатки.
- Возможно, вроде хотел костер развести, пришлось нарубить дров.
- Там целая поленница.
- Хотел потоньше нарубить, плохо горели. Если хотите, чтобы я признался, что убил человека, покажите, кого я убил? Может быть топором пользовались до меня.
-Возможно. Ты видел, как убивали человека?
-Нет. Я ничего не видел, вернее видел – там были дрова и топор.
-Тебя не смутило, что он в крови?
-Темно было.
Следователь устало посмотрел на Гелика. Его раздражало количество улик, которые однозначно были связаны между собой и этот придурок в центре. Но прямых доказательств его вины все же не было, кроме того, что он был на месте предполагаемого преступления. Для предъявления обвинения недостаточно. Хороший адвокат только посмеется.
-Повременим с этим. А это что такое?
Гелику показали крупный план головы Моха.
-Фу, мерзость?
-Согласен. Чья она?
- Мне откуда знать!
-А вдруг? Посмотри внимательно.
Гелик послушно посмотрел несколько секунд, пожал плечами:
-Туфта. Фейк.
-Да? Эксперты сказали, что настоящее.
-Вы серьезно? Иви снимала расчлененку? Не знал, что у нее такие интересы. С виду приличная девушка.
-Что с ней случилось? Тела мы не нашли. Ты единственный, кто там был. Ты и куча улик. Ты понимаешь, что тебе надо очень многое объяснить, или ..
-Или что? Вы мне угрожаете? В чем меня обвиняют? Где мой адвокат? Хотите свою кучу навалить на меня? Это должностное преступление, нам в универе про это рассказывали.
- Будет тебе дурдом, а не адвокат, сопляк. У нас с десяток заявлений о пропаже людей, не говоря об похищенном трупе из областного морга. Догадайся, в каком он районе? Дачный дом, ладно, надеюсь был застрахован, это мелочь, поселок почти нежилой, хозяева пусть сами разбираются со своим сыном, который буйные компании приглашает к себе в их отсутствие. Но ущерб железнодорожникам нанесен значительный. Здание станции практически уничтожено. Участок железнодорожных путей, тоже. Чем вы там занимались, детки?
-Станцию тоже я..? – не удержался Гелик, вспомнив про Шурика из «Кавказской пленницы».
-Не остри. По всей стране введен режим повышенной террористической опасности. С такими вещами не шутят. Тела не найдены, но это вопрос времени, поверь мне, кого-то обязательно найдут. Все там перекопаем. Найдутся съемки со спутника, случайный свидетель. Дело серьезное, неужели ты не понимаешь?
- Может тела сами найдутся, живые и здоровые. Может они отсыпаются где-то!
-Может быть. Но, судя по тому, что родители многих уже готовятся к заочным похоронам, надежды у них не столько, сколько у тебя оптимизма или глупости. Может быть тебя запугали? Ты не думал, что твоя тайна может быть опасна для тебя? У нас ты под охраной. Но долго здесь мы тебя держать не сможем, окажешься на свободе. Долго ты там проживешь?