Временная жена, или Вместе навсегда

– У меня не было иного выхода, – жестко отрезал он, даже не взглянув на меня.

Ясно-ясно! Графин в сложном положении, а значит, способен на многое. Люди, у которых есть надежда, вряд ли станут вызывать потустороннюю силу. Более того, в этом мире существует что-то вроде инквизиции, которая за подобные шалости лишает жизни. Если графин рискует буквально всем, значит, он загнан в угол и ни перед чем не остановится.

– Миара? – в комнату заглянул тот самый мужчина, который провожал нас с графином в зал со свечами. – Как вы себя чувствуете? – спросил он с совершенно искренним беспокойством.

– Она готова идти, – вместо меня ответил графин. Ох, зря он вмешивается! Пожилой, но все еще сильный мужчина одарил моего «дядюшку» таким тяжелым взглядом, что тот стушевался и нервно завел руки за спину.

– Я обращался не к вам, граф Инбург, – рыкнул на него Светлейший. Так, кажется, называл его графин? – Как ваше самочувствие? – обратился он ко мне значительно мягче.

– Спасибо, уже гораздо лучше, – благодарно кивнула я и смутилась, когда мужчина по-отечески улыбнулся мне.

– Тогда идемте, – он сделал заботливый приглашающий жест.

Поднявшись с софы, я с улыбкой подошла к Светлейшему. Только теперь я обратила внимание на одежду, в которую оказалась одета. Каким-то невероятным образом мои модные танцевальные штаны и топ превратились в…монашеское одеяние. Серьезно? Я даже застыла ненадолго, рассматривая мешковатое черно-белое платье, в которое меня засунули. Когда только успели? Надеюсь, этот графин не переодевал меня вручную? Нет, такое я бы запомнила и всыпала ему по первое число. Уверена, перемены в одежде – действие магии.

Непонятно, каким образом с монашеским платьем сочетается фата? Прозрачная ткань все еще болтается в моих волосах. Интересные у них традиции, ничего не скажешь.

– Миара идет одна, граф, – внезапно отрезал он, вновь перейдя на злой рык. Я удивленно обернулась и застала графа с занесенной для шага ногой. – Вам рекомендовано вернуться в общий зал, – припечатал он и вывел меня из комнаты, громко хлопнув дверью. – Мне жаль, что вы оказались связаны с этим человеком, леди Оленна, – с сочувствием вздохнул мой провожатый.

Мы идем по длинным коридорам, в которых легко заблудиться. Столько поворотов, развилок, что мои попытки запомнить дорогу назад провалились уже через минуту. Как здесь вообще можно ориентироваться?! Какой-то лабиринт Минотавра. Того и гляди, из-за угла выглянет монстр с головой быка и утащит меня во мрак. Это будет самым логичным и впечатляющим окончанием этого безумного дня.

Я чувствую, что нужно задать своему провожатому несколько вопросов, но не решаюсь. Чувствую себя как на минном поле. Шаг влево, шаг вправо, и неосторожным вопросом выдам себя с головой. Меня раскроют, объявят демоном и…

Интересно, что они тут делают с варкхами? Обычно демонов изгоняют. Может быть, мне устроят что-то вроде сеанса экзорцизма? Монашка, одержимая демоном, молодой и сильный инквизитор, ритуал изгнания… Ох, снова в голову лезут сцены из фильмов для взрослых. И мне от них совсем не страшно, даже наоборот.

– Простите, вы знаете моего дядю? – осторожно уточнила я.

– Конечно, он же мой троюродный брат, – фыркнул Светлейший. Ой. Оказывается, они не просто знакомы, но еще и являются родственниками. Как тесен мир, особенно чужой и незнакомый.

– М-м-м, – неуверенно протянула я. Кажется, на одну мину я все-таки наступила.

– После того, как с твоей мамой случилось то несчастье… – начал Светлейший, и я едва не споткнулась на ровном месте. Откуда он знает о моей маме?! – Граф Инбург оказался единственным родственником, которому можно было тебя доверить. Если бы не мой статус саэрда, я бы никогда этого не допустил, девочка, – произнес он извиняющимся голосом. В нем звучит столько боли и виновности, что у меня защемило сердце. – А теперь ты сама оказалась здесь как молодая миара, – покачал головой он. – Боги играют нашими судьбами и потешаются.

– Все, что ни делается, все к лучшему, – попыталась я успокоить Светлейшего. Даже обидно, что такой честный мужчина рвет себе сердце из-за девчонки, которая готова отнять чужую жизнь. Олениха этого не достойна. Кстати, а ведь он сказал, что тоже является саэрдом. Вопреки словам графина, все встретившиеся мне в новом мире саэрды оказываются на редкость приятными и достойными мужчинами. При всем желании, бояться их не получается, хоть я и стараюсь изо всех сил.

– Ты не держишь на меня обиду, девочка? – спросил Светлейший и остановился, с драматическим трагизмом ожидая от меня ответа.

– Ну что, вы, дяденька, конечно, нет! – махнула рукой я и улыбнулась так широко, как смогла. Еще не хватало, чтобы этот почтенный мужчина переживал из-за обстоятельств, на которые не в силах повлиять. – Даже и думать забудьте, – заверила я его. Светлейший от моих слов впал в ступор, будто испугался поверить в услышанное. Чтобы у него точно никаких сомнений не осталось в том, что совесть его отныне свободна и чиста, я сделала контрольный в голову.

Ну, точнее, в туловище. Я от души обняла Светлейшего, обхватив его крепкий торс руками. От моего порыва он растерялся, как-то очень неловко похлопал меня по плечу и пробормотал неразборчиво:

– Оленна, ты ведь миара… Уже не ребенок… А вдруг нас увидят…

– Ну и что? – так и быть, я его отпустила и отошла на шаг. Светлейший так и застыл, растерянно хлопая глазами. Такой взрослый, и такой смущенный дяденька. Милота. – Разве я не могу обнять дорогого родственника, пусть и дальнего? – невинно похлопала глазами я. Светлейший хотел что-то ответить, уже открыл рот, но вдруг передумал.

– Идем, – с напряжением произнес он и направился дальше по коридору.

Мне показалось или благородный поживший мужчина не знает, как ему себя со мной вести? Какая прелесть.

Шли мы недолго. Нас встретила лестница, упирающаяся в дверь. Я интуитивно поняла, что это и есть тот самый зал ожидания, который нам нужна. Ну, просто потому, что других дверей здесь нет.

– Миара Оленна, прошу, располагайтесь, – Светлейший открыл для меня вход, но сам внутрь не ступил. Это и есть та самая ложа для миар? Неуверенной поступью я вошла внутрь и застыла. Дверь за мной закрылась.

На мне скрестился десяток взглядов. Женских, недружелюбных, а порой и откровенно презрительных взглядов. Ложа оказалась просторным застекленным балконом, возвышающимся над остальным залом. Прозрачное панорамное остекление позволяет увидеть, что мы находимся на уровне третьего этажа.

Но высота не пугает так, как собравшийся здесь серпентарий. Я насчитала одиннадцать молодых девушек примерно моего возраста, и каждая одета в то же монашеское платье, что и я. И все смотрят на меня с той же подозрительностью и неприязнью, что и Аня, которая сыпала проклятиями мне в спину. Такое чувство, будто я здесь у каждой увела парня.

– Привет, девочки, – в ответ на их хмурые взгляды я одарила девушек широкой улыбкой. Что это с ними? Не сработало. Они нахмурились еще сильнее. Смотрят так, словно в их высшее общество пожаловала нищенка прямиком с паперти. Мне никто не ответил, повисла неловкая пауза. Странные повадки у этих иномирян. У нас такое поведение называется невоспитанностью. Сложно поздороваться? – Как дела? Чем сегодня кормят? – не обращая внимания на их неприязненные взгляды, я прошла к столу и взяла из вазы фигурный марципан.

Ну, наконец-то новый мир явил мне хоть что-то хорошее! Сладкий стол, прямо как в детском саду: мармелад, засахаренные фрукты, марципаны и даже леденцы. Свежайший компот из вишни, от которого исходит теплый пар. Забавно. Я как будто попала на детский утренник. В любой ситуации нужно искать плюсы. Сладкое помогает организму справиться со стрессом, так что оно мне жизненно необходимо.

– Оленна, неужели твой дядюшка все-таки смог напрячь все свои связи и протащить тебя на отбор? – первой заговорила горячая брюнетка, сидящая на мягком белом диване. Сразу видно – кошерное место, ибо остальные цветочки расположились на креслицах и стульях попроще. Что ж, иерархия этой стаи становится понятна – кто здесь альфа, не секрет. Не понятно только, с какой стати мне отвели роль несчастной омеги. Не то, чтобы меня очень возмущали все эти игры, но очень интересно, что не так с Оленной?

– На отбор? – деланно удивилась я, ничуть не смутившись от ее выпада. – Я не заметила, чтобы меня кто-то отбирал, – неразборчиво пробубнила я, набив полный рот сладостями. Перемещение в иной мир – огромный стресс, а значит, нужно помогать своей психике всеми возможными способами. В иной ситуации я бы сходила на тренировку, чтобы расслабиться, но сейчас выбирать не приходится. Приходится есть.

– Оленна, ну ты ведь понимаешь, что тебе здесь мало что светит, – с притворным сочувствием проворковала альфа-самка. – Саэрдам нужны девушки с сильным даром. Сама понимаешь, от нас зависит их жизнь и жизни тысяч людей, которых они спасают. Оленна, твоей магии вряд ли хватит хотя бы на то, чтобы подпитать хотя бы уличный светильник, не говоря уж о саэрде, – начав свою тираду елейным голоском, под конец она откровенно расхохоталась. Остальные девушки подхватили это и тоже начали хихикать.

Меня этот дружный буллинг не впечатлил. Мне не тринадцать лет, подобное отношение меня не то, что из колеи не выбило, а очень даже заинтересовало.

Значит, Оленна обладает слабым, но все-таки даром. Ха! Знали бы эти девчонки, что я не владею магией вообще. Даже в детстве, когда мы с подружками гадали на суженого-ряженого, мне в зеркале виделся не будущий супруг, а какие-то тени-чудовища. К тому же, неудавшийся ритуал с тигренком подтвердил, что магии с меня как с козла молока. Даже на чашечку кофе не хватит.

– Алефия, но ты фаворитка этого отбора, – слащавая лесть полилась из уст пышногрудой шатенки, сидящей рядом с альфа-самкой. Меня передернуло от улыбки на ее лице – неискренняя, холодная, даже какая-то хищная. – Саэрд Тирг выберет именно тебя, я в этом нисколько не сомневаюсь. Ты самая сильная миара из всех.

– Да, такому сильному саэрду нужна миара с большим потенциалом, – приняла лесть альфа-самка, довольно осклабившись. – Я слышала, что его прошлая миара была одной из самых сильных магисс в столице, и даже ей не хватило резерва, чтобы исцелить его раны, – она произнесла это с таким видом, словно сообщила нам, десяти двенадцати девушкам, некий секрет.

Я явно много не знаю о своем тигре. Оказывается, миар-невест у него целая армия, а не только я одна. Вон, тут каждая сидит с фатой на голове.

– Раны? – не выдержала я. Речь ведь о моем тигренке! Кто посмел его ранить и за что?! – Он был ранен? – я обвела присутствующих напряженным взглядом, а они посмотрели на меня как на круглую дуру.

– Он же саэрд, – ответила мне одна из девушек, сидящая с краю, на простеньком стульчике. – Они очень часто получают ранения в сражениях с варкхами, – в ее голосе зазвучала искренняя боль. Совсем юная, с длинными темно-рыжими волосами и огромными зелеными глазами. Красивая девушка, совсем не вызывает негативных чувств. – Мой брат в прошлом году стал саэрдом, – смущенно объяснила она, заметив, что все на нее смотрят. – Два месяца назад он выслеживал варкха и лишь чудом остался жив, – ее голос надломился, девушка опустила взгляд.

– Я никогда не видела варкхов, – заявила одна из миар, пожав плечами.

Ну, если верить словам графина, то один из них сейчас стоит прямо перед ней и сметает со стола сладости. Так что все она видела.

– Благодари богов за это, Мати! – закатила глаза альфа-самка. – Саэрды не позволяют этим тварям подбираться к городам.

– А что нужно варкхам? – решилась я задать вопрос. Меня и так считают дурочкой. Одним косым взглядом больше, одним меньше – не играет никакой роли. Понимание правил этого мира для меня важнее хорошего отношения этих лицемерок.

Кроме рыженькой – она мне нравится.

– Оленна, ты задаешь такие глупые вопросы! – закатила глаза альфа-самка. – Все знают, что варкхам нужна кровь! Они высасывают из человека все до последней капли, чтобы самим обрести физическое воплощение.

– Святой ежик, – вырвалось у меня от таких новостей. Помню, Олежа как-то сказал, что я из него всю кровь выпила за два года отношений. Хм… Можно предположить, что мой бывший что-то подозревал, но…

Нет, я точно не варкх. Я никогда не пыталась пить чужую кровь, и уж точно не нападала на людей. Олежу била пару раз подручными предметами за провинности, но это не в счет. Да даже когда мои одноклассницы в школьную пору пищали от восторга при упоминании одного известного вампира, я лишь закатывала глаза. Не мое это. Не люблю кровь и все, что с ней связано.

– Благородные саэрды уничтожают этих существ, – вновь подала голос рыженькая девушка с огромными печальными глазами. Ох, чувствую, что ее брата тогда неслабо потрепали. Бедняга. Надеюсь, с ним все в порядке. – И мы бесконечно благодарны им за это, – тихо подытожила она.

Я вопросительно приподняла бровь. Как говорится, спасибо на хлеб не намажешь. Если саэрды приносят колоссальную пользу обществу, то и преференции у них должны быть соответствующие. Как бы аккуратно расспросить девушек о том, о чем здесь знает каждая собака, и при этом не навлечь на себя нехорошие подозрения?

– И в качестве благодарности им отдадут нас, – заключила я. Герои всегда получали женщин как награду.

– Оленна, не надейся, тебе не светит заинтересовать ни одного саэрда, – снисходительно заявила альфа-самка. – Они выбирают миари, ориентируясь на магический потенциал девушки. Увы, но все, на что ты можешь рассчитывать – это попасть на званый ужин и привлечь внимание одного из приближенных саэрдов. Смотри правде в глаза, – надменно заявила она мне в лицо.

«Это вилами на воде писано» – послала я ей соответствующий взгляд, и альфа меня поняла.

Правда в том, что здесь меня считают демоном, и настоящая Оленна боялась меня. Если я и вправду не имею шансов на тигра, как говорит эта темноволосая язва, то почему же тигренок самолично пригнал ко мне врача, а затем отправил сюда? Значит, есть еще надежда! Взойдет солнце и перед нашими воротами.

Я чувствую, что мы с тигром еще свидимся. Я это знаю. Что-то произошло между нами во время ритуала, что-то связало нас, и это была не черная магия. Его тянет ко мне так же, как и меня к нему. Эти чувства невозможно не узнать. Если котику не хватит ума понять, что ему нужна именно я, то мне остается лишь посочувствовать ему. Потому я нужна ему так же сильно, как и он мне. Я могу открыть тигренку интересные тайны, он – разобраться во всем и помочь мне. К тому же, мы с ним понравились друг другу. Альфа-самка не из тех, кому можно открыть душу. Да, спать с ней будет весьма приятно, но не более того.

От последней мысли в душе шевельнулось что-то темное и злое. Пожалуй, нужно отложить мысли о постельных игрищах тигра, не то я за себя не ручаюсь.