Глупая религия

– Докладывайте, Пиршт! – голос сав-туутха прозвучал откуда-то сверху, будто указующий глас Великого Бога Войны отдал высочайший приказ.

Командир элитного батальона разведчиков, только что вернувшегося с исключительно ответственной миссии, медлил с докладом, переминаясь с ноги на ногу. Вместе с четырьмя своими подчинёнными солдатами Пиршт только несколько часов назад отошёл от наркоза. Операция по снятию накладной кожи и двух дополнительных искусственных рук длилась почти восемь часов. Им бы отлежаться пару дней, но командование не любит ждать! Поэтому Пиршту просто воткнули обезболивающее со стимулятором и выпнули в зал заседаний на срочный доклад.

– Слава Высочайшему и милостивейшему Богу, – начал, откашлявшись, разведчик. – Слава нашему светлейшему и добрейшему туутху! Слава нашему великому и благодетельному Ариферу!

Произнося это, Пиршт в очередной раз отогнал от себя мысли о том, сколько его соотечественников было расстреляно или сгинуло в лагерях за неправильное произношение этих обязательных приветственных слов перед любым выступлением или докладом.

– Досточтимый сав-туутх, с вашего высочайшего позволения я начну. Двадцать шесть ариферских лет назад наши астрономы открыли планету возле голубой звезды Эбршма-336, на которой, предположительно, могла быть жизнь. Наблюдения с орбиты позже подтвердили их догадку: планета оказалась населена множеством биологических видов. И, что самое важное, климат на ней пригоден для жизни нашего великого ариферского народа.

– Это хорошая новость, – важно сказал сав-туутх, и все присутствующие в зале, как по команде, издали радостные возгласы.

– Спасибо, сав-туутх! – польщённый первичным одобрением, продолжал разведчик. – Позже первые разведгруппы спустились на планету и досконально исследовали её на месте. Многие виды растительности и животных видов оказались пригодными в пищу, а вода – для питья. Воздух, увы, немного вреден, но уже через полчаса-час организм ариферца способен полностью адаптироваться к атмосфере этой планеты. Позже был найден вид живых существ, которых условно можно назвать разумными.

– С этого места поподробнее, – приказал сав-туутх.

– Слушаюсь! – слегка склонил голову Пиршт. – После множества экспедиций, проведённых незаметно для разумных аборигенов, командованием было принято гениальное решение: внедрить нашу разведгруппу в их племя, чтобы узнать как можно больше подробностей об их жизни. Так как внешний вид их сильно отличается, мне и четверым моим солдатам была сделана операция. Мы приняли облик, максимально похожий на них, и десантировались неподалёку от их поселения. Для этой миссии была разработана легенда, будто мы много лет назад отстали от своего племени, долго блуждали, и вот только сейчас набрели на поселение.

Аборигены встретили нас очень миролюбиво, сразу предложили еду и жилище. Мы пробыли в их деревне около двух месяцев, за которые собрали всю нужную информацию.

Уровень развития этого народа довольно низок. Живут они в небольших поселениях, пользуются довольно примитивными орудиями труда. Хотя у них есть письменность, колесо, водопровод и даже электричество, с помощью которого передвигаются простейшие повозки. Но это не ставит под сомнение их отсталость от нормальных развитых рас. Дело в том, что у них полностью отсутствуют главные показатели разумности: государства и деньги. Скажу даже больше: за время пребывания в том поселении мы не нашли никого, кто мог бы осуществлять хоть какие-то функции власти. Каждый абориген действует абсолютно по своему усмотрению! Но, что поразительно – при всём при этом мы не видели ни одного конфликта между ними. Все вопросы решались мирно и спокойно, всегда заканчиваясь жестом, называемым «обнимашки». Хотя позже мы узнали, что в поселении есть старейшина по имени Актароктул. Другие жители ходят к нему за советом, коих, благодаря своему житейскому опыту, он может дать немало. Но и он никаким образом не может навязать свою волю остальным особям.

– Ничего, – перебил сав-туутх, – наша великая цивилизация сможет помочь этим бедолагам, наставив их на путь разума и развития.

В зале опять раздались возгласы радости в адрес наместника верховного туутха на вверенном ему саве – секторе созвездий. Все фразы, сказанные им, считались абсолютной истиной, милостиво открытой простым смертным, а потому встречались всегда восторгом и ликованием. И плевать, что эту истину все присутствовавшие в зале слышали уже больше тысячи раз. Правило есть правило.

– Разведка выяснила, что у аборигенов нет никакого оружия, – продолжал Пиршт. – Поэтому мы предположили, что для облагодетельствования всего населения этой планетки нашей великой и несокрушимой армии хватит одной ударной эскадры.

– Замечательно! – довольно резюмировал сав-туутх. А каковы аборигены в работе? Сила, выносливость, минимальный паёк? То, что они никогда не видели оружия и не знают дисциплины, немного огорчает: из них сложнее будет сделать солдат. Но хотя бы работники их них получатся?

– Предполагаю, что да. Физически они намного сильнее нас…

– Предполагаете? – перебил наместник. – Или уверены?

– Предполагаю, сав-туутх. Дело в том, что мы почти не видели, как они выполняют тяжёлую работу. Максимум – постройку дома. Но делали они это с ленцой, часто прерываясь на беседы, перекусы и даже весёлые игры.

– Ничего страшного, – оптимистично заверил сав-туутх. – Наши солдаты научат их работать много и тяжело, на благо великого Арифера. Следовательно, на собственное благо этих аборигенов тоже.

После очередной порции положенных оваций заметно приободрившийся наместник сказал:

– Ну что ж, господа… После обеда мы соберёмся на совещание, чтобы обсудить план действий касательно этой милой планетки… Пиршт, как хоть она называется?

– В наших астрономических каталогах она значится как Эбршма-336-8. Аборигены же зовут её Файя.

– Файя… – повторил сав-туутх, словно пробуя новое название на вкус. – Неплохо звучит. Но мы назовём её в честь кого-либо из наших благодетельных лидеров. Жаль, что нельзя назвать её именем Великого туутха: после пятидесятой планеты, названной в его честь, он приказал давать нашим новым владениям другие имена во избежание путаницы. Что ещё раз показывает его исключительный ум и чутьё настоящего владыки Вселенной.

– Я был бы счастлив, если бы эту планету назвали вашим именем, сав-туутх, – со слегка скрываемым заискиванием сказал Пиршт, когда стихли восторги.

– Всё возможно, – улыбнулся наместник. – Вам есть ещё что добавить про местное население?

– Да практически ничего важного, – задумался разведчик. – Так, несущественные мелочи.

– Ну расскажите уж для полноты картины.

– У аборигенов есть своя религия. – начал Пиршт. – На мой скромный взгляд, она какая-то странная. Я бы даже сказал – глупая. Сами они почему-то называют себя младшими фаитянами, а верят в богов, которых именуют старшими. Но странность в другом. Представляете, они верят в то, что своим богам не надо подчиняться, выполнять все их повеления… Даже бояться их не надо. Вы не поверите: они считают, что с богами надо… дружить!

– Дружить? – изумлённо переспросили наместник и несколько членов совета. – С богами?!

– Да, именно. – подтвердил разведчик. – И Актароктул, и другие фаитяне в том поселении рассказывали, будто их боги иногда приходят к ним в гости, общаются с ними, чему-то учат и даже веселятся вместе с аборигенами!

– Приходят в гости, говорите? – рассмеялся сав-туутх. – И как же они выглядят, эти старшие фаитяне?

– Вот в этом вопросе показания всех жителей поселения очень сильно расходятся. Кто-то говорит, что божество являлось ему в виде животного, кто-то рассказывал про призрак или тень. Мы пытались ненавязчиво намекнуть, что все их боги – выдумка, но они лишь посмеялись над нами. Настаивать мы не стали: не наше это дело.

– А скажите, Пиршт, – хитро спросил наместник, – употребляют ли они какие-то дурманящие вещества?

– Насколько нам удалось выяснить, в их лесах растут некоторые травы, способные поднять настроение и даже вызвать эйфорию, но за время нашего пребывания там мы не видели, чтобы кто-то из них употреблял эти травы. Они и без этого все какие-то слишком жизнерадостные…

– Ну ничего, это мы тоже исправим, – заверил сав-туутх. – Что же касается религии – все мы с вами прекрасно знаем, что нет во всей Вселенной никакого иного бога, кроме нашего Величайшего и Милостивейшего Бога Войны, чьё имя дозволено произносить вслух лишь туутху и первосвященнику. И мы должны донести Его светлейшее слово до умов столь тёмных и потому несчастных жителей этой Файи. Скорее всего, этих своих богов они выдумали именно под действием своих дурманящих трав, и наша святая цель – снять с них этот дурман и дать им истинную веру.

По дороге в госпиталь действие обезболивающего закончилось, и кровоточащие швы на теле Пиршта начали мерзко ныть. Кое-как доковыляв до палаты, он выпросил у доктора тройную дозу лекарства и без сил свалился на койку. Кололи препарат ему уже лежачему.

Разведчик знал, что собственные мысли, поселившиеся в голове, ещё ни одного ариферца до добра не доводили. Если ты можешь всегда легко и непринуждённо выполнять приказы, не задумываясь об их смысле – считай себя счастливчиком. Ты проживёшь абсолютно нормальную жизнь, а если тебя убьют на войне – обязательно попадёшь в святилище. Там, говорят, души солдат занимают место в иерархии праведников – чем больше убил врагов, тем выше место. Но Пиршту, к сожалению, не повезло с головой: она очень любила думать.

Во всём ариферском образе жизни ему мерещилось что-то неправильное. Он не мог понять, что именно, но отогнать это ощущение неправильности не получалось. А сейчас нудное лежание на больничной койке просто внаглую провоцировало его мозг думать и думать. Зачем народ планеты Арифер ведёт эту бесконечную захватническую войну против населения всех планет, до которых смогли долететь? Неужели их властителям мало того, что они уже захватили? И эта всепроникающая, грязная, как слизь, пропаганда… Захват и порабощение очередной планеты они называют «благодетельством», заявляя, что высшее благо для любой разумной расы – служить великому народу Арифера и его ненасытному богу войны.

Разведчиком Пиршт побывал во многих мирах, которым суждено было стать ариферскими колониями. Не раз он видел падение целых наций, сражённых лучами оружия его армии. Дор-Офах, планета, на которой он сейчас находился, продержалась сутки. Самые удачливые народы стояли неделю, а то и полторы. Кто-то из них до «облагодетельствования» жил даже похуже, чем после, но таких было крайне мало. У большинства же народов ариферская империя отбирала всё, что только могла найти ценного. Местных жителей они превращали в рабов и солдат, на захваченных планетах строили новые военные заводы. Завоёвывать, чтобы увеличивать армию, чтобы ещё больше завоёвывать… Этой ужасной цепочке не было конца! Но ещё больший кошмар заключался в том, что этнические ариферцы в большинстве своём не знали, что можно жить по-другому. Путь войны был для них единственно верным, по нему направляли всех мальчиков прямо с рождения. Они никогда не слыхали о мирной жизни: даже сказки им рассказывали лишь о том, как какой-нибудь прославленный ариферский воин «облагодетельствовал» очередной город во имя Великого туутха.

Судьба же девочек была ещё хуже. Им была уготована функция машин для воспроизводства новых солдат взамен убитых. Им не давали никакого образования, не учили даже грамоте. Единственная наука, которой они должны были владеть – это уход за ребёнком до того момента, как тот начнёт понимать и выполнять приказы.

Единственной планетой, которую до сих пор не смогла раздавить ужасная ариферская машина, была Намо. Вот уже около двух десятков местных лет намитянский народ отчаянно сопротивлялся всем натискам несокрушимой империи, и каждый сантиметр территории непокорной планеты давался Ариферу ценой сотен тысяч солдатских жизней и десятков тысяч единиц боевой техники. Со всех колоний империи стягивались всё новые и новые войска, внешняя пропаганда клеймила намитян самыми гнусными обвинениями, но те, казалось, вообще не обращали внимания на такие мелочи. В глубине того, что было у ариферцев заместо души, Пиршт считал своих врагов достойными воинами. Если бы можно было выбрать себе смерть погероичнее, он бы предпочёл принять её от оружия намитянина.

Но судьба этой красивейшей Файи уже решена, думал он. Её жителям просто нечем защищаться – прилетай и забирай тёпленькими. Пиршту даже было немного жаль этих наивных фаитян с шестью конечностями и четырьмя глазами на гибких стебельках вместо головы. Скорее всего, империя сделает их рабами и отправит в шахты для добычи радиоактивного сырья. Если же сав-туутх будет милостив, то есть шанс, что фаитян отправят строить военные заводы – тогда они проживут гораздо дольше. Больше всего Пиршт переживал за Актароктула: за время пребывания на Файе он успел хорошо сблизиться со старейшиной и начал испытывать к нему некое подобие симпатии – всё, на что хватало донельзя скудных чувств ариферца.

«Если операция по облагодетельствованию Файи пройдёт без сучка, без задоринки, – думал разведчик, – то меня, наверно, наградят. И тогда я смогу попросить о максимальном смягчении режима для Актароктула…» Но делать это нужно было очень ненавязчиво: если его заподозрят в каких-то добрых чувствах к пленным, ему не миновать самого сурового наказания. Ариферцам вообще запрещалось испытывать симпатию к кому-то кроме государства и думать о чём-то кроме всестороннего укрепления его власти. К счастью многих из них, государство пока не научилось массово читать мысли своего народа, поэтому многое ещё можно было спрятать в самых потаённых закромах своей памяти. Главное, ни в коем случае не сказать ничего такого вслух: доносчиком может быть буквально каждый.

Многолетняя служба в разведке научила Пиршта скрывать свои мысли и эмоции настолько хорошо, что даже самый наблюдательный агент будет уверен в его полной преданности родине. Более того, с помощью специальных психотехник Пиршт умел за одно мгновение изгонять из сознания все крамольные мысли и становиться самым патриотичным гражданином, каких только видел Арифер.

Но сейчас на его мозг начал действовать препарат, и скользкие мыслишки никак не хотели покидать голову. Ему начали видеться изумительные пейзажи Файи, покрытые волшебной фиолетовой дымкой заката. Возможно, последнего свободного заката на этой дивной планете. В его лучах стоял Актароктул, и разведчик просил у него прощения. А потом все слова сами собой начали складываться в стихи.

Разумеется, у ариферцев под строжайшим запретом было любое творчество, кроме сочинения хвалебных речей в адрес государства и Бога Войны. Поэтому единственное место, где Пиршт хранил свои стихи – это память. Им никогда не суждено было прозвучать для чужих ушей. Но даже вопреки этому, они продолжали периодически рождаться. Вот и сейчас сами собой возникли робкие, не очень складные строки о красоте планеты Файя и доброте её жителей. С ними Пиршт и погрузился в глубокий сон.

– Семь тысяч шестнадцатая ударная эскадра готова к выполнению операции! – отрапортовал командующий.

– Отлично! – довольно сказал наместник. – Задание такое: эскадра должна зависнуть в небе над самым крупным поселением аборигенов. Координаты даны. Для демонстрации нашей силы и серьёзности намерений нужно дезинтегрировать парочку больших строений… Хотя нет, лучше аннигилировать: так больше шума и огня будет. Когда их накроет праведный испуг, к ним должен спуститься один корабль с парламентёром. Тот расскажет, кто мы такие и зачем прибыли. Если местные сразу же падут ниц, то спускайтесь все, ставьте наш святейший ариферский флаг и докладывайте об успешном облагодетельствовании планеты. Ну а если захотят повоевать… – Тут он рассмеялся, – тогда шарахните ещё пару домиков да десантируйте штурмовой отряд. Лучше два. Или три. В общем, на ваше усмотрение, в зависимости от численности противника.

– Вас понял! – отчеканил командующий.

– А вас, Пиршт, я назначаю ответственным за успех операции! – развернулся сав-туутх к разведчику.

На языке начальства это означало, что в случае провала виноватым будет Пиршт, а в случае успеха героем станет наместник.

– Слушаюсь! – бодро отчеканил разведчик, мастерски скрыв ненависть и раздражение.

– Кстати, – наместник подошёл поближе к Пиршту и говорил совсем негромко. – Вы ведь в курсе, что я хочу приурочить эту операцию к юбилею нашего любимейшего туутха? Эта планета должна стать подарком для него. И если всё пройдёт успешно, я уверен, он будет счастлив и особо милостив. Памятуя ваши прежние заслуги перед великим ариферским государством, я буду ходатайствовать о назначении вас на должность дэшт-туутха! Да-да, вы можете стать правителем этой планеты!

– Благодарю вас за столь высокую честь в адрес моей скромной персоны! – Пиршт учтиво склонил голову перед наместником. Но в голове его в этот момент началась даже не буря – целый ураган мыслей. Во-первых, в этом случае его окончательно возненавидит население Файи. А во-вторых, и это самое страшное – управляющие на местах почти каждый ариферский год летают в Кенкирнешс, столицу Арифера, с докладом. И вот там-то их основательно проверяют на преданность родине и вождю, в том числе и с помощью чтения памяти. Тут ему уже не удастся скрыть симпатии к жителям оккупированной планеты, и наказание последует незамедлительно. Поэтому, собрав мысли в кулак, он продолжил:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.